Глава v. морские научные исследования

Из всех рассмотренных возможных причин массовой гибели морских животных на Камчатке российским и мировым научным сообществом подтверждается природная версия — произошло отравление воды «цветущими» микроводорослями.

Об этом в интервью RT сообщил вице-президент Российской академии наук, председатель Комитета РАН по Программе ООН по окружающей среде и специалист в области морской биологии академик Андрей Владимирович Адрианов.

Он рассказал о роли «красных приливов», а также о других проблемах окружающей среды на Дальнем Востоке, в Арктике и в Мировом океане.

— Более месяца с Камчатки поступала противоречивая информация. В акватории Авачинского залива массово погибли животные. Что там произошло на самом деле?

— Из всех рассмотренных учёными версий массовой гибели донных рыб и беспозвоночных животных на Камчатке осталась одна — природная.

Объективный анализ всех полученных данных, многочисленных проб воды, грунта, водных организмов, проведённый в ведущих университетах, академических институтах и различных подведомственных учреждениях федеральных органов исполнительной власти, показал, что нет элементов техногенного загрязнения, которые бы были способны вызвать массовую гибель животных на протяжении сотен километров прибрежной зоны Юго-Восточной и Юго-Западной Камчатки.

— Сторонники техногенной версии приводят косвенные доказательства, факты антропогенного воздействия на акваторию…

— Конечно, локальные загрязнения обнаружены. Их и не может не быть, потому что там на берегу моря стоит город Петропавловск-Камчатский, где есть порт, немало специальных объектов.

Безусловно, экологическими проблемами Камчатки надо заниматься. Но ни одно из обнаруженных веществ антропогенного происхождения не могло вызвать столь масштабную гибель гидробионтов.

Причина может быть только одна — массовое «цветение» токсичных микроводорослей сразу нескольких видов, токсины которых оказали такое воздействие на донных беспозвоночных животных и рыб.

Теплокровных животных, к счастью, это не коснулось.

Глава V. Морские научные исследования

  • Вице-президент РАН академик Андрей Адрианов
  • РИА Новости
  • © Владимир Трефилов

— Получается, что животные погибли от отравления этими природными токсинами?

— Анализ всей имеющейся информации показал массовое развитие, «цветение» сразу нескольких видов микроводорослей, которые произвели сложную комбинацию различных токсинов. Такие микроводоросли могут приводить к гибели донных гидробионтов как напрямую через токсины, так и опосредованно.

Как это происходит? Когда идёт «цветение», в воде концентрируются многие миллиарды клеток. Затем размножение заканчивается, формируются покоящиеся стадии микроводорослей, так называемые цисты, которые «захораниваются» в грунте, чтобы в будущем при благоприятных условиях снова дать массовое «цветение».

При этом большинство планктонных (то есть плавающих в толще воды) клеток, выполнивших свою функцию, погибают и опускаются на дно. При масштабных «цветениях» это сотни тысяч тонн разлагающегося органического вещества. Гигантская гниющая масса потребляет кислород из придонной воды.

 В результате возникают зоны асфиксии — «заморы».

Протяжённые зоны «заморов» погубили много донных беспозвоночных и донных рыб, которые не смогли эти зоны покинуть.

Придонные виды рыб, например терпуги, могут подняться над зоной «замора» в более верхние слои, где кислорода достаточно. Однако донные, особенно беспозвоночные животные, те же ежи, звёзды, моллюски, — они гибнут.

Наш анализ показывает, что, скорее всего, было и прямое действие токсинов, и были зоны «заморов».

Явление это очень масштабное и природное, простым языком его называют «красные приливы». Оно хорошо фиксируется со спутников, поскольку в воде в это время находится огромное количество органического вещества и пигментов микроводорослей. Наши коллеги, в том числе и зарубежные, тоже анализируют эту информацию. И также сходятся во мнении, что явление природное.

Глава V. Морские научные исследования

  • Явление «красных приливов» приводит к изменению цвета акватории, его вызывает выделяемый микроводорослями пигмент
  • Gettyimages.ru
  • © Merten Snijders

— То есть это и мнение международного научного сообщества?

— Конечно. Мы общаемся с нашими коллегами, в том числе с нашими заокеанскими коллегами, соседями по Тихому океану. Они сталкиваются с теми же самыми проблемами, и у них происходят массовые «цветения» микроводорослей, вызывающие гибель морских организмов. Поэтому здесь мнение научного сообщества совершенно однозначное.

— Выходит, явление «красных приливов» не редкое? Оно никогда не было таким масштабным или никогда не было таким резонансным?

— Явление не редкое. Были гораздо более масштабные события, чем то, что сейчас у юго-восточного и юго-западного побережья Камчатки. Но они затрагивали в основном малонаселённые районы — побережье Чукотки, север Камчатки.

А сейчас пик этого явления пришёлся на населённый район Авачинского залива, фактически от мыса Шипунского до самой южной оконечности полуострова — мыса Лопатки.

 Оно затронуло западное побережье Камчатки, что хорошо видно со спутников.

— Само это явление «красных приливов» может быть вызвано действиями человека, или мы на них никак не влияем? Можно ли предотвратить подобные случаи в будущем?

— Предотвратить эти очень масштабные явления невозможно. Природные процессы происходили, происходят и будут происходить. При этом они связаны как с климатическими изменениями, так и с масштабными океаническими перестройками, в том числе с вертикальными и горизонтальными перемещениями крупных масс воды и так далее.

Мы ещё толком не знаем, что же является основным спусковым механизмом, когда мириады «спящих» в грунте цист вдруг «выходят» в толщу воды, запуская массовое размножение микроводорослей — «красный прилив». Работает комплекс факторов, но все они природные.

Конечно, стоки в море антропогенного органического вещества могут также стимулировать развитие микроводорослей. Но не в случае таких масштабных «цветений». Масштабы антропогенных стоков на Камчатке ни при каких обстоятельствах не могут быть первопричиной «красных приливов», причина здесь однозначно природная.

— Распространено мнение, что природа Дальнего Востока и Арктики является девственно чистой, нетронутой. Однако морская научная экспедиция РАН обнаружила пластик даже на дне Северного Ледовитого океана. Какие сейчас в целом предпринимаются меры по спасению мира от опасных полимеров? 

— Действительно, абсолютно чистых мест в океане остаётся всё меньше, Арктика и Дальний Восток достаточно сильно загрязняются. Например, загрязнение океана пластиком приобретает всё большие и большие масштабы. Даже появилось новое словосочетание — «пластификация» Мирового океана.

Глава V. Морские научные исследования

  • Для загрязнения вод полимерами появилось определение «пластификация» Мирового океана
  • Gettyimages.ru
  • © Rosemary Calvert

Пластик присутствует в океанах в самых разных формах и видах. Самый простой пример — гигантские мусорные пятна. Большое количество пластика мы находим и на морском дне, когда работаем с подводными аппаратами.

 При этом появляется и огромное количество микропластика, частицы которого всё чаще обнаруживаются не только в воде и грунте, но и непосредственно в морских организмах. Мы используем эти морские организмы в пищу, эти частицы оказываются и в нас с вами.

Пластик, конечно, устойчив, он медленно, но всё-таки разрушается в морской воде. Но его микрочастицы и наночастицы сохраняются ещё очень долго.

Что в этом случае можно сделать? Прежде всего, необходимо снизить использование пластика в качестве упаковочной тары, возвращаться к биоразлагаемым материалам. 

— Как развивается сейчас наука на Дальнем Востоке, какие направления наиболее востребованны, какие крупные проекты ведутся в настоящее время?

— Многие научные направления на Дальнем Востоке в первую очередь направлены на изучение Мирового океана и его ресурсов. Здесь проходит граница огромного массива суши и крупнейшего океана. И очень многие исследования направлены на изучение масштабных природных явлений, минеральных и биологических ресурсов.

Среди интересных и перспективных направлений можно выделить глубоководные исследования Мирового океана. Как показывают наши данные, результаты работ с применением подводной робототехники, на дне океана сосредоточены огромные минеральные ресурсы, существенно превышающие таковые на суше. Они представляют собой стратегический запас для будущих поколений. Это касается и биологических ресурсов.

Глава V. Морские научные исследования

  • Российский робот «Подводный инспектор»
  • © Алексей Куденко

На суше наши возможности довольно ограниченны — мы всё больше переходим к генномодифицированной продукции, чтобы увеличить урожайность или продуктивность сельского хозяйства.

 В океане же сосредоточены совершенно колоссальные биологические ресурсы, в том числе в глубоководных областях. При рациональном природопользовании эти ресурсы могут обеспечить высококачественным питанием растущее население нашей планеты.

И, конечно, это тоже является очень важным стратегическим ресурсом нашей цивилизации.

— Ранее вы уже говорили, что Мировой океан исследован хуже, чем космос. Какие связанные с океанами глобальные вызовы и проблемы сейчас наиболее актуальны?

— Ближний космос действительно изучен лучше, чем глубины Мирового океана.

Если в освоении космического пространства мы достаточно хорошо продвинулись, то в отношении океана лишь немногие страны в мире сейчас обладают необходимыми техническими средствами.

И для России очень важно не отстать в этой гонке. Именно наличие технических средств определяет возможность доступа к глубоководным ресурсам Мирового океана.

Многие страны уделяют огромное внимание подводному машиностроению, разрабатывают новые средства исследования и добычи ресурсов. Рано или поздно глубоководные ресурсы Мирового океана подвергнутся разделу, как бы мы ни говорили, что это общее достояние человечества.

— В этом направлении Россия выступает в роли догоняющего?

— К сожалению, уровень научно-экспедиционной деятельности России в Мировом океане оставляет желать лучшего. Это кратно меньше, чем то, что было во времена, например, Советского Союза. Тогда страна вела масштабное исследование океана в самых разных его уголках, в стратегически важных для государства районах Мирового океана.

Также по теме

Глава V. Морские научные исследования «Феномен, с которым мы столкнулись, не уникален»: губернатор Камчатки — о «красных приливах» и экологии региона

Причина гибели морских животных у побережья Камчатки, скорее всего, носит природный характер. Такое мнение в интервью RT высказал…

Сейчас сильно устарел наш научно-исследовательский флот. Некоторые страны мира практически каждый год спускают на воду новые исследовательские суда, оснащённые по самому последнему слову техники. У нас пока это только в планах и в проектах.

Читайте также:  Глава ii. договор страхования

Отставание в таких исследованиях чревато ещё и тем, что может повлечь за собой ограничения со стороны мирового сообщества в доступе к квотам на добычу океанских ресурсов в так называемом международном районе Мирового океана — вне зон национальных юрисдикций.

Когда страна претендует на ресурсы, которые находятся вне её национальной юрисдикции, встаёт вопрос, какой вклад она внесла в изучение данного ресурса в океане. Смогла ли научно обосновать возможность изъятия этого ресурса из океана в тех объёмах, на которые претендует.

Наша страна долгое время была безусловным лидером по изучению Мирового океана. И сейчас на это направление надо обратить самое пристальное внимание.

Морские научные исследования

В результате изучения данной главы обучающийся будет:

  • • знать основные положения международного права по вопросам организации морских научных исследований;
  • • уметь соотносить международные нормы и нормы российского законодательства по вопросам предоставления права и осуществления морских научных исследований в российской ИЭЗ;
  • • владеть способностью применять нормы права, регулирующие морские научные исследования в условиях правового режима конкретного района плавания.

Правовые основы проведения морских научных исследований

Научные исследования Мирового океана осуществлялись задолго до эпохи парусного флота. Сначала они ограничивались прибрежными водами и велись с целью поиска новых промысловых ресурсов. С XI до конца XVII в. основная цель исследований заключалась в поиске и освоении новых земель, а также морских маршрутов, и только в XVIII столетии объектом изучения стал сам океан.

Историографию международных договоренностей в области изучения Мирового океана, по-видимому, следует начать со Стокгольмской конференции 1899 г., после которой в 1902 г.

в Копенгагене был учрежден Международный совет по исследованию моря, целью которого было создание и осуществление международной программы по исследованию Мирового океана и который уже во второй половине XIX в.

руководствовался в своей деятельности уставом, основы которого были сформированы Конвенцией о Международном совете по исслеГлава 8. Морские научные исследования

дованию моря, подписанной в Копенгагене 12 сентября 1964 г. Обязанности Международного совета по исследованию моря заключались в следующем:

  • а) содействие проведению исследований и изысканий по изучению моря, особенно тех, которые касаются его живых ресурсов;
  • б) разработка программ, которые требуются для этой цели, и организация исследований и научных изысканий, которые могут оказаться необходимыми;
  • в) опубликование или иным образом распространение результатов исследований и научных изысканий, проведенных под его эгидой (ст. I)[1].

Международный совет по исследованию моря не осуществляет свою деятельность глобально, во всех акваториях Мирового океана, поскольку в силу положений ст. 2 названной Конвенции ограничен в своих усилиях географическими рамками Атлантического океана и прилегающих к нему морей.

С принятием КМП-82 правовая основа международных усилий по исследованию морей и океанов существенно расширилась. В соответствии с положениями ч.

XIII КМП-82 все государства, независимо от их географического положения, и компетентные международные организации имеют право проводить морские научные исследования при условии соблюдения прав и обязанностей других государств, предусмотренных морским правом, и с учетом того, что указанная деятельность не создает правовой основы для каких бы то ни было притязаний на любую часть морской среды или на ее ресурсы.

Морские научные исследования могут проводиться во всех категориях морских пространств, однако прибрежные государства в осуществление своего суверенитета имеют исключительное право регулировать, разрешать и проводить морские научные исследования в своем территориальном море (ст. 245). Что касается морских научных исследований в ИЭЗ и на континентальном шельфе, то они также могут проводиться только с согласия прибрежных государств.

Вместе с тем прибрежные государства должны давать свое согласие «без неоправданных задержек или отказов» на осуществление другими государствами или компетентными международными организациями морских научно-исследовательских проектов в своей ИЭЗ или на своем континентальном шельфе, хотя при этом положения ст.

246 КМП-82 содержат не объясненную в иных статьях, однако имеющую ключевое значение в обосновании отказа фразу «при обычных обстоятельствах». Впрочем, дальнейшие положения ч. XIII КМП-82 оставляют мало шансов получить разрешение прибрежного государства на морские научные исследования, ибо оно (прибрежное государство), согласно ст.

246, имеет полное право в этом отказать, если проект такого исследования:

  • а) имеет непосредственное значение для разведки и разработки природных ресурсов, как живых, так и неживых (если только проект не предполагает такие исследования ближе границы в 200 морских миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориального моря, и такие районы находятся вне тех, которые прибрежные государства в любое время могут официально объявить районами, где ведутся или будут вестись после разумного периода времени сосредоточенные в этих районах операции по разработке или детальной разведке; прибрежные государства должны давать «разумные уведомления» о таких районах, а также о любых изменениях в отношении этих районов, но не обязаны давать детальное описание проводимых в них операций);
  • б) включает бурение на континентальном шельфе, использование взрывчатых веществ или привнесение вредных веществ в морскую среду;
  • в) включает строительство, эксплуатацию или использование таких искусственных островов, установок и сооружений;
  • г) содержит информацию в отношении характера и целей проекта, которая является неточной, или если проводящее исследование государство или компетентная международная организация имеют невыполненные обязательства перед прибрежным государством, вытекающие из ранее осуществленного исследовательского проекта.

В ст. 248 КМП-82 государства и компетентные международные организации, имеющие намерения проводить морские научные исследования в ИЭЗ или на континентальном шельфе прибрежного государства, обязываются предоставлять последнему не менее чем за шесть месяцев до предполагаемой даты начала морского научно-исследовательского проекта полную информацию:

  • а) о характере и целях проекта;
  • б) методе и средствах, которые будут использованы, включая название, тоннаж, тип и класс судов и описание научного оборудования;
  • в) точных географических районах, в которых будет проводиться проект;
  • г) предполагаемых датах первого прибытия и окончательного ухода исследовательских судов или в соответствующих случаях размещения и снятия оборудования;
  • д) названии учреждения, под эгидой которого проводится проект, директоре и лице, ответственном за проект;
  • е) степени, в которой прибрежное государство считается способным участвовать или быть представленным в проекте.

Все государства, независимо от их географического положения, имеют право на проведение морских научных исследований в водной толще за пределами своего территориального моря и в Районе (ст. 255, 256 КМП-82).

В любом районе морской среды для осуществления деятельности, связанной с морскими научными исследованиями, могут размещаться и использоваться научно- исследовательские установки или оборудование любого типа (не создающее вместе с тем препятствий на установившихся путях международного судоходства), причем последние не имеют статуса островов, они не имеют своего территориального моря, и их наличие не влияет на делимитацию территориального моря, ИЭЗ или континентального шельфа (ст. 259 КМП-82), однако вокруг них могут создаваться зоны безопасности, не превышающие 500 метров (ст. 260 КМП-82).

  • Научно-исследовательское оборудование, выставляемое в море, должно иметь опознавательные знаки с указанием государства регистрации или международной организации, которой оно принадлежит, а также надлежащие согласованные в международном порядке средства предупреждения для обеспечения безопасности морской и воздушной навигации, с учетом норм и стандартов, установленных IMO и ICAO.
  • Государства несут ответственность за меры, принимаемые ими в нарушение КМП-82 в отношении морских научных исследований, проводимых другими государствами, их физическими или юридическими лицами или компетентными международными организациями и обеспечивают компенсацию ущерба, причиненного в результате таких мер, в том числе загрязнением морской среды в результате морских научных исследований.
  • Споры, относящиеся к толкованию или применению положений КМП-82, касающихся морских научных исследований, подлежат урегулированию мирными средствами:
  • — посредством общего, регионального или двустороннего соглашения или каким-либо иным образом, по процедуре, влекущей обязательное решение;
  • — путем выбора процедуры по своему усмотрению.

Федеральный закон 187ФЗ от 30 ноября 1995 г. «О континентальном шельфе Российской Федерации»

  • Глава V. Морские научные исследования
  • Федеральным законом от 22 апреля 2003 г. N50-ФЗ в статью 23 настоящего Федерального закона внесены изменения
  • СТАТЬЯ 23. ПРИНЦИПЫ ПРОВЕДЕНИЯ МОРСКИХ НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ,ПРЕДСТАВЛЕНИЕ И СОДЕРЖАНИЕ ЗАПРОСА НА ПРОВЕДЕНИЕ МОРСКИХ НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
  • Морские научные исследования должныносить исключительно мирный характер, в том числе не должны создавать угрозуобороне и безопасности Российской Федерации.
  • Морские научные исследования могутпроводиться:
  • федеральными органами исполнительнойвласти и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации,физическими и юридическими лицами Российской Федерации (далее для настоящейглавы — российские заявители);
  • иностранными государствами икомпетентными международными организациями, а также уполномоченнымииностранными государствами или компетентными международными организациямииностранными гражданами и иностранными юридическими лицами (далее в настоящейглаве — иностранные заявители).
  • Правила проведения морских научныхисследований, включая порядок представления запросов на проведение морских научныхисследований (далее в настоящей главе — запрос) и принятия по запросам решений,устанавливаются Правительством Российской Федерации в соответствии смеждународными договорами Российской Федерации и настоящим Федеральным законом.
  • Российские заявители, заинтересованные впроведении морских научных исследований, подают в федеральный органисполнительной власти в области науки и технической политики запрос не менеечем за шесть месяцев до начала года проведения морских научных исследований.
  • Иностранные заявители, заинтересованные впроведении морских научных исследований, для получения разрешения на указанныеисследования направляют по дипломатическим каналам не менее чем за шестьмесяцев до предполагаемой даты начала проведения морских научных исследованийзапрос в федеральный орган исполнительной власти в области науки и техническойполитики.
  • Запрос (для иностранных заявителей — нарусском языке и языке заявителя) должен содержать:
  • информацию о характере и целях морскихнаучных исследований;
  • программу морских научных исследований,включающую описание методов и средств указанных исследований и техническиххарактеристик таких средств, а также названия, тоннаж, типы, классы судов,подводных обитаемых и необитаемых аппаратов, летательных аппаратов, других транспортныхсредств, которые будут использованы при проведении морских научныхисследований;
  • географические координаты районов, вкоторых планируется проведение морских научных исследований, маршрутыследования к указанным районам и от них;
  • предполагаемые дату первого прибытия врайон проведения морских научных исследований и дату окончательного ухода изуказанного района, а в случаях автономного размещения научного оборудованиядаты его размещения и удаления;
  • наименование организации, подруководством которой проводятся морские научные исследования;
  • информацию о лице, ответственном запроведение морских научных исследований (начальнике экспедиции);
  • информацию о возможном воздействиипланируемых морских научных исследований на морскую среду, природные ресурсы;
  • обязательство соблюдать условия,указанные в разрешении на проведение морских научных исследований, иобеспечивать соответствие используемых в ходе таких исследований техническихсредств (включая их технические характеристики) техническим средствам (включаяих технические характеристики), указанным в запросе.
  • Российские заявители представляютзасвидетельствованные в нотариальном порядке копии лицензий на осуществлениевидов деятельности, предусмотренных программой морских научных исследований иподлежащих лицензированию в соответствии с законодательством РоссийскойФедерации, а также в случае участия в указанных исследованиях иностранныхграждан, иностранных юридических лиц или международных организаций прилагают кзапросу информацию обо всех формах и о степени такого участия.
  • Иностранные заявители представляютинформацию обо всех формах и о степени участия граждан Российской Федерации ироссийских юридических лиц в морских научных исследованиях, проводимыхиностранными заявителями.
Читайте также:  Декларация ИП - советы юриста

От российских и иностранных заявителейможет быть потребована дополнительная информация относительно морских научныхисследований, на проведение которых запрашивается разрешение. В этом случаесрок рассмотрения запроса исчисляется с даты представления российским илииностранным заявителем дополнительной информации.

Размещение и использование наконтинентальном шельфе научно-исследовательских установок и оборудования любоготипа, за исключением таких, которые непосредственно предназначены дляпроведения исследований неживых ресурсов или водных биоресурсов, а такжеобеспечения обороны и безопасности Российской Федерации, осуществляются впорядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом для проведения морскихнаучных исследований. При этом данные установки и оборудование должны нестиопознавательные знаки с указанием государства регистрации или компетентноймеждународной организации, которой они принадлежат, а также иметь надлежащие,согласованные в международном порядке средства предупреждения для обеспечениябезопасности морской и воздушной навигации с учетом норм и стандартов,установленных компетентными международными организациями.

Морские научные исследования, районпроведения которых хотя бы частично находится во внутренних морских водах или втерриториальном море Российской Федерации, проводятся в порядке,предусмотренном Федеральным законом от 31 июля 1998 года N 155-ФЗ «Овнутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне РоссийскойФедерации».

Федеральным законом от 22 августа 2004 г. N122-ФЗ в статью 24 настоящего Федерального закона внесены изменения,вступающие в силу с 1 января 2005 г. 

Федеральным законом от 30 июня 2003 г. N86-ФЗ в статью 24 настоящего Федерального Закона внесены изменения

Федеральным законом от 22 апреля 2003 г. N50-ФЗ в статью 24 настоящего Федерального закона внесены изменения

Ложные цели морской науки

Нужно ли для сетецентрических войн умение двигать диваны?

Гибридная мировая война, идущая сейчас, ставит особые задачи перед русскими моряками. Американские ВМС практически становятся военно-научным видом ВС. А вот у нас положение с этим весьма плачевное.

Как у них

«В будущих морских операциях будут использоваться революционные информационные технологии и возможности рассредоточенных сил, объединенных единым информационным пространством для достижения беспрецедентной наступательной мощи, гарантированной обороны и операбельности в составе объединенных соединений». Это говорит адмирал Вернер Кларк, бывший начальник штаба ВМС США в 2000–2005 годах.

“ Многочисленные научно-исследовательские работы, которые ведутся из года в год, заканчиваются, как правило, толстыми томами отчетов, годами пылящимися на полках в секретных библиотеках ”

А вот что пишет Михаил Иринин в статье «Объединенные военно-морские силы НАТО на горизонте 2030 года» : «Сегодняшнее западное информационное пространство изобилует иллюстрациями о неотвратимом продвижении Объединенных военно-морских сил стран (ОВМС) НАТО на восток.

По мнению иностранных журналистов, демонстрация присутствия североатлантических многоцелевых экспедиционных формирований в отдельных регионах Земли стала неотъемлемым способом ведения глобальной войны Запада с Востоком наряду с политическими, информационными и экономическими атаками.

В частности, такие пресыщенные оптимизмом заявления адмиралов Пентагона о передовой роли ВМС концептуально закреплены в документе КНШ ОВС США «Единая перспектива-2010», определяющем развитие военной стратегии страны в XXI веке. Из него следует, что в 2020–2030 годах ВМС США окончательно займут оперативно-стратегическое океанское превосходство».

Матрос со степенью

  • Давайте на основании опыта определим основные методы достижения этого превосходства.
  • Во-первых, ОВМС НАТО ведут интенсивные разработки по оптимизации тактико-технических характеристик радиоэлектронного вооружения, в первую очередь за счет модернизации его элементной базы и усложнения алгоритмов обработки информации в этих системах.
  • Итогами мероприятий подобного рода становятся:
  • для систем освещения обстановки – увеличение дистанций обнаружения воздушных, надводных и подводных целей, повышение вероятности правильной классификации обнаруживаемых целей, сокращение времени выработки и выдачи целеуказаний в информационно-управляющие системы;
  • для систем автоматизированного управления – решение задачи наиболее всеобъемлющего анализа тактической обстановки в реальном масштабе времени, сокращение времени приема целеуказаний от внешних источников, выработки рекомендаций и выдачи сигналов управления на станции управления оружием и спецсредствами;
  • для радиоэлектронных систем управления оружием – сокращение времени приема управляющих сигналов и их передачи непосредственно для применения оружия и спецсредств.
  • Во-вторых, ОВМС НАТО проводят интенсивную работу по снижению уровня демаскирующих полей кораблей и морской авиации в первую очередь за счет снижения уровня шумности, уровня электромагнитного поля и отражающей поверхности корпусов подводных лодок, снижения радиоотражающей поверхности надстроек кораблей и планеров самолетов.
  • Это приводит к сокращению дистанций обнаружения подводных лодок, надводных кораблей и самолетов радиолокационными, акустическими, магнитометрическими и неакустическими средствами, а также к снижению собственных помех работе радиоэлектронных средств и как следствие – к увеличению дистанций обнаружения воздушных, надводных и подводных целей.

В-третьих, флоты НАТО разрабатывают и внедряют новые способы тактического применения сил и средств как в условиях поиска сил противника, так и скрытного применения своих сил. Основным итогом новаций подобного рода становится в первую очередь снижение времени реакции на изменение тактической обстановки практически до нуля.

Ведущие страны НАТО оптимизируют организацию своих военно-морских сил в целом как в повседневности, так и при деятельности в условиях выполнения боевых задач.

Задача решается в первую очередь за счет повышения профессионализма экипажей кораблей и путем разделения труда: профессионалов различных отраслей военно-морского дела, специалистов по тактике применения оружия и вооружения, специалистов по боевому применению, эксплуатации и ремонту вооружения.

В итоге они имеют все возможности для создания высокопрофессионального флота, личный состав которого рассматривается уже не как просто военнослужащие, но как специалисты военного дела, способные максимально качественно выполнять поставленные задачи. В том числе оптимально используя имеемое на борту носителя оружие и вооружение.

Такой подход подразумевает и использование военно-морского флота по двойному назначению – военному и научному. Повышение профессионального уровня экипажей позволит не только отрабатывать в процессе учений боевые задачи, но и разрабатывать новые методики добывания тех или иных видов информации, накапливать в процессе боевых служб ценнейший массив научной и разведывательной информации.

Основным же итогом «научнизации» неприятельских флотов становится качественная трансформация профессионального уровня военнослужащих ВМС.

Они становятся теперь не только экипажем, но и сотрудниками ученых – специалистами в области применения бортовых средств. Это обеспечивает, с одной стороны, качественный выигрыш в будущей «войне мозгов» по сравнению с «пушечным мясом» противника.

А с другой – позволяет получить большой корпус специалистов, способных к применению вооружения по двойному назначению.

Примером может стать разработка сотрудниками Массачусетского университета на деньги ВМС США модуля сбора и классификации с помощью нейросети сигналов биологической природы, который планируется интегрировать в перспективные гидроакустические комплексы военного назначения.

Ее величество «галочка»

Мы же заметно отстаем в части той же акустики от вероятного противника. Их лодки обнаруживают наши на пять – семь кабельтовых дальше, нежели ПЛ ВМФ РФ иностранцев, то есть выигрыш в дальности обнаружения у американцев составляет 1–1,3 километра.

Этого вполне достаточно, чтобы скрытно преследовать наши субмарины и потопить их до того, как они смогут выпустить свои баллистические и крылатые ракеты. С нами играют, как кошка с мышкой, «подставляясь» только для того, чтобы измерить дистанцию, на которой русские начнут «дергаться».

Важнейший разведпризнак – дальность обнаружения.

Недавно Министерство обороны РФ заказало одному очень уважаемому ядерному центру цифровую имитационную модель всех Вооруженных сил РФ, в том числе и военно-морской ее составляющей. За неполных полтора года специалисты центра выполняли заказ с участием массы контрагентов.

Последние, естественно, должны были создать имитационные модели кораблей, подводных лодок, морской авиации со всей их бортовой начинкой – крылатыми и баллистическими ракетами, радиолокационными, гидроакустическими, магнитометрическими и неакустическими средствами, минами, торпедами и ракето-торпедами, средствами радиоэлектронной борьбы и радиогидроакустическими буями и даже информационно-управляющими комплексами. Если подходить к задаче ответственно – работы лет на десять. Но, мол, надо управиться за полтора-два года. Абсурд полный, поскольку построением подобных комплексных моделей должны заниматься военно-научные центры ВМФ на протяжении всего своего существования. Десятилетиями и в тесном сотрудничестве друг с другом, интегрируя модель за моделью в состав единого информационного комплекса имитационного моделирования, а не заставляя промышленность сделать по принципу «Быстро, но лишь бы было» работу, которой должны заниматься они сами. Для галочки. Для отмывания средств. Для того, чтобы пустить пыль в глаза проверяющему вышестоящему командованию. Но только не для решения массы насущных задач – от оптимизации тактико-технических характеристик изделий до планирования стратегических операций.

Откуда должны браться имитационные модели этих самых сил и средств? А спросите у специалистов этих центров, чем заканчиваются многочисленные научно-исследовательские работы, которые они ведут из года в год.

Читайте также:  Статья 17. Ограничения на приватизацию организаций кинематографии

Как правило, толстыми томами отчетов, мертвым грузом оседающих в секретных библиотеках, годами пылящимися на полках.

Как правило, в руки человека они попадают один раз в год, когда комиссия по обеспечению сохранности секретных документов их пересчитывает.

«Смирно! Товарищ капитан первого ранга! Противопожарное подразделение энского военно-научного центра ВМФ для фотографирования построено!» – таковы ежедневные будни Военно-научного центра ВМФ.

Постоянные ознакомления с чем-либо, какие-то нелепые патрули и антитеррористические тревоги, фотографирования повседневной деятельности собираются в помещении, делают вид, что изучают очередной противогаз или огнетушитель по пять раз на дню (привет министру обороны).

Только присел «завернуть интеграл», глядь – куда-то нужно бежать, представлять бесконечные отчеты и «обобщалки», перетаскивать диваны, холодильники и чайники. Вешать и снимать портреты и наставления, организовывать и тут же расформировывать чайные комнаты.

Куда-то прибывать для обеспечения массовки, где-то постоянно расписываться, строиться, с чем-то знакомиться под роспись, отбрыкиваться от десятков сыплющихся сверху совершенно идиотских вводных и так день за днем. Это именно то, что необходимо для подготовки наших сил к сценариям будущих сетецентрических войн.

Немудрено, что сегодня офицеры массово, а я знаю, о чем говорю, бегут из морской науки, поскольку ее становится все меньше и меньше.

Хватит красить траву

Так что следует делать? Во-первых, срочно расформировать ВУНЦ (Военный учебно-научный центр), вырвать ученых (научно-исследовательские центры ВМФ, НИЦ) из-под пяты преподавателей (Военно-морская академия) и оградить их от всяческой побочной непродуктивной деятельности, кроме профессиональной. При этом необходимо радикально изменить организацию научно-исследовательских работ. Каждая НИР должен заканчиваться вот этим:

  • обобщенный информационно-технический облик опытного образца изделия;
  • программный макет изделия, включающий в себя унифицированную модель интерфейса и режимов работы;
  • совокупность алгоритмов обработки информации в каждом из этих режимов;
  • проект руководства по боевому использованию изделия;
  • и наконец, научно обоснованное на этапе отработки модели и макета тактико-техническое задание на разработку опытного образца изделия.

В совокупности результатом НИР, направленной на разработку проекта изделия морского назначения, должен стать научно-технический базис, составляющий до 30–35 процентов объема работ, направленных на создание опытного образца в рамках опытно-конструкторской работы (ОКР). Соответственно примерно такой объем средств, направленных на ОКР, будет сэкономлен, за счет чего следует материально мотивировать сотрудников НИЦ.

Во-вторых, создать на базе каждого НИЦ подразделения, занимающиеся обобщением результатов научно-исследовательских работ в рамках единой информационной платформы.

В-третьих, создать единый центр (лабораторию), занимающуюся сбором материалов от всех центров и их объединением в единый комплекс имитационного моделирования, в котором были бы реализованы действующие в реальных изделиях реальные алгоритмы, а не эмпирические прикидки на уровне «пол-палец-потолок».

А вот уже этот комплекс использовать на всю катушку – от планирования операций на флотах и обучения (начиная с операторов бортовых средств и заканчивая слушателями академии) до оптимизации тактико-технических требований к новым видам вооружений специалистами тех же НИЦ. И комплекс этот должен иметь гибкие, постоянно пополняемые базы данных от ТТХ изделий до банка алгоритмов и методик обработки информации.

Уже семь лет, как разработана «Концепция оптимизации научно-исследовательской деятельности научно-исследовательских организаций в интересах развития ВМФ России». Знаете, каков примерный ответ руководства после ознакомления с ней? Примерно такой: «А кто тогда траву будет красить?».

  1. И правда – кто? Особенно в условиях сетецентрической войны…
  2. Виталий Шпикерман, акустик, кандидат технических наук, капитан 2-го ранга запаса
  3. Газета «Военно-промышленный курьер», опубликовано в выпуске № 19 (832) за 26 мая 2020 года

Флоты просвещения

Как стало известно “Ъ”, Минобрнауки разработало концепцию создания в России единого оператора научно-исследовательских судов.

На первом этапе министерство собирается забрать такие суда у подведомственного Института океанологии имени Ширшова, а затем предлагает объединить флоты и других ведомств. Смысл изменений — сокращение затрат, унификация флота и концентрация ресурсов на ключевых исследованиях.

Росгидромет и Росрыболовство уже выступили против такого подхода. В Институте океанологии полагают, что создание оператора не решит основные проблемы научно-исследовательского флота.

На Морской коллегии под председательством вице-премьера Юрия Борисова 19 февраля обсуждалась разработанная Минобрнауки концепция создания единого национального оператора (ЕНО) в сфере строительства, содержания и использования научно-исследовательских судов (НИС).

В аппарате господина Борисова “Ъ” сообщили, что по итогам коллегии Минобрнауки, Минсельхозу и Минприроды дано поручение дополнительно проработать вопрос создания ЕНО.

При этом в протоколе будет отмечено, что это «перспективное направление в повышении эффективности морских научных исследований».

составляет возраст самого «молодого» научного судна Института океанологии имени Ширшова

Сейчас научные суда используются различными ведомствами для своих задач, наиболее крупные флоты у Минобрнауки, Росгидромета и Росрыболовства. Все суда устарели (в среднем им более 30 лет), многие не могут выйти в море.

Минобрнауки предлагает передать их ЕНО, чтобы тот занимался обеспечением и координацией морских исследований, развитием флота и формированием баз данных по результатам экспедиций.

Кроме того, предлагается строить новые суда в виде «унифицированных платформ модульного типа», чтобы использовать их для проведения разных исследований.

В министерстве также заявили “Ъ”, что создание ЕНО «исключит конфликт интересов, который невольно возникает между институтами — судовладельцами и другими научными организациями».

Против создания ЕНО выступил Росгидромет.

Там считают, что передача функций по «содержанию, обновлению, ремонту, обеспечению выполнения требований международных конвенционных и отечественных документов создает угрозу срыва выполнения государственных обязанностей и задач по обеспечению регулярных исследований Мирового океана, Арктики и Антарктики и мониторинга состояния загрязнения морской среды». В Росгидромете заявили “Ъ”, что считают концепцию «нецелесообразной», поскольку ЕНО не несет ответственности «за исполнение возложенных на Росгидромет обязанностей, связанных с работами подведомственного научного флота».

Из материалов Минобрнауки следует, что создание ЕНО не поддержали и в Росрыболовстве.

Там считают, что использование их судов для целей, не связанных с их прямым предназначением, крайне негативно отразится на функционировании рыбохозяйственной отрасли и приведет к ослаблению государственных функций по управлению водными биоресурсами.

В агентстве “Ъ” не смогли подтвердить свою позицию, уточнив, что в настоящее время тема прорабатывается. Источник “Ъ”, знакомый с ситуацией, говорит, что на заседании Морколлегии глава Росрыболовства Илья Шестаков склонялся к возможности передать часть исследований в ЕНО, оставив за агентством определенные виды работ.

Представитель ВМФ РФ на Морколлегии отметил, что «создание ЕНО может рассматриваться как направление долгосрочного перспективного развития научно-исследовательского флота», но сам ВМФ нуждается в специализированных судах.

Пока решение о ЕНО не принято, Минобрнауки приступило к созданию ведомственного оператора НИС.

В его рамках планируется передать флот из 11 НИС неограниченного района плавания (7 в эксплуатации), а также недвижимое имущество (причал, портовые сооружения и т. д.) из Института океанологии РАН имени Ширшова (ИО) в управление научно-исследовательского флота ДВО РАН (УНИФ).

В 2017 году флот был передан от УНИФ в ИО. Сейчас, согласно «дорожной карте» (есть у “Ъ”), УНИФ планируется преобразовать в ФГБУ «Единый ведомственный оператор научно-исследовательского флота Минобрнауки России».

В ИО “Ъ” сообщили, что уже получили документы о передаче тихоокеанской базы флота в УНИФ.

В ИО считают, что передача флота не приведет к позитивным переменам, а лишь удалит суда от конечных пользователей, создаст существенные организационные трудности и увеличит необязательные затраты.

В материалах института к Морколлегии предлагается сосредоточиться на существующих проблемах, главная из которых — ограниченное финансирование. Как следует из письма ИО от 30 января в РАН, в последние годы бюджет выделял на содержание НИС и морские экспедиционные исследования 1 млрд руб. в год.

Это позволяло выполнить минимальный плановый ремонт судов и провести 838 судо-суток экспедиционных исследований (в 2019 году). В 2020 году, поскольку траты на ремонт вырастут, общий объем исследований сократится на 30%.

В Европе эффективный показатель одного НИС — загруженность исследованиями 280–300 суток в год, для достижения такого результата в РФ при существующей структуре флота финансирование должно составить 2,9 млрд руб.

Анастасия Веденеева

Ссылка на основную публикацию