Статья 8. презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей

Статья 8. Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей

В случае смерти или неизлечимой травмы, каждый человек в России считается согласным на изъятие органов для пересадки. Нравится вам это или нет, но такой порядок распоряжения вашим «внутренним миром» не информируя об этом родственников или близких, предусмотрен Федеральным законом. Одни соглашаются стать донором и исходят их принципов гуманности и сострадания к потенциальным реципиентам, а другие руководствуются принципом «ни себе, ни людям». Однако и те и другие в случае беды не откажутся от жизненно важного органа…

Согласно закону «о трансплантации органов или тканей человека» в России действует презумпция согласии, в соответствии с которой каждый гражданин по умолчанию согласен на посмертное донорство. Смерть в данном случае подразумевает собой необратимые изменения головного мозга, когда его функции уже не могут быть восстановлены. При этом остальные органы еще «живы».

Избежать донорства можно в том случае, если при жизни человек выразил свое несогласие в изъятии органов. Но и тут можно столкнуться с проблемой.

Человек должен постоянно носить в письменном виде отказ на изъятие, иначе врачи просто не смогут узнать его возражения на донорство.

В России пока не существует единого регистра, где хранилась бы информация о несогласии пациентов стать донорами, но, по мнению трансплантолога Российского научного центра радиологии, такой регистр решил бы множество проблем.

«Если будут созданы базы данных, то человеку будет проще выразить свое отношение к донорству — категорический отказ или же согласие. Если  человек находится в листе согласных, то сразу же возникает мнение, что такого человека будут специально отлавливать, умертвлять и забирать на органы.

Возникает вопрос: зачем нужен регистр на согласие? Государство должно учесть именно негативное отношение к посмертному донорству. Если человек, по каким либо причинам не хочет быть донором, то он внесет себя в список отказавшихся. Если человек не выразил своего несогласия, то он по умолчанию не против стать донором».

По мнению эксперта, испрошенное согласие это «лишние игры в демократию», а не нормальное отношение к людям.

Когда речь заходит о презумпции согласия, возникает множество споров о ее гуманности. Люди, отказавшиеся от посмертного донорства, идут на этот шаг осознанно. Но могут ли  тогда они  рассчитывать, в случае необходимости, на донорский орган? Тут возникает вопрос социальной солидарности. Как правило, такие люди настаивают на пересадке донорского органа.

«Общество, которое скажет, что мы не согласны с посмертным донорством, не доросло до такого морального состояния, чтобы воспользоваться разработанной с технологической  точки зрения медицинской помощи как пересадка донорских органов»

Исходя из закона «О трансплантации тканей или органов человека», врачи имеют права изымать органы у пациента, не информируя об этом родственников или близких.

«Я бы не ставил вопрос о необходимости сообщать близким погибшего об изъятии органов для трансплантации. На них свалилось  несчастье, и человек, убитый горем,  находится в таком состоянии, когда половину слов он просто не понимает. Информирование о посмертном донорстве принесет им лишь больше страданий».

Для родных принятие решения о трансплантации  является настоящей психологической нагрузкой. Родственники умерших, переживая уход родного человека, просто откажутся от посмертного донорства, даже не осознавая, что согласие смогло бы спасти несколько жизней. Обязательное информирование родственников умершего,  приведет к снижению операций по трансплантации.

В 2014 году Елена Саблина, мать погибшей в автокатастрофе Алины обратилась в Конституционный суд России. Девушка попала в реанимацию после того, как ее сбил автомобиль. Она пробыла в коме шесть дней, а затем скончалась.

Месяц спустя, изучая материалы дела, Елена случайно узнала, что ее дочь похоронили без семи органов, в том числе сердца, печени и почек.

Суд подтвердил право медицинских учреждений изымать органы у скончавшихся людей, не уведомляя об этом их родственников.

«Девушка погибла не от изъятия органов, а от черепно-мозговой травмы, которую она получила в ДТП.

У  родственников было меньше претензий к тому, кто сбил ее, чем к врачам, которые изъяли органы в соответствии с законом, так как они не были извещены о несогласии на донорство.

Родственники набрасываются на того, кто ближе, хотя виновник случившегося водитель автомобиля, он первопричина.  Здесь норма этики не работает с точки зрения родственников, а не врачей».

«Отказ от презумпции согласия приведет  к дефициту донорских органов. Это приведет к упадку проводимых операций по трансплантации, что, в свою очередь, увеличит смертность. Но готово ли общество к этому?»

«Если все будут отказываться от посмертного донорства, то значит, этому обществу такой вид медицинской помощи не нужен. Общество не доросло до него. Трансплантация это не та медицина, где есть врач, болезнь и больной.

Здесь есть еще один участник – донор.

Общество, которое скажет, что мы не согласны с посмертным донорством, не доросло до такого морального состояния, чтобы воспользоваться разработанной с технологической  точки зрения медицинской помощи как пересадка донорских органов».

Презумпция согласия действует во многих странах. На сегодняшний день многие не знают, что по закону изначально каждый согласен быть донором, и врач может не спрашивать согласия на донорство у родственников.

  По мнению экспертов, каждый человек должен знать, что представляет из себя этот закон, и каждый должен решить для себя, готов ли он стать донором или нет. Но, к сожалению, информирования о презумпции согласия нет. Об этом не говорят ни в школах, ни в больницах.

Зачастую люди узнают о презумпции только когда сталкиваются с  ней  лично – как родственник умершего или реципиент.

Ольга Викторова

Статья 8. Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей

Молчание — знак согласия на трансплантацию

Конституционный суд РФ (КС) подтвердил законность изъятия органов для трансплантации после смерти человека без согласия его родственников.

Ранее в суд обратились близкие скончавшейся в больнице Алины Саблиной, сердце, почки и другие внутренние органы которой были изъяты без их ведома, потребовав признать неконституционными соответствующие нормы «Закона о трансплантологии».

Теперь родственники госпожи Саблиной уже обратились в Европейский суд по правам человека.

В январе 2014 года 19-летнюю Алину Саблину сбила машина. Пострадавшую доставили в реанимацию ГКБ N1 имени Пирогова, где спустя пять дней она скончалась.

Мать погибшей Елена Саблина позднее узнала об изъятии в целях трансплантации сердца, почек, части аорты, нижней полой вены, надпочечников и части правого легкого.

Госпожа Саблина обратилась в суд, требуя взыскать с больницы компенсацию морального вреда, но получила отказ.

Статья 8. Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей

В июле 2015 года родственники Алины Саблиной обратились с жалобой в КС на нарушение прав и свобод статьей 8 Закона «О трансплантации органов».

Эта статья предполагает презумпцию согласия на изъятие органов и тканей у трупа, однако прописывает, что оно не допускается, если «при жизни данное лицо либо его близкие родственники заявили о своем несогласии на изъятие его органов».

Читайте также:  Статья 5. Льготы по предоставлению, строительству жилого помещения, оплате жилого помещения и коммунальных услуг, бытовых услуг, а также особенности предоставления земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности

Родственники Алины Саблиной отмечают в жалобе, что они находились в контакте с врачами, однако те несообщили о намерении изъять органы Алины.

Ее мать отмечает, что сложившаяся правоприменительная практика «исключает обязанность врачей сообщать родственникам потенциального посмертного донора о планируемом изъятии органов». Она подчеркивает, что это не делается даже в случаях, когда законные представители «находятся непосредственно в учреждении здравоохранения, и не составляет никаких сложностей проинформировать их».

Вчера КС опубликовал определение об отказе в принятии к рассмотрению жалобы родственников Алины Саблиной, отметив, что аналогичный вопрос был рассмотрен в 2003 году.

Тогда судьи указали, «что трансплантация органов или тканей человека является средством спасения жизни и восстановления здоровья людей».

«Презумпция согласия на изъятие органов имеет целью развитие в стране донорства и трансплантации и Конституции не нарушает»,— говорится в документе.

Суд также отметил, что «существо требований заявителей фактически сводится к необходимости перехода от существующей в России модели презумпции согласия на изъятие органов человека после его смерти к системе испрошенного согласия». Однако решение этого вопроса, уточняют в суде, составляет прерогативу законодателя и не относится к компетенции КС РФ.

Статья 8. Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей

Кроме того, в суде напомнили, что в настоящее время разработан и внесен в правительство проект ФЗ «О донорстве органов, частей органов человека и их трансплантации», который предусматривает ведение регистра доноров органов, реципиентов и донорских органов.

«Широкое обсуждение проекта этого закона отражает демократический процесс выработки рационального, обоснованного и справедливого решения,— отмечается в определении.

— Вмешательство же КС РФ в указанный процесс, а также деликатность данной проблемы, было бы в настоящий момент преждевременным и не согласующимся с целями данной дискуссии».

Представитель заявителей Антон Бурков назвал решение КС «отпиской»: «Если сравнивать жалобу и определение, то понятно, что судьи КС все прекрасно понимают и свое понимание специально умалчивают в определении: умалчивают проблему, что в ст. 8 «презумпция согласия» превратилась в фикцию, в искусственное предполагаемое согласие».

Он отметил, что «с презумпцией согласия никто и не старается выяснять реальное согласие, даже если родственники не отходят от реанимации»: «Врачи не говорят родственникам о планируемом изъятии, общаясь с трансплантологами, проводя у еще живого человека анализы на возможность изъятия органов, совместимость. Это очень удобная презумпция».

Господин Бурков сообщил, что родственники Алины Саблиной уже обратились в Европейский суд по правам человека.

Об этом они заявили также в своей жалобе в КС, указывая на нарушение положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, «запрещающих жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, защищающих право на частную и семейную жизнь, право на свободу доступа к информации и выражения своего мнения».

Министерство здравоохранения РФ пока не прокомментировало решение КС.

Валерия Мишина; Анна Пушкарская, Санкт-Петербург

В россии могут ввести презумпцию согласия на посмертное донорство. зачем это нужно и кто может стать донором?

Но даже если человек подписывает согласие, это еще не значит, что он сможет стать донором. «Стать посмертным донором — это редкость», — говорит руководитель отделения трансплантации почки РНЦХ имени Петровского Михаил Каабак

Статья 8. Презумпция согласия на изъятие органов и (или) тканей Сергей Савостьянов/ТАСС

В России могут ввести презумпцию согласия на посмертное донорство — каждый россиянин может стать донором органов, если он не оставил при жизни письменного или устного отказа от этого либо этот отказ не дали его родственники в течение трех часов после того, как у него диагностировали смерть мозга.

Такой законопроект разработан экспертами Минздрава и внесен в Госдуму на обсуждение, которое намечено на весеннюю сессию. Об этом заявил председатель комитета Госдумы по охране здоровья Дмитрий Морозов, сообщает «Парламентская газета».

Помимо прочего, согласно документу, медики обязаны после смерти мозга пациента сообщать его родственникам о намерении изъять у него органы для пересадки. Если у человека нет родственников или о них ничего не известно, решение будет принимать консилиум.

Зачем нужны эти нормы и кто может стать донором? Инициативу комментирует руководитель отделения трансплантации почки РНЦХ имени Петровского Михаил Каабак.

— Сейчас практически нет никакой возможности отказаться от такого донорства, не существует механизма фиксации волеизъявления. Новый закон вводит регистр отказа от донорства.

На самом деле, это не очень хорошо, потому что нужно фиксировать не только отказы, но, на мой взгляд, надо фиксировать и согласие в том числе, потому что мы таким образом лишаем людей, которые желают быть донорами, возможности зафиксировать свою волю — это первое. Второе, что меня не устраивает в проекте закона, — это механизм фиксации волеизъявления, он выглядит очень уж анахронично.

На мой взгляд, это должен быть электронный регистр на каком-нибудь государственном сайте, подобном «Госуслугам». Сильно снизить напряженность по поводу презумпции согласия смог бы регистр волеизъявления. То есть если человек боится, что его в больнице убьют ради того, чтобы у него органы забрать, он должен иметь право зафиксировать свой отказ от посмертного донорства.

Ожидать, что все люди при жизни определятся со своей позицией, не приходится. Люди не хотят про это думать. Человек может стать донором в том случае, если он умрет особым образом. То есть он должен умереть в результате гибели головного мозга.

— Даже если человек подписывает согласие, это еще не значит, что он сможет стать донором?

— Да, конечно. Человек может умереть от того, от чего люди умирают в большинстве своем — это сердечно-сосудистые заболевания, например инфаркт, и тогда он донором не станет.

Или он может умереть от онкологического заболевания — вторая по частоте причина смерти, тогда он тоже донором не станет. Стать посмертным донором — это редкость, важна история, потому что она имеет непосредственное отношение к биоэтике.

Мы должны их лечить только в том случае, если они хотят, чтобы их лечили, и не должны их лечить, если они не хотят, чтобы их лечили. Вот приблизительно такая история.

В мире есть два основных подхода к посмертному донорству: презумпция согласия и презумпция несогласия.

Презумпция согласия — это когда человек как бы согласен на изъятие у него органов в случае его смерти, если нет письменного подтверждения.

При презумпции несогласия для изъятия органов умершего требуется любой документ, доказывающий его волю. Последняя действует в США, Австралии и Великобритании.

Презумпция согласия есть, в частности, во Франции, в Италии и Швеции. Испания на первом месте в мире по количеству посмертных доноров — 35-37 на 1 млн населения. В России же на сегодня в среднем три посмертных донора на 1 млн жителей в год.

Читайте также:  Статья 79 БК РФ. Бюджетные инвестиции в объекты государственной (муниципальной) собственности (действующая редакция)

Будет ли работать законопроект у нас и готово ли российское общество к таким нормам? Ситуацию комментирует заместитель главного трансплантолога Санкт-Петербурга Дмитрий Суслов.

  • Дмитрий Суслов заместитель главного трансплантолога Санкт-Петербурга
  • Юридическую сторону инициативы комментирует адвокат, национальный представитель Европейской ассоциации медицинского права Алексей Горяинов.
  • Алексей Горяинов адвокат, национальный представитель Европейской ассоциации медицинского права

По официальным данным, в России проживает 17,5 тысячи людей с пересаженными органами. Больше всего пациентов в этой сфере нуждаются в пересадке почек — около 10 тысяч россиян каждый год.

При этом операций дожидаются чуть более двух тысяч человек.

Министр здравоохранения Вероника Скворцова ранее заявила, что за последние 13 лет число трансплантаций выросло более чем в три раза, а уже оперированных граждан — в 4,5 раза.

Добавить BFM.ru в ваши источники новостей?

Кс признал конституционной презумпцию согласия на донорство органов — новости право.ру

Конституционный суд РФ пришел к выводу, что презумпция согласия на изъятие органов не нарушает требования Конституции и направлена на развитие в стране донорства и трансплантации.

Такая правовая позиция содержится в определении КС об отказе принять к рассмотрению жалобу на неконституционность отдельных положений закона «О трансплантации органов и (или) тканей человека».

Поводом к обращению группы граждан в КС стала история столичной студентки Алины Саблиной, которая в январе 2014 года стала жертвой ДТП. В состоянии комы она попала в реанимацию Городской клинической больницы № 1 имени Пирогова, где спустя пять дней, не приходя в сознание, скончалась.

Через месяц после трагедии, знакомясь с материалами уголовного дела по факту аварии, мать погибшей – Елена Саблина – из заключения судмедэксперта узнала об изъятии для дальнейшей трансплантации некоторых органов дочери.

Возмущенная женщина вместе с обеими бабушками студентки подала в суд иск о взыскании с больницы компенсации морального вреда.

В качестве соответчика по делу выступили ГКБ имени Боткина и «Федеральный научный центр трансплантологии и искусственных органов имени Шумакова», куда поступили изъятые органы.

Поскольку суды отказались удовлетворить требования истиц, они обратились в КС. Женщины усмотрели ущемление своих прав в законодательстве о трансплантологии, позволяющее врачам не сообщать родственникам о планируемом изъятии органов у потенциального донора.

КС напомнил, что аналогичный вопрос уже рассматривался в 2003 году. Тогда суд указал, что трансплантация органов или тканей человека является средством спасения жизни и восстановления здоровья людей.

Презумпции согласия на изъятие органов направлена на развитие в стране донорства и трансплантации и основного закона страны не нарушает.

При этом после смерти никто не может подвергаться данной процедуре, если известно отрицательное отношение к этому самого лица, его близких родственников, законных представителей.

При этом еще в 2003 году КС указывал на необходимость детальной проработки вопросов, связанных с реализацией лицом либо его родственниками или представителями права заявить о несогласии на изъятие органов, а также развития механизмов информирования граждан о действующем правовом регулировании. Предписание КС отразилось в законе от 21 ноября 2011 года «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Кроме того, сейчас в Правительство РФ внесен законопроект «О донорстве органов, частей органов человека и их трансплантации», который для большей прозрачности процесса трансплантологии предусматривает ведение регистра доноров органов, реципиентов и донорских органов. Вмешательство же КС в этот процесс, учитывая обсуждение законопроекта и перспективы его принятия, а также деликатность проблемы, было бы преждевременным, считают конституционные судьи.

КС также отметил, что существо требований заявителей фактически сводится к необходимости перехода от существующей в России модели презумпции согласия на изъятие органов человека после его смерти к системе испрошенного согласия. Однако разрешение этого вопроса составляет прерогативу федерального законодателя и не относится к компетенции КС.

С текстом определения Конституционного суда РФ № 224-О/2016 об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Бирюковой Татьяны Михайловны, Саблиной Елены Владимировны и Саблиной Нэлли Степановны на нарушение их конституционных прав статьей 8 Закона Российской Федерации «О трансплантации органов и (или) тканей человека» можно ознакомиться здесь.

  • Здравоохранение, Медицина
  • Конституционный суд РФ

Государство изменяет «презумпцию согласия» на посмертное изъятие органов человека

23.12.2019
 3598

Moscow Live

Минздрав России подготовил законопроект о донорской трансплантации, впервые устанавливающий основные принципы этой процедуры. Чтобы избежать посмертного изъятия органов, гражданам придется зафиксировать свое несогласие в специальном федеральном регистре.

Документ заменит устаревший закон «О трансплантации органов и (или) тканей человека», принятый еще в 1992 году, который к тому же носит рамочный характер. Текст законопроекта готовился в течение шести лет.

Он призван устранить коллизию, связанную с так называемой «презумпцией согласия», допускающей посмертное изъятие органов без прямого запрета донора или его родственников. Ее законность была подтверждена Конституционным судом РФ в феврале 2016 года. Однако сам механизм учета волеизъявления граждан отсутствует.

На практике это создает благоприятные условия для злоупотреблений. В том числе для развития черного рынка торговли органами (подробнее о «презумпции согласия» донора читайте на Legal.Report здесь).

Законопроектом устанавливается, что совершеннолетний дееспособный гражданин имеет право выразить несогласие на посмертное изъятие его органов в целях трансплантации.

Для этого необходимо оформить письменное заявление и заверить его у руководителя медицинской организации или нотариуса.

Волеизъявление можно сделать и в устной форме при посещении больницы — в присутствии врача и не менее двух свидетелей. Информация фиксируется в медицинских документах пациента.

Медики смогут изъять органы у умершего человека, не оформившего свое несогласие, только при соблюдении ряда условий. В течение одного часа после подписания соответствующего протокола врач должен лично или по телефону (под запись) проинформировать о факте смерти супруга «молчуна», а при его отсутствии — одного из близких родственников.

Решение об изъятии принимается, если они в трехчасовой срок не заявят о прижизненном несогласии умершего или сами не станут возражать. А также если в течение двух часов врач не сможет связаться с родственниками «ввиду отсутствия сведений об указанных лицах в медицинской документации умершего или в иных документах, находящихся при нем».

Кроме того, законопроектом предусматривается создание специального Федерального регистра. В нем будут храниться данные о волеизъявлениях граждан, сведения о прижизненных и посмертных донорах и изъятых у них органах. А также информация о реципиентах и полученных ими органах, в том числе при операциях за границей. Правила формирования и ведения регистра утвердит правительство РФ.

Предполагается, что в случае принятия закон вступит в силу 1 июня 2021 года.

Виды юридического регулирования изъятия органов у умершего человека

  • · рутинное изъятие
  • · принцип презумпции согласия
  • · принцип презумпции несогласия.

Суть принципа рутинного забора заключается в том, что тело после смерти человека согласно этому принципу становится собственностью государства.

Читайте также:  Статья 37. имущественная ответственность кооператива и его членов

Это означает, что решение об изъятии органов принимается исходя из интересов и потребностей государства. Такая модель имела место в советской системе здравоохранения с 1937 г. и сохранялась до 1992 года.

Рутинное изъятие утратило свою правомерность в современном обществе, поэтому правильнее будет сказать, что основных принципа два: пр. презумпции согласия и пр. презумпции несогласия.

Презумпция согласия действует в России, Австрии, Бельгии, Испании, Чехии и Венгрии и ряде других стран. Презумпция несогласия закреплена в законодательствах США, Канады, Германии, Франции, Португалии, Голландии и фактически действует в Польше.

При презумпции согласия, также имеет названия «предполагаемое согласие» и «модель возражения». Слово презумпция означает «предположение о чем-либо». Так в судебной практике понятие «презумпция невиновности» означает, что каждый человек изначально не виновен, вину необходимо доказать. Принцип «презумпции согласия» имеет существенные отрицательные стороны.

Важнейшим условием для реализации права человека или его родственников на отказ от изъятия органов, является полная информированность населения о сути этого права и о механизмах фиксации своего отказа .

Однако на сегодняшний день большинство населения не знает, что по закону «О трансплантологии» все россияне согласны быть донорами, и врач не обязан спрашивать согласия у родственников умершего. Большинство населения не знает механизм оформления прижизненного отказа.

Однако отмечается то обстоятельство, что механизм отказа разъяснен лишь в ведомственной инструкции Минздрава, что является существенным нарушением прав граждан Данная модель фактически нарушает принцип добровольного информированного согласия, не создает условий для соблюдения права личности на определение судьбы своего физического тела. При данном принципе и уровне криминализации медицины никто не может дать гарантии безопасности человеку.

Отрицательной стороной, является то, что принцип презумпции согласия вынуждает врача совершать, по сути, насильственное действие, т. к. действие с человеком или его собственностью без его согласия квалифицируется в этике как «насилие».

Именно по этому многие исследователи, а также ряд религиозных конфессий , в том числе и Русская Православная Церковь (в «Основах социальной концепции») оценивают ныне действующий закон РФ «О трансплантации органов и (или) тканей», основу которого составляет принцип презумпции согласия, как этически некорректный.

Положительной стороной «презумпции согласия» является то, что этот принцип формирует источник большего количества органов для трансплантации. Это происходит за счет того, что органы изымаются у тех, кто не выражал никакого мнения по этому поводу. Для врачей существенно облегчается процедура получения органов, им не нужно получать согласие от родных.

В чем суть противоположного подхода, т.е. принципа «презумпции несогласия», который называют также «модель согласия», который действует в США, Германии, Франции. В соответствии с ним, предполагается, что каждый человек заранее не согласен с тем, что его органы будут пересажены другому человеку.

Органы можно изъять только в случае получения прижизненного согласия от самого человека, либо согласия родственников после его смерти.

В зависимости от того, обладают ли родственники правом принимать решение, различают два варианта принципа «презумпции несогласия»; принцип узкого согласия и принцип расширенного согласия. Принцип узкого согласия предполагает учет только мнения потенциального донора. Волеизъявление родственников не учитывается.

При расширенном согласии учитывается не только волеизъявление донора при жизни, но и родственников донора после его смерти. Последний вариант наиболее распространен в Европе.

К минусам данной модели относят потенциальное снижение количества органов для трансплантации, за счет более сложной процедуры получения согласия по сравнению с моделью презумпции согласия. Хотя, необходимо сказать, что многие исследователи полагают, что значимая связь между тем или иным принципом изъятия органов и количеством собираемых органов отсутствует.

Каковы отрицательные и положительные стороны принципа «презумпции несогласия»?

К недостаткам принципа «презумпции несогласия» относят то, что для родственников решение такой проблемы, как трансплантация органов умершего, в момент внезапной смерти близкого человека, является для них чрезмерной нагрузкой и не дает им возможности полно и ясно рассмотреть проблему.

Для устранения этого недостатка трансплантологи Германии и скандинавских стран предлагают следующее решение, которое еще называют «принцип информационной модели». В соответствии с ним родственники не должны сразу принимать решения о разрешении изъятия органов.

После информирования их о возможности трансплантации (изъятия) органов, они в течение установленного времени могут выразить свое согласие или несогласие. При этом в беседе с родственниками также подчеркивается, что если в течение установленного срока несогласие не будет выражено, то трансплантация осуществится.

После беседы родственники обязаны будут сообщить в соответствующей форме, что им ясны варианты действий.

Таким образом, с одной стороны воля родственников будет учтена, с другой у тех родственников, у которых нет желания решать этот вопрос от перенапряжения есть возможность не принимать его.

Ситуация, при которой врач должен задавать вопрос родственникам о разрешении на донорство, сразу вслед за известием о смерти, экстремальна и превышает допустимые психологические нагрузки и на родственников, и на врача. В прочем, следует отметить, что в мировой медицинской практике уже существуют подходы к решению этой проблемы.

В некоторых американских штатах закон обязывает медиков в обозначенных случаях обращаться к родственникам умершего с предложением об изъятии органов и тканей для трансплантологии. Тем самым с врачей в какой-то степени снимается моральное и психологическое бремя.

Ведь одно дело говорить эти слова от своего лица и совсем другое от лица закона.

Положительной стороной «презумпции несогласия» является то, что при данной модели, во-первых, максимально соблюдается и защищается фундаментальное право человека на свободу и добровольное определения судьбы своего физического тела после смерти.

Во-вторых, снижается потенциальная возможность криминализации данной отрасли медицины; в-третьих, поддерживается уверенность человека в достойное отношение к его телу после смерти.

В-четвертых, врач освобождается от психоэмоциональных перегрузок, связанных с совершением этически некорректных (в частности, насильственных) действий.

Это особенно значимо для личности врача, так как известно, что человек, совершающий действие, противоречащее традиционным нормам морали, неизбежно подвергает себя риску разрушить психоэмоциональную стабильность своей личности.

Какой же принцип наиболее приемлем с точки зрения этики?

С точки зрения традиционной этики воля человека более всего учитывается при использовании принципа «презумпции несогласия», так как согласно основному этическому принципу добровольное прижизненное согласие донора является условием правомерности и нравственной приемлемости изъятия органов. Если волеизъявление потенциального донора неизвестно врачам, они должны выяснить волю умирающего или умершего человека, обратившимся к родственникам.

  1. ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации» в гл 8 «Медицинские мероприятия, осуществляемые в связи со смертью человека» определяет:
  2. Статья 67. Проведение патолого-анатомических вскрытий
  3. Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском гугл на сайте:
Ссылка на основную публикацию