Статья 19. Право на личную безопасность

Статья 19. Право на личную безопасность

Во многих странах правительства ввели карантинные меры в связи с распространением коронавируса COVID-19. Так, в ряде европейских государств людям можно выходить из дома только в магазин, аптеку, вынести мусор или недолго погулять с собакой. Наличие масок – обязательно.

В Беларуси пока нет жестких карантинных мер, но все же некоторые ограничения вводятся и у нас.

Так, например, в Минске утвердили план дополнительных мероприятий по профилактике и снижению распространения острых респираторных инфекций, в число которых входит отмена выставок, ярмарок и других массовых мероприятий, запрет на проведение корпоративов, свадеб, поминок, вузам рекомендовано перейти на дистанционное или индивидуальное обучение. Эти и другие карантинные меры прямо или косвенно касаются ограничения людей в их правах.

Могут ли права человека быть ограничены во время эпидемий? Где проходит граница допустимости таких ограничений? Как гарантировать права человека в условиях карантина? Разбираемся в правовом ликбезе от «Весны».

Можно ли ограничивать права граждан в условиях эпидемии? Международный пакт о гражданских и политических правах предусматривает: Во время чрезвычайного положения в государстве, при котором жизнь нации находится под угрозой и о наличии которого официально объявляется, страны-участницы могут принимать меры в отступление от своих обязательств по настоящему Пакту только в такой степени, в какой это требуется остротой положения, при условии, что такие меры не являются несовместимыми с их другими обязательствами по международному праву и не влекут за собой дискриминации на основе расы, цвета кожи, пола, языка, религии или социального происхождения. Подобное положение есть и в Конституции Беларуси, где статьей 63 закреплено, что осуществление прав и свобод личности может быть приостановлено только в условиях чрезвычайного или военного положения в порядке и пределах, определенных Конституцией и законом.
Что такое Чрезвычайное положение? Чрезвычайное положение (ЧП) – временный правовой режим деятельности государственных органов, иных организаций, их должностных лиц, вводимый на всей территории страны или в отдельных ее местностях и допускающий ограничения (приостановление) прав и свобод граждан Республики Беларусь, иностранных граждан и лиц без гражданства, прав организаций, а также возложение на них дополнительных обязанностей. ЧП может вводится при наличии обстоятельств, представляющих непосредственную угрозу безопасности жизни и здоровья людей, устранение которых невозможно без применения чрезвычайных мер. К таким обстоятельствам в том числе относятся эпидемии, повлекшие (могущие повлечь) человеческие жертвы, нанесение ущерба здоровью людей и нарушение условий жизнедеятельности населения. Срок действия ЧП, вводимого на всей территории Республики Беларусь, не может превышать 30 суток, а вводимого в ее отдельных местностях, – 60 суток. Если в течение этого срока цели введения ЧП не были достигнуты, срок его действия может быть продлен.
Какие ограничения могут вводится в ситуации ЧП? На срок действия чрезвычайного положения может предусматриваться введение следующих чрезвычайных мер и временных ограничений:

  • полное или частичное приостановление на территории, на которой введено ЧП, полномочий государственных органов;
  • установление ограничений на свободу передвижения по территории, на которой введено ЧП, а также введение особого режима въезда и выезда с нее;
  • усиление охраны общественного порядка, объектов, подлежащих государственной охране, и объектов, обеспечивающих жизнедеятельность населения и функционирование транспорта;
  • установление ограничений на осуществление отдельных видов финансово-экономической деятельности, включая перемещение товаров, услуг и финансовых средств;
  • установление особого порядка продажи, приобретения и распределения продовольствия и предметов первой необходимости;
  • запрещение или ограничение проведения собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций и пикетирования;
  • отложение проведения забастовок или приостановление их на территории, на которой введено чрезвычайное положение, но не более чем на трехмесячный срок;
  • ограничение движения транспортных средств и осуществление их досмотра;
  • и другие.
  • Какие права НЕ могут быть ограничены ни при каких условиях?
  • Согласно международным договорам, абсолютными являются свобода от рабства и свобода от пыток.
  • В условиях чрезвычайного положения не допускается также ограничения права на жизнь, презумпцию невиновности, свободу мысли, совести и религии.
Какие должны быть условия карантина? Карантины служат одной из стандартных мер по сдерживанию распространения инфекционных заболеваний, в том числе применяются в разных странах в рамках профилактических мероприятий в связи с COVID-19.  Карантин должен вводиться на основе безопасных и уважительных действий, с осознанием той опасности, которую он представляет для полной реализации прав человека. По возможности, карантин должен быть добровольным. Права тех, кто находится на карантине, должны уважаться и защищаться. Кроме того, в случае закрытия границ или других ограничений свободы передвижения, должно быть полностью гарантировано право искать и получать убежище.
Как государство может нарушать права человека во время эпидемии? Государства не могут прямо влиять на нераспространение коронавируса, но на них лежат обязательства по соответствующей реакции на него. Власти могут нарушать права человека, когда они:

  1. борются с эпидемией политикой и мерами, которые неоправданно затрагивают права и свободы людей;
  2. не выполняют должным образом обязательства по защите населения от предотвратимого ущерба, связанного с эпидемией.
Какие права нарушаются чаще всего? От начала эпидемии ряд государств, в том числе Беларусь, нарушают следующие права человека:

  • право на здоровье – недостаточное или несвоевременное оказание медицинской помощи или введение дополнительных мер, отсутствие или недостаточное количество средств индивидуальной защиты, в том числе для медиков;
  • доступ к информации – недостаточное, несвоевременное предоставление информации госорганами, сокрытие реального количества заболевших и умерших, манипулирование фактами и др.;
  • необоснованный сбор личных данных, нарушение анонимности и конфиденциальности, включая информацию о здоровье людей.
  • цензура и ограничение свободы выражения мнения, в том числе преследование за распространение информации;
  • преследование и запугивание активистов и независимых журналистов;
  • несоразмерные карантинные меры;
  • дискриминация и ксенофобия;
  • несоразмерное ограничение свободы перемещения.
Какие группы являются наиболее уязвимыми во время эпидемии? По мнению ООН в Беларуси, наиболее уязвимыми группами в период пандемии являются:

  • люди с низким уровнем дохода и изолированное сельское население,
  • люди с текущими заболеваниями (ВИЧ/СПИД, сахарный диабет, психические заболевания и др.) и люди с инвалидностью,
  • лица без определенного места жительства,
  • пожилые люди, живущие одни или в социальных учреждениях,
  • лица, лишенные свободы,
  • мигранты с ограниченным доступам к услугам здравоохранения,
  • лица, ищущие убежище, беженцы, лица без гражданства,
  • дети,
  • лица, потребляющие наркотики и другие люди, нуждающиеся в помощи.

Это означает, что государство должно принимать дополнительные меры и предоставлять необходимую помощь данным категориям граждан для защиты их здоровья и благополучия.

Как должно государство позаботиться о социальных гарантиях и трудовых правах граждан? По мнению Amnesty International, некоторые из мер, которые вводят для защиты здоровья населения: запреты на передвижение, карантины, ограничения на массовые мероприятия и другие, могут иметь серьёзные последствия для прав на труд и прав на рабочем месте. При этом трудящиеся-мигранты, люди с нестабильным местом работы, люди с низкими доходами, мигранты с неурегулированным статусом и люди, работающих в теневом секторе экономики, страдают несоразмерно больше. Такие работники зачастую не могут рассчитывать вообще на какие-либо пособия, а значит в результате карантина у них не будет ни источника дохода, ни оплаченного больничного листа. Государствам следует принять необходимые меры к тому, чтобы социальные гарантии были доступны всем без исключения лицам, в том числе оплата по больничному листу, услуги здравоохранения и оплачиваемый отпуск по уходу за ребёнком, если они не могут работать из-за эпидемии COVID-19. Например, меры соцобеспечения применяются в том случае, если люди заболевают сами, попадают в карантин или заботятся о детях в связи с закрытием школ.
Что может сделать каждый и каждая из нас? Есть два способа, как каждый и каждая может повлиять на реализацию и защиту прав человека: 1. Призывать государство к ответственности и напоминать властям о взятых ими обязательствах. Правительству и представителям здравоохранения нужно действовать быстро и решительно, для того, чтобы принимать меры по защите общественного здоровья, безопасности и благополучия и при этом избегать несправедливого ограничения прав человека. 2. Проявлять солидарность и взаимопомощь друг с другом. Каждый и каждая может присоединиться к инициативным группа по сбору и оказанию помощи медработникам. Так, на платформе MolaMola открыто сразу несколько кампаний по сбору помощи для медиков, которым не хватает элементарных средств индивидуальной защиты (масок, бахил, перчаток, костюмов). Сбор средств на респираторы для защиты медиков открыли активистка Юлия Дорошкевич и председатель гомельского филиала  ПЦ «Весна» Андрей Стрижак.  Команда ресторана «Grillman» запустила кампанию «Соберем ссобойку доктору». Персонал ресторана работает, чтобы ежедневно поставлять горячие обеды медработникам Минской городской клинической инфекционной больницы. Минский хакерспейс начал производить пластиковые защитные щитки для медиков, которые печатаются на 3d-принтере и передаются во всем учреждения здравоохранения волонтерами. По возможности оставайтесь дома и будьте здоровы!

Если у вас остались вопросы, пишите на почту «Весны» — viasna@spring96.org 

Защита прав человека на словах и на деле

5 марта 2016 в 11:41

Статья 19. Право на личную безопасность

  • Необходимость настоящего обращения в Генеральную прокуратуру РФ обусловлена тем, что за неполных два года осуществления практической деятельности в уголовном судопроизводстве в качестве защитника, я столкнулся с систематическим попустительством со стороны представителей территориальных подразделений прокуратуры РФ к фактам явных нарушений гарантированных Конституцией РФ прав и свобод человека и гражданина, допускаемых сотрудниками правоохранительных органов при производстве дознания, предварительного расследования.
  • Данное попустительство имеет место как в ходе осуществлении должностными лицами прокуратуры полномочий, предусмотренных главой 31 УПК РФ (утверждение обвинительного заключения и направления уголовного дела в суд), так и при поддержании государственного обвинения в судах первой и вышестоящих инстанций.
  • Возможно, вступительная часть данного обращения покажется излишне объёмной, но необходимость её приведения именно в таком виде обусловлена явным несоответствием позиции должностных лиц Прокуратуры РФ, представляющих её в судах первой, апелляционной и кассационной инстанций, требованиям действующего законодательства, в том числе – Конституции РФ, а также позиции руководства надзорного органа.

О прокуратуре

В соответствии с положениями Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 N 2202-1, прокуратура РФ, действуя в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина осуществляет от имени Российской Федерации (в числе прочего) надзор:

  1. 1) за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации,
  2. 2) за соблюдением прав и свобод человека и гражданина.
  3. При осуществлении возложенных на него функций по осуществлению надзора за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, прокурор:
  4. — принимает меры по предупреждению и пресечению нарушений прав и свобод человека и гражданина, привлечению к ответственности лиц, нарушивших закон, и возмещению причиненного ущерба;
  5. — использует полномочия, предусмотренные статьей 22 настоящего Федерального закона;
  6. — при наличии оснований полагать, что нарушение прав и свобод человека и гражданина имеет характер преступления, принимает меры к тому, чтобы лица, его совершившие, были подвергнуты уголовному преследованию в соответствии с законом.

Что говорится в Конституции

Конституцией России установлено, что:

  • Россия — есть демократическое федеративное правовое государство с республиканской формой правления (ст. 1),
  • человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства (ст. 2);
  • органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностных лиц, граждан и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы (ст. 15);
  • в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ст. 17);
  • права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18);
  • каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22);
  • каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени. Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения (ст. 23);
  • государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется (ст. 45);
  • права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ст. 55).

Конвенция о защите прав человека: выдержки

В соответствии с положениями Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ратифицированных Россией в соответствии с Федеральным законом от 30.03.1998 N 54-ФЗ, далее — Конвенция):

— каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом (ст. 5),

— каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц (ст. 8).

Выступление С. Г. Кехлерова

12.04.2013г. заместитель Генерального прокурора Российской Федерации С.Г. Кехлеров, выступая в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации с лекцией на тему «Конституция Российской Федерации: роль и место прокуратуры в защите конституционных принципов», отразил следующее:

  • — Реализация конституционных положений, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, осуществляется различными государственными органами, среди которых особое место занимает прокуратура Российской Федерации, выступающая в качестве независимого конституционного института.
  • — … требуются колоссальные усилия для того, чтобы диктатура закона стала реальностью.
  • В этой связи, слава Богу, что законодателю, другим институтам общества и государства хватило осознания необходимости сохранения прокурорского надзора за исполнением закона как одного из проверенных и надёжных инструментов обеспечения законности, защиты прав и свобод человека и гражданина.

— Хочу особо подчеркнуть, что прокуратура защищает Право в целом. Право как высшую социальную ценность. Прокуратура отстаивает верховенство закона и единство законности. Никакая другая государственная структура не имеет подобных задач и функций.

— Одной из сфер, где наиболее высок риск причинения вреда правам человека и гражданина, является уголовное судопроизводство.

Конституция Российской Федерации гарантирует презумпцию невиновности, неприкосновенность личности, жилища, охрану личной жизни граждан, обеспечение обвиняемому права на защиту.

Однако возможности прокуратуры по защите прав участников уголовного судопроизводства существенно ограничиваются изъятием у прокурора целого ряда полномочий.

Прокурор лишен права возбуждать уголовные дела по выявленным нарушениям закона с признаками уголовно — наказуемого деяния, проводить расследование, принимать решение об избрании и применении мер процессуального принуждения.

Значительно сократился объем полномочий по надзору за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия, большая часть из которых была передана руководителю следственного органа.

Это нисколько не способствовало улучшению защиты прав граждан, напротив, налицо ухудшение состояния законности в досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

— …Отвечая за уголовное преследование, в т.ч. поддерживая обвинение в суде, прокурор не может изучить ход следствия, дать указания. Ждет, когда дело поступит с обвинительным заключением, когда даже при возврате дела на доследование невозможно исправить ошибки, т.к. упущено время.

— Принимаемые прокуратурой меры по защите прав и свобод человека и гражданина способствуют эффективной реализации положений Конституции Российской Федерации.

…Созданная в соответствии с Конституцией Российской Федерации прокуратура Российской Федерации не только противодействует противоправным проявлениям в самых разных сферах государственной, общественной и частной жизни, но и является надежным гарантом восстановления нарушенных прав и свобод.

И делает это быстро, эффективно и бесплатно.

Быстро, эффективно и бесплатно. Данное выступление практически через предложение может быть разобрано на цитаты для использования в повседневной деятельности сотрудников территориальных подразделений Прокуратуры РФ с целью осознания того, что они стоят исключительно на страже Закона, на страже прав и свобод человека и гражданина.

В своей лекции г-н Кехлеров С.Г. сетует на то, что «возможности прокуратуры по защите прав участников уголовного судопроизводства существенно ограничиваются изъятием у прокурора целого ряда полномочий».

Полномочия прокуратуры: а как на практике?

К сожалению, как показывает практика, и имеющиеся полномочия органов прокуратуры не то, что бы не использовались в полной мере, а скорее напротив – используются вопреки целям и задачам, прописанным в Конституции РФ и законах.

Должностные лица органов прокуратуры (в нижеприведенных случаях) не только сами инициативно не выявляют грубейшие нарушения основных прав человека и гражданина, нарушения уголовно-процессуального законодательства, допускаемые сотрудниками правоохранительных органов на стадии досудебного производства, но и покрывают те нарушения, которые выявлены стороной защиты, которые подтверждены документально; дают заключения о необоснованности доводов жалоб стороны защиты по этим фактам, и тем самым неверно ориентируют суды при принятии теми решений как по существу уголовного дела, так и при рассмотрении жалоб граждан в порядке ст. 125 УПК РФ.

По уголовным делам, ссылки на которые будут приведены ниже, должностными лицами прокуратуры, вопреки аргументированным заявлениям стороны защиты, признавались законными нарушения гарантированных Конституцией РФ прав и свобод человека и гражданина при отсутствии к тому предусмотренных федеральными законами РФ оснований:

  • задержание, доставление в орган внутренних дел,
  • производство личного досмотра,
  • проникновение в жилище и его осмотр при отсутствии согласия проживающих в нём лиц и судебного решения.
  1. Впоследствии доказательства, добытые в результате указанных незаконных действий, использовались стороной обвинения для доказывания виновности привлекаемого к уголовной ответственности лица.
  2. Материал по теме:
  3. Вызов свидетеля на допрос: разбираемся в нюансах

Несмотря на то, что стороной защиты в каждом случае указывалось на недопустимость использования добытых подобным образом доказательств, построения на их основе обвинительного приговора, заявлялось о незаконности действий сотрудников правоохранительных органов (данные действия неоднократно обжаловались в порядке ст. 125 УПК РФ), прокуратура, судебные органы (первой, апелляционной, а по некоторым делам – уже и кассационной инстанций) придерживались противоположной позиции.

Примеры:

  • 09.2015г. сотрудниками 3-го отдела 3 службы Управления ФСКН России по Московской области был произведён осмотр (!) кв. 32 д. 24 ул. Жилгородок м-н Ольгино г.о. Балашиха (Железнодорожный), по месту жительства супругов Д.

Согласия на проникновение в жилище и его осмотр супруги Д. не давали, судебное решение на проведение данного процессуального действия сотрудниками ФСКН не истребовалось.

Согласно ст. 176 УПК РФ, осмотр места происшествия, местности, жилища, иного помещения, предметов и документов производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

На момент начала производства указанного следственного действия у сотрудников ФСКН отсутствовали какие-либо достоверные данные, свидетельствующие о том, что по месту жительства супругов Д. имеются следы какого-либо преступления.

То есть, законных оснований для проведения ОСМОТРА, как такового (необязательно жилища), в принципе, не имелось.

Ворвавшись в квартиру по месту жительства Д., сотрудниками ФСКН в отношении последних была применена физическая сила и спецсредства (наручники), они были лишены свободы (без составления соответствующего протокола), при этом им не было обеспечено гарантированное ст. 48 Конституции РФ право на получение квалифицированной юридической помощи.

После задержания Д. (супруга) в автомобиле у подъезда д. 24 ул. Жилгородок м-н Ольгино г.о. Балашиха (по месту жительства), сотрудниками 3-го отдела 3 службы Управления ФСКН России по Московской области был произведён его личный досмотр (в ходе которого ничего обнаружено не было), а затем – досмотр используемого им автомобиля «Ниссан Ноут» (обнаружен сверток с наркотическим веществом).

Указанные процессуальные действия, как следует из протоколов, были произведены в соответствии с нормами ч. 3 ст. 48 Федерального Закона РФ «О наркотических средствах и психотропных веществах», также содержатся ссылки на нормы УПК РФ (разъяснение прав и обязанностей специалиста).

Действия сотрудников 3-го отдела 3 службы Управления ФСКН России по Московской области были обжалованы стороной защиты в порядке ст. 125 УПК РФ в Железнодорожный городской суд Московской области. Данная жалоба была оставлена судом без удовлетворения, равно как и апелляционная жалоба на решение суда 1-й инстанции.

Позиция сотрудников прокуратуры, участвующих при рассмотрении жалоб в процессах, сводилась к даче необоснованного заключения о законности действий сотрудников УФСКН РФ.

Вс разъяснил привлечение к ответственности за нарушение конституционных прав и свобод

25 декабря Пленум Верховного Суда РФ принял Постановление «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 137, 138, 1381, 139, 1441, 145, 1451 Уголовного кодекса Российской Федерации)».

ВС скорректирует практику привлечения к ответственности за нарушение конституционных прав и свободЭксперты «АГ» детально проанализировали предлагаемые Пленумом Верховного Суда разъяснения вопросов, касающихся неприкосновенности частной жизни, жилища, а также трудовых прав граждан

Как ранее писала «АГ», проект постановления был рассмотрен 27 ноября и направлен на доработку. Эксперты тогда положительно оценили предлагаемый проект и выразили надежду, что правовые позиции ВС помогут разрешить наиболее острые вопросы правоприменения и улучшить ситуацию с законностью и справедливостью российского правосудия.

Как отметил руководитель конституционной практики АК «Аснис и партнеры» Дмитрий Кравченко, принятое постановление в целом соответствует проекту.

С учетом этого некоторые разъяснения, в том числе связанные с незаконным оборотом специальных технических средств или невыплатой заработной платы, могут позитивно повлиять на практику и позволят по конкретным перечисленным в документе составам исключить привлечение людей к ответственности в отсутствие общественной опасности.

Неприкосновенность частной жизни

В п.

1 постановления ВС обращает внимание судов на то, что в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 137 УК РФ уголовная ответственность наступает за сбор и распространение сведений о частной жизни лица, составляющих личную или семейную тайну, в отсутствие его согласия или законных оснований для получения, использования и предоставления таких сведений.

Пункт 2 претерпел существенные изменения. В частности, в документе отмечается, что при решении вопроса о наличии в действиях лица состава преступления, предусмотренного ч. 1 или 2 ст. 137 УК, суду необходимо устанавливать, охватывалось ли его умыслом, что сведения о частной жизни гражданина хранятся им в тайне.

ВС также уточнил, что собирание или распространение таких сведений в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также если сведения о частной жизни гражданина ранее стали общедоступными либо были преданы огласке им самим или по его воле, не может повлечь уголовную ответственность.

В п.

3 разъяснений отмечается, что сбор сведений о частной жизни подразумевает умышленные действия по их получению любым способом: личным наблюдением, прослушиванием, опросом других лиц, в том числе с помощью аудио-, видео- и фотофиксации, копирования документов, а также путем похищения или иного приобретения.

В п.

4 подчеркивается, что при рассмотрении уголовных дел о преступлениях по ст.

138 УК судам следует иметь в виду, что тайна переписки, телефонных переговоров, а также почтовых, телеграфных и иных сообщений признается нарушенной, когда доступ к переписке, переговорам и сообщениям произведен в отсутствие законных оснований и без согласия лица, чью тайну они составляют.

Под «иными сообщениями» подразумеваются сообщения граждан, передаваемые по сетям электросвязи, факсимильные, передаваемые через интернет мгновенные сообщения, электронные письма и видеозвонки, а также сообщения, пересылаемые иным способом (п. 5).

Дмитрий Дядькин ранее отмечал, что наибольшая сложность квалификации таких деяний заключается в том, что любой акт сообщения представляет собой коммуникацию как минимум двух субъектов – отправителя и адресата: «Закономерен вопрос: какова должна быть квалификация действий лица, нарушившего тайну переписки? В данном случае нарушаются конституционные права как адресата, так и отправителя. Это суждение верно даже в том случае, если сообщение содержало сведения только об одном из участников переписки, так как факт сообщения представляет собой личную жизнь гражданина».

Александр Брестер также подчеркивал, что п.

4 четко закрепляет: вся переписка в телефонах – в любой программе для обмена сообщениями – охраняется законом: «Давно и остро стоит вопрос о том, что получение сведений о такой переписке добывается правоохранительными органами без судебного решения – произвольно или в рамках осмотра. Если пользоваться предложенным толкованием – этого делать нельзя. Ранее КС уклонялся от ответа на этот вопрос. Не факт, что что-то изменится, но теперь есть на что сослаться».

В п.

6 установлено, что по ст. 138 УК квалифицируются действия, нарушающие тайну переписки, телеграфных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений конкретных лиц или неопределенного круга лиц, совершенные с прямым умыслом. При этом ответственность наступает независимо от того, составляют передаваемые сведения личную или семейную тайну или нет.

Отметим, что проект документа предусматривал уточнение о том, что ознакомление с фактом или содержанием переписки, переговоров и сообщений при наличии согласия хотя бы одного из лиц, чью тайну они составляют, не образует состава преступления, а также о том, что распространение сведений после такого ознакомления без согласия указанного лица влечет уголовную ответственность по ст. 137 УК. Однако из итогового текста постановления оно было исключено.

Эксперты «АГ» отмечали нежелательность исключения данного абзаца. «Иногда в целях защиты необходимо использовать переписку, запись собственного разговора с иным лицом и т.п.

, но суды ссылаются на то, что без согласия другого лица (или без предупреждения о записи) такое использование незаконно», – пояснял Александр Брестер.

Дмитрий Дядькин также считал исключение указанного абзаца крайне нежелательным, так как это повлечет правовую неопределенность в данном вопросе и, соответственно, – произвольное и необоснованное расширение оснований привлечения лиц к уголовной ответственности.

В п.

7 постановления отмечается, что ответственность по ст. 138.1 УК за незаконные производство, приобретение и (или) сбыт специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, наступает в тех случаях, когда такие действия совершаются в нарушение требований законодательства без соответствующей лицензии и не в целях проведения ОРД.

Уточнено, что технические устройства (смартфоны, диктофоны, видеорегистраторы) могут быть признаны специальными техническими средствами только при условии, что им преднамеренно были приданы новые качества и свойства для негласного получения информации. В ряде таких случаев потребуется заключение специалиста или эксперта (п. 8 документа).

ВС разъяснил (п. 9), что само по себе участие в незаконном обороте специальных технических средств не может свидетельствовать о виновности лица в совершении преступления, предусмотренного ст. 138.

1 УК, если его умысел не был направлен на приобретение и (или) сбыт именно таких технических средств (например, если лицо приобрело такое средство в интернет-магазине как устройство бытового назначения, добросовестно заблуждаясь о его фактическом предназначении).

Также по этой статье не могут быть квалифицированы действия лица, которое приобрело устройство для негласного получения информации с намерением использовать, например, в целях обеспечения личной безопасности, безопасности членов семьи, включая детей, а также для сохранности имущества и слежения за животными, и не предполагало применять его для посягательства на конституционные права граждан.

По мнению Дмитрия Кравченко, такая детализация свидетельствует о негативных явлениях в судебной практике, в том числе о частом привлечении к уголовной ответственности при очевидном отсутствии общественной опасности.

«Те же многочисленные дела о ручках-диктофонах, GPS-трекерах для домашнего скота и подобных бытовых устройствах, к сожалению, свидетельствовали о неспособности самостоятельного принятия в следственной и судебной практике очевидного решения об отсутствии оснований для уголовной ответственности», – считает он.

Незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, как ранее отмечал Александр Брестер, является самой болезненной из затронутых тем с точки зрения уголовного права и процесса: «ВС констатирует очень простые вещи, которые и так должны быть понятны правоохранителю: нужно доказать умысел на приобретение устройства именно для негласного получения информации, а также то, что лицо сознательно приобретает устройство с целью нарушения конституционных прав граждан. По-хорошему, все дела об осуждении лиц за приобретение очков с видеокамерами или иных технических устройств для личного пользования должны быть пересмотрены на основе этого указания».

Право на неприкосновенность жилища

В п.

10 постановления внимание судов обращается на то, что ст. 139 УК предусмотрена уголовная ответственность за проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица при отсутствии законных оснований для ограничения данного конституционного права.

В соответствии со ст.

139 УК уголовную ответственность по данной статье влечет незаконное проникновение в индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями (верандой, чердаком, встроенным гаражом), а также в жилое помещение независимо от формы собственности и иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но предназначенное для временного проживания (апартаменты, садовый дом).

ВС отметил (ст. 11 постановления), что по указанной статье не может быть квалифицировано незаконное проникновение в помещения, строения, обособленные от индивидуального жилого дома (сарай, баню, гараж), если они не были специально приспособлены, оборудованы для проживания, а также предназначены для временного нахождения (купе поезда, каюта судна).

Кроме того, как указано в п. 12 документа, незаконное проникновение в жилище может иметь место и без вхождения в него, но с применением технических или иных средств, используемых в целях нарушения неприкосновенности жилища (например, для незаконного установления прослушивающего устройства или прибора видеонаблюдения).

В п.

13 разъясняется: с учетом того, что уголовная ответственность за нарушение неприкосновенности жилища наступает в случае, когда виновный незаконно проникает в него, осознавая, что действует против воли проживающего там лица, проникновение в жилище, совершенное путем обмана, квалифицируется по ст. 139 УК. Также уточняется, что действия лица, которое находится в жилище с согласия проживающего в нем лица, но отказавшегося выполнить требование покинуть жилище, состава преступления по указанной статье УК не образуют.

В соответствии с п.

14 постановления судам следует учитывать умысел виновного лица с учетом всех обстоятельств дела, в том числе наличия и характера отношений виновного с лицами, проживающими в данном жилом помещении или строении, а также способа проникновения и т.д.

Действия виновного могут быть квалифицированы по ч. 2 ст. 139 УК, если насилие или угроза его применения были совершены в момент вторжения либо непосредственно после него для реализации умысла на незаконное проникновение в жилище (п. 15).

Нарушения в сфере трудового права

Как указано в п. 16 постановления, необоснованный отказ в приеме на работу либо необоснованное увольнение лица, достигшего предпенсионного возраста, указанного в примечании к ст. 144.

1 УК, также как заведомо беременной женщины либо имеющей детей до трех лет, влечет уголовную ответственность по ст. 144.

1 и 145 УК только в случаях, когда работодатель руководствовался соответствующим дискриминационным мотивом.

Разъяснено, что в случае, когда трудовой договор с работником был расторгнут по его инициативе, однако по делу имеются доказательства принуждения работника подать заявление об увольнении именно в связи с указанными критериями, такие действия также образуют состав преступления, предусмотренный указанными статьями.

Как ранее отмечал Дмитрий Дядькин, разъяснения Пленума о квалификации действий по ст. 144.1 и 145 УК РФ будут крайне актуальны в связи с ожидаемым возрастанием количества таких дел в будущем.

В соответствии с п.

17 невыплата зарплаты, пенсий, стипендий, пособий и иных установленных законом выплат частично или полностью квалифицируется, соответственно, по ч. 1 или 2 ст. 145.1 УК лишь при умышленном совершении указанных деяний, а также из корыстной или личной заинтересованности. В этой связи к числу обстоятельств, подлежащих доказыванию и дающих основания для уголовной ответственности руководителя организации или иного лица, указанного в ст. 145.

1 УК, должно относиться наличие реальной финансовой возможности для выплаты зарплаты и иных выплат или ее отсутствие из-за его неправомерных действий.

В п.

18 подчеркивается, что уголовная ответственность по ст. 145.1 УК наступает, в том числе, в случаях невыплаты зарплаты и иных выплат работникам, которыми трудовой договор не заключался либо не был надлежаще оформлен, но они приступили к работе с ведома или по поручению работодателя либо его уполномоченного представителя (ст. 16 ТК РФ).

В п.

19 отмечается, что период формирования задолженности по выплатам работнику исчисляется исходя из сроков выплаты зарплаты, установленных правилами внутреннего трудового распорядка организации, коллективным либо трудовым договором, а также из времени, в течение которого зарплата фактически не выплачивалась полностью или частично.

При этом срок задержки выплат исчисляется со дня, следующего за установленной датой выплаты. Периоды невыплат за отдельные месяцы года не могут суммироваться в срок свыше двух или трех месяцев, если они прерывались периодами, когда выплаты осуществлялись.

В п.

20 ВС разъяснил, что сроки давности уголовного преследования за совершение преступления по ст. 145.1 УК исчисляются с момента фактического окончания (в частности, со дня погашения задолженности), увольнения виновного лица или временного отстранения от должности.

При этом увольнение работника, которому не была выплачена зарплата, не влияет на исчисление сроков давности уголовного преследования работодателя.

В п.

21 отмечается, что невыплата зарплаты одним и тем же либо разным работникам частично свыше трех месяцев и полностью свыше двух месяцев, при наличии единого умысла виновного, квалифицируется только по ч. 2 ст. 145.1 УК, при этом все признаки деяния должны быть приведены в описательной части обвинительного приговора. В иных случаях невыплата зарплаты частично и полностью образует совокупность преступлений по ч. 1 и 2 ст. 145.1 УК.

В п.

22 отмечается, что по каждому уголовному делу о преступлениях против конституционных прав и свобод суду надлежит проверять наличие оснований для освобождения совершивших их лиц от уголовной ответственности.

В частности, уголовные дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 137, ч. 1 ст. 138, ч. 1 ст. 139 и ст. 145 УК, относятся к делам частно-публичного обвинения и в случае примирения сторон спора обязательному прекращению не подлежат.

Вместе с тем в случаях, предусмотренных ст. 76 УК, если лицо впервые совершило такое преступление небольшой тяжести, примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред, суд вправе прекратить уголовное дело по заявлению потерпевшего.

В заключительном пункте постановления отмечается, что при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, предусмотренных гл. 19 УК, судам следует реагировать на нарушения конституционных прав и свобод граждан, а также другие нарушения закона путем вынесения частных определений или постановлений в адрес соответствующих организаций и должностных лиц для принятия ими необходимых мер.

По словам Дмитрия Кравченко, в целом разъяснения ВС свидетельствуют о том, что в судебной практике не всегда имеет место понимание того, что для привлечения к уголовной ответственности в действиях обвиняемого должен иметь место признак общественной опасности.

Александр Брестер отметил, что в целом можно оценить предложенные разъяснения ВС положительно.

«В частности, мы видим указание на то, что прежде чем привлекать лицо за нарушение неприкосновенности частной жизни, нужно доказать, что лицо само понимает, что это личная и семейная тайна.

Сделать это очень сложно, особенно с учетом того, что доказывание субъективной стороны – не самая сильная черта наших следственных органов», – добавил он.

Отмечая важность и практическую значимость документа, Дмитрий Дядькин подчеркнул, что он содержит значительное количество разъяснений проблемных ситуаций, и выразил надежду, что постановление разрешит наиболее острые вопросы правоприменения и позволит улучшить ситуацию с законностью и справедливостью российского правосудия.

Ссылка на основную публикацию