Срыв планов сепаратной капитуляции германии — история России

Безусловная капитуляция. 70 лет назад гитлеровская Германия вышла из развязанной ею Второй мировой войны

7 мая 1945 года в 2:41 в штаб-квартире Верховного главнокомандующего союзными экспедиционными силами, американского генерала Дуайта Эйзенхауера в французском Реймсе Германия подписала документ, который обязал немецких вонных прекратить сопротивление войскам антигитлеровской коалиции, сдаться в плен и передать вооружение противнику — Акт о безоговорочной капитуляции Германских вооружённых сил

Вплоть до прибытия немецкого подписанта акта о капитуляции начальника Оперативного штаба Вермахта, генерала-полковника Альфреда Йодля в Реймс Германия вынашивала планы сепаратных соглашений с некоторыми странами и надеялась на раскол антигитлеровской коалиции. Немецкое командование планировало объявить о капитуляции перед англо-американскими войсками, но продолжать боевые действия против советской армии.

Принцип безоговорочной капитуляции Германии, предложенный президентом США Франклином Рузвельтом в январе 1943 года и поддержанный Великобританией и СССР, было решено отложить и объявлять о сложении оружия постепенно — группами армий и подразделений.

Таким образом 29 апреля командующий группой армий «С» в Италии генерал-полковник Фитингоф-Шеель подписал акт о капитуляции своих войск. 2 мая перед Красной армией капитулировал берлинский гарнизон Гельмута Вейдлинга.

4 мая главнокомандующий германскими ВМС, адмирал флота Ганс-Георг Фридебург подписал акт о капитуляции всех армий в Голландии, Дании, Шлезвиг-Гольштейне и Северо-Западной Германии.

5 мая американский генерал принял капитуляцию группы армий «G», действовавшей в Баварии и западной части Австрии.

4 мая немецкая делегация во главе с главнокомандующим Фридебургом отправилась на переговоры в Реймс. Хозяин штаб-квартиры, американец Эйзенхауэр заявил начальнику штаба и переговорщику Уолтеру Беделлу Смиту, что не намерен видеть немцев до тех пор, пока они не подпишут капитуляции.

Фридебурга красноречиво приняли в зале, увешанном картами с положением на фронтах и обозначением якобы готовящихся союзниками ударов. После этого немецкий главнокомандующий телеграфировал новому главе германского правительства гросс-адмиралу Карлу Дёницу, прося разрешения полностью согласиться на условия противника.

Дёниц все еще противился и направил во Францию нового переговорщика — категорического противника капитуляции на Востоке Йодля. После часовой дискуссии с генералом-полковником Эйзенхауэр передал ультимативное послание руководству Германии. «Гросс-адмирал Дениц предоставляет полное право подписать в соответствии с предложенными условиями», — пришел ответ рейхспрезидента из Фленсбург-Мюрвике.

Церемония подписания была назначена на 2:30 ночи, а сам акт о капитуляции должен был вступить в силу только в 23:01 8 мая. Генерал Йодль поставил свою подпись под документом о прекращении Германией военных действий в 02:41 7 мая.

От англо-американской стороны капитуляцию приняли генерал-лейтенант армии США, начальник Главного штаба Союзных экспедиционных сил Уолтер Беделл Смит, от СССР — представитель Ставки Верховного Главнокомандования при командовании союзников генерал-майор Иван Суслопаров, от Франции — заместитель начальника Штаба национальной обороны Франции бригадный генерал Франсуа Севез.

Несмотря на присутствие прессы, США и Британия согласились отложить официальное объявление о капитуляции Германии, чтобы Советский Союз мог подготовить вторую церемонию капитуляции в Берлине.

Репортерам сообщить о капитуляции только 36 часов спустя — ровно в 15:00 8 мая 1945 года. Однако германское радио сообщило о подписании капитуляции уже 7 мая, в 14:41. Спустя час, радостную для союзников весть сообщило агентство Associated Press.

В Советском Союзе на информацию о немецкой капитуляции 7 мая был наложено абсолютное табу.

Источник: https://nv.ua/world/geopolitics/bezuslovnaya-kapitulyaciya-70-let-nazad-gitlerovskaya-germaniya-vyshla-iz-razvyazannoy-eyu-vtoroy-mirovoy-voyny-47526.html

Полная и безоговорочная. Почему Германия капитулировала дважды?

Как известно, День Победы над Германией отмечают в разные дни. В России это g мая, во всем остальном мире — 8 мая.

Разнобой получился из-за того, что было подписано два Акта о капитуляции Германии — разница во времени между церемониями подписания составила как раз около суток.

Но зачем это пришлось сделать? В чем разница между двумя документами? И какой День Победы все-таки настоящий?

5 мая 1945 года начальник штаба союзнических войск в Европе, американский генерал Уолтер Беделл Смит во французском городе Реймс встретился с главнокомандующим ВМС Германии адмиралом Гансом-Георгом Фридебургом.

Встреча проходила в комнате, стены которой были увешаны военными картами, на которых отчетливо было видно бедственное положение немецких войск и основные направления наступления союзников. Эти карты американцы развесили специально, чтобы оказать дополнительное давление на Фридебурга. Ведь он прибыл для того, чтобы обсудить условия капитуляции Третьего рейха.

При этом оба собеседника понимали, что в их переговорах незримо присутствует третий участник — Советский Союз. Хотя его голос пока что не был слышен.

Торги с американцами

Поэтапная капитуляция крупных воинских соединений вермахта началась с конца апреля 1945 года. 29 апреля на Западном фронте сдалась группа армий «С», действовавшая в Италии. 2 мая капитулировал перед Красной армией берлинский гарнизон.

Наконец, 4 мая тот же Фридебург подписал акт о капитуляции всех германских сил в Нидерландах, Дании, Шлезвиг-Гольштейне и Северо-Западной Германии. Теперь же речь шла о полной и безоговорочной капитуляции на всем Западном фронте.

Сложно сказать, на что именно рассчитывало немецкое командование, желая продолжать войну на востоке, но у Фридебурга была строгая инструкция — добиться у главнокомандующего союзническими силами генерала Дуайта Эйзенхауэра именно сепаратного мира.

Однако Эйзенхауэр повел себя принципиально. Он передал через Смита, что речь может идти только о полной и безоговорочной капитуляции на всех фронтах. И отказался встречаться с немецкими послами до тех пор, пока они не будут готовы подписать документ на этих условиях.

На следующий день в помощь к Фридебургу прибыл начальник штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта, генерал-полковник Альфред Йодль.

С американской стороны к переговорам присоединился генерал Карл Стронг (участник переговоров о капитуляции фашистской Италии в 1943 году).

Германские генералы раз за разом излагали свои аргументы, но американцы каждый раз отвечали: «Нет».

Затем Смит и Стронг связались с Эйзенхауэром и сказали, что немцы, похоже, просто тянут время, надеясь успеть переправить на запад как можно больше войск и беженцев.

Эйзенхауэр в ответ передал следующие слова: «Если они не прекратят искать отговорки и тянуть время, я немедленно закрою весь фронт союзников и силой остановлю поток беженцев через расположение наших войск. Я не потерплю никаких дальнейших проволочек».

Йодль передал этот ультиматум возглавлявшему на тот момент правительство Германии гросс-адмиралу Карлу Деницу. Тот довольно бурно выразил свое возмущение, назвал поведение Эйзенхауэра «самым настоящим шантажом» и…

дал инструкцию подписывать капитуляцию на предлагаемых условиях.

Но столь легкая дипломатическая победа над немцами стала лишь прологом к сложной игре, которая разыгралась в последующие двое суток между главными участниками антигитлеровской коалиции — США (действовавшими от имени всех союзников) и-СССР.

Выбор дипломата

Вечером 6 мая в штаб союзнических войск были вызваны представители советского и французского командований. Советский Союз представлял начальник советской военной миссии во Франции генерал-майор Иван Суслопаров — личность выдающаяся и незаслуженно забытая, скорее дипломат, чем военный.

Должность военного атташе в Париже он занимал с 1939 года. И, по некоторым данным, одной из его обязанностей была координация работы советской разведывательной сети в Западной Европе.

В том числе он работал и с легендарной «Красной капеллой», организовывавшей сопротивление нацистской Германии с самого начала Второй мировой. Когда СССР вступил в войну с Германией, Суслопаров уехал в Москву, где служил уже не как разведчик, а как артиллерист. В 1944-м он снова вернулся в Париж.

Понятно, что на тот момент во главе миссии, под боком у союзников, мог находиться только человек, пользующийся личным доверием Сталина.

Суслопаров с французским генералом Севезом были поставлены перед фактом: с немцами уже обо всем договорились, церемония подписания Акта о капитуляции состоится в 2:30, ночью с 6 на 7 мая.

В силу все положения документа должны' вступить в 23:01 8 мая.

Текст уже подготовлен американской стороной, от остальных требуется только поставить подпись и попозировать фотографам (которых тоже уже пригласили).

Французов, которые все равно не могли претендовать на верхние строчки в списке победителей, все устраивало. А вот перед Суслопаровым встала сложная задача. Будучи опытным дипломатом, он понимал, что, с одной стороны, американцев не в чем упрекнуть.

Жестко настояв на одновременной капитуляции и на Западном, и на Восточном фронтах, они повели себя предельно порядочно. Но с другой стороны, подписать американский вариант документа прямо сейчас означало отдать США приоритет в вопросе о том, кто является главным победителем Гитлера.

Это неофициальное «звание» вполне могло в дальнейшем использоваться как весомый аргумент в послевоенной системе международных отношений.

Время шло, а запрос, отправленный Суслопаровым в Москву, оставался без ответа. Ни о каких отсрочках речи идти не могло. Было очевидно ясно, что если советские представители откажутся подписывать данный Акт, то США, Великобритания и Франция спокойно заключат сепаратный договор.

Тогда любые договоренности с СССР будут приниматься уже «во вторую очередь». Получалось, что не подписывать нельзя. Но и подписание на американских условиях было слишком большой уступкой. В итоге Суслопаров, так и не дождавшись одобрения Ставки, поставил свою подпись на историческом документе.

Но по его настоянию в текст Акта была внесена статья 4: «Этот акт военной капитуляции не будет являться препятствием к замене его другим генеральным документом о капитуляции, заключенным Объединенными Нациями или от их имени, применимым к Германии и германским вооруженным силам в целом». Американцы согласились на это без колебаний.

Вообще, всем хотелось как можно скорее подписать Акт о капитуляции и покончить с кошмаром, пять с половиной лет сотрясавшим Европу.

Секретный документ

Первый Акт о капитуляции Германии был подписан в Реймсе 7 мая в 2:41. Свои подписи на нем, помимо советского представителя, поставили Альфред Йодль и Уолтер Смит. Таким образом, документ был принят на уровне начальников штабов. Генерал Севез подписался каксвидетель — в комнате даже не было поставлено французского флага.

Читайте также:  Реформы александра ii. отмена крепостного права. - история России

Спустя всего несколько часов после церемонии Суслопаров получил из Москвы телеграмму, в которой Сталин категорически запрещал подписывать документ.

Впрочем, в состоявшемся на следующий день телефонном разговоре с чрезвычайным и полномочным послом Андреем Вышинским Сталин сказал, что не имеет никаких претензий к действиям Суслопарова в Реймсе.

Сам генерал-майор узнал об этом только гораздо позднее. О его переживаниях до этого момента можно только догадываться.

И все-таки подписанный в Реймсе Акт о капитуляции Сталина категорически не устраивал. «Договор, подписанный союзниками в Реймсе, нельзя отменить, но его нельзя и признать, — заявил он.

— Капитуляция должна быть учинена как важнейший исторический акт и принята не на территории победителей, а там, откуда пришла фашистская агрессия: в Берлине, и не в одностороннем порядке, а обязательно верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции». Понятно, что ни одному из этих условий реймсский договор не отвечал.

Понимая, что замена Акта о капитуляции на «правильный» — это дело принципа, Суслопаров взял со всех присутствовавших обещание не объявлять публично о подписании. В том числе, наступив на горло профессиональным инстинктам, такое обещание дали и 17 журналистов. Однако «режим молчания» нарушили сами немцы.

В середине дня 7 мая министр иностранных дел Шверин фон Крозиг произнес на радио речь, начинавшуюся со слов: «Немцы и немки! Верховное главнокомандование вермахта по приказанию гросс-адмирала Деница заявило о безоговорочной капитуляции германских войск.

Как руководящий министр имперского правительства, образованного гросс-адмиралом для завершения всех военных задач, я обращаюсь в этот трагический момент нашей истории к немецкому народу…»

После этого сообщение о капитуляции передало агентство «Ассошиэйтед пресс», решившее, что уже можно. Советские представители попробовали добиться, чтобы хотя бы официальное объявление было отложено до 9 мая. Но Уинстон Черчилль и Гарри Трумэн согласились помолчать только до 8 числа.

Нюансы и последствия

Вторая церемония подписания состоялась в пригороде Берлина — Карлсхорсте. Подписи на окончательном документе были поставлены 8 мая в 22:43 по центрально-европейскому времени — соответственно, в Москве было уже 0:43 9 мая.

На этот раз все был организовано по высшему разряду, хотя ни Черчилль, ни Эйзенхауэр на подписание не приехали.

Проявив уважение к Сталину и согласившись на замену Акта, они все же не хотели слишком усиливать позиции СССР, который теперь из союзника окончательно превращался в соперника.

Со стороны Германии Акт подписали начальник Верховного главнокомандования вермахта Вильгельм Кейтель, представитель люфтваффе генерал-полковник Ганс-Юрген Штумпф и адмирал Фридебург.

Приняли капитуляцию заместитель главнокомандующего союзными экспедиционными силами маршал Артур Теддер (Великобритания) и маршал Советского Союза Георгий Жуков. Правовую поддержку Жукову обеспечивал Вышинский.

Франция и США выступили в качестве свидетелей.

Подписанный в Карлсхорсте документ практически слово в слово повторял реймсский текст. Сохранялась даже та самая статья 4, надобности в которой по сути уже не было.

Кроме того, осталось на месте требование о прекращении огня с 23:01 8 мая. Учитывая, что Акт подписывался буквально за 17 минут до этого времени, было неясно, как это можно обеспечить физически.

Но на такие мелочи никто не обращал внимания. Ведь фактически стрельба была прекращена после церемонии в Реймсе.

Важно другое. В статье б нового Акта говорилось: «Этот акт составлен на русском, английском и немецком языках. Только русский и английский тексты являются аутентичными». В реймсском документе аутентичным признавался только английский текст.

Эта, казалось бы, мелочь на самом деле была дипломатическим успехом. Эти несколько слов, напечатанные на бумаге, подтверждали неоспоримый авторитет СССР в антигитлеровской коалиции и решающую роль, которую сыграла РККА в разгроме нацистской Германии.

Чего, собственно, и добивался Сталин.

Западные лидеры все это прекрасно понимали, а потому приложили немало усилий, чтобы принизить значение карлсхорстовского документа. Несмотря на то, что реймсская процедура была признана предварительной, в дальнейшем на Западе ее стали называть собственно капитуляцией.

А церемония в Карлсхорсте преподносилась всего лишь как ратификация. Доходило до того, что второй Акт вовсе не упоминается в трудах некоторых английских и американских историков.

А Днем Победы над Германией в Европе и США считают 8 мая -день, когда о капитуляции было объявлено публично.

В свою очередь, советская сторона приложила немало усилий для того, чтобы принизить значение реймсского Акта. Его практически не упоминали в советской исторической литературе, а если и вспоминали, то, как ничего не значащий документ.

Днем Победы в СССР, соответственно, стало 9 мая — день, когда голос легендарного диктора Юрия Левитана из всех радиорепродукторов объявил о Победе. Увы, но из-за замалчивания реймсского Акта было практически забыто и имя генерала Суслопарова — человека, разрешившего сложную ситуацию крайне удачно для своей страны.

Именно благодаря ему Советский Союз получил законное право на первую строчку в списке победителей гитлеровской Германии.

Виктор Банев

Источник: http://parallelnyj-mir.com/2/historical-investigation/8049-polnaya-i-bezogovorochnaya-pochemu-germaniya-kapitulirovala-dvazhdy.html

9 мая перед СССР капитулировала не только Германия, но и весь Запад

Строго говоря, СССР вполне мог бы праздновать День Победы над фашистской Германией 2 мая.

Потому что к этому дню уже покончил с собой Гитлер, мы отклонили предложение сменившего его рейхсканцлера Геббельса о заключении сепаратного мира, после чего он также покончил с собой; был взят Рейхстаг; в 6 часов утра 2 мая командующий обороной Берлина генерал Вейдлинг с тремя генералами перешел линию фронта и сдался в плен. Через час была подписана капитуляция берлинского гарнизона, и война как таковая была окончена. Потом были стратегическая Пражская операция и ликвидация тех или иных немногочисленных очагов сопротивления вермахта.

Таким образом, если считать окончанием войны падение Берлина и ликвидацию организованного сопротивления, это именно 2 мая.

Если же считать окончанием войны окончание всех боевых действий, то они длились до конца мая; даже Пражская операция была начата советскими войсками 9 мая, после капитуляции Германии, и завершилась к 12 мая. То есть, в общем-то, возможно разное определение торжественной даты.

Бывшие союзники СССР на Западе, как известно, празднуют окончание войны 8 мая, когда немецкое командование подписало капитуляцию перед ними без нашего участия. Мы могли бы праздновать 2 мая, когда разгром Германии был нами реально осуществлен.

Но мы празднуем День Победы 9 мая. И не только потому, что в этот день Кейтель переподписал Акт о безоговорочной капитуляции в нашем присутствии. Это была лишь форма.

Подлинный смысл был глубже самой по себе капитуляции.

В первую очередь значение имело то, что было показано и доказано: война будет окончена не тогда, когда Германия и кто-либо еще захочет ее прекратить, а лишь тогда, когда мы сочтем ее законченной.

У СССР были возможности заключить сепаратный мир с Германией уже в 1944 году, затем – весной 1945 года, 30 апреля, когда этот мир предложил ненадолго возглавивший страну Геббельс.

Конечно, мы не заключили его потому, что приняли перед союзниками обязательство не заключать такой мир, но еще и потому, что демонстрировали немцам: «Вы разорвали мирный договор 1939 года. Вы вышли из доверия.

С вами говорить не о чем. Никакой пощады».

Мы не только отражали агрессию врага: мы уничтожали и наказывали неспособных выполнять принятые обязательства. И демонстрировали всем, в том числе и тогдашним союзникам: так будет со всяким.

За клятвопреступление – не просто наказание, а уничтожение. Мы ясно дали понять: на половине пути мы не остановимся.

В восточной политической культуре, на стыке границ Турции, Ирана и Грузии, за клятвопреступление в рот заливали кипящее масло или расплавленный свинец. Сталин об этом помнил.

Читайте также  Кто сжёг Хатынь

Но СССР тогда не мстил Германии: он именно показывал, ЧТО будет с каждым, кто… Возможно, именно эта демонстрация сыграла свою роль потом, когда новые соперники и противники СССР так и не решались начать с нами войну, даже тогда, когда им казалось, что они сильнее.

К 9 мая 1945 года Сталин больше уже не думал о лидерах рейха: они уже не существовали для него. Он думал о союзниках и предупреждал их будущую измену.

В Карлсхорсте он показывал США и Великобритании и их политическим элитам: «Если что, следующими здесь будете вы.

Смотрите: вот так вы подпишете вашу будущую безоговорочную капитуляцию в пригороде взятых штурмом Лондона и Вашингтона. И промежуточных решений, перемирий, уступок не будет».

Точно так же и потом Нюрнберг был нужен не столько для того, чтобы повесить Геринга, сколько для того, чтобы продемонстрировать лидерам Запада: если что – мы так же будем вешать и вас.

Мир всегда строится на табуировании войны. Мир прочен тогда, когда желающего его нарушить, даже при 99-процентной уверенности в своем превосходстве, само напоминание об этом самом одном-единственном последнем проценте уже ввергает в состояние панического ужаса.

После 1945 года так происходило не раз, и когда во время Карибского кризиса американское командование уверяло президента Кеннеди в том, что сможет обеспечить победу и отражение нашего удара, он спросил: «Ну а если нет?», и генералы, вспомнив Карлсхорст и Нюрнберг, не нашли что ответить.

9 мая в Карлсхорсте Сталин продемонстрировал великим державам-победительницам их будущее, ожидающее их в том случае, если они решатся на нарушение принимаемых правил игры, и они так никогда и не решились их нарушить.

Более того, именно настаивая на переподписании Акта безоговорочной капитуляции, он заставлял в скрытом виде капитулировать и их самих. Он заставлял их играть по нашим правилам и утверждал, что правила будут такими, на какие согласится он.

Читайте также:  Церковная реформа - история России

Они пытались объяснить, что капитуляция, мол, уже подписана, и даже представитель СССР – генерал Суслопаров, представлявший Ставку Верховного Главнокомандования, на ней присутствовал, и проводить церемонию еще раз необходимости нет.

Но в ответ получали: «А теперь – еще раз и вприсядку». Причем «вприсядку» – не только Германия, но и все остальные.

То есть 9 Мая – это не только День Победы над Германией, но еще и день принуждения союзников к исполнению взятых на себя обязательств, к выполнению установленных правил игры. Это день их малой, внутренней и не в полной мере афишируемой, но капитуляции перед СССР, определившей все последующее развитие событий.

Читайте также  Русские не сдаются

По идее, как должны были бы развиваться события, откажись союзники от повторного подписания Акта? СССР бы по-прежнему рассматривал Германию как воюющую сторону и приступил бы (после, возможно, краткой передышки) к уничтожению подразделений вермахта.

Последние уходили бы в Западную зону.

СССР сначала потребовал бы от союзников их уничтожения, а затем, после естественного отказа «союзников» (теперь уже точно в кавычках) уничтожать капитулировавших, просто начал бы сам их уничтожать на территории, занятой войсками США и Англии.

Принятие же капитуляции Германии лишь этими странами, без признания ее СССР, означало бы сепаратный мир, то есть нарушение ранее взятых на себя обязательств и аннулирование всех остальных. Союзные армии должны были бы противодействовать движению советских войск к Атлантике и уничтожению остатков вермахта, то есть вступать в войну с СССР.

Насколько они были готовы к серьезной войне, показало их бегство в Арденнах. При этом у них в тылу были бы партизанские армии французских и итальянских коммунистов, плюс как минимум армия де Голля, постоянно третируемого Черчиллем и на тот момент склонного к союзу с СССР.

В довершение сами английские и американские солдаты в том своем состоянии просто не поняли бы, чего от них хотят генералы. Скорее всего, союзные армии были бы частью уничтожены, частью изгнаны из Европы. И это не говоря о таких вещах, как необходимость воевать с Японией, которая при таком развитии событий оказывалась невольной союзницей СССР.

По сути, США и Великобритания должны были бы, как только что Германия, воевать на два фронта. Причем СССР воевал бы с ними так, как воевал с вермахтом, а Япония – не так, как они воевали с Германией.

Все всё понимали, и союзники капитулировали вслед за Германией. Хотя формально СССР находился в состоянии войны с Германией до 25 января 1955 года, когда был принят Указ Верховного совета СССР о прекращении войны. (Вот, кстати, еще одна дата, которую можно отмечать.)

Но 9 Мая осталось 9 Мая – днем, когда на Западе признали, что противостоять СССР они теперь могут только в рамках правил, которые определяет СССР. Вопрос только в том, понимает ли эти правила руководство нынешней России, и способно ли оно ставить Запад на колени так, как его ставил СССР.

Источник: http://army-news.ru/2017/05/9-maya-pered-sssr-kapitulirovala-ne-tolko-germaniya-no-i-ves-zapad/

Гитлер и Сталин в поисках сепаратного мира. Белое Дело

31 января 2017 12:33

Советско-германские контакты начались летом 1941 года и возобновились в конце 1942 года, не прекращаясь до самого конца войны.

Кого из наших современников не восхищали хитроумные деяния советского разведчика Штирлица, срывающего планы высших чинов нацистской Германии установить сепаратный мир с западными союзниками СССР? Наблюдая за интригующей сюжетной линией, талантливой игрой актеров, сегодня мало кто задумывается над навеянной эпохой «холодной войны» пропагандистской задачей знаменитого шпионского телесериала, суть которой заключалась в том, чтобы продемонстрировать советскому зрителю безнравственность и коварство англо-американских партнеров по антигитлеровской коалиции. Между тем и спустя полвека реальная история секретной дипломатии времен Второй мировой войны во многом остается неизвестной, храня тайны, способные перевернуть наши привычные представления о ней. Вспомним, к примеру, какой эффект произвели не так давно обнародованные российским руководством оригиналы секретных протоколов 1939 г. о разделе сфер влияния между А.Гитлером и И.Сталиным? Полной неожиданностью стали также появившиеся в прессе и кажущиеся невероятными данные о тайных контактах между двумя диктаторами летом 1941 г., уже после нападения Германии на СССР. Впрочем, в действительности этот эпизод стал лишь прелюдией советско-германских сепаратных контактов, которые возобновились в конце 1942 г. и уже не прекращались до конца Великой войны. Что же известно о поисках И.Сталиным и А.Гитлером путей к сепаратному миру?

Москва или Лондон: нацистская верхушка решает сложную дилемму

Сближение Германии с Советским Союзом в конце 30-х годов и начавшаяся вскоре война против Франции и Великобритании были неоднозначно восприняты правящей элитой Третьего рейха. Идея министра иностранных дел И.

фон Риббентропа о создании континентального блока, предполагавшая участие СССР в разделе Британской империи, не казалась слишком привлекательной для ряда прозападнически настроенных нацистских бонз, среди которых были Г.Геринг, В.фон Браухич, А.Розенберг и др. Явным проявлением этого внутреннего конфликта стала «миссия Гесса» — загадочный полет 10 мая 1941 г.

одного из лидеров нацистской партии в Великобританию с целью заключения сепаратного мира. Как можно судить на основании недавно рассекреченных документов Британского государственного архива, эта миссия не была санкционирована А.Гитлером и не готовилась британскими спецслужбами.

Более того, сокрытие «наци №2» информации о готовящемся нападении Германии на Советский Союз, тривиальный характер его признаний — с одной стороны, а с другой стороны — принципиальное нежелание правительства Великобритании идти на мировую с нацистским режимом очень скоро привели к утрате всякого интереса британских политиков к высокопоставленному нацистскому пленнику. Сообщая в своем письме президенту США Ф.Рузвельту о предложениях Р.Гесса, премьер-министр Великобритании У.Черчилль презрительно назвал их «старым приглашением покинуть всех наших друзей, чтобы временно спасти большую часть своей шкуры».

Между тем полет Р.Гесса в Великобританию вызвал подозрения И.Сталина относительно возможной перспективы англо-немецкого сговора. Присутствие нацистского лидера в Соединенном Королевстве на протяжении всей войны только подкрепляло эти опасения. Не случайно осенью 1942 г., в разгар дебатов об открытии второго фронта, И.Сталин прямо обвинил У.Черчилля в том, что тот «держит Гесса в резерве».

После поражения вермахта под Москвой и очевидного провала идеи блицкрига вопросы о невозможности дальнейшего ведения войны на два фронта и о необходимости заключения сепаратного мира стали обсуждаться в нацистской верхушке предметно. Определенная часть военных (генерал Л.Бек, доктор К.

Герделер, адмирал Ф.Канарис и др.) высказывалась за налаживание контактов с Британией и США, выдвигая в качестве главного аргумента организацию единого фронта борьбы «цивилизованного Запада» против «варварского коммунистического Востока». Однако подписание в январе 1943 г.

в Касабланке руководителями США и Великобритании совместной Декларации, одним из важнейших положений которой стал пункт о безоговорочной капитуляции противника как основного условия для прекращения войны, фактически делало бесперспективными надежды нацистов на заключение мира с Западом и подталкивало их к поискам сепаратного мира с Советским Союзом.

Одним из наиболее влиятельных сторонников новой редакции союза А.Гитлера и И.Сталина был шеф внешнеполитического ведомства Третьего рейха И. фон Риббентроп. Сразу же после поражения под Москвой он предложил установить тайные контакты с Кремлем для заключения мира на условиях возвращения части советских территорий.

Однако вскоре началось успешное наступление вермахта на юге России, и преисполненный радужных надежд нацистский вождь отказался от переговоров. Между тем ситуация на фронте продолжала изменяться. Удачная высадка десанта союзников в Северной Африке в конце 1942 г.

(операция «Торч»), впечатляющая победа Красной Армии под Сталинградом в начале 1943 г. существенно подорвали военную и политическую мощь Германии. В этих условиях И.фон Риббентроп вновь поднял вопрос о сепаратном мире с «советами», но А.Гитлер опять прямо не дал на это своего согласия.

Вместе с тем, беседуя с шефом внешнеполитического ведомства, фюрер продемонстрировал восхищение персоной И.Сталина, назвал его «исторической личностью огромного масштаба», «крупным противником», мечтательно пообещав к тому же предоставить ему наилучший из замков Германии в случае, если тот окажется в немецком плену.

Любопытно, что вскоре в Берлине стали муссироваться настойчивые слухи о готовящейся поездке в Москву бывшего посла в СССР графа Ф. фон дер Шуленбурга для ведения переговоров о мире.

Источник: http://beloedelo.com/researches/article/?755

Вели ли союзники сепаратные переговоры с нацистской Германией |

История >> История Европы

«Партнер» №11 (122) 2007г.

Cтатья «Вел ли Сталин сепаратные переговоры с Гитлером» («Партнёр» №9/2007) вызвала неоднозначную реакцию читателей. Одни из них согласились с позицией автора статьи, у других она вызвала резкую критику и даже неприятие.

Среди поступивших в редакцию писем было и такое: «А разве союзники не вели с гитлеровской Германией сепаратные переговоры? Ведь об этом прямо говорится в романе Юлиана Семенова «Семнадцать мгновений весны» и одноименном кинофильме. Думаю, что рыльце в пушку у всех.

Так почему бы вам не рассказать и о переговорах, которые вели руководители англо-американских союзников с нацистами?»

  В публикуемой ниже статье мы попытаемся дать ответ на вопрос, поставленный читателем.

Фюрер протягивает оливковую ветвь

19 июля 1940 года зал заседаний рейхстага был заполнен до отказа. Перед депутатами должен был выступить рейхспрезидент, он же одновременно рейхсканцлер, он же фюрер великой Германии Адольф Гитлер. К этому времени военная ситуация в Европе выглядела следующим образом. 5 октября 1939 г. Германия оккупировала Польшу, 26 мая 1940 г.

Читайте также:  Первая пятилетка - история России

под давлением немецких войск Великобритания эвакуировала свои войска из района Дюнкерка, 22 июня капитулировала Франция, 16 июля Гитлер подписал директиву № 16 о подготовке операции «Морской лев», означающей расширение воздушной войны и начало морской блокады Англии.

Конечно, достигнутые немецкой армией успехи не могли не вдохновлять фюрера и поэтому его речь была наполнена особой энергией. Тем более неожиданной была ее концовка:

— В этот час я чувствую себя обязанным перед своей совестью обратиться с призывом к благоразумию Англии. Я не вижу причины, которая заставляла бы продолжать эту войну.

Вот так! Ни больше, ни меньше!

Каковы были причины такого заявления Гитлера? Почему фюрер, находившийся в тот момент на гребне победной эйфории, по сути заговорил о возможности остановки своей военной машины? И был ли он в тот момент искренен или совершал очередной провокационный ход? Сегодня вряд ли найдется однозначный ответ на этот вопрос, однако в этой ситуации мы должны отдать должное У. Черчиллю: в самый тяжелый для Великобритании момент войны он, от имени правительства Его Величества, заявил, что Британия будет решать вопросы с Германией исключительно силой оружия.

Миссия Рудольфа Гесса

10 мая 1941 года ПВО Великобритании засекло над своей территорией одиночный самолет. Пилот этого самолета выпрыгнул с парашютом рядом с поместьем лорда Гамильтона в Шотландии и сдался местным властям.

Доставленный в госпиталь Глазго, пилот назвал свое имя — Рудольф Гесс. Рудольф Гесс в нацистском табеле о рангах числился «наци №3». Он был самым близким к фюреру человеком, единственным с кем он был на ты.

Только Гесс имел право от имени Гитлера подписывать государственные документы.

И этот человек оказался в Англии. Гесса весьма обескуражило то обстоятельство, что английские должностные лица долго не могли взять в толк, для чего совершен этот рискованный перелет и поначалу отказывались с ним беседовать. Впрочем, выхода на руководителей высокого ранга Гесс так и не получил. Его выслушал чиновник достаточно низкого уровня, которому

Гесс от имени Гитлера заявил, что Германия хотела бы заключить с Великобританией мирный договор и прекратить боевые действия. Гесс также предлагал направить совместные усилия двух стран на борьбу с большевистской Россией. Великобритании предоставлялась полная свобода действий в рамках Британской империи.

Однако колонии, которых лишилась Германия по условиям Версальского договора, должны быть ей возвращены. Английские войска должны быть выведены из Ирака; британское правительство должно заключить мир с правительством Муссолини.

Гесс заявил также, что, поскольку фюрер не намерен вести переговоры с Уинстоном Черчиллем, было бы предпочтительно, если бы Черчилль вышел в отставку. В общем, наглость нацистов перехлестывала все границы.

Итог миссии Гесса известен: его попытка инициировать переговоры с английским правительством успехом не увенчалась, а сам наци № 3 оказался в английской тюрьме, где и просидел до начала Нюрнбергского процесса.

Заговор рассерженных генералов

Между тем время работало против Германии: операция «Морской лев» провалилась; план «Барбаросса» потерпел крах; гитлеровские войска, наступающие на Москву, были отброшены от столицы; не лучшим образом складывались дела в Северной Африке. Тучи над головой нацистской верхушки начинали сгущаться, что привело к возникновению в Германии правого антинацистского заговора.

Заговорщики во главе с генерал-полковником Людвигом Беком (бывший начальник генштаба сухопутных сил) и Карлом Гёрделером (бывший обер-бургомистр Лейпцига) с весны 1942 пытались установить контакты с руководством Британии и США.

Они считали необходимым прекратить войну против Британии и США, отвести немецкие войска на западные границы Германского рейха, однако Австрия, Чехия и Западная Польша должны были остаться в составе рейха.

Что касается войны против СССР, то ее Германия прекращать не собиралась, а свое намерение продолжать войну против СССР заговорщики объясняли необходимостью борьбы против любого агрессивного и гегемонистского режима в Европе, будь то нацизм или коммунизм.

Однако попытки наладить контакты с руководством Британии в апреле-мае 1942 г. в Стокгольме, с руководством США в январе 1943 г.

в Берне и в декабре 1943 г. в Стамбуле результатов не дали. Президент США Рузвельт, так же как и У. Черчилль, был настроен на «искоренение не только нацизма, но и милитаризма Германии».

Впрочем, предыдущие неудачи не обескуражили заговорщиков. В марте 1944 г. Людвиг Бек счел необходимым сделать еще одну попытку договориться с западными державами.

Последней надеждой немецких антинацистов стал глава американской разведывательной миссии в Швейцарии Ален Даллес. В апреле 1944 г.

эмиссар заговорщиков Гизевиус, сотрудник абвера в Швейцарии, попытался выяснить возможность смягчения требований Запада в вопросе о безоговорочной капитуляции Германии.

Ответ Даллеса был однозначен: ничего кроме безоговорочной капитуляции Германии!

20 июля 1944 года участники заговора сделали попытку покушения на Гитлера. Покушение не удалось, и заговорщики были изобличены и казнены.

«А Вас, Штирлиц, я попрошу остаться»

Стремление части трезвомыслящих немцев заключить с англо-американцами сепаратный мир было широко использовано советской пропагандой. Причем проведение переговоров с американцами преподносилось как несомненный факт: представители нацистской Германии и «прогнивших демократий» Британии и США начали переговоры о заключении мира за спиной своего советского союзника.

Наиболее ярким примером такой пропаганды стал талантливый телефильм по роману Юлиана Семенова «Семнадцать мгновений весны». Читатели, конечно, помнят, как советский разведчик, которого блестяще играет Вячеслав Тихонов, срывает планы руководства СС и англо–американских союзников. Многие зрители посчитали, что эта история показана в фильме с документальной точностью.

А как развивались события в действительности

8 марта 1945 г. в Швейцарии, в Цюрихе, действительно состоялась встреча главы американской разведмиссии Алена Даллеса с командующим войсками СС в Северной Италии Вольфом. А уже 12 марта 1945 г., т.е. через четыре дня, американский посол в Москве А.

Гарриман официально сообщил наркому иностранных дел СССР Вячеславу Молотову о визите обергруппенфюрера Вольфа в Швейцарию к А. Даллесу для обсуждения конкретного вопроса о капитуляции немецких войск в Италии.

В тот же день Молотов ответил Гарриману, что правительство СССР не возражает против переговоров с обергруппенфюрером Вольфом и предложил, чтобы в этих переговорах приняли участие и советские офицеры.

16 марта посол Гарриман сообщил наркому Молотову, что советские представители смогут принять участие в подписании капитуляции немецких войск в Италии, когда эта капитуляция станет реальностью. Участие же советских офицеров в предварительных встречах американская сторона посчитала нецелесообразным, поскольку дело касается исключительно американо-британского участка фронта.

Было также замечено, что представители западных союзников не участвовали ранее в аналогичных переговорах на германо-советском фронте, например, при капитуляции немцев в Сталинграде. В тот же день нарком Молотов ответил послу Гарриману, что правительство СССР считает этот отказ «совершенно неожиданным и непонятным» и «настаивает на том, чтобы уже начатые переговоры в Берне были прекращены».

19 марта 1945 г. состоялась вторая встреча Вольфа с представителями командования союзников. Эта встреча оказалась последней, так как союзники заподозрили провокацию со стороны СС.

29 марта 1945 г. Сталин в личном послании Рузвельту обвинил западных союзников в том, что своими переговорами с немцами они якобы позволили тем перебросить три дивизии из Италии на советский фронт.

В ответе, полученном Сталиным 1 апреля 1945 г., Рузвельт разъяснил, что никаких переговоров с немцами у союзников не было, а была лишь безрезультатная попытка Вольфа организовать такие переговоры.

Что касается переброски из Италии трех немецких дивизий (из них на советский фронт двух), то Рузвельт указал Сталину, что передислокация последней из этих дивизий началась еще 25 февраля, то есть до попытки организовать переговоры о капитуляции немцев в Италии.

Однако 3 апреля 1945 г. Сталин заявил, что Рузвельт, в отличие от него, Сталина, не владеет всей информацией. А по его, Сталина, информации, переговоры не только состоялись, но даже успешно завершились. И более того, Сталин категорично заявил, что переговоры касались не только Северной Италии.

Наконец, Сталин фактически обвинил союзников в сговоре с общим врагом. 5 апреля 1945 г. Сталин получил от Рузвельта удивительно вежливый ответ на свое обвинительное послание. Рузвельт вновь терпеливо разъяснил Сталину, что никаких переговоров не было.

Далее Рузвельт предположил, что Сталин получил дезинформацию из немецких источников, имеющую цель вызвать разлад между союзниками:

— Если таковой была цель Вольфа, то Ваше послание доказывает, что он добился некоторого успеха.

Далее следовала фраза, которая носила достаточно резкий характер:

— Откровенно говоря, я не могу не чувствовать крайнего негодования в отношении Ваших информаторов, кто бы они ни были, в связи с таким гнусным, неправильным описанием моих действий или действий моих доверенных подчиненных.

7 апреля 1945 г. Сталин в очередном послании Рузвельту фактически повторил свои обвинения в адрес союзников, якобы сговорившихся с немцами, и заявил, что его информаторыi> «очень честные и скромные люди (!)».

Напомним, что 29 апреля 1945 г., после десятидневных боев, в штабе союзных войск в Италии был подписан акт о безоговорочной капитуляции всех немецких вооруженных сил в Северной Италии и Южной Австрии. В подписании этого документа участвовал генерал-майор А.П.Кисленко из ГРУ Генштаба Вооруженных Сил СССР.

О других попытках организации переговоров между представителями Германии и англо-американскими союзниками историкам ничего не известно. Отметим, что попытки организовать такие переговоры во всех случаях исходили от немецкой стороны и никогда — от англо-американцев. А это значит, что наши западные союзники по антигитлеровской борьбе вели себя вполне достойно.

Источник: http://www.partner-inform.de/partner/detail/2007/11/232/2655

Ссылка на основную публикацию