Андрей бакич – известный «белый» военачальник — история России

Читать

А.В. Ганин

Черногорец на русской службе:

ГЕНЕРАЛ БАКИЧ

Москва Русский путь 2004

ББК 63.3(2)6 Г19

ISBN 5- 85887-200-Х

Научный редактор

кандидат исторических наук, доцент О.Р. Айрапетов (Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова)

Рецензенты

кандидат исторических наук, доцент Е.В. Волков (Южноуральский государственный университет, Челябинск);

кандидат исторических наук, доцент В.Ж. Цветков (Московский педагогический государственный университет)

Книга издана при финансовой поддержке В.Н. Башкина и некоммерческого фонда по увековечению памяти участников Белого движения «Память чести»

А.В. Ганин, 2004

Е.Л. Вельчинский, оформление, 2004 Русский путь, 2004

ВВЕДЕНИЕ

Рассматривая историю как процесс, в котором главную роль играет деятельность личностей, мы имеем полное право видеть в личности единственный фактор истории, по отношению к коему все остальное, что мы охотно представляем себе также действующим в истории, будет иметь значение простых условий.

Н.И. Кареев

Имя одного из вождей Белого движения, черногорца по национальности, генерал-лейтенанта Андрея Степановича Бакича неразрывно связано с эпохой революции и Гражданской войны в России и напоминает нам не только о ярких героических страницах истории Белой борьбы, но и о трагическом периоде исхода остатков белых армий Восточного фронта в изгнание. Несмотря на важную роль Бакича в развитии указанных событий, его жизнь и деятельность в тесной взаимосвязи с переломными моментами отечественной истории до сих пор по-настоящему не изучены. Существующая историография в чем-то даже мешает объективному взгляду на Бакича, направляя исследователя по ложному пути.

С уверенностью можно сказать, что латинская фраза vae victis (горе побежденным) применима и к прижизненной судьбе Бакича, и к тому, что писали о нем после смерти.

В работах советских историков было принято уничижительное отношение к Бакичу, которого один из авторов, И.Е.

Молоков, позволил себе назвать не иначе как «этот тупой, с кругозором фельдфебеля авантюрист… За 20 лет, прожитых здесь, он научился носить военный мундир, но не овладел русским языком. Книг не читал, питал к ним отвращение. Генеральские погоны не прибавили ему ума»1.

Сподвижнику Бакича, незаурядному руководителю белых партизан генералу Р.П. Степанову, по характеристике того же автора, «и в голову не приходило, что он всего лишь пешка в руках японских, английских и американских империалистов»2.

Звучит впечатляюще, но насколько далеко от реальности! Этот же автор пишет, что Бакич не отрицал свою причастность к убийству Дутова3, причем данный факт для него равносилен признанию Бакича в организации убийства, в действительности осуществленного советской разведкой.

Касавшийся биографии Бакича В.К. Шалагинов был гораздо изощреннее в своих суждениях. Советский журналист, близкий к спецслужбам и получивший еще в конце 1960-х — начале 1970-х годов доступ к

4 А.В. Ганин. Черногорец на русской службе: генерал Бакич

материалам следственного дела Бакича, он ставил своей задачей, не навешивая каких-либо ярлыков, создать у читателей впечатление о полной умственной неполноценности Бакича и умелой подтасовкой фактов, порой не имевших ничего общего с действительностью, совершенно дискредитировать генерала4.

Лишь в последние годы стали появляться, в том числе и на родине Бакича, серьезные исследования, в которых содержатся более взвешенные оценки его деятельности5. К сожалению, в этих работах Бакичу уделено лишь несколько страниц, а излагаемые факты его биографии часто перемешаны с предположениями.

Помимо этих работ, непосредственно затрагивающих биографию Бакича, мною был привлечен значительный массив как общих, так и специальных исследований, освещающих те события периода 1914- 1922 годов, активным участником которых был Бакич6.

Особо мне хотелось бы выделить сохраняющие свое научное значение военно-исторические труды 1920-1940-х годов по истории Первой мировой и Гражданской войн7, авторы которых, проводя, в частности, детальный анализ тех или иных операций Гражданской войны, активно использовали архивные документы белых армий, что не характерно для последующей советской историографии Гражданской войны. При подготовке исследования мною использовались и справочные издания8.

Что касается биографий командного состава белых армий Востока России, то к числу серьезных монографических исследований на современном научном уровне, как в отечественной, так и в зарубежной историографии, можно отнести пока лишь несколько трудов, посвященных Р. Гайде, В.О. Каппелю, А.В. Колчаку, Р.Ф. Унгерну фон Штернбергу и М.В.

Ханжину9, хотя некоторые из этих работ и не свободны от ошибок. С Сожалением приходится констатировать, что серьезных работ биографического жанра появляется крайне мало. Представляется справедливым утверждение одного из авторов издававшегося в эмиграции журнала «Часовой»: «Благодаря обилию материалов и воспоминаний, дело Белой борьбы на южном фронте освещено весьма основательно.

О нем и его героях, участниках и неудачниках известно достаточно, чтобы иметь ясную, общую картину эпохи и характеристику всех его руководителей. Но о других фронтах борьбы, особенно о Сибирском, в общем сведений недостаточно. Кроме отдельных имен и общего хода событий, мы не имеем о ней ясного и детального понятия.

Особенно слабо знакомство наше с выдающимися вождями и с самым характером Уральско-Сибирской обстановки»10.

Кроме того, с момента открытия доступа к архивным коллекциям по истории Белого движения до сих пор не появилось ни одной специальной работы, освещающей историю борьбы в 1919-1920 годах, исхода в Китайский Туркестан (Синьцзян) и дальнейшей судьбы частей Отдельной Оренбургской армии. В какой-то мере восполнить эти пробелы и предназначена данная книга.

Введение

5

В основе моего исследования — прежде всего ранее неизвестные и в подавляющем большинстве до сих пор не введенные в научный оборот архивные документы.

Всего для написания работы было привлечено 82 единицы хранения из 32 фондов трех центральных архивов: Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного военного архива (РГВА), Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ), двух региональных: Государственного архива Оренбургской области (ГАОО), Центра документации новейшей истории Оренбургской области (ЦДНИОО) и одного общественного архива — Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» (БФРЗ). Кроме того, использовались материалы рукописного собрания Музея археологии и этнографии Челябинского государственного университета (предоставлены Е.В. Волковым), а также домашних архивов В.Н. Башкина (Воронеж), И.А. Гергенредера (Берлин), Е.В. Захарьиной (Оренбург). Из опубликованных источников, как это ни парадоксально, впервые вводятся в научный оборот материалы единственного чудом сохранившегося, благодаря стараниям выдающегося исследователя-эмигрантаИ.И. Серебренникова, экземпляра брошюры И. Еловского «Голодный поход Оренбургской армии» (Пекин, 1921), публикуемой в приложении, а также материалы уникального сборника «Оренбургский казак», изданного в Харбине в 1937 году.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=239476&p=52

История одного боя. или о красных, белых, химерах и гримасах

© Андрей Федосов

Жалобно скрипят раскаленные диваны, очередями беспощадных постов грохочут макбуки, сухо щелкают жестокими одиночными комментариями айфоны. Это бьются застрявшие во всемирной паутине современные «комиссары в пыльных шлемах» с современными же «корнетами Оболенскими». И те, и другие — сильно на взводе.

Потому что берут виртуальные реванши. Одни — за очевидное крушение во всемирном масштабе марксистко-ленинской идеи, другие — за то, что когда-то Деникин не взял Москву. И было бы это смешно, если бы не было грустно.

Потому что за их истерикой теряется одна очень простая мысль: нет для каждой конкретной страны ничего хуже братоубийства.

О Гражданской войне нам врали фильмами типа «Неуловимых мстителей» и «Свадьбы в Малиновке». На самом деле все было не так. Не смешно. Не романтично. И очень страшно. Есть в Оренбурге сквер Салмышского боя. Там стоит с 1984 года памятник Красноармейцу и матери, которая хоронит сыновей. Тоже, видимо, красноармейцев. Память.

Но на деле об этом бое известно не так уж много. Почти белое пятно. Например, сегодня уже никто не может сказать точно, в каком именно месте шло сражение, сколько людей погибло в бою, а скольких убили после, какова была накануне боя точная численность белых, а какая — красных. Сведения пришлось собирать чуть ли не по крупицам.

Холодный апрель 1919 года. Перед колчаковским генералом Бакичем ставится задача — взять Оренбург. Ключевой опорный пункт на стратегическом южном направлении. К тому же в городе были немалые арсеналы, а белым жутко не хватало оружия и боеприпасов.

На самом деле шансов взять Оренбург у Бакича почти не было, и он это хорошо понимал. Не было превосходства в живой силе, а в вооружении белые явно уступали. К тому же у них почти не было пехоты — основу их сил составляли мобилизованные казаки. Однако приказ есть приказ, и Бакич взялся за его выполнение.

Он попытался ухватиться за единственный призрачный шанс — скорость. Поэтому бросил обоз и хилую артиллерию. Атаке на Оренбург мешал Салмыш. Речка довольно узкая. Но по весне она широко разливается. Его решено было форсировать где-то возле впадения в Сакмару на подручных плавсредствах, плотах и даже просто досках. Жизнью мобилизованных не очень-то дорожили.

Отступление не предполагалось. Победа или смерть.

Она и пришла. Красных перехитрить не удалось. Они уже ждали на высоком берегу Салмыша, позиции хорошо подготовили, а на ближайшей горе установили артиллерию, которая била по наступающим прямой наводкой. Белых, по разным источникам, было от полутора до четырех тысяч. Красных — от трех до четырех.

Белые были вооружены, в основном, холодным оружием. Красные не знали недостатка в стволах и боеприпасах. Белым некуда было отступать. Красные не жалели снарядов и патронов. Белые понимали, что их ждет в случае плена и, если удавалось дотянуться штыком или саблей, никого не жалели. Бой продолжался 12 часов.

Корпус Бакича перестал существовать за полным истреблением. Затем красные долго рубили и вешали пленных. Тела бросали в Салмыш. Он, по воспоминаниям очевидцев, был красным от крови. Работники похоронных команд вспоминают, что убитых не считали. По приблизительным оценкам, их было порядка четырех тысяч. А, может, и больше.

Для сравнения скажу, что в уличных боях 1917 в Москве погибло 150 человек.

В советской школе нам рассказывали, что белые были отлично экипированы, а красные — чуть ли не босы. На самом деле, все было с точностью до наоборот. Это белые были немногочисленны, плохо вооружены и даже в психические атаки ходили от нехватки патронов.

Зато в руках красных оказались колоссальные арсеналы царской армии — оружия, обмундирования и боеприпасов им с лихвой хватило на всю гражданскую. Промышленность российской империи в Первую мировую работала, как часы. Знаменитые комиссарские «кожанки» — это куртки летчиков и водителей броневиков имперской армии.

Их на складах были сотни тысяч. Буденновки и шинели с «разговорами» — синими и красными полосами легендарной Первой конной — это новая кавалерийская форма царских войск. Ее изготовили около миллиона экземпляров, но внедрить не успели… А белым арсеналы не достались. И из-за границы им никто особенно не помогал.

Читайте также:  Брестский мир: дополнительные соглашения и ликвидация последствий - история России

Только за живые деньги. Которых почти не было. И интервенция «союзников» по Антанте — миф. Франция, например, ввела в бывшую Российскую Империю контингент в 50 тысяч человек. Против пятимиллионной Красной Армии — это несерьезно. Разве что пограбить… Что французы и делали.

И с большевиками они явно о чем-то договорились. Недаром, не было у французского контингента ни одного(!) боестолкновения с красными. Зато немцы здорово поддержали большевиков золотом. В уплату за мир в самый нужный для себя момент и Украину, которую им просто отдали. Пытались еще отдать флот, но не вышло.

Об этом современные фанаты красных сегодня вспоминать не любят. Как и о газе, которым Тухачевский травил восставшие от голода деревни.

В свою очередь, сегодняшние фанаты белых пытаются нас убедить, что если бы Юденич взял Питер, а Деникин — Москву, то мы бы сегодня ездили на «Руссобалтах» и летали на «Сикорских». Сомнительно. Сильная экономически и победоносная военно Царская Россия оказалась совершенно нежизнеспособна.

Раз не смогла справиться с внутренними врагами. Но белые за нее и не воевали. То есть, одни из них воевали за нее, другие — за что-то иное. Они вообще хорошо понимали, против кого воюют, но плохо — за что. И объяснить что-либо народу оказались неспособны. «Единая и неделимая», Учредительное собрание — все это уже не работало.

Вряд ли белые могли удержать страну. Идеи — не было.

Вот у красных идея была. Люди веками мечтали о справедливом обществе. Правда, нигде и ни у кого не это получалось, но мечта-то жила. И красные уверенно донесли ее до людей при помощи простых и понятных лозунгов. Им поверили, но они всех обманули. Вместо мира народы получили беспредельно жестокую Гражданскую.

Самоопределения окраинным сепаратистам не дали. Хотя против белых использовали и азербайджанских мусаватистов, и грузинских меньшевиков, и Бухарского эмира. Потом их всех уничтожили. Заводы рабочим не подарили. Землю крестьянам отдали, но потом отняли, да еще и ограбили под видом раскулачивания.

Зато создали бесплатное здравоохранение, одну из лучших в мире систем образования и наладили социальные лифты, которые возносили людей без всякого имущественного ценза к настоящим высотам.

Благодаря этому не только выжили, но и победили в величайшей в истории войне, первыми полетели в космос и даже научились производить чугуна больше, чем в царской России.

Правда, к 80-м социальные лифты заржавели, спекулянтов стало намного больше, чем идейных, полстраны залили водкой, и в коммунизм люди верить перестали совершенно. В итоге, когда Союз ликвидировали, никто защищать его не вышел. Так что получается, в Гражданскую все воевали за химеру. Красные — за свою, белые — за свою. Вот только кровь тогда лилась настоящая.

Хоронили убитых и казненных на реке Салмыш люди из ближайших сел и станиц. Тех, что были «под красными». Оплакивали всех. Потому что среди убитых белых были люди опять-таки из соседних станиц. И тоже мобилизованные.

С кем-то из них вместе воевали на фронтах Первой мировой, с кем-то на ярмарках торговались, с кем-то чай пили, а с кем-то и «роднились». Тех «белых», кто чудом уцелел в бойне, прятали.

Есть такие железобетонно подтвержденные факты.

Думаю, если бы в Гражданской за химеры бились только «свои», она бы потеряла накал. Полагаю, катализатором ее были чужаки. Ими, по большому счету, были оба военачальника Салмышского боя. И красный, и белый. Александр Бакич — серб из Черногории. Гай Гай (Гайк Бжишкян) — армянин родом из Персии. Впрочем, оба проливали за российскую империю кровь на фронтах Первой мировой. Оба были ее героями.

Георгиевскими кавалерами. Оба были казнены красными. Бакич — в 1922 году, Гай — в 1937. Особенно интересен второй. Гай, несомненно, был воином. Не раз бил белых. Но был ими и звонко бит. Например, Каппелем под Симбирском. При том, что у Гая было тогда большое преимущество в численности и вооружении. Был он, похоже, и палачом.

Вряд ли зверские расправы над пленными после «побед» могли без него обойтись. Но влияние на судьбу мира Гай оказал позже. Когда в 20-е командовал кавалерийской дивизией. Тогда он уговорил одного своего подчиненного поступить в Высшую военную школу в Москве. Считал, что тот — прирожденный военачальник.
Подчиненный Гая очень уважал и, отчасти, считал своим учителем. О чем написал в мемуарах.

Звали его Георгий Жуков. Маршал Победы. Такая вот гримаса истории.

Источник: http://vestirama.ru/mneniya/istoriya-odnogo-boya-ili-o-krasnyh-belyh-mnenie-141117.html

Бакич, Андрей Степанович

19 декабря 1878(1878-12-19)

Место рождения

Черногория Дата смерти

17 июня 1922(1922-06-17) (43 года) Место смерти

Новониколаевск, РСФСР Принадлежность

Российская империя Российская империя Белое движение Белое движениеБогдо-ханская Монголия Род войск

инфантерия (до 1919)иррегулярная кавалерия (после 1919) Годы службы

1900 — 1913 1914 — 19171918 — 1921 Звание

подпоручик (1902) поручик (1906) штабс-капитан (1910) полковник (1916) генерал-майор (1919)генерал-лейтенант (1920) Командовал

55-й Сибирский полк(январь — апрель 1917) 2-я стрелковая дивизия Народной армии КОМУЧа(24 июля — октябрь 1918)4-й Оренбургский армейский корпус Оренбургской армии(февраль 1919 — январь 1920)Оренбургский отряд(март 1920 — октябрь 1921) Сражения/войны

Русско-японская войнаПервая мировая война:Гражданская война в России:

  • Весеннее наступление Русской армии (1919)
  • Оренбургская операция
  • Голодный поход
  • Поход на Русь
Награды и премииВ отставке

коммивояжёр (1913 — 1914)заключённый (1921 — 1922)

Андре́й Степа́нович Бакич (Андрия Бакич, серб. Андрија Бакић ; 19 декабря (31 декабря) 1878, Черногория — 17 июня 1922, Новониколаевск) — русский военачальник, генерал-лейтенант (1920). Видный деятель белого движения в Сибири.

Содержание

  • 1 Жизнь в Черногории и Сербии
  • 2 Российский офицер
  • 3 Участие в Первой мировой войне
  • 4 Участие в Гражданской войне
  • 5 Бои в Монголии и гибель Бакича
  • 6 Награды
  • 7 Литература
  • 8 Ссылки

Жизнь в Черногории и Сербии

Выходец из черногорской семьи (в документах официально значился сербом). Окончил шесть классов 3-й Белградской имени короля Александра Сербского гимназии. В 1899 был обвинён в причастности к покушению на бывшего короля Сербии Милана Обреновича и выслан из страны.

Российский офицер

Переехал в Россию, с 1900 служил в 60-м Замосцком пехотном полку. Окончил Одесское пехотное юнкерское училище (1902). С 1902 — подпоручик, был переведён на Дальний Восток.

Служил в 8-м Восточно-Сибирском стрелковом полку (1902—1905 и 1906—1910), 41-м Восточно-Сибирском стрелковом полку (1905—1906), 5-м Восточно-Сибирском стрелковом полку (1910—1913). В 1905 участвовал в русско-японской войне. С 1906 — поручик, с 1910 — штабс-капитан.

В 1913 был уволен в отставку по болезни, работал коммивояжёром «Русско-монгольского торгового товарищества» в Монголии.

Участие в Первой мировой войне

С началом Первой мировой войны вступил в пешее ополчение, затем переведён в 56-й Сибирский стрелковый полк. Участвовал в Лодзинской операции в 1914. Первоначально командовал ротой, затем принял командование батальоном.

3-5 ноября 1914 во главе батальона в течение трёх суток под деревней Щавин-Костельный близ города Гомбин отбивал атаки превосходящих сил германских войск и сумел удержать позицию. За это позднее был награждён Георгиевским оружием.

В декабре 1914 был ранен в бою у города Сохачев.

30 мая 1915 в бою на территории Польши совершил подвиг, за который был удостоен ордена св. Георгия 4-й степени:

будучи на позиции после того, как противником были выпущены удушливые газы и пострадали от них большинство офицеров и около половины нижних чинов, и когда на соседнем участке, вследствие натиска противника осадили и в этот прорыв ринулся противник, то, находясь под ураганным огнём лёгкой и тяжёлой артиллерии противника, и под его ружейным и пулемётным огнём, мужественно и спокойно принял решительные меры для противодействия распространению немцев и тем приостановил их дальнейшее продвижение и выручил свои войска от грозившей им опасности охвата противником.

Был произведён в капитаны и подполковники. В апреле 1916 был переведён в 53-й Сибирский стрелковый полк, участвовал в наступлении на Бауск на Северном фронте.

С декабря 1916 — полковник, в том же месяце был контужен. В январе 1917 назначен командиром 55-го Сибирского полка.

Но уже в апреле того же года, после Февральской революции, был отчислен от должности по требованию солдат, недовольных его требовательностью.

Участие в Гражданской войне

Весной 1918 был начальником гарнизона города Самары в составе Красной армии. Одновременно входил в состав подпольной офицерской организации.

Летом 1918, после занятия Самары Народной армией Комитета членов Учредительного собрания, вступил в эту армию.

Руководил её отрядами, действовавшими в Сызранском районе, а с 24 июля 1918 был начальником 2-й стрелковой дивизии. Одновременно командовал войсками Народной армии Бузулукского района.

В феврале 1919 — январе 1920 — командир 4-го Оренбургского армейского корпуса Оренбургской армии белых. Численный состав корпуса (2047 штыков, 2707 сабель, 90 пулемётов, 5 орудий) лишь немного превышал численность пехотного полка мирного времени. В апреле 1919 был произведён в генерал-майоры.

«За личную храбрость и услуги, оказанные войску» был зачислен в казаки Оренбургского казачьего войска вместе со своим начальником штаба полковником (затем генерал-майором) И. И. Смольниным-Тервандом.

Тем не менее 26 апреля 1919 корпус Бакича потепел сокрушительное поражение в Салмышском бою на реке Салмыш у горы Янгизской недалеко от с. Сакмары.

Читайте также:  Расправа с революционным движением. реакционный характер правительственной политики - история России

Генерал А. И. Дутов в апреле 1919 дал следующую аттестацию Бакичу:

Вынослив. Отлично храбр. В среде солдат и командиров сильно популярен и пользуется огромным уважением. Прекрасный администратор и хозяин. Всегда дисциплинирован, строг и настойчив в требованиях. Убеждений твёрдых. Решителен в бою и отважен в задачах. Начитан. В бою абсолютно спокоен и умно руководит войсками.

Во главе корпуса участвовал в боях под Белорецким заводом, Верхнеуральском, станицами Магнитной, Кизильской и др. (июль—сентябрь 1919). Командовал корпусом с переменным успехом.

В ноябре-декабре 1919 возглавил отступление корпуса на Атбасар и Кустанай, получившее название «Голодный поход». В период этого похода Оренбургской армии в Семиречье она была деморализована.

Название «Голодный поход» происходит как от Голодной степи, по которой он проходил, так и от общих трагических условий: многие военнослужащие и члены их семей погибли от голода, холода, истощения и тифа.

Был произведён А. И. Дутовым в генерал-лейтенанты. В марте 1920 во главе Оренбургского отряда (бывшая Оренбургская армия) (свыше 10 тысяч человек) перешёл китайскую границу у города Чугучак и был интернирован в Синьцзяне. В 1921 после убийства генерала А. И.

 Дутова стал командующим армией, численность которой уже в 1920 резко сократилась: около 6 тысяч человек вернулись в Россию, а часть получила разрешение выехать на Дальний Восток. Приложил много усилий для восстановления дисциплины в своих войсках.

По воспоминаниям одного из участников событий, «дисциплина в отряде Бакича была суровая, поддерживаемая телесными наказаниями, арестами и расстрелами за побег и агитацию против власти Бакича».

Бои в Монголии и гибель Бакича

В апреле 1921 к отряду присоединилась отошедшая из Сибири повстанческая Народная дивизия хорунжего (затем полковника) Токарева (около 1200 человек). В мае 1921 из-за угрозы окружения красными отряд, возглавляемый А. С.

 Бакичем, двинулся на восток в Монголию через безводные степи Джунгарии (некоторые историки называют именно эти события Голодным походом). Основным лозунгом Бакича был: «Долой коммунистов, да здравствует власть свободного труда».

В программе Бакича говорилось, что

внутреннее управление страною должно основываться на широком народоправстве. Выборные земства и городские самоуправления восстанавливаются.

До их восстановления должны оставаться на местах и работать советские учреждения и органы, только без коммунистов (партийных)… Признавая необходимым вести беспощадную борьбу с моральным развалом, взяточничеством, спекуляцией и насилиями, установить скорые беспощадные мероприятия по отношению к виновным, в том числе и представителям власти, вплоть до смертной казни, до тех пор, пока жизнь страны не войдёт в норму.

У реки Кобук почти безоружный отряд (из 8 тысяч человек боеспособных было не более 600, из которых только треть вооружена) прорвался сквозь заслон красных, дошёл до города Шара-Сумэ и захватил его после трехнедельной осады, потеряв более 1000 человек. В начале сентября 1921 свыше 3 тысяч человек сдались здесь красным, а остальные ушли в Монгольский Алтай.

После боёв в конце октября остатки корпуса сдались под Улангомом «красным» монгольским войскам, в 1922 году были выданы в Советскую Россию. Большинство из них были убиты или умерли по дороге, а А. С. Бакич и ещё 5 офицеров (генерал И. И. Смольнин-Терванд, полковники С. Г. Токарев и И. З.

 Сизухин, штабс-капитан Козьминых и корнет Шегабетдинов) 17 июня 1922 были расстреляны после судебного процесса в Новониколаевске.

Награды

  • Орден Святого Станислава 3-й степени (1906).
  • Орден Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом (1915).
  • Орден Святого Станислава 2-й степени с мечами (1915).
  • Орден Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом (1915).
  • Георгиевское оружие (1915).
  • орден Святого Георгия 4-й степени (1916).

Литература

  • Ганин А. В. Черногорец на русской службе: генерал Бакич. — М., 2004.
  • Ганин А. В. Андрия Бакич: черногорский белый генерал // Россия и Черногория: вехи истории. Родина. Российский исторический журнал. Специальный выпуск. М., 2006. С. 80-83.
  • Ганин А. В. Черногорский русский генерал Андро Бакич // Свой. Журнал Никиты Михалкова. 2008. № 7. С. 58-63.
  • Ганин А. В. Црногорац у служби Русиjе: генерал Бакић. 2 исправљено и допуњено издање. Никшић, 2009. 288 с.: ил. (на сербском языке).
  • Ганин А. В. «Я Бога молил о том, чтобы скорей тебя увидеть». Последний роман генерала Бакича в документах // Черногорцы в России. Отв. ред. К.В. Никифоров. М., 2011. С. 239-268.
  • Ганин А. В. Урянхайский поход Бакича // Родина. 2014. № 7. С. 52-58.
  • Ежедневная газета «Советская Сибирь» № 96 4 мая 1922 год. Новониколаевск (статья: Донесение Кайгородова генералу Бакичу (секретно))
  • Ежедневная газета «Советская Сибирь» № 105 14 мая 1922 год. Новониколаевск (статья: К делу генерала Бакича)
  • Ежедневная газета «Советская Сибирь» № 116 28 мая 1922 год. Новониколаевск (статья: К суду над генералом Бакичем и Ко. Речь общественного обвинителя товарища Ярославского)

Ссылки

  • Башкирская энциклопедия
  • Биография

Бакич, Андрей Степанович Информация о

Бакич, Андрей Степанович
Бакич, Андрей Степанович

Бакич, Андрей Степанович Информация Видео

Бакич, Андрей Степанович Просмотр темы.

Бакич, Андрей Степанович что, Бакич, Андрей Степанович кто, Бакич, Андрей Степанович объяснение

There are excerpts from wikipedia on .postlight.com»>

Источник: https://www.turkaramamotoru.com/ru/-188331.html

«Клад» генерала Бакича: послесловие к скандалу

03.09.2015

Генерал Андрей Бакич не мог предположить, что его обоз спустя 95 лет неожиданно найдется в Горном Алтае, пишет 3 сентября ИА «ФедералПресс.Сибирь», пытаясь разобраться в обстоятельствах и последствиях скандальной истории.

Еще 31 августа глава Чемальского района Республики Алтай Родион Букачаков опроверг информацию о том, что в одном из озер на склоне горы хребта Куминские Белки иркутские археологи нашли следы затопленного обоза генерала Андрея Бакича, который якобы перевозил часть золотого запаса правительства адмирала Колчака.

Информация об этом буквально накануне была растиражирована многими российскими СМИ, среди которых особо отметилась правительственная «Российская газета».

Чуть позже появившаяся новость была аргументированно раскритикована историками, которые утверждали, что возглавляемый Андреем Бакичем белогвардейский корпус никогда не был на территории Горного Алтая, а отступал по землям современного Казахстана в Китай.

Причастность к обнаружению обоза Бакича также отвергли сотрудники иркутской лаборатории археологии и палеоэкологии СО РАН. Некоторые наблюдатели отмечают, что утка о колчаковском золоте на Алтае является реинкарнацией старой легенды о кладе атамана Кайгородова, который возглавлял партизанский белогвардейский отряд, действовавший в горах Алтая и Монголии во время Гражданской войны.

«Мы не имеем даже представления о том, какую цель преследовали те, кто запустил эту утку, – сказала научный сотрудник иркутской лаборатории археологии и палеоэкологии СО РАН Наталья Бердникова. – Горный Алтай не является территорией наших научных интересов. Мы занимаемся только Восточной Сибирью».

Иркутских археологов сильно возмутили появившиеся в выходные сообщения СМИ о том, что в Чемальском районе РА они нашли пропавший обоз белого генерала Бакича, который мог перевозить исчезнувший золотой запас адмирала Колчака.

Распространившие эту новость издания даже не поинтересовались тем фактом, что лаборатория не только работает на другой территории России, но и занимается периодом от эпохи неолита до появления в Сибири первых русских поселенцев».

«Сейчас установлено, что археологический объект не может быть моложе ста лет, – подчеркнула Наталья Бердникова. – Несколько лет осталось до того рубежа, когда объекты времен Гражданской войны в России могут стать объектом археологического изучения. Но о таких прецедентах в Сибири я лично даже не слышала».

Сообщение о том, что в «неприметном глубоководном озере, расположенном на склоне горы хребта Куминские Белки» иркутские археологи нашли обоз белогвардейцев, появилось в воскресенье, 30 августа, на сайте горно-алтайской газеты «Листок».

Не менее десятка различных интернет-ресурсов (в том числе и правительственная «Российская газета»), решивших в выходные не проверять появившуюся информацию, в тот же день процитировали новость.

Практически все они повторили, что следы части затопленного золотого запаса правительства, возглавляемого адмиралом Колчаком, были найдены в третьей декаде июля, а само открытие стало возможным после того, как в иркутском городском архиве была найдена записная книжка генерала Бакича.

Утверждалось, что в СО РАН уже прошло закрытое совещание, посвященное сенсационной находке, после которой ученые якобы «обратились к властям Чемальского района с просьбой принять меры, чтобы уберечь находку от любителей легкой наживы».

Но сенсация не прожила и сутки. В понедельник утром информацию о находке опроверг глава Чемальского района Родион Букачаков, заявив в интервью «Новостям Горного Алтая», что впервые слышит об этом. «Никаких просьб от иркутян, от археологов к нам не поступало, – подчеркнул глава района, – никаких совещаний на эту тему не проводилось, ничего подобного в нашем районе не происходило».

Впрочем, к этому моменту свой ход в этой игре уже сделали историки, сразу заявившие, что находка выглядит фантастично с точки зрения знаний о военных действиях в финале Гражданской войны в Сибири.

«Появление на Алтае каких-либо «обозов Бакича» выглядит совершенно невероятным, – заявил «ФедералПресс.Сибирь» историк и журналист Валерий Савинков.

– Между линией отступления Оренбургского корпуса и Горным Алтаем находилась весьма протяженная область в две тысячи километров, которая контролировалась красными партизанами и частями Красной армии».

Уроженец Черногории, серб Андрей Бакич был участником русско-японской войны и героем Первой мировой войны, но еще больше он известен как командир Оренбургского армейского корпуса, который уходил от красных в конце 1919 года по территории современного Казахстана.

В ходе отступления, получившего название «голодный поход», возглавляемое генералом соединение несколько раз безуспешно пыталось слиться с основными силами армии Колчака, но в итоге ушло в китайский Чугучак.

Позже генерал Бакич воевал в Монголии, но был пленен и выдан Советской России, а 17 июня 1922 года был расстрелян после судебного процесса в Новониколаевске (ныне Новосибирск).

«Сам генерал Бакич в Горном Алтае никогда не был, и воинских частей под его непосредственным командованием там тоже не было, – сообщил «ФедералПресс.Сибирь» кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории СО РАН Дмитрий Симонов.

Читайте также:  Усиление крепостного гнёта в российском государстве - история России

– Но там действовали разрозненные партизанские отряды, среди которых было соединение известного атамана Кайгородова, признававшего в какой-то степени Бакича своим начальником.

Между ними была налажена переписка и даже существовал план объединить усилия для похода против Советской России».

Что интересно, некоторые специалисты считают утку об обнаруженном обозе генерала Бакича «реинкарнацией» старой, ходившей в XX веке, легенды о кладе есаула Александра Кайгородова.

Уроженец села Абай под Бийском в ходе Первой мировой войны стал полным кавалером Георгиевского креста, а во время Гражданской войны примкнул к Сибирской армии адмирала Колчака.

Александр Кайгородов, которому разрешили приведение алтайцев в казачье сословие, стал командиром выступавших против советcкой власти партизанских групп, которые впоследствии были вытеснены в Монголию, где обосновались в районе Кобдо. Атаман погиб во время одного из нападений на Горный Алтай, но, согласно легенде, где-то в горах оставил клад.

С кладом атамана Кайгородова в XX веке была связана одна из самых популярных легенд Горного Алтая

«Не существует канонической версии легенды о кладе Кайгородова, который оставили в какой-то пещере, вход в которую находился на довольно существенной высоте, – полагает Валерий Савинков.

– По одной версии, в пещеру забирались по стволу дерева, который потом спилили, а по другой, ступеньки ко входу в пещеру делались из кусков мяса забитых овец, которые примораживали к стене.

О характере клада тоже ходит много слухов – от просто оружия до серебра».

«В ходе Гражданской войны серебро было одним из самых надежных способов платить жалованье и обеспечивать снабжение армии, поскольку бумажным ассигнациям в этот период никто не верил, – отметил Дмитрий Симонов.

– Теоретически Кайгородов (как и барон Унгерн или другие видные белогвардейские командиры) наверняка имел запас серебра для таких целей. Но это не значит, что он имел какие-то особые несметные сокровища.

Тем более что после смерти командира запас серебра всегда переходил к его преемнику».

Показательно, что после выступления историков и опровержений иркутских археологов газета «Листок» переместила новость об обозе Бакича в рубрику «Юмор», а ее редактор Сергей Михайлов сообщил, что «очередная мистификация оказалась более чем удачной». Впрочем, алтайские издания уже задались вопросом, как стыкуется публикация непроверенных сообщений с нормами профессиональной этики.

«Сейчас газета выдает эту историю за шутку, – отметил Валерий Савинков. – Но нельзя не отметить, что это была недостойная публикация. Нельзя вести себя так представителям медиа».

← Назад

Источник: http://cdelat.ru/articles/klad_generala_bakicha_posleslovie_k_skandalu/

Горный Алтай попался на спекуляциях с золотом Колчака

Информация о найденном в Чемальском районе обозе белогвардейского генерала Бакича оказалась ложной.

В понедельник, 31 августа, глава Чемальского района Родион Букачаков опроверг информацию о том, что в одном из озер на склоне горы хребта Куминские Белки иркутские археологи нашли следы затопленного обоза генерала Андрея Бакича, который якобы перевозил часть золотого запаса правительства адмирала Колчака. Информация об этом буквально накануне была растиражирована многими российскими СМИ, среди которых особо отметилась правительственная «Российская газета».

Чуть позже появившаяся новость была аргументированно раскритикована историками, которые утверждали, что возглавляемый Андреем Бакичем белогвардейский корпус никогда не был на территории Горного Алтая, а отступал по территории современного Казахстана в Китай.

Причастность к обнаружению обоза Бакича также отвергли сотрудники иркутской лаборатории археологии и палеоэкологии СО РАН.

Некоторые наблюдатели отмечают, что «утка» о колчаковском золоте в Горном Алтае является реинкарнацией старой легенды XX века о кладе атамана Кайгородского, возглавлявшего партизанский белогвардейский отряд, действовавший в горах Алтая и Монголии во время Гражданской войны. Подробности – в материале «ФедералПресс.Сибирь».

«Мы не имеем даже представления о том, какую цель преследовали те, кто запустил эту утку, – сказала «ФедералПресс.Сибирь» научный сотрудник иркутской лаборатории археологии и палеоэкологии СО РАН Наталья Бердникова. – Горный Алтай не является территорией наших научных интересов. Мы занимаемся только Восточной Сибирью».

Иркутских археологов сильно возмутило появившиеся в выходные сообщения средств массовой информации о том, что в Чемальском районе Республики Алтай они нашли пропавший обоз белого генерала Бакича, который мог перевозить исчезнувший золотой запас адмирала Колчака. Распространившие эту новость издания даже не поинтересовались тем, что лаборатория не только работает на другой территории России, но и занимается периодом от эпохи неолита до появления в Сибири первых русских поселенцев».

«Сейчас установлено, что археологический объект не может быть моложе ста лет, – подчеркнула Наталья Бердникова. – Несколько лет осталось до того рубежа, когда объекты времен Гражданской войны в России могут стать объектом археологического изучения. Но о таких прецедентах в Сибири я лично даже не слышала».

Сообщение о том, что в «неприметном глубоководном озере, расположенном на склоне горы хребта Куминские Белки» иркутские археологи нашли обоз белогвардейцев, появилось в воскресенье, 30 августа, на сайте горно-алтайской газеты «Листок».

Не менее десятка различных интернет-ресурсов (в том числе и правительственная «Российская газета»), решивших в выходные не проверять появившуюся информацию, в тот же день процитировали новость.

Практически все они повторили, что следы части затопленного золотого запаса правительства, возглавляемого адмиралом Колчаком, были найдены в третьей декаде июля, а само открытие стало возможным после того, как в иркутском городском архиве была найдена записная книжка генерала Бакича.

Утверждалось, что в СО РАН уже прошло закрытое совещание, посвященное сенсационной находке, после которой ученые якобы «обратились к властям Чемальского района принять меры, чтобы уберечь находку от любителей легкой наживы».

Но сенсация не прожила и суток. В понедельник утром информацию о находке опроверг глава Чемальского района Родион Букачаков, заявив в интервью «Новостям Горного Алтая», что «впервые слышит об этом». «Никаких просьб от иркутян, от археологов к нам не поступало, – подчеркнул глава района, – никаких совещаний на эту тему не проводилось, ничего подобного в нашем районе не происходило».

Впрочем, к этому моменту свой ход в этой игре уже сделали историки, сразу заявившие, что находка выглядит фантастично с точки зрения знаний о ходе военных действий в финале Гражданской войны в Сибири.

«Появление на Алтае каких-либо «обозов Бакича» выглядит совершенно невероятным, – заявил «ФедералПресс.Сибирь» историк и журналист Валерий Савинков.

– Между линией отступления Оренбургского корпуса и Горным Алтаем находилась весьма протяженная область в две тысячи километров, которая контролировалась красными партизанами и частями Красной армии».

Уроженец Черногории, серб Андрей Бакич был участником русско-японской войны и героем Первой мировой войны, но еще больше он известен как командир Оренбургского армейского корпуса, который уходил от «красных» в конце 1919 года по территории современного Казахстана.

В ходе отступления, получившего название «голодный поход», возглавляемое генералом соединение несколько раз безуспешно пыталось соединиться с основными силами армии Колчака, но в итоге ушло в китайский Чугучак.

Позже генерал Бакич воевал в Монголии, но был пленен и выдан Советской России, а 17 июня 1922 был расстрелян после судебного процесса в Новониколаевске (ныне – Новосибирск).

«Сам генерал Бакич в Горном Алтае никогда не был и воинских частей под его непосредственным его командованием там тоже не было, – сообщил «ФедералПресс.Сибирь» кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории СО РАН Дмитрий Симонов.

– Но там действовали разрозненные партизанские отряды, среди которых было соединение известного атамана Кайгородова, признававшего в какой-то степени Бакича своим начальником.

Между ними была налажена переписка и даже существовал план объединить усилия для похода против Советской России».

Интересно, что некоторые специалисты считают, что утка об обнаруженном обозе генерала Бакича является «реинкарнацией» старой, ходившей в XX веке, легенды о кладе есаула Александра Кайгородова.

Уроженец села Абай под Бийском в ходе Первой мировой войны он стал полным кавалером Георгиевского креста, а во время Гражданской войны примкнул к Сибирской армии адмирала Колчака.

Александр Кайгородов, которому разрешили приведение алтайцев в казачье сословие, стал командиром выступавших против Советcкой власти партизанских групп, которые впоследствии были вытеснены в Монголию, где обосновались районе Кобдо в Западной Монголии. Атаман погиб во время одного из нападений на Горный Алтай, но, согласно легенде, где-то в горах оставил клад.

Клад атамана Александра Кайгородова на протяжении XX века был одной из самых популярных легенд Горного Алтая

«Не существует каноничной версии легенды о «кладе Кайгородова», который оставили в какой-то пещере, вход в которую находился на довольно существенной высоте, – полагает Валерий Савинков.

– По одной версии, в пещеру забирались по стволу дерева, который потом спилили, а, по другой версии, ступеньки к входу в пещеру делались из кусков мяса забитых овец, которые примораживали к стене.

О характере клада тоже ходит много слухов – от просто оружия до серебра».

«В ходе Гражданской войны серебро было одним из самых надежный способов платить жалование и обеспечивать снабжение армии, поскольку бумажным ассигнациям в этот период никто не верил, – отметил Дмитрий Симонов.

– Теоретически Кайгородов (как и барон Унгерн или другие видные белогвардейские командиры) наверняка имел запас серебра для таких целей. Но это не значит, что он имел какие-то особые несметные сокровища.

Тем более что после смерти командира запас серебра всегда переходил его преемнику».

Показательно, что после выступления историков и опровержений иркутских археологов газета «Листок» переместила новость об обозе Бакича в рубрику «Юмор», а ее редактор Сергей Михайлов сообщил, что «очередная мистификация оказалась более чем удачной». Впрочем, алтайские издания уже задались вопросом, как стыкуется публикация непроверенных сообщений с нормами профессиональной этики.

«Сейчас газета выдает эту историю за шутку, – отметил Валерий Савинков. – Но нельзя не отметить, что это была недостойная публикация. Нельзя вести себя так представителям медиа».

http://fedpress.ru/news/society/reviews/1441266823-gornyi-altai-popalsya…

Источник: http://bsk.nios.ru/content/gornyy-altay-popalsya-na-spekulyaciyah-s-zolotom-kolchaka

Ссылка на основную публикацию