Реформа русской армии при минихе — история России

Керсновский 6 (1725-1741). | Военная история

Реформа Русской Армии при Минихе - история России

Керсновский А.А. ИСТОРИЯ РУССКОЙ АРМИИ. Часть (Том) 1

Глава II.
От Петра до Елизаветы

Эпоха упадка

При ближайших преемниках Петра Великого военное дело пришло в упадок.

В кратковременное царствование Екатерины I и Петра II молодая Империя вступила в критический период своего развития и вся энергия ее пошла на борьбу за власть различных временщиков и партий. Смутные времена юности Петра I грозили повториться.

Внешней политики Россия этого периода, можно сказать, не имела вовсе{62}, внутренняя политика грозила выродиться в усобицы. Царская власть была сведена временщиками на нет.

Естественно, что все эти непорядки не замедлили отразиться и на вооруженных силах.

Численность их, как мы знаем, в середине 20-х годов достигала 250000 строевых, что было чрезмерным для страны с 17-миллионным населением, только что выдержавшей к тому же жестокую двадцатипятилетнюю войну.

Уже в последние годы царствования Петра I из жалованья воинских чинов производились вычеты (20 коп. с рубля у генералов,

15 — у штаб-офицеров, 10 — у обер-офицеров и 5 — у офицеров гарнизонных войск). Задержка в получении жалованья на несколько месяцев стала обычным явлением. Был период (1724 — 1725), когда армия не получила жалованья за целых 16 месяцев…

Правительство Императрицы Екатерины I напрягло все усилия к удовлетворению возникших претензий.

В первую очередь были удовлетворены и приведены в порядок гвардия и столичные гарнизоны, и в конце 1728 года шведский посланник Цедеркрейц, донося своему правительству о боевой готовности русских войск, мог писать, что они «могут выступить в поход по объявлении указа в три дня». Правда, в жертву «первой руке потентата» была принесена вторая — флот во вторую четверть столетия пришел в полное запустение.

В конце 20-х и начале 30-х годов много старых офицеров и солдат было уволено в отставку. Для облегчения бюджета военной коллегии стали наряжать войска на вольные работы, употреблять солдат на должности, ничего общего с военным делом не имеющие: прислуги, курьеров различных ведомств, даже почтальонов.

Меньшиков упразднил в 1726 году баллотировку офицеров в чины. В 1727 году полки были названы по местам их стоянок, но в том же году повеление это было отменено.

Военные действия в Персии продолжались все это время, параллельно с переговорами относительно обратной уступки персам взятых у них областей.

Партизанская борьба требовала наряда значительных сил, а убыль от болезней повела к тому, что еще при Петре I 20 батальонов Низового Корпуса поглотили за три года (1723 — 1725) 29000 рекрут.

К 1730 году на Кавказе было расположено 17 пехотных и 7 драгунских полков, примерно четвертая часть всей вооруженной силы.

Самодержавие Анны. Реформы Миниха

При вступлении на престол Императрицы Анны Иоанновны в 1730 году «Верховный Тайный Совет» временщиков предъявил ей условия — «кондиции», совершенно ограничивавшие царскую власть и вводившие в России олигархию.

России угрожала участь Речи Посполитой, но от этой участи она была спасена русским офицерством, политически воспитанным и политически сознательным.

Последнюю, посмертную услугу оказал России великий Петр, вдохнувший в сердца птенцов своего гнезда сознание государственности, гражданственности, в лучшем смысле этого слова, и политической ориентировки.

Великая ложь «аполитичности армии» еще не была пущена мутить и разлагать умы.

Петровская традиция — соблюдение всеми вместе и каждым в отдельности интересов «державы Петру вверенной» сохранилась весь XVIII век, ярко проявившись в 1730, 1741, 1762 годах.

Трудно сказать, что сделалось бы с нашим Отечеством, если в те критические минуты армия «во имя сохранения дисциплины» замкнулась бы в аполитичность.

Опираясь на офицерство, — среднее и мелкое шляхетство, — Анна разорвала «кондиции» и стала самодержавной государыней. На сто семьдесят пять лет Россия была избавлена от охлократии{63}.

Правление Императрицы Анны обычно характеризуется «засильем немцев». Оно, конечно, было так, и это составляет отрицательную сторону ее царствования. Официальная наша история клянет «бироновщину», трактуя этот вопрос, как нам кажется, слишком односторонне и недостаточно широко.

Прежде чем обвинять Бирона, посмотрим на его противников — спесивую и раболепную знать, правнуков смутьянов XVII века, вчера деливших Россию «в свой профит», сегодня заискивающих и наперебой доносящих друг на друга всесильному курляндцу.

Это обстоятельство в очень большой степени объясняет (но, конечно, не оправдывает) презрение, которое Бирон питал к русским, он судил их по сиятельным скоморохам Императрицы…

Как бы то ни было, со всеми своими недостатками (жестокостью и любостяжанием, что отнюдь не являлось отличительными чертами его одного), Бирон оказал России большую услугу, укрепив центральную самодержавную власть, сильно поколебленную в предшествующее пятилетие. Оба брата Бирона служили в русской армии. В Турецкую войну один командовал дивизией, другой Гвардейским отрядом.

Делами армии заведовал другой немец. Иоганн Бургард — а по-русски Иван Богданыч — Миних{64} был ветераном Северной войны и поседел на русской службе. Он сроднился с Россией и правильно понимал ее интересы (не забывая в то же время и своих).

Понимал и любил военное дело, хотя и был рутинером. Помимо всего, он был карьеристом и искусным куртизаном. Отличаясь славолюбием и властностью, он «сгорал честолюбием, брался за все, не Щадил трудов, еще меньше слов для прославления трудов».

Реформы Миниха разнообразны, хотя и не всегда удачны. Сам сапер, он всячески стремился поднять значение корпуса инженеров и передал туда, между прочим, квартирмейстерскую часть, т. е. несложные функции тогдашнего генерального штаба. Он сознавал недостатки офицеров, производившихся из нижних чинов, их недостаточную образованность, грубость манер.

Учреждение в 1731 году Офицерского училища, наименованного вскоре Шляхетским Кадетским Корпусом (ныне Первый Кадетский) должно было отчасти заполнить этот недостаток. Программа его была чрезвычайно разносторонней, сама организация очень напоминала имперские «рыцарские академии». Всего Корпус был рассчитан первоначально на 200, затем на 300 кадет.

Шляхетский Корпус выпускал офицеров в специальные роды оружия и в армейские полки. Гвардия держалась старого порядка производства. В программу Корпуса входили: богословие, юриспруденция, латынь, один из новых языков (огромное большинство выбрало немецкий, что не должно нас удивлять), география, математика, артиллерия, фортификация, верховая езда, фехтование и танцы.

Кадеты могли быть пажами при Дворе.

Миних принял строгие меры от проникновения в русскую армию чужеземных авантюристов: ведено впредь принимать лишь офицеров, «кои в знатных европейских армиях служили» и имеют надлежащие тому свидетельства.

Привилегии иностранцев упразднены, их оклады сравнены с таковыми же их русских сослуживцев, получивших при «немце» Минихе равноправие в родной армии. Вместе с тем в армии введены немецкие порядки: чрезвычайно умножена канцелярщина и усложнено делопроизводство.

Появились букли и парики с косами (причем у солдат сало и мука заменяли косметические принадлежности). От немцев же переняты наказания фухтелями{65} (шомполами, а в коннице — саблями плашмя).

Подчас, весьма снисходительный к себе, Миних был неумолимо строг с подчиненными, например, за малейшие недочеты он выставлял под ружье старых заслуженных штаб-офицеров (и притом перед фронтом части).

Говоря об усилении в армии немецких порядков, следует заметить, что примеры у нас в те времена старались брать с армии цесаря. До увлечения пруссачиной дело пока не доходило.

В 1730 году учрежден третий гвардейский полк — Измайловский: по мысли «немецкой партии», он должен был явиться «противовесом» двум петровским, но с первых же шагов слился с ними воедино.

В 1731 году Минихом составлены новые штаты для армии, заменившие старую «табель» Огильви 1704 года. В пехотных и драгунских полках упразднены гренадерские роты{66} и гренадеры распределены по остальным ротам полка (по 16 гренадер на фузилерную, по 10 на драгунскую роту).

В пехоте выведены из употребления пики (протазаны для офицеров и алебарды для унтер-офицеров сохранены). Ротные знамена отобраны и даны новые, по 2 знамени на пехотный батальон и конный полк. В 1733 году от общего драгунского типа конницы сделано первое отступление: сформировано 4 кирасирских полка.

В конце 30-х годов у нас стали заводиться гусары (преимущественно из сербских выходцев), их сформировано Минихом сперва 3 полка: Сербский, Валахский и Венгерский, затем еще 2: Молдавский и Грузинский и им отведены места для поселения в Малороссии, по южной границе.

Гусары встречаются еще в Московской России (заимствованы из Польши, где в почете были «крылатые» панцирные гусары). В росписи 1681 года их указано 5 рот по 400 — 500 сабель, поселенных в Новгородской земле.

При преобразовании армии в конце XVII века они исчезли и вновь появились лишь в конце царствования Петра I, когда в 1723 году сформирована команда гусарских охотников (главным образом сербов в 340 человек, из коих к 1730 году на службе осталось 80).

Значительно усилена артиллерия. Полковая увеличена с 2 на 3 пушки{67} в пехотных и драгунских полках. Полевая утроена в сравнении с петровской эпохой и доведена до 60 орудий, главным образом 8-фунтовых пушек. Осадная составила три «бомбардирских корпуса» в Петербурге, Киеве и Белгороде.

Ландмилиция, кроме южной окраины, учреждена в 1731 году еще на западной (Смоленская){68} и восточной (Закамская). Пять лет спустя, южная ландмилиция составила Украинский ландмилицкий корпус.

В 1734 году в подданство России приняты запорожцы. Астраханское казачье войско переименовано в Терское.

Учреждены новые войска — Волгское (в южной части нынешней Саратовской губернии) и Исетское — на Урале.

В 1736 году последовало первое смягчение тяжелой и разорительной для дворянства личной рекрутской повинности. Единственным сыновьям, либо одному из братьев, разрешено оставаться при хозяйстве «буде того пожелают». С другой стороны, установлением 10-летнего срока выслуги облегчено производство в офицерские чины унтер-офицеров не из дворян (производства эти, впрочем, были редки). [71]

Читайте также:  Россия во времена правления павла i - история России

Внешний вид суровой петровской армии изменился. Драгуны получили голубые, василькового цвета, кафтаны, кирасиры — белые лосиные колеты.

Помимо париков, кос, пудры введены белые галстуки, красные епанчи и белые кокарды на головных уборах{69}.

Гусары имели длинные висячие усы и носили с каждой стороны головы по тонкой косе (большей частью природных волос), в которые вплетались ружейные пули. Обмундирование им выписывалось из Венгрии.

Введение в воинский обиход косметики чрезвычайно осложнило солдатский туалет. Наставления того времени предписывают «рекрута одевать мало помалу, из недели в неделю, дабы не вдруг его связать и обеспокоить…» Молодой солдат облачался во всю форму не ранее конца 3-го месяца службы.

* * *

Миних боролся с чрезвычайным возрастанием количества нестроевых, но вместе с тем в видах экономии требовал возможно большей «самоокупаемости» армии. Солдаты стали изучать всевозможнейшие ремесла: столярное, сапожное, портняжное и разные иные, что невольно влекло за собой упущения в главном их ремесле — военном.

Уход на вольные работы, преимущественно полевые, наблюдался особенно в полках, расположенных в провинции: солдатские артели большую часть года проводили у окрестных помещиков, многие занимались отхожими промыслами. На квартирах оставалось ничтожное количество людей, что делало невозможным производство экзерциций.

В городах донимала караульная служба и исправление полицейских обязанностей. Полиции в те времена, можно сказать, совсем не водилось, и столичные города — особенно кишевший всяким сбродом Петербург, по ночам делались чрезвычайно опасны.

Для поддержания порядка наряжались «пристойныя партии драгун и фузилеров». Караулы содержались всюду — у сенаторов, в иностранных посольствах, в «дессианс академии», в кунсткамере…

Рассматривая ведомость непременным караулам Бутырского полка, стоявшего тогда в Петербурге, мы находим графу:

«В кунсткамере у слона — ефрейтор 1, рядовых 7 (!)». Естественно, что когда две трети солдат уходило на вольные работы, а оставшаяся треть расписывалась по караулам, никого не оставалось для обучения воинскому артикулу.

В трех пехотных полках московского гарнизона — Ингерманландском, Архангелогородском и Астраханском вместе, в 1736 году по штатам [72] числилось 6500 человек — 4500 находилось «в отлучке», ближней либо дальней, 1300 отправляло караульную службу — оставалось всего 700, из коих половина нестроевых.

https://www.youtube.com/watch?v=Im_zIJrprM8

В 1732 году в самовольной отлучке числилось 20000 человек, считая и давних дезертиров петровских времен. Громадный некомплект в полках не мог быть пополнен рекрутскими наборами, более частыми в этот период, чем в последние годы царствования Петра I.

С 1719 года взято 53928 рекрут, в среднем 6 — 7 тысяч в год. С 1727 по 1736 годы взято 147418, т. е. 14 — 15 тысяч ежегодно.

В 1740 году, уже по окончании войны с Турцией, прусские шпионы (лучшие шпионы в Европе) доносили, что в случае новой войны, Россия при всем напряжении не в состоянии будет выставить более 140000 человек.

Источник: http://maxpark.com/community/14/content/1993258

Символы наших побед. Миних и Ставучаны

Ещё о войнах РИ и Турции здесь, здесь и здесьБитва при Ставучанах: история самой бескровной виктории России
28 августа 1739 года генерал-фельдмаршал Христофор Миних смог вернуть русской армии уверенность в способности побеждать / Битва, давшая русским ключи от Днестра / Цикл «Русские победы»

В почти двухвековой истории русско-турецких войн борьба за появление наших крепостей и городов на побережье Черного и Азовского морей всегда была одной из главных задач. Но после победы над крымским ханом, одержанной войсками Ивана Грозного при Молодях, и вплоть до петровских времен турецкая армия, увы, оказывалась не по зубам русской. ©

Ещё в «Наших победах», а также ещё о Минихе

Войска под командованием Х. Миниха отвоевали у Турции почти все бывшие у нее украинские земли / Переправа через Ворсклу. Художник Г.Магомедов

Переломить ситуацию удалось человеку, прославившемуся, скорее, военно-инженерными и военно-теоретическими, а не полководческими талантами. Тем не менее в историю России граф Бурхард Кристоф фон Мюнних (он же генерал-фельдмаршал Христофор Антонович Миних) вошел как творец одной из самых важных и бескровных побед — виктории под Ставучанами, одержанной 28 (17 по старому стилю) августа 1739 года.По стопам Петра ВеликогоНесмотря на успехи Петра и его преемников в борьбе с Турцией за влияние в Причерноморье, игравшая существенную роль в мировой политике XVIII века Османская империя постоянно предпринимала шаги по вытеснению России из зоны своих интересов. Справедливости ради нужно отметить, что выпады Стамбула оказались на руку Петербургу. Императрица Анна Иоанновна, сменившая на престоле Петра II, всерьез задумывалась о том, чтобы воплотить в жизнь мечты дядюшки Петра Великого о выходе к Черному морю и завоевании Крыма. Так что политические демарши османов вкупе с непрекращающимися нападениями поддерживаемых ими крымских татар на южнорусские земли послужили отличным поводом для войны, целью которой были Крым и черноморский берег.Первые четыре года кампании ознаменовались как крупными успехами, так и существенными потерями. В 1735 году русской армии, которая действовала по плану, составленному графом Минихом, но под командованием генерал-поручика Михаила Леонтьева, так и не удалось дойти до Крыма. Годом позже, в 1736-м, войска, которыми командовал уже сам Миних, с боями взяли Перекоп, вошли в Крым и впервые в истории захватили Бахчисарай, столицу Крымского ханства. Боевые действия в 1737-м были менее успешными, хотя и не принесли крупных поражений: Очаков, который турки пытались взять уже не первый раз, удалось отстоять, но переломить ситуацию в свою пользу не получилось. Итогом стали переговоры с османами, но Порта выдвинула совершенно неприемлемые требования, на которые ни Россия, ни ее союзница — Священная Римская империя (Австрия) — согласиться не могли. В 1738-м положение ухудшилось: армия Миниха, не получив подкрепления, вынуждена была отступить из Бессарабии, а вскоре русские войска оставили Крым.В этих условиях на военную кампанию 1739 года возлагались особые надежды. Решившись отвести войска из Очакова и Кинбурна, чтобы сократить потери от болезней, вызванных возбудителями и непривычным климатом, Петербург полностью положился на Миниха, позволив ему действовать по собственному усмотрению. И ход оказался верным: пересмотрев план кампании, Миних решил перенести основные действия на территорию западнее русского Причерноморья — за Днепр и Днестр, на земли нынешней Молдавии, а тогда — Речи Посполитой. Разумно рассудив, что зависимая от России страна явно не будет сопротивляться походу русских войск, Миних добился главного: сам выбрал время и место генерального сражения, решившего исход затянувшейся войны.

Инженер-полководец Бурхард Кристоф фон Мюнних

Кем же был человек, сотворивший ставучанскую победу? Появлением в России граф Бурхард Кристоф фон Мюнних, родившийся в 1683 году в немецком княжестве Ольденбург, обязан бурной эпохе петровских реформ.

Сын потомственного инженера, он продолжил отцовское дело, но — в погонах.

К 1721 году Мюнних успел послужить в четырех армиях, а оценив, какие перспективы открываются перед ним в бурно развивающейся Россия, принял приглашение русского посла в Варшаве и отправился в Петербург.

Бурхард Кристоф фон Мюнних. Художник Генрих Бухгольц

https://www.youtube.com/watch?v=F7J_Dfa7FGk

Такому энергичному правителю, как Петр I, новый генерал-инженер, имеющий достаточно глубокие знания в гидротехнике, пришелся по душе. На фон Мюнниха, которого уже начали именовать Христофором Минихом, возложили особую задачу: руководить и надзирать практически за всеми гидротехническими работами в окрестностях новой российской столицы.

«Я нашел человека, который мне окончит Ладожский канал. Еще в службе у меня не было такого иностранца, который бы так умел приводить в исполнение великие планы, как Миних! Вы должны все делать по его желанию!» — так, по воспоминаниям современников, представил Петр своего протеже в Сенате.

И при полной поддержке Петра, и уже без нее, после смерти императора, Миних не прекращал дотошно и последовательно выполнять любую работу, за которую брался. Ладожский канал был закончен в срок, несмотря на проблемы с рабочей силой и финансированием.

А когда двор молодого императора Петра II окончательно перебрался из неприветливого Петербурга в старорежимную Москву, именно Миних стал тем человеком, на которого правителю оказалось удобнее всего свалить все обязанности по надзору за покинутой столицей.

В 1727 году император назначает Миниха правителем Петербурга, а годом позже — генерал-губернатором Ингерманландии, Карелии и Финляндии.Но настоящий расцвет ждал Миниха после восшествия на престол Анны Иоанновны. Она поручила его заботам пришедшую в расстройство за время правления Петра II армию — и не прогадала. Именно Миних сумел вернуть русским чудо-богатырям прежнюю славу.

При нем были введены новые уставы для гвардии, полевых и гарнизонных полков, создано два новых гвардейских полка, появился корпус тяжелой конницы и саперные полки. Кроме того, генерал-фельдмаршалу удалось поднять престиж офицерской службы: он добился уравнивания жалования, которое получали русские по происхождению офицеры, с жалованием приглашенных иностранцев.

И именно стараниями Миниха в России появился первый кадетский корпус — Шляхетский, причем граф с 1732-го по 1741-й был его начальником. Наконец, не оставлял без внимания он и особенно дорогую ему инженерную стезю: в стране появилось первое специализированное учебное заведение — Инженерная школа, и его же стараниями были модернизированы или построены полсотни русских крепостей.

При этом современники, увы, отмечали, что граф-реформатор не отличался выдающимися полководческими способностями, предпочитая добиваться побед не столько искусными маневрами, сколько при помощи банального перевеса в живой силе. Но тем почетнее было для генерал-фельдмаршала одержать победу в сражении, в котором потери русских войск были почти в сотню раз ниже, чем потери противника.

Читайте также:  Укрепление антигитлеровской коалиции. тегеранская конференция - история России

Не числом, но хитростью

Начиная по своему усмотрению военную кампанию 1739 года, Миних сделал ставку на то, чтобы дать османам единственное генеральное сражение, которое могло бы переломить ход войны.

Тщательно проанализировав причины неудач предыдущих четырех лет, он пришел к выводу, что войска логичнее вести по более сухим и населенным местам западнее Причерноморья, чтобы они не переутомлялись и не несли бессмысленных потерь.

Именно поэтому маршрут продвижения армии Миних проложил через Подолию, нацелившись на турецкую крепость Хотин в верхнем течении Днестра.

Как только русская армия двинулась в этом направлении, полководцы размещенных в регионе турецких войск — хотинский сераскир Гуссейн-паша и его начальник бендерский сераскир Вели-паша — оценили, какую угрозу это может представлять.

Чтобы отразить натиск, османы собрали существенные силы: в распоряжении Гуссейн-паши было около 30 тысяч человек, у Вели-паши — еще примерно 60 тысяч, и значительную часть из них составляла конница крымских татар.

Таким образом, против 68-тысячной русской армии, где немалую часть составляли нестроевые подразделения, занимавшиеся обслуживанием громадного обоза (Миних учел негативный опыт предыдущих лет, когда нехватка снаряжения и запасов вынудила русских прекратить боевые действия и отступить), выступали свыше 90 тысяч турок и их союзников.Всю армию Вели-паша к 17 августа сосредоточил на выбранной им позиции в районе Ставучан. Почти всю свою артиллерию — 60 орудий из 70 — паша сконцентрировал на правом фланге, полагая, что именно здесь русским будет проще всего идти в атаку и именно здесь их лучше всего будет перемолоть. Левый фланг турецкого войска оказался гораздо слабее, и Миних не преминул воспользоваться ошибкой противника.

План Ставучанского сражения 17 (28) августа 1739 года

Поскольку к моменту сосредоточения напротив османских войск русская армия фактически оказалась в окружении (у нее в тылу находилась крымская конница, брошенная в обход по приказу Вели-паши), Миних принял решение атаковать прямо с марша.

Чтобы не позволить туркам усилить левый фланг, он отрядил отряд генерала Густава Бирона изображать авангард, готовящийся атаковать на правом фланге. И турецкий командующий полностью поверил в этот маневр! Так что, когда основные силы русских по команде Миниха начали наступление на правый фланг, это стало для турок полной неожиданностью.

Вынужденные спешно организовывать оборону на новом направлении, они бросили в убийственную контратаку конницу, которую русские встретили заранее заготовленными рогатками и артиллерийским огнем. Не помогло контратакующим даже то, что бой велся на крутом откосе, по которому русские поднимались от форсированной ими реки Шуланец.

Видя перед собой плотное каре, о которое разбивались все попытки нанести что фронтальные, что фланговые удары, турки начали отступление. Они даже не смогли сразу оценить, что армия Миниха не торопится их преследовать: ей мешал обоз, спрятанный в середине каре.

Поэтому генерал-фельдмаршал позволил туркам в беспорядке отступить, после чего неспешно занял брошенный ими лагерь, захватив в качестве трофеев 19 медных пушек, 4 мортиры, знамена, множество снарядов, шанцевый инструмент, тысячу палаток, повозки с продовольствием и запасы фуража.

Как отзываются победы

Когда русское командование подсчитало потери своих и вражеских войск, оно, надо думать, пришло в состояние необычайного возбуждения. Русские потеряли убитыми всего 13 (!) человек, еще 54 были ранены.

Впрочем, удивляться особо нечему: достоверно известно, что за все время ведения активного огня по отряду Бирона турецкой артиллерии удалось лишь ранить одного коня! Потери же турок были куда существеннее: они оставили на поле боя тела тысячи своих воинов.

Столь катастрофическое соотношение и скорость, с которой русской армии (всего 48 тысяч активных штыков) удалось обратить в бегство вдвое превосходящие силы противника, всерьез напугали османских военачальников. Настолько всерьез, что всего через два дня крепость Хотин сдалась русским без боя.

Итоги сражения под Ставучанами имели колоссальное психологическое значение для хода и этой русско-турецкой войны, и всех последующих. Молниеносная победа разрушила легенду о непобедимости турок и вернула русским войскам уверенность в своих силах.

Как вспоминал об этом сам граф Миних, «со времен этой войны турки и татары стали уважать и почитать российские войска и хорошо обращаться с пленными, которых, впрочем, было мало. Татары говорили, что русские теперь не то, что прежде: если раньше десять татар обращали в бегство сто русских, то теперь сто татар отступают при виде десяти русских».

Но был у сражения и еще один, куда менее заметный на первый взгляд итог, оказавший влияние на историю России. Узнав о решении коменданта Хотина сдать крепость русским, султан заочно приговорил военачальника — Колчак-пашу — к смерти. Вынужденный отказаться от возвращения на родину, Колчак-паша осел в Польше, его сын принял православие, а его внук поступил на службу ко двору Екатерины II. А прапраправнук хотинского коменданта адмирал Александр Колчак в годы Первой мировой прославился своими действиями на Черном море и стал одним из лидеров Белого движения в ходе Гражданской войны…

Сергей Антонов
«Русская планета», 4 декабря 2015

Из комментариев:

Юрий пишет: — Доброго всем времени суток… вновь слабая статья

1. Само название статьи вызывает кучу сомнений! Разве не было крупных сражений, где бы русская армия и флот несли бы меньшие потери, например сражение у Рябой могилы с турками 1770 г. или бой на Ревельском рейде со шведами в 1790 г. Да и автору наверное стоит понять, что основные потери в войнах до русско-японской русская армия несла не от оружия врага, а прежде всего от болезней и лишений. И война 1735-39 гг. одна из самых тяжелый — общие потери оцениваются в 100-120 тыс. погибших и прежде всего от болезней.2. О том что с эпохи Ивана Грозного и до Петровских времен турецкая армия была не по зубам русским войскам это глупость если вспомнить, например, Чигиринские походы.3. «.под командованием генерал-поручика Михаила Леонтьева, так и не удалось дойти до Крыма». Михаил Иванович Леонтьев (1682-1752) был не генерал-поручиком, а генерал-лейтенантом. Может автор спутал его с другим героем русско-турецких войн генерал-поручиком Михаилом Николаевичем Леонтьевым (1740-1784).4. «1737-м были менее успешными, хотя и не принесли крупных поражений: Очаков, который турки пытались взять уже не первый раз, удалось отстоять». Не понял авторского юмора: Очаков — это турецкая крепость, которая была взята после тяжелого штурма русскими войсками в 1737 г. Турки в октябре того же года предприняли попытку отбить ее….а что значит «не в первый раз»?5. » на земли нынешней Молдавии, а тогда — Речи Посполитой». А Молдавия разве когда то входила в Речь Посполитую??? Это Османская империя и именно у нее Россия изъяла Молдавию в 1812 г. по Бухарестскому миру.6. » Именно Миних сумел вернуть русским чудо-богатырям прежнюю славу». Не думаю, что так все однозначно — по сути главная цель Миниховской реформы — это сокращение военных расходов и оптимизация армии. И как следствие, появление массы нестроевых частей. 20 полков украинской ландмилиции чего стоят и все это в ущерб полевой армии. Да и строительство крепостей оказалось дорогостоящим и как показала практика малоэффективным занятием.7. «в стране появилось первое специализированное учебное заведение — Инженерная школа». Инженерная школа была основана еще Петром Первым, а при Минихе претерпела значительные изменения.

8. «Молниеносная победа разрушила легенду о непобедимости турок» А эта легенда еще была жива в 18 веке??? — уже отгремели разгромные для турок битвы при Лепанто, под Веной, Петервардейне и Блистательная Порта уже клонилась к закату.

Источник: https://yarodom.livejournal.com/1904433.html

Деятельность Бурхарда Миниха по усилению системы обороны на северо-западе России

Аннотация. В статье показаны в основном первые годы службы графа Б.К. Миниха в русской армии, его участие в строительстве и ремонте ряда крепостей, в первую очередь Петропавловской крепости Санкт-Петербурга.

Summary. The article shows mainly first years of Earl B. K. Mϋnnich ‘s service in the Russian army, his participation in construction and repair of several fortresses, primarily the Peter and Paul fortress in St. Petersburg.

ИЗ ИСТОРИИ ФОРТИФИКАЦИИ

СЛАВНИТСКИЙ Николай Равильевич — главный научный сотрудник Государственного музея истории Санкт-Петербурга, кандидат исторических наук

(Санкт-Петербург. E-mail: slavnitski@bk.ru).

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ БУРХАРДА МИНИХА ПО УСИЛЕНИЮ СИСТЕМЫ ОБОРОНЫ НА СЕВЕРО-ЗАПАДЕ РОССИИ

Бурхард Кристоф (Христофор Антонович) Миних (1683—1767), уроженец графства Ольденбург (Дания), так, видимо, и остался бы заурядным инженером в гессен-кассельской или польско-саксонской армии, если бы в 1721 году не был принят Петром I на русскую службу.

Здесь, начав свою деятельность с руководства строительством шлюза на реке Тосна, а также Обводного и Ладожского каналов и рядом фортификационных работ, граф Миних сделал удивительную карьеру; пережив взлёты и падения, он оставил свой след как в политической, так и в военной областях, в 1732 году получил чин генерал-фельдмаршала, после смерти в 1740 году Анны Иоанновны, устранив Бирона, фактически стал первым министром. Правда, затем последовала 20-летняя ссылка в Пелым (Сибирь), по возвращении из которой Христофор Антонович был назначен Екатериной II в 1762 году главнокомандующим над Ревельским, Рогервикским, Нарвским, Кронштадтским портами, Ладожским каналом и ответственным за строительство Рогервикской гавани (г. Палдиски, Эстония. В 1783—1917 гг. — Балтийский порт). Можно сказать, Б.К. Миних возвратился к тому, с чего начал. Но время брало своё, и 16(27) октября 1767 года генерал-фельдмаршал граф Миних умер в г. Дерпте (Тарту, Эстония), похоронен в дер. Луния.

https://www.youtube.com/watch?v=d_7pSwHSJK4

Читайте также:  Захватнические планы англии и турции на кавказе - история России

Следует сказать, что исследователи весьма неоднозначно оценивают как политическую, так и военную деятельность Миниха. Мы не будем здесь касаться полководческих успехов одного из первых российских генерал-фельдмаршалов, однако нельзя не отметить, что Миниху нельзя было отказать в храбрости, деловитости, энергичности.

При его непосредственном участии в русской армии учреждается первый конный гвардейский полк, вводятся новые штаты полков на мирное и военное время, на южных рубежах сформированы 20 полков ландмилиции, увеличено количество крепостей, созданы кирасирская конница и карабинерские кавалерийские полки, изменено соотношение родов войск — на каждые два полка пехоты сформирован один полк тяжёлой кавалерии, а на каждые её два эскадрона — один эскадрон гусар или сотня казаков.

Инженерные и организаторские способности Б.К. Миниха с особой яркостью проявились в 1727 году, когда он назначается обер-директором над фортификациями всей Российской империи.

В 1728 году Пётр II при своём отъезде в Москву на коронацию вверил Миниху «главное начальство» в Санкт-Петербурге, Ингерманландии, Карелии и Финляндии с управлением всеми войсками, расположенными в этих местах1.

Коронация затянулась, и фактически столицей государства снова стала Белокаменная, а в северной столице остались лишь конторы как части коллегий.

Понимая свою ответственность за состояние дел в Санкт-Петербурге и всём северо-западном регионе, Миних в первую очередь решил ознакомиться с состоянием фортификационных укреплений. Оно оказалось далеко не блестящим. Выяснилось, что основательного ремонта требовала Санкт-Петербургская (Петропавловская), Выборгская, Кексгольмская, Рижская и Шлиссельбургская крепости.

При этом, если в Выборге или Кексгольме (с 1948 г. Приозёрск) можно было обойтись лишь земляными работами, то, например, в Риге необходимо было построить пороховой погреб, возвести один бастион2 и пять каменных куртин3, починить другие пришедшие в ветхость части.

Однако такие работы требовали серьёзного финансирования, для чего необходимо обращаться к императору, так что всё это отложили до лучших времён.

Тем временем Б.К. Миних занялся классификацией крепостей и реорганизацией инженерного корпуса.

По его проекту полевой инженерный корпус предполагалось разделить на три части: одну часть — при «остзейских крепостях», другую — при российских, третью — при персидских, то есть южных.

«Когда случится война, — писал Миних в своём проекте, — тогда потребное число инженерных служителей можно будет взять из других мест, где от неприятеля опасения не будет, и употребить против неприятеля»4.

Этим проектом, по сути дела, было положено начало новому штату фортификационных укреплений Российской империи. Первые попытки классификации укреплений делались ещё в конце царствования Петра I, Миних же в 1729 году предложил все          82 российские крепости разделить на 7 департаментов.

Крепости первого департамента предназначались для защиты Ингерманландии5 и Карелии, укрепления второго департамента — западной приморской границы и т.д.

То есть он впервые предложил разделить укрепления по географическому принципу, и разработанная им система просуществовала вплоть до конца XVIII века6.

Основное же внимание Миних уделил Петропавловской крепости.

Заложенная Петром I 16(27) мая 1703 года в устье Невы на Заячьем острове как крепость Санкт-Питер-Бурх7, она была закончена строительством в сентябре того же года и имела 6 выступавших угловых бастионов, соединённых куртинами.

Один бастион был назван Государевым, остальные — по фамилиям приближённых царя, наблюдавшими за их возведением: Нарышкин, Трубецкой, Зотов, Головкин, Меншиков. Естественно, дерево-земляные укрепления стали постепенно ветшать, и уже в 1706 году их начали заменять каменными.

Однако к концу царствования Петра I удалось перестроить полностью только три бастиона и три — частично, а также одну куртину из шести. При этом по оснащённости артиллерией она оказалась основным ядром всей системы обороны, поэтому на её отделку теперь обратили особое внимание8.

Требовал основательной перестройки и бастион Н.М. Зотова, являясь частью северной оборонительной ограды крепости. После его детального осмотра Миних составил смету, согласно которой перестройка бастиона требовала 62 817 рублей, при этом только на возведение фундамента предполагалось истратить 27 187 рублей.

Правда, автор проекта нашёл способ сэкономить, предложив использовать на строительстве солдат, что обошлось бы уже в 57 925 рублей9.

Всего же работы по крепости (предполагались также работы по внутренней отделке Трубецкого, Государева и Нарышкина бастионов и установка барельефа и статуй на Петровские ворота) должны были обойтись казне в 78 770 рублей и 41 копейку, но при использовании солдат опять-таки можно было удешевить строительство почти на 10 тыс. рублей10. Судя по всему, соображения экономии взяли верх, и солдаты Санкт-Петербургского гарнизона стали систематически использоваться на строительных работах.

Стоит отметить такой интересный факт: в реконструкции Зотова бастиона участвовали в качестве практикантов ученики созданной в 1719 году инженерной школы «Яков да Иван Елчаниновы», а также кондукторы11 «Иван Мяхкой и Андрей Парской»12.

Надо полагать, что эта практика многое дала молодым людям, ибо едва ли не впервые в России работы на бастионе Зотова намечалось проводить без откачки воды, что требовало применения передовых по тому времени технологий. Что касается кондукторов, то их прикомандировали к архитектору Д.

 Трезини, который непосредственно занимался проектированием и надзором за работами по возведению крепостных стен13.

Основные работы начались в феврале 1728 года. Сначала в них участвовало несколько более 300 военнослужащих, затем их число возросло до 700, а к концу апреля до 1000 человек14.

Хотя в конце мая к работе приступили вольные подрядные каменщики, число привлекаемых к работам солдат практически не уменьшалось.

Кроме бастиона Зотова, они занимались ремонтом сооружений кронверка15, возили стройматериалы с рек Тосны и Охты, а также с Преображенского (Васильевского) острова.

Можно сказать, что военнослужащие выполняли наиболее тяжёлые работы. С февраля 1728 года до конца апреля они забили в бастионе Зотова 651 сваю, а в марте забили 348 свай для плотины у бастиона Меншикова16.

Кроме того, они выполняли работы по «разбиранию земляного болверка» (земляного бастиона), для чего вынимали землю и разносили её по низким местам в крепости, делали новые пристани, необходимые для подвоза строительных материалов, возили кирпичи от бастиона Нарышкина к бастиону Зотова.

Об объёме этих работ говорят такие цифры: за лето было привезено на Заячий остров более 260 тыс. кирпичей17.

Во второй половине июля у бастиона Меншикова, переименованного в бастион Петра II, военнослужащие начали готовить щиты для плотины и рубить ряжи18.

Аналогичные работы выполнялись военнослужащими и в последующем: солдаты использовались на подсобных работах, разбирали деревоземляные укрепления, доставляли строительный материал, а затем каменщики возводили новые стены. Весь этот процесс находился под непосредственным контролем Миниха — он еженедельно получал рапорты от Д. Трезини и от коменданта крепости и на их основании сам докладывал в Военную коллегию о ходе работ.

Возглавив в 1732 году Военную коллегию, Миних, обеспокоенный проблемой укомплектования войск, резко сокращает количество привлекаемых к строительным работам солдат и офицеров. Поэтому когда Д.

 Трезини настоятельно просил выделить 600 солдат для работ у Петропавловского собора, Миних ответил, что «солдат… командировать за другими нужнейшими работами неоткуда, да и работа оная требует довольного числа каменщиков, а не солдат»19.

Вообще отношения обер-директора над фортификациями с известным зодчим, судя по сохранившимся документам, были далеко не гладкими, а позже, уже находясь в ссылке, Миних обвинял Д.

 Трезини, что он испортил Петропавловскую крепость, бастионы которой оказались разной величины20. Однако в данном случае опальный генерал-фельдмаршал несколько лукавил: размеры бастионов хотя и были разными, но виной тому стали не прихоти Д.

 Трезини, а очертания Заячьего острова, особенно в его южной части, где стены вплотную примыкали к воде.

В марте 1732 года по настоянию Миниха Петропавловская и Шлиссельбургская крепости передаются из ведения Канцелярии о строении Санкт-Петербурга в Канцелярию артиллерии и фортификации21. Мотивировалось это тем, что «Канцелярия от строений отягчена многими делами», фактически же Б.К.

 Миних, скорее всего, хотел сосредоточить хозяйственную и строительную деятельность в крепостях в одних руках. В принципе, никаких серьёзных изменений в связи с этим не произошло (работами по-прежнему занимался Д.

 Трезини), если не считать того, что финансирование стало вестись через фортификационную контору.

Несмотря на огромную занятость по перестройке Петропавловской крепости, Миних не оставлял без внимания и другие крепости империи. Так, ещё в августе 1729 года он лично осмотрел выборгские укрепления, откуда отправился в Прибалтику22.

Вскоре после этого появились проекты новых укреплений, причём Б.К. Миних стал автором одного из них. Однако был утверждён другой план, составленный генерал-майором А. де Кулоном, по которому и возводились укрепления, получившие названия Аннинских.

Миних же занялся вплотную наблюдением за ними уже после завершения Русско-турецкой войны — в 1740 году23.

В том же году окончательно завершилась и перестройка Петропавловской крепости (речь шла о мелких доделках), и Б.К. Миних, получив возможность снова осмотреть все укрепления на северо-западе России, наметил план по приведению их в порядок, чего требовала надвигавшаяся Русско-шведская война.

Однако реализации этих замыслов помешала смерть императрицы Анны Иоанновны, за которой последовала череда дворцовых переворотов. Генерал-фельдмаршал втянулся тогда в придворные интриги и вскоре оказался в ссылке. Естественно, все его замыслы остались на бумаге.

Интересно, что после отставки Миниха в его архиве обнаружили чертежи практически всех крепостей северо-запада России24. Таким образом, совершенно очевидно, что Б.К. Миних внёс существенный вклад в усиление обороноспособности России, особенно её северо-западных рубежей.

В то же время он и сам занимался проектированием оборонительных сооружений, главным образом, вспомогательных.

В частности, ещё в 1727 году по его проекту на оконечностях Никольской и Кронверкской куртин были устроены по два оборонительных каземата с косыми амбразурами для орудий, способных поддерживать фланговый огонь в направлении фасов северных бастионов25. И, в качестве заключения, отметим, что Бурхард Кристоф Миних был награждён орденами Св. Андрея Первозванного, Св. Александра Невского и Золотым оружием.

ПРИМЕЧАНИЯ

Источник: http://history.milportal.ru/2016/07/deyatelnost-burxarda-minixa-po-usileniyu-sistemy-oborony-na-severo-zapade-rossii/

Ссылка на основную публикацию