Иосифляне и нестяжатели. максим грек — история России

О чём спорили нестяжатели и иосифляне

Иосифляне и Нестяжатели. Максим Грек - история России

В начале XVI столетия в среде русского православного священства наметились первые серьезные разногласия. Они касались целого ряда вопросов: отношения к еретикам, к поместному и общецерковному преданию, особенно острая полемика велась по поводу церковного имущества.

Владеть или не владеть

Среди священнослужителей сложилось два взгляда на принадлежавшее Церкви имущество. Нестяжатели призывали по возможности отказываться от какого-либо имущества и передавать его в государственную казну.

Они считали, что смысл жизни служителя Церкви не в обильных запасах, а во Христе.

«Имуществом, богатством, сокровищем инока должен быть Господь наш Иисус Христос», — это высказывание святого Игнатия (Брянчанинова) служило сторонникам аскезы своеобразным девизом.

Духовным лидером нестяжателей считался инок Вассиан (в миру – князь Василий Патрикеев), религиозный и политический деятель, публицист, ученик преподобного Нила Сорского. К этому течению также принадлежал писатель и переводчик Максим Грек.

Другое крыло православного священства ратовало за сохранение церковного имущества.

Иосифляне (последователи Иосифа Волоцкого) отстаивали право монастырей на владение землей и другим имуществом в целях осуществления широкой просветительской и благотворительной деятельности.

При условии, если власть оставит Церкви роскошные убранства храмов, богатые библиотеки и процветающие монастырские хозяйства, они готовы были во всем поддерживать государство.

Судя по сохранившимся документам, сами нестяжатели и иосифляне (именуемые также стяжателями) не использовали таких терминов. Эти названия всего несколько раз встречались в литературе. К примеру, Максим Грек в 1520-х годах написал диалог, в котором о монастырских богатствах спорят «Нестяжательный» и «Любостяжательный».

Нужно отметить, что полемика вокруг монастырского имущества выходила за рамки вопросов монашеской аскезы. Так, историк Нина Синицына считает, что нестяжательство следует рассматривать не только как аскетическую норму, но и как этический принцип, своеобразный монашеский идеал, сформировавшийся под влиянием старчества и его отношения к собственности и к использованию чужого труда.

На позицию власти по отношению к двум церковным течениям сыграло семейное положение Василия III. Брак великого князя с Соломонией Сабуровой оказался неудачным, супруги никак не могли зачать детей, что послужило поводом к разводу. Василий сослал Сабурову в монастырь, а сам женился на Елене Глинской.

Вассиан Патрикеев смело выступил на защиту брошенной жены, осудив поступок великого князя с позиции христианских норм. Выпад Вассиана вызвал недовольство государя, и, хотя великий князь быстро смягчил свой гнев, это отразилось на его отношении к самому священнику и нестяжательству в целом.

История конфликта

По мнению исследователей, истоки движения нестяжательства следует искать в среде братии Кирилло-Белозерского монастыря.

Первые разногласия в отношении имущества были зафиксированы еще в 1440-е годы при игумене Трифоне. По мнению историка церкви Николая Никольского, причиной разногласий стал вопрос о монастырских вотчинах.

Тогда игумен вопреки воле преподобного Кирилла приобрел в удалении от монастыря несколько сел.

Никольский, изучивший деловые акты монастыря, отметил, что после игуменства Трифона монастырь более земель не приобретал, а дарственные земли принимались крайне редко. Исследователь усматривает в этом влияние нестяжателей.

Следующее дошедшее до нас столкновение интересов стяжателей и нестяжателей произошло при игумене Серапионе (1482—1484), который принял от Ивана III «29 сел и починков в Вологодской волости». К этому времени Кирилло-Белозерский монастырь, по сути, превратился в крупного землевладельца, так как вопрос приобретения земель вышел далеко за рамки монастырского обеспечения.

Очередное препирание заветов Кирилла подтолкнуло 15 старцев в 1483 году покинуть монастырскую обитель. Только вмешательство Белозерского князя Михаила Андреевича, благодаря которому стяжательный игумен был удален, позволило исчерпать конфликт и вернуть монахов назад.

Первым документально зафиксированным случаем столкновения сторонников ограниченного и крупного монастырского землевладения стал поместный собор Русской Церкви 1503 года. Собор, посвященный преимущественно дисциплинарным вопросам, не обошел вниманием и спор о монастырских вотчинах.

Историки считают, что инициатором обсуждения этого вопроса был сам Иван III.

С докладом об ограничении монастырского землевладения выступил преподобный Нил Сорский, однако основные прения, скорее всего, происходили между великим князем и церковными иерархами, ратующими за сохранение землевладения. Иерархи смогли тогда отстоять свои права: вопрос о монастырском землевладении на время был снят.

Однако остроту проблемы это не сняло. Более того, спор разгорелся с новой силой. Нестяжатели ставили в укор иерархам их растущие аппетиты землепользования, что по мнению аскетов противоречило христианским идеалам. Максим Грек и Вассиан занимая в вопросе монашеских состояний сторону Нила Сорского стали открыто критиковать церковные и светские власти.

Оба оказались в опале. В 1525 году Поместный собор обвинил Максима Грека в ереси, его отлучили от причастия и заточили в Иосифо-Волоцкий монастырь, где содержали в очень суровых условиях. Вассиан Патрикеев был схвачен в 1531 году и насильно увезен в тот же монастырь. Там, по словам князя Андрея Курбского, он «был в скором времени уморен презлыми иосифлянами».

В 1551 году на Стоглавом соборе последователи Иосифа Волоцкого отвергли программу ограничения церковно-монастырских земель, которую выдвинул протопоп Сильвестр. В дальнейшем, как отмечают историки, их непримиримая позиция по этому вопросу во многом способствовала появлению опричнины.

Казнить или миловать

Спор между иосифлянами и нестяжателями не ограничивался имущественными вопросами, противоречия возникали и в их отношениях к раскаявшимся еретикам. Сторонники Нила Сорского осуждая еретиков противились вынесению им смертного приговора. «Бог не желает смерти грешника, а чает его раскаяния», – говорили они. Единственное средство борьбы с упорствующими в ереси – это их изоляция.

Иосифляне не просто настаивали на репрессивных мерах в отношении еретиков, но и призывали предавать их казням. «Грешника или еретика руками убить или молитвой едино есть», – говорил Иосиф Волоцкий.

В этот спор оказались втянуты и административные власти. В 1500 году Иван III тяжело заболел, и в последующие 5 лет вплоть до смерти великого князя у руля державы фактически находился его сын от второй жены Софьи Палеолог Василий, который попал под влияние Волоцкого.

В 1504 году совместное решения правительства и собора епископов обрекло еретиков на смерть. По настоянию собора было сожжено немало вольнодумцев, в число которых входили и крупные государственные деятели, поддерживающие ересь. Тех, кого не сожгли, сгноили в тюрьме.

Диакон Андрей Кураев, объясняя репрессивные меры Иосифа Волоцкого против в еретиков, пишет: «Преподобный Иосиф Волоцкий хорошо понимал социологическую и политическую сущность ереси, и как государственник, обладавший особым талантом видеть и понимать суть событий, противостоял появлению ересей в нашей стране. Возможно, именно он и предотвратил в России то развитие событий, которое в Западной Европе привело к трагическому разделению религиозной жизни».

Взгляд из будущего

Триумф иосифлян в трудах русских историков-эмигрантов, в частности Николая Бердяева, представлялся как событие исключительно трагическое, приведшее в конечном итоге к величайшим потрясениям начала XX века.

Религиозный мыслитель Георгий Флоровский был менее категоричен в оценке внутрицерковного противостояния начала XVI столетия, он находил в этих течениях «столкновения двух правд: правды общественного служения и правды внутреннего делания, совершенствования человеческой личности».

Советская историография в столкновении интересов нестяжателей и любостяжателей усматривала классовый характер. Первых чаще всего связывали с интересами боярства, вторых – с дворянством.

Писательница Мария Боровикова-Майкова нестяжательские идеалы заволжских монахов называла «умной молитвой», считая, что преподобный Нил Сорский остался в стороне от политических страстей и вряд ли одобрял действия своих учеников.

Филолог Яков Лурье даже настаивал на отсутствии значительных расхождений во взглядах Нила Сорского и Иосифа Волоцкого.

Во второй половине XX века исследователи, учитывая новые источники, обратили внимание на более сложную картину происходившего. В частности, обсуждаемый конфликт они вписывали в общую картину дискуссии «о смысле или бессмысленности монашества как такового» долгое время ведущуюся в рядах русского православного священства.

Эта дискуссия, согласно современным взглядам, была в значительной степени определена различными полюсами существовавшей шкалы ценностей: «либеральный» — «консервативный», «прогрессивный» — «регрессивный». Подобная полемика остается животрепещущей и по сей день.

Источник: https://cyrillitsa.ru/history/54321-o-chyom-sporili-nestyazhateli-i-iosiflyane.html

Нестяжатели и иосифляне

Нестяжатели и иосифляне [Jan. 2nd, 2011|03:58 pm]Исторические заметки
Во второй половине 15-го — в 16-м веке двумя главными течениями в русской православной церкви было нестяжательство, основоположником которого был Нил Сорский, и иосифлянство, идеологом которого был Иосиф Волоцкий. Течения эти были прямо противоположны друг другу, что не помешало канонизировать обеих их руководителей.Иосифа Волоцкого — победителя в споре с нестяжателями, канонизировали через 64 года после смерти (в 1579 г.), а вот точная дата канонизации Нила Сорского как общерусского святого неизвестна (вероятнее всего — вторая половина 18 века), что, вообще, достаточно редкий случай (подробнее про исследования, связанные с его канонизацией, можете прочитать тут и тут).Водораздел между иосифлянами и нестяжателями проходил по отношению к церковному имуществу.Согласно правилам, установленным Нилом Сорским в основанным им Нило-Сорской пустыни, скит не мог рассчитывать на чей-то чужой труд, нельзя было приобретать никакую собственность, даже на заработанное своими руками. Это жесткое требование Нил (а затем и его преемники) распространял на весь монастырь: не полагалось братии владеть ни землей, ни селами. Всё это и называлось «нестяжательством». Иосифляне же являлись сторонниками приращения церковных богатств. Также они продвигали идею «божественного происхождения» царской власти и преемственности Русского государства от Византии, оставшегося единственным оплотом православия после падения Константинополя в 1453 г. и фактически стали официальными идеологами самодержавия (монах Филофей, выдвинувший знаменитый тезис — «Москва — Третий Рим» принадлежал к иосифлянам).Различным было и отношение по вопросу смертной казни еретиков. Если иосифляне безусловно выступали за смертную казнь для них, то нестяжатели исходили из того, что такие меры противны духу Евангелия и несогласны с природой Церкви, которая не должна действовать средствами мира сего: насилием, страхом и т.д.В идеологическом споре иосифляне победили — нестяжатели были осуждены на церковном соборе 1531 г., а многие их сторонники казнены или отправлены в ссылку. Подробнее про Нила Сорского и Иосифа Волоцкого можно в материалах Б.Н. Путилова, выложенных на нашем сайте:Нестяжатели и Нил СорскийИосифляне и Иосиф Волоцкий
Читайте также:  Экономическая реформа а.н. косыгина - история России
Comments:
From: ostaev2017-12-17 06:22 pm (UTC) (Link)

Вы, простите меня, крайне ущербно, примитивно и главное неверно рассказали в своей заметке о сущности «спора» между так называемыми «нестяжателями» и «иосифлянами». Очевидно вы черпали информацию из антицерковных статей и брошюр советского периода.

А теперь по существу: Во-первых, Вы изволили назвать «нестяжательство» и «иосифлянство» «двумя главными течениями в русской православной церкви». Никогда таких «течений» в церкви не было.

Были два типа монастырского делания общежительный тип, строителем которого Являлся Иосиф Волоцкий, и скитской тип монастырского устройства, который представлял собой монастырь преп. Нила Сорского. Во-вторых, противоречиий между двумя этих типов не больше, чем между ростком и деревом.

Один тип является продолжением другого. Сначала монах поселяется в скиту, ведёт отшельнический образ жизни, потом вокруг его кельи поселяются его ученики, которые возрастая духовно превращают монастырь из скита в общежитие, потом общежительный монастырь делается лаврой (от греч.

Λαύρα — городская улица, многолюдный монастырь) в котором духовно возросшие ученики, как семена с плодоносного древа рассеиваются по пустынным местам — скитам и плодоносный круг замыкается, вернее спиралевидно рассеивается по мiру…

Источник: https://statehistory.livejournal.com/29878.html

Вопрос. Социально-политическая полемика нестяжателей и иосифлян: Нил Сорский и Иосиф Волоцкий

Поиск Лекций

Религиозная форма борьбы была связана с тем, что церковь, получившая освобождение от дани татаро-монголам, приобрела со временем большие богатства. Церковное землевладение превратилось в одно из самых значительных на Руси.

Эти «мирские интересы» церкви побудили ее активно включиться в политическую борьбу и привели к расколу церковников на сторонников боярской оппозиции, выступавших против самодержавной власти, и их противников, поддерживавших усиление власти московских государей.

Первые — получили название «нестяжатели», вторые — «иосифляне».

Наиболее видными нестяжателями были монах Кирилло-Белозерского монастыря, основавший скит на реке Соре, Нил Сорский, его ученик Вассиан Косой и монах Афонского монастыря Максим Грек.

Руководителем иосифлян стал игумен Волоколамского монастыря Иосиф Волоцкий, чьим именем и было названо движение.

Конфликт в церковной среде возник из-за вопроса, должна ли церковь обладать богатством. Но с ним был органически связан важный политический вопрос, должна ли церковь поддерживать усиление царской власти.

Нестяжатели утверждали, что церковь обязана заботиться только о духовном, а не о мирском. Поэтому ей не должны принадлежать земли с холопами и смердами. Клиру подобает жить плодами своих трудов, а он погряз в мирских заботах, «сребролюбии», «стяжательстве» — присвоении чужого труда.

Алчность монахов, эксплуатация монастырских крестьян резко критикуются нестяжателями: настоящие святые не владели землями, бог поучал продать свои имения, а деньги раздать нищим.

Падение нравов в монастырях вызвано стремлением к мирским, а не к духовным благам, к богатству, к приобретению сел с крестьянами.

Не порицая богатства бояр, эксплуатацию ими крестьян, критикуя за это только церковь, способствовавшую возвышению царской власти, нестяжатели (Максим Грек) осуждают и последнюю за злоупотребления, неправосудие, «бесчиния». Государь должен быть добрым, советующимся со «спешниками» — князьями и боярами.

На церковном соборе 1503 г. нестяжатели, отстаивавшие противодействие боярства усилению центральной государственной власти, потерпели поражение от иосифлян.

Глава иосифлян Иосиф Волоцкий утверждал, что власть царю дана богом и поэтому не ограничена никакой другой властью. Царь «властью подобен вышнему богу», он обладает правом жизни и смерти, и подданные его обязаны смиренно ему повиноваться во всем.

Не ограничена ничем и власть московских государей над удельными князьями: московские цари — «всея русские земли государям государи».

Бог дает царю также власть для защиты веры, и царь обязан преследовать еретиков. Царь должен защищать церковь, ее имущество. Царь, посягающий на церковные богатства, — «не божий слуга», но дьявол, и не царь, «но мучитель», ибо «церкви богатство — божье богатство».

Церковь и должна быть богатой, чтобы ее обряды показывали величие бога и чтобы во имя бога помогать бедным и нищим.

Сочетая, таким образом, идеи усиления царской власти с защитой интересов церкви, Иосиф Волоцкий призывал их к союзу, направленному против ограничения царской власти и посягательств на церковные богатства.

33 вопрос. Юрий Крижанич (1618–1683) родился в Хорватии, окончил Загребскую духовную семинарию, затем Венгерскую духовную хорватскую коллегию в Вене и венгро-болгарскую коллегию в Болонье. С 1640 г. Крижанич проживал в Риме, где закончил греческий коллегиум св. Афанасия.

В годы учения Крижанич овладевает знанием античных и современных западноевропейских языков, приобретает фундаментальную образованность в богословских и светских науках (философия, история, юриспруденция, математика, астрономия и др.).

Его мечтой становится миссионерская деятельность в России в целях достижения содружества славянских народов под эгидой русского государства с единой униатской церковью. В 1659 г. он поступил на службу к русскому царю Алексею Михайловичу по Приказу Большого двора, а в 1661 г.

по клеветническому доносу был сослан на жительство в Тобольск и в Москву возвратился только в 1676 г. уже по распоряжению царя Федора Алексеевича. В 1678 г. навсегда оставил пределы русского государства. Проживая в Москве, а затем в тобольской ссылке, Крижанич собрал большой и интересный материал о различных сторонах российской действительности.

В Тобольске он написал «Беседы о политике», известные в историографии как трактат «Политика». Знакомство с политическими порядками европейских стран позволило ему провести сравнительный анализ и представить прогноз дальнейшего развития России с учетом уже накопленного другими народами опыта государственного и правового строительства.

В «Политике» Крижанич рассмотрел большой круг проблем: экономических (промышленность, сельское хозяйство, торговля); социальных (организация сословного устройства общества) и политико-юридических (сущность, происхождение и назначение государства, классификация форм правления, соотношение справедливости, права и закона, судоустройство, внешняя политика). Его анализ состоит из критических замечаний и позитивной программы, намечающей необходимые преобразования.

В «Политике&qu

ot; много внимания уделяется исследованию вопросов о происхождении государства, его целях и задачах.

Божественная сущность верховной власти является неоспоримой, ибо «все законные короли поставлены не сами собой, а Богом». Крижанич отстаивает положение о божественности персоны носителя верховной власти. «Король подобен некоему Богу на земле…».

Цель государства Крижанич определяет как достижение «общей пользы» для всех членов общества. «Долг короля – обеспечить благочестие, справедливость, покой и изобилие… веру, суд, мир и дешевизну. Эти четыре вещи каждый король должен обеспечить своему народу, и для этого Бог поставил его королем».

Следуя Аристотелю, Крижанич делит все существующие формы правления на три правильные и три неправильные; последние – извращенные варианты от первых. Три правильные: совершенное самовладство (абсолютная монархия); боярское правление и общевладство или посадское правление (республики).

Самовладству противостоит тирания; боярскому правлению – олигархия и общевладству – анархия.

Наилучшей формой из них является «совершенное. самовладство». Именно эту форму предпочитали «еллинские философы» и святые отцы, поскольку она наибольшим образом обеспечивает наличие справедливости, согласия в народе и сохранения покоя в стране. «Самовладство самое древнее на свете и самое крепкое правление».

«Всякий истинный король является в своем королевстве вторым после Бога самовладцем и наместником».

Таким представляется мыслителю правление «нашего царя, государя и великого княза Алексея Михайловича всея Великой и Малой и Белой Руси самодержца», которое «потому безмерно уважаемо, удачливо и счастливо, что в нем имеется совершенное самовладство».

Все управление государством должно быть сосредоточено в руках верховного правителя. От имени последнего Крижанич призывает: «Да не созывает никто без нашего указа никаких сеймов и соборов… Да не будет ни один город назначать своей властью никаких старост, ни управителей, ни начальников, а всех городских старост и судей должны назначать наши приказы».

На троне Крижанич предпочитает видеть короля-философа. Он считает обязательным наличие у правителя знаний; хорошо также, когда знания есть и у всего народа, ибо «мудрость создана Богом недаром, а для того, чтобы быть полезной людям».

Королям она особенно необходима, так как они не имеют права учиться на собственных ошибках, которые чреваты последствиями не только для них самих, но и для всего народа, обычно расплачивающегося за их ошибки.

Царя Алексея Михайловича мыслитель характеризует как мудрого и ученого человека и выражает надежду, что под «благрродным правлением этого благочестивого царя и великого государя» Россия сможет отбросить «плесень древной дикости, научиться наукам, завести похвальные отношения и достичь счастливого состояния».

Термины «рабство» и холопство» он обычно употребляет синонимично. Подобно современным ему западноевропейским мыслителям, он различает два вида рабства: социальное (крепостничество) и политическое (подданство).

Крижанич осуждает крепостное право, доказывая, что истинная свобода может быть только в такой стране, где каждый человек пользуется своим трудом и распоряжается своим имуществом.

Из всех видов неволи мыслитель признавал только кабальное холопство, считая его добровольным выражением сознательной воли индивида.

Политическое рабство (подданство) Крижанич рассматривает как форму беспрекословного повиновения верховной власти, отмечая, что быть рабом царя и народа дело славное и представляет собой один из видов свободы, к тому же является долгом каждого гражданина и выражает честь, а не унижение.

Мыслитель уверен, что при «совершенном самовладстве» «все ошибки, недостатки и извращения» легко устраняемы. Он явно отдает предпочтение наследственной монархии. Наследование трона должно происходить «по отечеству» (т. е.

переходить к старшему в роде сыну, который специально готовится к выполнению этой миссии). Следует запретить в законодательном порядке наследовать трон женщинам и чужестранцам.

Читайте также:  Принятие христианства на руси. крещение руси - история России

Необходимо принять закон о том, что присяга, клятва и крестоцелование королю-чужеземцу во всех случаях будут считаться недействительными.

Наследование предпочтительней выборов, от которых бывает много смут, злодеяний, обманов, поскольку многие недостойные люди хитростями добиваются власти. С выборами обычно связаны раздоры, заговоры и войны, скорее они годятся для «общевладства», а для «самовладства» более пригодно наследственное восприемство престола.

Абсолютный монарх должен быть просвещенным правителем, а не тираном. Тиранство Крижанич определяет как «людодерство» и со ссылками на Платона, Аристотеля и Цицерона дает обстоятельную критику тиранов и тиранических правлений. «Тиран – это разбойник… А на нашем языке тирана зовут людодерцем…

тиранство – наихудший позор для королей». Тираническое правление определяется как господство, при котором правитель не заботится о благе народа (государство не достигает цели), преследует личные интересы, нарушает «природные» законы. Но покарать такого правителя может все-таки только бог, а не люди.

Божественная сущность власти не позволяет народу «проклинать короля хотя бы и несправедливого, никто не может наказать помазанника либо поднять на него руку. Ибо король – помазанник и угодник Божий».

Аргументацией отрицания права народа на восстание служит знаменитый библейский текст: «Не прикасайтесь к помазанникам моим».

Крижанич выдвигает сумму гарантий, с помощью которых возможно предотвратить превращение «совершенного самовладства» в тиранию.

Прежде всего это наличие на троне монарха-философа, затем принятие и соблюдение хороших законов, соответствующих божественным и «природным» (естественным) установлениям, ибо «благие законы лучше всего противостоят жажде власти», и, наконец, нормативная регламентация всех сословий и чинов в государстве, согласно которой для каждого сословия будут определены обязанности в отношении ко всему обществу.

В обязанности просвещенного монарха вменяется забота о благополучии страны. Прежде всего необходимо позаботиться о развитии промыслов и упорядочении торговли. Русское государство «широко и безмерно велико, однако оно со всех сторон закрыто для торговли».

В стране мало «торжищ», а у торговцев мало привилегий, и они часто терпят убытки, состязаясь с иностранными купцами. Государству необходимо вмешаться и устранить эту несправедливость, так как не следует допускать невыгодную торговлю с другими странами. Например, для России невыгодным является вывоз «сырого материала».

Необходимо научиться самим обрабатывать сырье и «готовые вещи продавать за рубеж». Некоторые наши товары являются национальным достоянием: «…мех, лосиные шкуры, икра, мед, лен и т. п. …их надо так продавать чужеземцам, чтобы самим не лишиться, .

а чтобы было установлено какое-то определенное количество: сколько и какого товара можно каждый раз разрешить вывезти из страны…».

Государству также следует планировать распределение ремесел по городам с учетом природных условий: «…близости леса, льна, шерсти, железа и всяких материалов…». Необходимо проявлять всемерную заботу об использовании природных богатств. В сельском хозяйстве «землю использовать так, чтобы…взять от нее плоды, какие она может только уродить».

Для обеспечения хозяйственного благополучия, торгово-промышленным сословиям следует предоставить умеренные «слободины», а для этого городам необходимо дать известную самостоятельность в управлении своими делами.

В них полезно было бы учредить органы городского самоуправления, состоящие частично из должностных лиц, назначаемых Приказами, а частично выбранных городским населением.

Ремесленникам следует предоставить право «соединяться в свои дружины», а крестьянам – обеспечить свободу труда. .

Такие «свободы», по мнению Крижанича, являются также гарантией против превращения монархии в тиранию и будут удерживать правителя «от худобных похотей».

Но главной и основной гарантией против тирании является наличие в государстве хороших законов и контроля за их исполнением.

Если в государстве действуют хорошие законы, а сословия и чины знают свои права и обязанности, то «все подвластные довольны и чужеземцы хотят прийти в эту страну», а где «законы жестокие, там свои подданные жаждут перемены правления и часто изменяют если могут… Каковы законы – таков и порядок вещей в государстве». Грабительские законы всегда и везде порождают непорядки.

Справедливость у Крижанича тождественна закону. Здесь он следует Аристотелю и византийским традициям, согласно которым «закон получил наименование от справедливости». К деятельности законодателя Крижанич предъявляет серьезные требования.

Для составления новых законов недостаточно знать все законы и обычаи своей страны, а необходимо также изучить законы «долговременных государств» (например, законы Солона, Ликурга – в древности и современные законы французских королей) и позаимствовать их опыт.

Все чиновники в своей деятельности должны строго следовать закону, иначе «будь король хоть архангелом, если слуги его не будут ограничены благими законами… нельзя помешать им чинить повсеместные и несчетные грабежи, обиды и всякое мародерство». Но он ставит своего монарха-философа над законом.

«Король не подвластен никаким людским законам и никто не может осудить его или наказать… Две узды связывают короля и напоминают об его долге: это правда или заповедь Божия (здесь в значении: «божественный», а не «позитивный» закон. – Н. 3.) и стыд перед людьми». Король сам «живой закон» и «он не подвержен иным законам, кроме Божественного».

И наконец, прямо и недвусмысленно: «Король выше всех человеческих законов».

Русские законы Крижанич считает чрезвычайно жестокими. «Из-за людодерских законов все европейские народы в один голос называют православное царство тиранским… И кроме того, говорят, что тиранство здесь наибольшее». Поэтому он всячески намекает на необходимость смягчения санкций современного ему русского законодательства.

Коснулся Крижанич и вопросов, связанных с организацией правосудия. Интересно отметить, что при изложении этой темы он не избежал традиционных образцов, прибегнув к противопоставлению отрицательной практики в русском государстве с положительным примером, якобы существующим «в турецком царстве».

Так, в качестве назидательного примера Крижанич рассказал, как «вывел» «неправедный» суд турецкий султан Баязет, у которого было множество мздоимных судей, и он даже намеревался собрать их всех в одном доме и сжечь, но ему отсоветовали, обратив внимание на ценность их профессиональной подготовки; тогда султан решил в целях искоренения порочной судебной практики учредить всем судьям хорошее жалованье и тем положил конец мздоимству. «И с тех пор суды у турок судят лучше и праведнее, чем где-либо на свете». Эти рассуждения почти идентичны мыслям И. С. Пересветова, у которого турецкий султан также «всех судей своих изоброчил ис казны своим царевым жалованьем для того, чтобы не искушалися неправо судити».

Крижанич предлагает и некоторые меры по упорядочению судебной системы.

Высшей судебной инстанцией должен быть Боярский суд, которому следует разрешать серьезные уголовные дела, а рассмотрение гражданских и мелких уголовных дел доверить и какому-либо одному судье «из числа бояр».

Приказные судьи назначаются царем или правительством, а на местах судебные полномочия вручаются воеводам и городским судьям, выбранным горожанами.

Источник: https://poisk-ru.ru/s57205t1.html

Русская философская мысль 11-17 веков. Нестяжатели и иосифляне

Русскую философию характеризует так называемая русская идея. Не вникая в познание мира, она сосредоточена на отношениях человека и мира, человека и бога, на определении нравственности, свободы, гуманизма, жизни и смерти, добра и зла, власти и революции.

Русская философия прошла долгий путь своего развития, в котором можно выделить следующие этапы:

ХI — XVII в. — постановка философских проблем и поиск ответов на них в рамках религиозного сознания (Илларион, Андрей Рублев, Максим Грек и др.

); В это время на формирование и развитие русской философской мысли влияли не только западные источники, но и отечественные памятники культуры, такие как «Повесть временных лет», «Русская правда», «Слово о полку Игореве», «Задонщина», «Сказание о Мамаевом побоище» и другие.

В этих произведениях показаны особенности миросозерцания русских людей, их размышления и представления о мире и роли человека в нем.

XVIII в. — первая четверть XIX в.

— распространение философии в России в форме философского осмысления науки и культуры своего времени; характеризуется становлением светской философии, на русскую философию оказывают мощное влияние западные философские учения, возникает целый национально-духовный мир.

Во времена Екатерины II открыто высказываются гуманные принципы. Труды Д.И.Фонвизина, А.Н.Радищева дали толчок развитию русской философской мысли, а главной фигурой этого периода можно назвать М.В.Ломоносова, который отстаивал деизм и двойственность истины.

вторая четверть XIX — начало ХХ в.- становление и развитие самостоятельной философской мысли в России; в это время русские философы сформулировали основные проблемы в философии России и предложили пути их решения. В это время развивается спор западников и славянофилов.

Западники считали европейскую культуру образцом для подражания. Славянофилы же считали, что основой русской философской мысли является православие, вера – источник знаний, а церковь – живой духовный организм, объединившая людей, стремящихся к истине и бескорыстной любви к Богу.

Появилось понятие «соборности» как единства во множестве, то есть единение людей на основе общей духовности.

русская философия после 1922 г.– философия русского зарубежья. Все западные направления и философские учения отвергаются и критикуются, единственно верной философской системой является марксистко-ленинская. Но и в этот период во главу угла ставится проблема взаимодействия и связи общества и человека, роли человека, смысла его существования и цели его жизненного пути.

Русская философия возникает в Киевской Руси и тесно связана с процессом христианизации, начало которому было положено крещением Руси в 988 г.

Уже к концу XV в. в среде русского духовенства обозначились два течения, условно именуемые нестяжателями и иосифлянами. Между ними велись споры по вопросам об условиях и предназначении монашеской жизни. Нестяжатели во главе со старцем-отшельником Нилом Сорским стояли на том, что уход от мира должен быть направлен на индивидуальное нравственное совершенствование и спасение души, поэтому активно пропагандировали такую форму монашества, как пустынножительство. В материальном обеспечении такие люди не нуждались, работая своими руками, а владение собственностью, особенно населенными землями, считалось нежелательным. Рост церковных владений нестяжатели квалифицировали как стяжательство, как мирскую греховную страсть, как стремление к господству над другими людьми, что противно христианской вере. Источниками существования они признавали только личный труд, дары и подаяния. В начале XVI в. эти позиции отстаивали Вассиан Патрикеев и ученый монах Максим Грек.
Читайте также:  Назначение кутузова главнокомандующем - история России
Противники нестяжателей иосифляне, названные так по имени своего лидера, игумена Иосифа Волоцкого, отстаивали за монастырями не только душеспасительные, но и широкие общественные функции, указывая, что монастырь по назначению своему является духовным центром притяжения для населения целой округи, а посему нуждается в крепком хозяйственном обеспечении. Как это происходило, можно наблюдать на примере того же самого Иосифо-Волоколамского монастыря, для которого были характерны быстрый рост его земельных вотчин, четкая организация хозяйственной жизни, детально разработанная для населения сетка «тарифов» на услуги монахов: за разные виды поминовения душ, погребение и т. д. Иосифляне непоколебимо отстаивали тезис о том, что данное или пожертвованное в монастырь дано богу, а потому не может быть отобрано ни при каких условиях. На церковном соборе 1503 г. Иосиф Волоцкий и его сторонники добились закрепления этого принципа, сохранявшего в неприкосновенности церковные земли.

27. Философия русского Просвещения (М.В.Ломоносов, А.Н.Радищев)

Философия русского Просвещения связана прежде всего с именами таких выдающихся деятелей отечественной культуры, как М. В. Ломоносов и А. Н. Радищев. Рассмотрим основные черты их философии.

Михаил Васильевич Ломоносов (1711–1765) стал первым русским ученым мирового значения. Он преуспел во многих областях научного знания: химии, физике, минералогии, истории и др. Столь же весом его вклад в развитие философии.

В вопросе о конечных причинах мира М. В. Ломоносов не отвергал идею Бога. Он видел в Боге тот перводвигатель, который привел в движение мир. Однако этим, по сути дела, роль Бога и ограничивалась.

Дальше, по мнению, ученого вступали в действие естественные законы. И нужно было не уповать на Бога, а стремиться постичь саму природу. Тем самым М. В. Ломоносов выступал сторонником теории двух истин.

Согласно ей, наука и вера – две родные сестры, которые не могут противоречить друг другу.

Оставаясь поборником науки, М. В. Ломоносов сделал много крупных открытий в естествознании. Пожалуй, самым выдающимся из них явилось открытие закона сохранения материи и движения.

Его суть такова: все перемены, в природе случающиеся, такого характера – сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому. Эта идея восходит к античным философам, которые считали, что ничто из ничего не возникает и ничто не исчезает бесследно. Глубокая философская идея получила у М. В.

Ломоносова свое естественнонаучное объяснение. Это задало новый импульс философским рассуждениям о материи и движении.

Понятие «материя» является одним из важнейших в философии М. В. Ломоносова. Он определял материю, как то, из чего состоит тело и от чего зависит его сущность. Материя состоит из атомов, которые неделимы. Все, что происходит в телах, обусловлено материей, ее движением. Эти общие положения М. В.

Ломоносов конкретизировал. Так, в частности, он считал, что все перемены, происходящие в природе, также связаны с движением материи. Природа есть меняющееся образование. Меняется поверхность земли, климат, растительный и животный мир. Все находится в движении, изменении.

А если так, то необходимо рассматривать мир в развитии.

Заслуживает также внимания позиция М. В. Ломоносова в вопросе войны и мира. Он выступал страстным поборником мира.

По его мнению, войны мешают преобразованиям общества, препятствуют географическим исследованиям, поиску полезных ископаемых, развитию торговли. Поэтому, считал он, нужна политика без войн. Для XVIII в.

это было невыполнимо. В этом вопросе М. В. Ломоносов значительно опередил свое время.

Сказанное позволяет заключить, что философия М. В. Ломоносова была философией натурфилософа, естествоиспытателя. Он смотрел на мир глазами пытливого человека и призывал всех изучать тот мир, в котором живет человек. Он полагал, что человек, опираясь на науку, может познать мир и приспособить его к своим нуждам.

Александр Николаевич Радищев (1749–1802). Он автор известного произведения «Путешествие из Петербурга в Москву», в котором была предпринята попытка осмысления российской действительности конца XVIII века.

Вместе с тем он – автор оригинального философского труда «О человеке, о его смертности и бессмертии», в котором осветил ряд проблем философской антропологии. Рассматривая своеобразие философии А. Н.

Радищева, сконцентрируем свое внимание на данном произведении.

Само название работы предполагает рассмотрение трех важных вопросов: что есть человек, что есть смерть, что есть бессмертие? Раскрывая первый вопрос, А. Н. Радищев писал, что человек принадлежит к живой природе.

Важность такой постановки вопроса была связана с возможностью научного подхода к изучению человека. Человек как часть природы, своим телом связан с ней.

Следовательно, он должен быть изучен как природное образование, существующее в природе.

В вопросе о смерти А. Н. Радищев видел задачу философии в том, чтобы ослабить «страх смерти». Он полагал, что эту задачу можно решить, если исходить из того, что смерти не существует в природе, а существует разрушение. Разрушение не есть полное уничтожение человека. Оно есть распад целого на части.

Поэтому человек не умирает, (в том смысле, что не уничтожается), а лишь распадается на части, которые продолжают существовать в том же мире. Иначе говоря, части умершего человека станут частями земли. Их впитают в себя растения. Животное, съев растение, впитает в себя эти части. Человек, съев животное, вберет в себя части другого человека.

А раз так, считал философ, то не следует бояться смерти. Она не стирает с лица земли человека. Она есть иная форма его существования.

Исходя из этого, решался и вопрос о бессмертии. Оно есть существование нетленных частиц человека. Душа, кстати сказать, также остается бессмертной, поскольку она есть «нечто материальное», «вещественное». Так же, как и тело, душа полностью не уничтожается. Она присутствует в мире в виде частей «вещества душевного».

Такова в самых общих чертах философская антропология А. Н. Радищева. Сильной ее стороной, несомненно, была попытка ответить на вековечные вопросы, поставленные мыслителями прошлых эпох. И прежде всего, внести свою лепту в понимание проблем человеческого бытия: жизни, смерти, бессмертия.
28. Философские аспекты дискуссии западников и славянофилов

30-е – 40-е гг. XIX века были отмечены дискуссией между западниками и славянофилами. К западникам относятся выдающиеся мыслители–В.Г. Белинский(1811–1848), Н.Г. Чернышевский(1828–1889), Н.А. Добролю­бов(1836–1864), Д.И. Писарев(1840–1868), А.И. Герцен(1812–1870).
Основная идея западников заключается в признании европейской культуры последним словом мировой цивилизации, необходимости полного культурного воссоединения с Западом, использования опыта его развития для процветания России.
Особое место в русской философии XIX в. вообще, а в западничестве в частности занимает П.Я. Чаадаев, мыслитель, сделавший первый шаг в самостоятельном философском творчестве в России XIX столетия, положивший начало идеям западников. Свое философское миропонимание он излагает в «Философических письмах» и в работе «Апология сумасшедшего».
По-своему понимал Чаадаев и вопрос о сближении России и Запада. Он видел в этом сближении не механическое заимствование западноевропейского опыта, а объединение на общей христианской основе, требующей реформации, обновления православия. Это обновление Чаадаев видел не в подчинении православия католицизму, а именно в обновлении, освобождении от застывших догм и придании религиозной вере жизненности и активности, чтобы она могла способствовать обновлению всех сторон и форм жизни. Эта идея Чаадаева позже была глубоко разработана виднейшим представителем славянофильства А. Хомяковым.
Второе направление в русской философии первой половины XIX в. — славянофильство. О сторонниках этого направления сложилось устойчивое мнение как о представителях либерального дворянства, провозглашающих особое историческое предназначение России, особые пути развития ее культуры и духовной жизни. Славянофилы действительно противопоставляли Восток Западу, оставаясь в своих философских, религиозных историко-философских воззрениях на русской почве. Но славянофилы признавали и высоко ценили достоинства западноевропейской культуры, философии, духовной жизни в целом. Они творчески восприняли философию Шеллинга, Гегеля, стремились использовать их идеи.
Славянофилы отрицали и не воспринимали негативные стороны западной цивилизации: социальные антагонизмы, крайний индивидуализм и меркантильность, излишнюю рациональность и т.п. Истинное противостояние славянофильства Западу заключалось в различном подходе к пониманию основ, «начал» русской и западноевропейской жизни. Славянофилы исходили из убеждения, что русский народ должен обладать самобытными духовными ценностями, а не воспринимать огульно и пассивно духовную продукцию Запада. И это мнение сохраняет свою актуальность и поныне.
В развитии славянофильства особую роль сыграли И.В. Киреевский, А.С. Хомяков, К.С. и И.С. Аксаковы, Ю.Ф. Самарин. Многообразие их взглядов объединяет общая позиция: признание основополагающего значения православия, рассмотрение веры как источника истинных знаний. В основе философского мировоззрения славянофильства лежит церковное сознание, выяснение сущности церкви. Наиболее полно эта основа раскрыта Л.С. Хомяковым. Церковь для него не является системой или организацией, учреждением. Он воспринимает Церковь как живой, духовный организм, воплощающий в себе истину и любовь, как духовное единство людей, находящих в ней более совершенную, благодарную жизнь, чем вне ее. Основным принципом Церкви является органическое, естественное, а не принудительное единение людей на общей духовной основе: бескорыстной любви к Христу.
Итак, западничество и славянофильство — две противоположные, но и вместе с тем взаимосвязанные тенденции в развитии русской философской мысли, наглядно показавшие самобытность и большой творческий потенциал русской философии XIX в.

Источник: https://cyberpedia.su/6xad8d.html

Ссылка на основную публикацию