Чистка партии 1934 — история России

Судьбы участников Ижевского восстания (по материалам чисток партии 1929 и 1934 гг., проверки подлинности партдокументов 1935 г.)

Данная работа основывается на архивных материалах фондов ЦДНИ УР и преследует своей целью проследить в условиях меняющейся социально-политической обстановки в стране в конце 20-х — первой половине 30-х гг. судьбы тех участников Ижевско-Воткинского восстания, которые вернулись на родину и вступили, по разным причинам, в состав той партии, против единовластия которой они выступили в 1918г.

Чистки рядов ВКП(б) удивительно точно совпадали с переломными этапами в истории страны. Чистка 1921 г. происходила в условиях перехода страны от военного коммунизма к нэпу. Чистка 1929-го стала частью «года великого перелома».

К моменту начала чистки, в июле 1929 г., по официальным данным, в Вотской областной парторганизации числилось 99 человек, служивших в белых армиях. Из них 69 работало на Ижевских заводах.

Подавляющее большинство их, как они указывали при приёме в партию, попали в белую армию по мобилизации или при эвакуации в ноябре 1918 г., служили рядовыми, обозными, посыльными, вернулись в Ижевск в 1920-21 гг. из Сибири (лишь один — в 1924 г. из Харбина), вступили в партию в 1926-27гг.

[1] Некоторые заняли в партии ответственные посты: кандидат в члены обкома ВКП(б), председатель Ижевского уездного исполкома, секретарь Ижевского сельского райкома ВКП(б).

Все эти люди прошли чистку без проблем, хотя областная контрольная комиссия ВКП(б) отмечала в своём отчёте по итогам чистки: «Встречались настроения на заводе, что к бывшим белогвардейцам подходят очень мягко, надо их всех вычистить из партии.

Провертройки в начале взяли очень жесткую линию в этом вопросе, но потом выправили. На этой почве были нарекания на контрольную комиссию, что она смазывает чистку в части исключения бывших участников белой армии.»[2] В ходе чистки 1929 г. было исключено 26 человека (16 — на Ижевских заводах), в том числе 1 член обкома ВКП(б), скрывших от партии своё участие в восстании.[3]

Но за чисткой 1929 г. последовал резкий рост приёма в партию в 1930-32 гг.

, когда на Ижевских заводах развернулось настоящее «социалистическое соревнование» по приёму в партию под лозунгом «Догнать и перегнать!» Обком «спускал» плановые задания по приёму новых членов партии, целые цеха и бригады объявляли себя коммунистическими. В результате в партию попадали даже люди, чьи антикоммунистические взгляды были хорошо известны(как лидер ижевских максималистов Фёдор Кокоулин).[4]

Чистка рядов партии 1934 г. происходило в тот период, когда начал проходить угар первой пятилетки и обозначился рост недовольства властью. Председатель областной комиссии по чистке Р.

Семёнов назвал в своём выступлении задачей чистки «разоблачить классового врага, мешающего выполнить великие задачи рабочего класса»[5]. «Бывших белогвардейцев» в ходе чистки было исключено из партии 275 человек(или 11,17 % от общего числа исключённых)[6].

Самым громким делом чистки оказалось «разоблачение убийц Пастухова» — лесника Ивана Мельникова, выдавшего лидера ижевских большевиков, и начальника караула Особого военного отдела Катков, охранявший Пастухова в камере.

Ирония ситуации заключалась в том, что Катков — ныне мастер цеха машиностроения — выступал от имени заводской парторганизации на митинге 1 мая 1933г. по случаю открытия памятника И.Д.Пастухову.[7]

Из рядов ВКП(б) исключались люди, скрывшие своё активное участие в восстании. Подавляющее большинство исключённых дал Ижстальзавод. Многие из них работали начальниками смен, мастерами, бригадирами, а некоторые являлись и партийными активистами.

Так, партгруппорг транспортного цеха Козлов и начальник железнодорожной станции завода Карпиков считались «красными партизанами», а оказалось, что они прошли с Ижевско-Воткинской дивизией весь путь до Харбина.

Рабочий-активист инструментального цеха Гайнутдинов, член Горьковской краевой контрольной комиссии, был во время восстания помощником командира Татарского полка. В кузнечно-термическом цехе, как «белогвардейцы» были исключены начальник смены, 2 бригадира и 3 мастера.

[8] Были и те, кто не ограничился борьбой с Советской властью в 1918 г. Рабочий сверлильно-токарного цеха Братухин в 1920 г. вернулся из Сибири в Ижевск, участвовал в контрреволюционном заговоре 1920 г., был арестован и сидел в концлагере.[9]

Но чистка 1934 г. не удовлетворила её организаторов. И, использовав обнаруженную в её ходе большую неразбериху в партийных документах, партия в следующем, 1935г., объявила проверку подлинности партийных документов. Она проводилась намного более жёстко, чем предшествующая чистка.

На уровне ЦК ВКП(б) проверку курировал секретарь ЦК ВКП(б) Ежов. Вместо обсуждений на открытых партсобраниях — допросы «подозреваемых» в обкомах и райкомах ВКП(б), очные ставки, изучение архивных документов. Особую роль, как отмечал обком ВКП(б) в своём отчёте, сыграли «письменные заявления граждан».

Призыв был один — «Мы должны выявить всех классово-чуждых, белогвардейцев, находящихся в партии». [10]

В результате проверки из партии было исключено, как «бывшие белогвардейцы», 176 человек (45% к общему количеству исключённых), в большинстве своём — руководители разных уровней.

В отчёте обкома ВКП(б) отмечалось, что значительная часть этих людей «не скрывало своё участие в рядах белых, но зато тщательно замазывала свою активную роль в белом движении в Ижевске …

ссылаясь на «несознательность», на «принуждение».[11]

Директор республиканской конторы ГОРТа Дмитрий Рябов никогда не скрывал своего участия в восстании, успешно проходил чистки 1929 и 1934 гг., но теперь ему было вменено в вину, что на протяжении всего восстания он воевал добровольцем в Народной армии, в том числе сражался за Ижевск на участке дер.Пирогово.

Его брат, помощник прокурора УАССР Михаил Рябов во время восстания служил в особом военном отделе, а в 1919 г. — в контрразведке Колчака.[12] Зав.

сектором розничной торговли Наркомата внутренней торговли УАССР Матвеев был серьёзно ранен в боях под Ижевском, после чего служил старшим писарем в Ижевско-Воткинской дивизии, пока не был взят в плен в Сибири красными партизанами. Во время проверки обкому пришлось распустить партком пилозубного цеха Ижстальзавода, т.к.

4 его члена оказались «бывшими белогвардейцами». Всего же по этому цеху было исключено по данному обвинению 20 % коммунистов цеха[13]. Из 6 исключённых в цехе № 11 трое «бывших белогвардейцев» — все трое сражались в битве под Ижевском и прошли весь путь с ижевцами по Сибири.

После проверки 1935г. в Удмуртской парторганизации не осталось больше тех, кто в гражданскую войну сражался на другой стороне.

В соответствии с логикой «обострения классовой борьбы», результаты проверки передавались органам НКВД и ещё до её окончания 60 «бывших белогвардейцев»(в том числе — Рябовы) было арестовано.

Обком просил НКВД УАССР обратить особое внимание на тех бывших участников восстания, что ныне работали на Ижстальзаводе — таковых, по примерным подсчётам обкома ВКП(б) было около 1 тысячи человек.[14]

Таким образом, в разные периоды времени в 20-30-е гг. в Удмуртии, в ВКП(б) состояло почти 500 бывших участников Ижевско-Воткинского восстания и белого движения. Почему они вступали в партию? Конечно, среди них были и приспособленцы, но, несомненно, были и те, кто искренне верил, что заблуждался в 1918 г.

Один из них, ижевский рабочий Юшманов(был у белых помощником коменданта Елабуги), вступая в партию в 1931 г., писал в своём заявлении: «В 1918 г. не разбирался в сложной политической ситуации, в 20-е гг.

партию раздирали дрязги и я не знал, за кем идти, и лишь теперь, видя успехи индустриализации и коллективизации, решил вступить в партию»[15] .

Но и те, кто участвовал в восстании, и те, кто его подавлял, в большинстве своём не пережили 1937 года.

В.С.Трещёв

гл.архивист отдела НСА ЦДНИ УР 

Примечания:

[1] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.975, л.42 [2] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.975, л.28 [3] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.975, л.34 [4] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1833, лл.83-84 [5] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1837, лл.113-114 [6] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1837, лл.93,98 [7] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1,д. 1833, лл.62-65 [8] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1838, лл.128-131 [9] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1833, л.66 [10] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д. 1922, лл.6,8 [11] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1922, л.22 [12] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1915, л.73 [13] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1912, л.17 [14] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1912, л.23

[15] ЦДНИ УР, ф.16, оп.1, д.1915, л.78

Источник: http://gasur.ru/activity/publications/pub_arh/cdni/cdni0002.php

Партийные чистки 1933-1936 гг. и Большой террор: микроисторический подход (на примере Солтонского района Алтайского края)

АННОТАЦИЯ

В статье сравниваются содержание и результаты партийных чисток 1933–1936 гг. и 1937–1938 гг. на примере их проведения в партийной организации Солтонского района Алтайского края. Показано, что в ходе чистки 1934 г.

основную часть исключенных из партии составляли кандидаты в члены ВКП(б), а в период проверки и обмена партдокументов (июнь 1935 г. – январь 1936 г.) и Большого террора – члены партии.

Читайте также:  Национально-освободительная борьба в польше в первой половине 1944 г. - история России

На протяжении всего рассматриваемого времени происходило «вымывание» из районной парторганизации и отстранение от руководящих советских и хозяйственных должностей партийцев «ленинской гвардии».

Выбор жертв репрессий среди руководящих работников в период Большого террора в большей мере определялся не «пятнами» в их политической биографии, а актуальным (на момент репрессий) проявлением нелояльности к вышестоящему руководству и неадекватным выполнением спускаемых сверху директив и плановых заданий.<\p>

ABSTRACT

In article the content and results of party cleanings 1933–1936 and 1937–1938 on an example of their carrying out in the party organization of Solton district of Altay region are compared.

It is shown that during the cleaning of 1934 the major part, expelled from the party were candidates for members of the CPSU(b), and during the verification and exchange of party documents (June 1935 – January 1936) and the Great terror – members of the party.

Throughout the considered time, there is a «washout» of the regional party organization and the removal from the leadership of the district party members of «Lenin guard».

The choice of the victims of repression among management personnel in the period of the Great terror to a greater extent was not determined «spots» in their political biography, but the latest (at the time of repression) a manifestation of disloyalty to the higher management and inadequate implementation of top-down directives and targets.

Публикация выполнена в рамках поддержанного РГНФ научного проекта «Большой террор в ракурсе микроисторического исследования: репрессии в Солтонском районе Алтайского края в 1937–1938 гг.», № 16-01-50116а(ф)

Партийные чистки являлись составной частью проводившихся в 1930-е гг. социальных чисток, а также были инструментом кадровой политики и выполняли мобилизационную функцию [1,9,10,14]. Исследование этой проблемы на микроуровне дает возможность углубить представление о действии механизма чисток, об отличии и взаимосвязи между отдельными этапами их осуществления.

В Солтонском районе, как и в целом в Западной Сибири, наиболее масштабная чистка партийных организаций была проведена в 1934 г. В ходе этой чистки из состава районной парторганизации были исключены 150 чел. (56 членов ВКП(б) и 94 кандидата), или 32% от общего числа ее членов [4, л.

28], что превысило как средний показатель по западносибирской краевой парторганизации (27,3%), так и соответствующий общесоюзный показатель (18,3%) [14, с. 104; 9, с. 94]. Столь значительный масштаб чистки районной парторганизации можно объяснить ужесточением репрессивных мер после известного «Солтонского дела», когда 15 сентября 1933 г.

решением объединенного заседания бюро ЗапСибкрайкома и президиума крайКК ВКП(б) по обвинению в «обмане партии и государства, растранжиривании государственных фондов и грубейшем произволе в руководстве колхозами» было распущено бюро Солтонского райкома ВКП(б) и сняты со своих должностей основные партийные и советские руководители района во главе с секретарем райкома Г.И. Александровым и председателем райисполкома П.Т. Терентьевым [13].

В очередную чистку партийных рядов превратилась проверка партийных документов, проводившаяся в Солтонской парторганизации с июня 1935 г. по январь 1936 г. В ходе этой проверки из состава районной партийной организации были исключены 30 чел.

(19 членов и 11 кандидатов в члены ВКП(б) [4, л. 38–39], что составило 9,0% от ее общей численности.

Еще 7 членов районной парторганизации (2,5%) были исключены из рядов ВКП(б) в ходе обмена партийных документов, проводившегося после окончания их проверки [5, л. 24].

Наиболее распространенной причиной исключения из партии являлось выявление сведений о «чуждом» социальном происхождении или участии в белом движении, помимо этого учитывались и актуальные (на момент проверки) моральный облик партийцев и уровень их должностной функциональности в системе планово-административного управления. Из 22 чел.

, исключенных из районной парторганизации в ходе чистки 1934 г., на которых сохранились материалы проверок, 10 чел. (45,5%) были исключены за службу в колчаковской армии в период Гражданской войны, «связь с кулачеством» и «утрату классовой бдительности», 9 чел. (40,9%) – за различные должностные просчеты и упущения [4].

«Разоблаченные» как «белогвардейцы и кулаки» составили 50,0% (15 чел.) от общего числа исключенных во время проверки партийных документов (июнь 1935 г. – январь 1936 г.), «морально и политически разложившиеся» (в основном замеченные в систематическом пьянстве) – 13,3% (4 чел.

), «нарушители партийной и государственной дисциплины» (председатели местных колхозов, исключенные за «саботаж» хлебозаготовок) – 13,3% (4 чел.), а остальные (7 чел., или 23,3%), были исключены за утерю партийных документов и неуплату членских взносов [5, л. 38–39].

Для советских и хозяйственных руководителей исключение из партии в результате чисток зачастую влекло за собой отстранение от занимаемой должности и привлечение к судебной ответственности: каждый шестой из районных партийцев, исключенных в процессе обмена документов, был привлечен к судебной ответственности [5, л. 23 об.].

В результате проведенных в 1934–начале 1936 гг. чисток численность районной партийной организации уменьшилась в 1,8 раза: если на 1 ноября 1933 г. в Солтонской парторганизации числилось 288 коммунистов и 231 кандидатов в члены ВКП(б) [3, л. 7], то документы нового образца в начале 1936 г. получили только 166 членов и 101 кандидат в члены партии [5, л. 24].

По данным на 1 ноября 1933 г., коммунисты, вступившие в партию в период революции и Гражданской войны (1917–1920 гг.), составляли 16% от общего числа членов ВКП(б), обретшие партийность в 1921–1929 гг. – 22,6%, а основная часть членов (61,5%) пополнили партийные ряды в период коллективизации (1930–1932 гг.

), когда происходил масштабный рост районной организации (в ней состоял еще и 231 кандидат в партию, из которых 225 вступили в 1930–1932 гг.) [3, л. 7]. После завершения чисток 1934–начала 1936 гг., по данным на 1 января 1937 г., удельный вес коммунистов, ведущих стаж пребывания в партии со времени революции и Гражданской войны, по сравнению с 1933 г.

, существенно не изменился (17,3%), однако их численность сократилась в 1,6 раза (с 46 до 29 чел.) [6, л.

44], что отражало начавшийся процесс «вымывания» слоя большевиков «ленинской гвардии» из органов районного управления, поскольку исключение из партии влекло за собой и отстранение от занимаемых административных должностей, которые замещались, как правило, более молодыми выдвиженцами.

Как показывает изучение помесячных статотчетов Солтонского райкома ВКП(б), в течение августа–декабря 1937 г.

, в период наиболее масштабных репрессий, проводившихся на основе приказа НКВД № 00477, в состав организации не было принято ни одного нового члена (был лишь осуществлен перевод 6 кандидатов в члены партии), тогда как численность парторганизации сократилась с 261 до 223 чел.

,– частично за счет переезда коммунистов на жительство в другие районы, но в основном за счет исключения членов организации (30 чел.).

Причем в отличие от более ранних чисток, в ходе которых исключались большей частью не в полной мере адаптировавшиеся к требованиям партийной дисциплины кандидаты в члены ВКП(б) (так, в результате чистки 1934 г. были исключены 54% всех состоявших в районной парторганизации кандидатов, и только 21,8% членов партии), среди 26 членов парторганизации, исключенных в июле–ноябре 1937 г., члены ВКП(б) составили 20 чел. (76,9%), а кандидаты – 6 чел. (23,1%) [6, л. 18–36].

Если ранее рекомендации о привлечении к уголовной ответственности за невыполнение плановых заданий и другие упущения в реализации управленческих функций, выносившиеся бюро райкома при исключении из партии, чаще всего влекли за собой осуждение статьям УК, предусматривавшим наказание за должностные и хозяйственные преступления, то в период Большого террора исключавшиеся из партии местные советские и хозяйственные руководители, как правило, осуждались по пунктам 7, 9 и 14 статьи 58 УК РСФСР по обвинениям во «вредительстве» и «саботаже» в реализации партийных и правительственных мероприятий (преимущественно за невыполнение планов государственных заготовок сельхозпродукции) и приговаривались к высшей мере наказания или заключению в ИТЛ на срок до 10 лет.

Террор был обращен на ядро районной парторганизации, в результате чего в 1937–1938 гг. была репрессирована практически вся верхушка районного руководства: первый секретарь райкома ВКП (б) И.С. Пылев, зам. председателя райисполкома С.Г. Панин, председатель райзо А.М. Мошкин, заврайоно М.И. Андреев, районный судья С.И.

Малышев, управляющий отделением Госбанка Д.А. Свиридов, директора всех имевшихся в районе МТС (Л.И. Киселев, И.Ф. Никульченко, Ф.И. Богатов), руководители различных заготовительных организаций, действовавших в районе (управляющий отделением «Заготзерно» С.Т. Доброрезов, уполномоченный Министерства заготовок по Солтонскому району А.Н.

Леончик и др.).

С сокращением в 1938 г. масштабов массовых репрессий (в этом году было осуждено по ст. 58 УК 100 жителей района, тогда как в 1937 г. – 485 чел.) уменьшилось и число обусловленных репрессиями исключений из партии. С 1 января 1938 г. по октябрь 1939 г. число членов ВКП(б) в районе уменьшилось со 133 до 120 чел., т.е.

на 10%, тогда как в 1937 г. сокращение составило почти 20%. По сравнению со второй половиной 1937 г., когда приема в партию новых членов в районе вообще не было, ситуация не изменилась кардинально и в 1938 г: в течение этого года состав районной парторганизации пополнился лишь 16 кандидатами в члены ВКП(б).

А в ряде парторганизаций (сельских Нижне-Ненинской, Карабинской, Кубинской, колхозных «Майское утро», «Коммунар Парижа» и др.) прием вообще не производился [7, л. 52]. Еще хуже обстояло дело с переводом из кандидатов в члены ВКП (б). К концу 1938 г.

в районной организации имелось 45 кандидатов с просроченным стажем, что составляло половину от их общего числа.

Основной причиной создавшегося положения являлось порождаемое обстановкой массовых репрессий нежелание коммунистов выдавать рекомендации вступающим в партию из-за опасений быть обвиненными в «утрате классовой бдительности» и «пособничестве врагам народа» в случае попадания вступивших по их рекомендации в партию в жернова репрессий.

В своем выступлении на проводившемся 27–28 декабря 1938 г. районном партсобрании Сметанин, переведенный в 1936 г. из членов ВКП(б) в кандидаты за должностное нарушение, допущенное им в должности председателя колхоза «Красный партизан», жаловался, что ему «никто из коммунистов не дает рекомендации» после того, как вскрылся факт, что его овдовевшая мать вышла замуж за местного кулака [8, л. 22].

Хотя репрессии в отношении советских, партийных и хозяйственных руководителей, имевшие место в 1937–1938 гг.

, во многом являлись продолжением ранее проводившихся партийных чисток, не изученным является вопрос о том, в какой мере во время Большого террора пострадали советские и хозяйственные руководящие работники, исключавшиеся из партии во время предыдущих чисток.

Сравнение сохранившихся списков лиц, исключавшихся из партии в период предшествовавших Большому террору партийных чисток, и репрессированных в 1937–1938 гг.

показало, что из 11 местных руководителей, исключенных из партии и снятых со своих должностей во время чистки 1934 года, в годы Большого террора был репрессирован только один (бывший секретарь Усть-Талинского сельсовета В.А. Чернов), а из 19 коммунистов, исключенных в ходе проверки партийных документов (июнь 1935–январь 1936 гг.) в 1937–1938 гг.

были осуждены по ст. 58 УК – двое (заведующий районным дорожным отделом А.М. Александров и бывший председатель колхоза «Новый свет» Г.Т. Оськин).

Следовательно, хотя Большой террор и был нацелен на искоренение остатков социально и политически «чуждых» слоев и групп населения, а «пятна» в биографии и прошлые «политические грехи» могли играть роль при выборе его жертв, в действии механизма отбора жертв среди партийных, советских и хозяйственных руководителей решающее значение имели актуальные (на момент репрессий) проявления нелояльности к вышестоящему руководству или неадекватное выполнение спускавшихся сверху плановых заданий и директив. Об этом говорит и то обстоятельство, что в следственных делах на местных руководителей, репрессированных в 1937–1938 гг., приводятся «свидетельства» их «вредительской» и «подрывной» деятельности, относящиеся ко времени, непосредственно предшествовавшему аресту и осуждению (как правило, не ранее 1936–1937 гг.) [11,12]. Во всяком случае, при проведении массовых репрессивных операций «чуждое» социальное происхождение («из кулаков») и проявленная в прошлом нелояльность к власти (участие в крестьянских восстаниях, «злостное» невыполнение налоговых обязательств, приводившее к осуждению по налоговым статьям УК (61, 62, 107)), имели более существенное значение в качестве фактора, определявшего выбор жертв репрессий: около половины сельских жителей Алтайского края, осужденных тройкой УНКВД в 1937–1938 гг. в рамках реализации приказа НКВД № 00447, имели кулацкое происхождение или ранее осуждались за участие в выступлениях против власти и неуплату налогов [2, с. 46,105].

Таким образом, функция партийных чисток во многом совпадала с целями массовых социальных чисток, направленных на очищение советского социума от «социально чуждых» слоев населения, проводившихся сталинским руководством.

Вместе с тем чистки использовались прежде всего как инструмент укрепления вертикали власти в рамках складывавшейся в 1930-е гг. административно-командной системы управления.

Чистка руководящих кадров, проводившаяся в рассматриваемый период, имела целью отстранение от руководства (а в период Большого террора – физическое уничтожение) партийцев «ленинской гвардии», ведущих стаж пребывания в партии со времени революции и Гражданской войны, с целью замены их на руководящих должностях различного уровня новыми, более молодыми, кадрами, всецело преданными Сталину и способными без сомнений и колебаний выполнять директивы, определявшие содержание проводившихся в 1930-е гг. модернизационных преобразований. Определяющим фактором в выборе жертв репрессий среди партийных, советских и хозяйственных работников в период Большого террора были нелояльность к вышестоящему руководству и упущения в работе, проявленные не в прошлом, а в период, непосредственно предшествующий аресту и осуждению.

Источник: http://7universum.com/ru/social/archive/item/4035

22. Террор (1934 – 1939). СТАЛИН — Ян ГРЕЙ, Лев ТРОЦКИЙ

Убийство Кирова открыло новую мрачную главу сталинского правления. Так же, как и коллективизация, кампания террора быстро набирала темпы. Все правительственные органы и слои общества оказались втянутыми в ϶ᴛᴏт страшный водоворот.

Сталин выпотрошил партию, очистил все правительственные учреждения, угнетение народа достигло невиданного размаха. Были арестованы миллионы людей. Только немногие из уничтоженных и приговоренных к различным срокам ссылки в лагеря были и впрямь виновны в приписываемых им преступлениях.

В основном страдали невинные. Отметим, что террор свирепствовал четыре года.

Развязывая террор, Сталин руководствовался не жестокостью или жаждой власти, а исходил из убеждения,

что существующая или потенциальная оппозиция должна быть вырвана с корнем и уничтожена. Необходимо было обеспечить монолитное единство партии, кᴏᴛᴏᴩая под его руководством могла решать любые задачи и вести Россию к социализму.

Его мысли были сосредоточены только на данных целях. Важно заметить, что одновременно у него росла шизофреническая убежденность в ϲʙᴏей роли вождя, человека истории, кᴏᴛᴏᴩому судьбой предназначено выполнить поставленные цели.

Изучение истории тоже оказало воздействие на решение Сталина развязать кампанию террора. Стоит заметить, что он очень много читал, знал историю России, в частности периоды правления Ивана Грозного и Петра Великого. Царь Иван известен ϲʙᴏими жестокими методами владычества и опричниками, кᴏᴛᴏᴩые представляли его службу безопасности.

Самодержцы Иван Грозный и Петр Великий были предтечи, с кᴏᴛᴏᴩых Сталин брал пример. Стоит заметить, что они являлись частью русской традиции. Еще Ленин последовал их примеру, развязав красный террор, построив исправительно-трудовые лагеря, потребовав жестокого подавления всех оппозиционных групп.

Иван и Петр всю ϲʙᴏю энергию употребили на преобразование России в сильное, передовое государство и без всяких сомнений жестоко применяли власть. Но происходило ϶ᴛᴏ во времена феодализма, а Сталин творил подобные деяния в двадцатом веке.

Петр создал легкую и тяжелую промышленность в России, сделал первые шаги по организации эффективного административного руководства, провел общеобразовательные и социальные реформы. Сталин проводил подобную, но с более широкими целями революцию в жизни России.

И в то же время разделял убеждение Петра в том, что людей крайне важно тянуть в новую эпоху. В случае если же их оставить в покое, они будут жить в ϲᴏᴏᴛʙᴇᴛϲᴛʙии со старыми традициями и укладом.

Иван Грозный – первый русский царь, боровшийся за установление абсолютной власти самодержца и создание сильной России, был очень близок по духу Сталину. Царь Иван был окружен заговорщиками и предателями: княжескими семьями и боярами. Чтобы уничтожить ϲʙᴏих

врагов, он прибегал к террору. Этот пример вдохновлял Сталина на беспощадную борьбу с оппозицией.

Подогревая в себе навязчивую идею, что его великому проекту грозят опасности, он видел врагов и в ϲʙᴏем окружении.

Стоит заметить, что он уже верил в то, что люди, не поддержавшие его и критикующие его политику, – союзники империализма и потенциальные разрушители новой Советской России.

Троцкий для него являлся таким же злейшим врагом, как Курбский для царя Ивана. Троцкий был интернационалистом и космополитом и, хотя жил на маленьком острове Принкипо, представлял реальную угрозу.

Сталин с подозрением относился и к видным членам партии – старым большевикам, среди кᴏᴛᴏᴩых было много сторонников Троцкого. Многие из них не приняли методов, используемых Сталиным для выполнения первого пятилетнего плана.

Но у них не было собственной программы, и они поддерживали сталинскую линию. Стоит заметить, что они не представляли непосредственной угрозы. Исключая выше сказанное, они боялись Сталина.

Но влияние, кᴏᴛᴏᴩое они оказывали на молодых, было велико, и Сталин относился к ним с подозрением.

Убийство Кирова вынудило его действовать. Стоит заметить, что он не мог терпеть членов партии, кᴏᴛᴏᴩые активно или пассивно боролись против него. Их надо было ликвидировать. А на их место придут молодые образованные люди нового поколения, до конца преданные ему.

Николаева и тринадцать его «сообщников» расстреляли. Более сотни людей, арестованных после убийства Кирова, были обвинены в контрреволюционных действиях, в терроризме и расстреляны.

В первые месяцы 1935 года несколько тысяч ленинградцев были арестованы по подозрению в симпатиях к оппозиции и высланы в Сибирь. Зиновьев, Каменев и их сторонники были обвинены в покушении на жизнь Сталина.

Несколько человек расстреляли; Зиновьева и Каменева приговорили к тюремному заключению. Но ϶ᴛᴏ было только началом периода террора и «великой чистки».

В мае 1935 года ЦК дал указание провести сверку документов членов партии. За три года более полутора миллионов членов и кандидатов в члены партии были изгнаны

из нее. Это автоматически приводило к многочисленным арестам и расстрелам.

Вместо Кагановича комиссию партконтроля возглавил Ежов. Его именем назван самый страшный период террора – «ежовщина».

Каганович показал себя хорошим организатором, человеком, кᴏᴛᴏᴩый может добиться результатов; об ϶ᴛᴏм свидетельствовало успешное строительство Днепрогэса. Стоит заметить, что он получил назначение в Наркомат путей сообщения.

Внимание Кагановича привлек Никита Хрущев, в кᴏᴛᴏᴩом он отмечал энергию и готовность использовать самые жесткие методы для решения различных вопросов.

В 30-е годы Каганович отвечал за реконструкцию Москвы, включая строительство метро, в чем был очень заинтересован Сталин, решивший, что Москва должна обойти Ленинград и стать столицей великого индустриального государства. Заместителем Кагановича был назначен Хрущев.

В 1933 году Хрущев стал замом Кагановича и в московской партийной организации. Такое быстрое продвижение свидетельствовало о том, что Хрущев вошел в число доверенных лиц Сталина.

И еще двое молодых людей заняли ключевые властные посты. Георгий Маленков и Лаврентий Берия, офицер НКВД, занимавший пост первого секретаря партии в Закавказье. Злой гений, втершийся в доверие к Сталину, он был главным архитектором террора.

Ближе них к Сталину стоял исключительно А. Н. Поскребышев. Сталин полностью доверял ему. Говорили, что у Поскребышева хранилась печать с подписью Сталина. Стоит заметить, что он отвечал за создание специального секретного отдела Госбезопасности, в кᴏᴛᴏᴩый входили Ежов, Шкирятов и позднее Маленков.

На VII Всесоюзном съезде Советов была создана комиссия по разработке проекта новой Конституции. Сталин был избран председателем. После всенародного обсуждения он представил проект новой Конституции VIII Чрезвычайному съезду Советов. Сталин в ϲʙᴏем докладе глубоко обосновал ϶ᴛᴏт проект, заявив, что победа социализма дала возможность перейти к демократизации избиратель-

Источник: http://xn--80aatn3b3a4e.xn--p1ai/book/7288/297515/22.%20%D0%A2%D0%B5%D1%80%D1%80%D0%BE%D1%80%20(1934%20%E2%80%93%201939).html

Чистка партийных рядов в Узбекистане и ее последствия

Камбарова Ш. А. Чистка партийных рядов в Узбекистане и ее последствия // Молодой ученый. — 2017. — №4.2. — С. 16-18. — URL https://moluch.ru/archive/138/38946/ (дата обращения: 11.06.2018).

Чистка («Чистка партийных рядов») — совокупность организационных мероприятий, по проверке соответствия членов коммунистической партии предъявляемых к ним требований. Практиковались в ВКП(б) в 1920–1930 годы. Термином «чистка» иногда (особенно на Западе, англ. purges, англ.

the Great Purge) называют также массовые репрессии в партии, армии и государственном аппарате СССР, осуществленные Сталиным во второй половине 30-х годов. В рамках марксистской идеологии, предполагалось, что беда происходит от наводнения партии «мелкобуржуазным элементом» в ущерб «пролетарскому». 27 июля 1921 г. ЦК РКП(б) опубликовал в «Правде» обращение «Ко всем партийным организациям.

Об очистке партии». В обращении ставилась задача освободить партийные ряды от кулацко-собственнических и мещанских элементов из крестьян и уездных обывателей, а также проявить особую строгость по отношению к советским служащим — выходцам из буржуазной интеллигенции.

Другой категорией вычищаемых являлись выходцы из других партий, причем наиболее опасными были признаны бывшие меньшевики (Ленин требовал из сотни бывших меньшевиков оставлять в партии не более одного, и того сотни раз проверить [1]). Для проведения чистки, Политбюро создало Центральную комиссию, на местах партийные органы образовывали городские и районные комиссии.

Ритуал чистки состоял в следующем: каждый член организации выходил перед «комиссией по чистке» из нескольких (как правило, трёх) человек, присланной вышестоящей организацией и прошедших чистку ранее, клал перед ней на стол партбилет и личное оружие, отвечал на ее вопросы, а также на вопросы присутствующих.

Если он признавался достойным оставаться в рядах партии, партбилет и револьвер возвращались. Согласно партийной переписи весны 1922 г, численность партии за год сократилась с 732 тыс. до 410 тыс. человек. Более 1/3 было исключено за «нестойкость», «лодырничество», «ненужный элемент» (аналоги: «сомнительный», «колеблющийся элемент», «балласт», «неподготовленный» и т. д.).

Почти 25 % было вычищено за «дискредитацию советской власти», «шкурничество», «карьеризм», «пьянство», «буржуазный образ жизни», «разложение в быту», в том числе религиозные убеждения, взяточничество, шантаж.

3,1 % покинули партию добровольно, в том числе в знак протеста против введения НЭПа [2]. Именно с этого времени и в Туркестане политика “чистки партии от общественно чуждых, внедрённых и вредных элементов” усилилась [3].

Тысячи патриотов были клеймены “басмачами” или “помогающие басмачам”.

Из состоящих накануне чисток в Туркестанской компартии 42041 членов и 7565 кандидатов в члены, в период чистки были исключены из рядов партии 10216 человек (20 процентов) и были переведены в кандидаты 3229 человек (7 процентов), а ещё 1755 человек были принуждены уйти из партии добровольно (4 процента) [4] .

До начала чистки члены компартии 42041 и кандидаты в члены партии 7565, в период чистки 10216 людей, то есть 20 % были удалены из состава партии, 3229 людей (7 %) были переведены в кандиданты членов партии, то есть 1755 людей (4 %) были вынуждены уйти по своей воле из партии [5].

После чистки, были ужесточены правила вступления в партию. В 1929—1930 гг.

по решению XVI партийной конференции (апрель 1929) прошла вторая общепартийная («генеральная») чистка — первая чистка, которой принципу: ЦК назначал областные и краевые комиссии, обкомы и крайкомы — районные комиссии [6].

В 1929–1930 годы в результате чистки был выведен как “ чужой элемент”, удалённых из шеренги Компартии Узбекистана, составляло 15,6 % из общей суммы членов партии [7].

Третья «генеральная чистка» была объявлена совместным решением ЦК и ЦКК от 12 января 1933 г. и шла на протяжении всего года. Всего было вычищено до 400.000 человек, или 18 % членов партии. Всего же, по озвученным Сталиным данным, с 1921 по 1933 гг. в результате чисток было исключено из партии 800.

000 человек [8] Третья чистка партии в Узбекистане проводилось с 1 июня 1934 года до 1 апреля 1935 года.

Во время третьей чистки из членов УзКП(б) обвинились: 1870 человек как «ненужный элемент», 1714 человек «за связи с ненужным элементом», «имевшую связь с классовым чужим элементом и за поддержку их» 1545 людей признали карьеристом и двурушником, за нарушение устава партии 2823 и 4364 людей были удалены из партии и применены различные наказания. В общем по показаниям итогов третьей чистки в этот период 12316 людей были удалены из партии. Это составляет 26,8 % из общей суммы членов партии [9]. В 1934 году организации партии города Коканд в 146 частях, из этого: в 87 нижних парторганизациях, в 38 группах кондидатов, в 21 группах партии была проведена “чистка”. В городском партийном комитете число членов этих организации составляло 1924. Кроме этого в городской железно-дорожной парторганизации прошли чистки 574 людей. В общем из города Коканд прошли через проверку 2427 людей. Проверенных 1853 из членов были удалены из партии до апелляции, считая вместе выдвинутых в кандидаты и доброжелатели 755 коммунисты не прошедших проверку, если сравнить их сумму с суммой коммунистов прошедших проверку составляет 40 %. А отдельно удалённых из партии составляло 551, по сравнению с прошедшими проверку составляло 29,7 % [1].

Подводя итоги, можно сказать, что проведенная в 1920–1930 годах политика чистки первичных организации УзКП(б) и советских органов власти служила в первую очередь имперским интересам центра.

Центр своими карательными мерами такими как, исключение из рядов партии пыталась ограничить национальные кадры от социально-политической жизни. Трагедии жертв кампании чисток 1929 -1935 годов не ограничилось только этим.

В период «Большого террора», большинство исключенных из рядов партии были репрессированы.

Литература:

  1. Г.А. Авторханов. Технология власти.
  2. Чистка партийных рядов-БСЭ
  3. http://history.pu.ru/biblioth/russhist/histsovruss/02.htm И. С. Ратьковский, М. В. Ходяков История советской России Санкт-Петербург, 2001
  4. Ўзбекистон коммунистик партияси тарихининг очерклари. – Т.: Ўзбекистон, 1964. –227 б.
  5. Хошимов С. Ўзбекистонда партия сафларини “тозалаш” тарихидан.//СамДУ Илмий тадқиқотлар хабарномаси. – Самарканд, 2010. — № 2. – С. 36-41.
  6. Боффа Дж. История Советского Союза
  7. Трушнович А.Р. Воспоминания корниловца.
  8. Қаранг: Хошимов С… ўша жойда.
  9. ПДАФВБ.178-фонд, 1-рўйхат, 522-иш, 20-варақ.

Основные термины (генерируются автоматически): партия, ряд партии, человек были, чистка, член партии, быль, Коканд, общая сумма членов партии.

Источник: https://moluch.ru/archive/138/38946/

Ссылка на основную публикацию