Положение земель сибири в годы гражданской войны — история России

Борьба «красных» и «белых» в Сибири (1918—1921 гг.)

Аннотация.В статье раскрываются этапы, особенности организации, тактики вооружённой борьбы на территории севера Западной Сибири в период Гражданской войны. Показано влияние различных факторов на ход и результаты боевых операций.

Summary.The article describes the stages, organizational features, warfare tactics in the north part of Western Siberia during the Civil War, shows the influence of various factors on the course and outcome of combat operations.

Гражданская война

Цысь Валерий Валентинович — профессор кафедры истории России Нижневартовского государственного гуманитарного университета, доцент, доктор исторических наук

(г. Нижневартовск. E-mail: tsysv@rambler.ru)

Борьба «красных» и «белых» в Сибири (1918—1921 гг.)

Революционные события в России, переросшие в Гражданскую войну (1917—1921 гг.) и обусловившие глубокие социально-политические, экономические, культурные, ментальные сдвиги, предопределили особенности развития различных государственных и общественных структур на последующие десятилетия.

В борьбе разнообразных группировок, представлявших противоположные интересы так называемых «красных» и «белых», вёлся, можно сказать, поиск новой системы координат.

Не осталась в стороне от этого принимавшего различные формы противостояния и Сибирь, в частности, северо-западный регион этого огромнейшего и богатейшего края, открытого, завоёванного и освоенного нашими мужественными предшественниками.

Значение региона в тот период определялось в первую очередь его стратегическим положением.

В ситуации, когда традиционные хозяйственные связи оказались разрушены, а восточная часть страны испытывала острую нужду в промышленных товарах, были предприняты попытки организовать через Тобольский Север поставки хлеба и сырья из Сибири в Европу.

В обратном направлении доставлялись оружие, боеприпасы, промышленные товары, предназначавшиеся для антибольшевистских режимов, подпитывавшихся зарубежьем. Чтобы сделать этот «маршрут» регулярным, по указанию так называемого Верховного правителя Российского государства А.В.

 Колчака в Японии стали закупать радиостанции, оборудовать порт на Ямале. Через северную часть Западной Сибири можно было наладить связь с «архангельским правительством», скоординировать военные и политические планы по борьбе с большевиками. Кроме того, регион служил источником пушнины и рыбы, которые реализовывались как на внешнем, так и на внутреннем рынках.

Географические и природно-климатические условия края предопределили многие специфические черты вооружённой борьбы. Так, реки служили основными транспортными артериями, вдоль которых располагались практически все поселения.

К примеру, боевые действия разворачивались по руслу Оби и её крупным притокам (Иртыш, Северная Сосьва, Конда). Это обусловило использование соответствующих средств передвижения: летом — водного транспорта (пароходов, барж, лихтеров, катеров), зимой — лошадей, саней, нарт, лыж.

По долинам рек осуществлялись все вторжения вооружённых отрядов извне, перебрасывались резервы, направлялись подкрепления.

Этапы развития военно-политического противостояния в крае в целом аналогичны тем же, что и в других регионах Урала и Западной Сибири: установление советской власти (1917—1918 гг.), её свержение (лето 1918 г.

), попытки прорыва «красных» на Северном Урале (осень 1918 г.), поражение «белых» (конец 1919 г.), подъём антикоммунистического движения, переросшего в западносибирское крестьянское восстание (первая половина 1921 г.

).

Главные события Гражданской войны в Сибири разворачивались в полосе Транссибирской железнодорожной магистрали.

Немногочисленность населения, концентрация его в районах, прилегающих к крупным судоходным рекам, скудость материальных ресурсов делали регион зависимым от положения дел на юге, не позволяли вести затяжные боевые действия.

Сколько-нибудь значительные массы людей, за исключением кочевников тундры, могли существовать на севере только в пределах речных пойм, что облегчало борьбу с повстанцами и белогвардейцами.

По аналогичным причинам численность вооружённых отрядов, оперировавших на севере, оставалась незначительной, колеблясь от нескольких десятков до нескольких сотен человек. Мобилизационные возможности региона были ограничены.

Поэтому даже в период крестьянского восстания, когда штабом повстанческой Народной армии была объявлена всеобщая мобилизация мужчин в возрасте от 18 до 45 лет (46—50-летние призывались в тыловые гарнизоны), общее число её военнослужащих на территории севера Западной Сибири не превышало 2000 человек.

Относительная изолированность края, удалённость от политических и экономических центров приводили к тому, что события развивались здесь с некоторым запозданием. Так, если на юге Западной Сибири советская власть установилась в конце 1917 — начале 1918 гг., то на севере — только в марте — начале мая 1918 года.

Поражение войск А.В. Колчака в Петропавловской операции произошло осенью 1919-го. Соответственно падение Тобольска относится к 22 октября, Омска — к 14 ноября, Томска — к 22 декабря. Последний крупный опорный пункт «белых» на севере Саранпауль капитулировал лишь 26 января 1920-го.

Западно-сибирское крестьянское восстание достигло своего пика в феврале—марте 1921 года, но до севера оно докатилось только месяц спустя после своего начала, а Обдорск (Салехард) повстанцы заняли в начале апреля, когда главные очаги антибольшевистского движения на юге были уже в основном подавлены.

В организационном отношении оперировавшие в регионе силы можно разделить с некоторой долей условности на отдельные группы. Основную составляли отряды, специально созданные для боевых действий в северных условиях. В их число входили «Северная группа» А.А.

 Неборака1, сформированная в мае 1921 г. из подразделений 257-го полка 29-й дивизии, отряды А.Н. Баткунова2 (май 1921 г.) и «интернационалиста» М. Мандельбаума3 (осень 1918 г. — зима 1919 г.), созданные на базе 232-го полка 26-й дивизии и частей 6-й армии соответственно.

Сюда же можно отнести и «Северный отряд особого назначения» подпоручика Лушникова, сформированный из солдат и офицеров 6-го Сибирского кадрового полка, и 3-й батальон 674-го стрелкового полка Красной армии.

Все они отличались наиболее высоким уровнем боевой подготовки, относительной стойкостью в бою и неплохим для того времени вооружением.

Активно действовали небольшие регулярные подразделения, пополнявшиеся добровольцами и мобилизованными местными жителями (особый отряд связи 10-го Печерского полка, отряд прапорщика Попова, «Северный экспедиционный отряд» А.П. Лепехина4).

Читайте также:  Изменения в общественном сознании. нюрнбергские процессы. - история России

Особую группу составляли партизанские и полупартизанские формирования из добровольцев, управлявшиеся выборными командирами. К ней могут быть отнесены отряды Красной гвардии (весна 1918 г.), «Северный партизанский отряд» А.П. Зырянова (осень 1919 г.

), отряд подпоручика Туркова (ноябрь 1918 г. — январь 1919 г.), которые действовали самостоятельно в отсутствие регулярных частей, при взаимодействии же с последними подчинялись их командованию.

Характерным для них был высокий моральный дух при недостаточной дисциплинированности и ограниченной боевой ценности.

Последнюю группу составляли наспех сколоченные из местных жителей и добровольцев антисоветские подразделения, которым пытались придать вид регулярных частей.

Широкое распространение такая форма «мобилизации» получила во время западносибирского крестьянского восстания 1921 года («Северный отряд народной армии по борьбе с коммунистами», Нижнеобская рота, отряды Сеина, Артамонова, Клепикова и др.).

Противостоял повстанцам «Северный революционный отряд», включавший три батальона по три роты каждый. Боеспособность подобных частей была самой низкой.

Серьёзную проблему в период Гражданской войны представляло обеспечение вооружением и боеприпасами. Развал экономики, в том числе военной промышленности, транспорта, создавал огромные трудности в снабжении воинских частей, что обусловливало разнородность их вооружения.

На севере Западной Сибири помимо русских трехлинейных винтовок системы Мосина применяли также японские, итальянские, австрийские, французские системы, закупавшиеся Россией в годы Первой мировой войны для тыловых частей. Широко использовалось охотничье оружие (4-линейные берданки, охотничьи штуцеры, дробовики).

В 1921 году за повстанческими отрядами следовал обоз с порохом и свинцом в виде крупных слитков-плит. Пулемётов на вооружении состояло очень мало, артиллерия практически отсутствовала. В период западносибирского крестьянского восстания «красными» предпринимались попытки задействовать орудия середины XVIII века, оставшиеся с тех времён, когда г.

 Берёзов представлял казачью крепость. Однако после того, как при первом же выстреле одно из орудий разорвало, от подобных попыток решено было отказаться. В свою очередь, повстанцы Самарово (Ханты-Мансийск) изготовили пушку из чугунной трубы, которую использовали при обороне села 11 мая 1921 года.

По свидетельству очевидцев, на её создание потратили несколько недель. Но опять же ожидания не оправдались. Ствол начинённого картечью орудия тоже разорвало.

Огромное преимущество воюющей стороне давало наличие артиллерии не только благодаря её разрушительной силе и эффективности, но и психологическому воздействию на противника. В частности, артиллерийскими орудиями были оснащены бронепароходы «Мария» и «Алтай», подавлявшие западносибирское крестьянское восстание. Последнее судно, участвовавшее во взятии Сургута (29 мая 1921 г.

), представляло собой оснащённое двумя орудиями обычное гражданское плавсредство, борта и палуба которого были усилены стальными листами. Нескольких залпов оказалось достаточно, чтобы деморализовать оборонявшихся, посеять среди них панику и тем самым дезорганизовать сопротивление. Скорострельной 37-мм пушкой «Маклин» красноармейцы упомянутого отряда М.

 Мандельбаума обстреливали с. Щекурье в ноябре 1918 года. Использование орудия позволило достичь успеха, однако после ухода отряда из занятого села вместе с пушкой перевес оказался на стороне «белых», в распоряжении которых имелся бомбомёт.

В ряде боёв применялись ручные гранаты, в воспоминаниях участников событий упоминаются также специальные трещотки, издававшие звук, напоминавший пулемётные очереди.  

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Неборак Александр Андреевич (1895—1942) — уроженец Кременчугского уезда Полтавской губернии. Из крестьян. Призван в армию в 1913 г. Офицер военного времени. В РКП(б) с ноября 1917 г. Участник антиколчаковского партизанского движения на Алтае.

После окончания Гражданской войны — на различных должностях в Красной армии: командир батальона, полка, дивизии, преподаватель Академии имени М.В. Фрунзе. С ноября 1941 г. — командир 253-й стрелковой дивизии 6-й армии Юго-Западного фронта. В мае 1942 г.

арестован «за клевету на Красную Армию». Покончил с собой.

2 Баткунов Арсений Николаевич (1890—1939) — уроженец д. Самсоново Смоленской губ. В РКП(б) с 1917 г. Участник Первой мировой и Гражданской войн. В 1917 г.

— командир красногвардейского отряда на Украине. В 1920 г. — военком 232-го стрелкового полка 26-й Златоустовской дивизии. В 1922 г. награждён орденом Красного Знамени. В 1930-е гг.

— начальник дивизии внутренних войск. Репрессирован.

3 Мандельбаум Мориц (1890 — после 1920 г.) — уроженец Австро-Венгрии. Профессиональный актер. С 1914 г. — младший офицер австро-венгерской армии. В 1916 г. попал в плен. В 1917 г. — командир одного из отрядов Красной гвардии. Участник Гражданской войны. В дальнейшем — на партийной и хозяйственной работе.

4 Лепехин Александр Петрович (1889 — конец 1920-х гг.) — уроженец г. Тобольска. Из семьи военного чиновника. В 1914—1918 гг. — капитан речного парохода. В РКП(б) с 1917 г. Участник Гражданской войны. В октябре 1920 г. направлен на Дальний Восток. Начальник гарнизона г. Читы, командующий войсками Приморской обл. и крепости Владивосток. В 1922 г. награждён орденом Красного Знамени.

Источник: http://history.milportal.ru/2014/01/borba-krasnyx-i-belyx-v-sibiri/

Казачий вопрос в Сибири в период революции и Гражданской войны в России

УДК 93: 355/359-05 (57)»1917/20″(091)

КАЗАЧИЙ ВОПРОС В СИБИРИ В ПЕРИОД РЕВОЛЮЦИИ И ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ В РОССИИ

Михаил И. Вторушин1' @

1 Омский государственный технический университет, Россия, 644050, Омск, Проспект Мира, 11 @ vtorushin-m2013@yandex.ru

Аннотация: представлена проблема кризиса сибирского казачества в период социально-политических катаклизмов революции и Гражданской войны 1917-1920 гг. Цель исследования — изучить причины и сущность кризиса областной казачьей общины в ходе революции 1917 г.

и Гражданской войны в регионе; выявить варианты и результаты его разрешения.

Проблема исследуется на основе диалектико-материалистического метода познания: каждое положение изучается на принципах историзма, в связи с другими историческими событиями эпохи и конкретным опытом истории.

Читайте также:  Индустриализация: суть и история проведения - история России

В начале ХХ века в ходе цивилизационной трансформации общества России в стране оформился «казачий вопрос». В Сибири он получил внутреннее и внешнее содержание.

Его внутреннюю сторону составили противоречия между рядовыми казаками и офицерами из-за неравенства размеров земельных наделов, а также между основной массой казаков, с одной стороны, и казачьей старшиной, с другой стороны, — из-за проблемы эксплуатации земельного резерва войска, соблюдения равенства обязанностей и прав в казачьей общине. Внешнюю сторону составляли противоречия привилегированной казачьей общины Сибири по земельному вопросу с крестьянством и малыми народами региона. Кроме того, «казачий вопрос» включал в себя и общеисторическую тенденцию — поиск оптимальных путей отмены сословных привилегий казаков и их уравнивание в правах и обязанностях с остальным населением России. Так как в этот период сословно-кастового единства казаков уже не существовало де-факто, это требовалось оформить де-юре. Данную историческую роль взяла на себя революция 1917 г. Разрешение «казачьего вопроса» вылилось в острое социально-политическое противостояние как внутри областной казачьей общины, так и в гражданскую войну сибирских казаков с основной массой населения Сибири.

Итоги исследования могут быть использованы при написании обобщающих работ по истории Сибири, чтении курса истории России данного периода, спецкурсов по истории революции 1917 г. и Гражданской войны.

Для цитирования: Вторушин М. И. Казачий вопрос в Сибири в период революции и Гражданской войны в России // Вестник Кемеровского государственного университета. 2017. № 3. С. 32-38. Б01: 10.21603/2078-8975-2017-3-32-38.

Источник: https://cyberleninka.ru/article/n/kazachiy-vopros-v-sibiri-v-period-revolyutsii-i-grazhdanskoy-voyny-v-rossii

Мечта о прекрасной Сибири

События гражданской войны 1918–1920-х годов привели к крушению прежней российской государственности и возникновению на осколках империи многочисленных образований на национальной, региональной или политической основе. На территории расколовшейся империи действовали десятки правительств, претендовавших на суверенную власть.

Польша, Финляндия, Украинская народная республика, Прибалтийские государства, казачьи и антисоветские образования… Не избежала подобной участи и Сибирь.

Однако дистанцируясь от советской России и большевизма, Сибирь активно боролась за сохранение общероссийской государственности, требуя при этом лишь автономии, которая позволила бы учесть экономические, культурные и природные интересы восточных регионов страны.

Областная дума

Теоретическая база сибирской государственности нашла свое воплощение в идеях общественно-политического течения сибирских областников (см. «Адепты сибирской идентичности»). Само движение областников не было единым, и радикальное, сепаратистское направление областничества не пользовалось популярностью.

В 1917 году восторжествовало умеренное направление, отстаивавшее идею федерализма и широкой автономии Сибири, которая позволила бы учесть местные социально-экономические особенности. В итоге накануне большевистского переворота Сибирь стала одним из немногих российских регионов, где появился собственный представительный орган власти — Сибирская областная дума.

На конференции в Томске в августе 1917 года было принято постановление «Об автономном устройстве Сибири», в котором провозглашалось самоопределение областей и национальностей на принципах федерализма. Был утвержден сибирский бело-зеленый флаг.

В октябре I Сибирский областной съезд постановил, что регион должен обладать полнотой исполнительной, законодательной и судебной власти, иметь в рамках России собственное правительство и думу.

События в Петрограде внесли свои коррективы в эти планы. В декабре 1917 года Чрезвычайный областной съезд в Томске решил не признавать советское правительство и передать верховную власть в Сибири областной думе — как минимум до созыва всероссийского Учредительного собрания.

Собрать депутатов Сибирской областной думы удалось лишь в конце января 1918 года. К этому времени большевики контролировали Томск. В ночь на 26 января в городе прошли аресты депутатов, а на следующий день исполком Томского совета издал постановление о роспуске парламента.

Оставшиеся на свободе депутаты провели подпольное заседание, на котором избрали Временное сибирское правительство во главе с Петром Дербером. В «Декларации Сибирской думы» вновь подтверждался принцип федеративного устройства России с предоставлением Сибири широкой автономии.

Но реальной власти у кабинета министров Дербера не было, в регионах Сибири активно устанавливалась советская власть.

Сибирское правительство

Однако удержать эту власть большевики не смогли. В мае 1918 года против них восстал Чехословацкий корпус, который в городах Сибири поддержали подпольные офицерские организации.

В 20-х числах месяца советская власть пала в Челябинске, Новониколаевске (ныне — Новосибирске) и Мариинске. В июне — в Томске, Иркутске и Красноярске.

Обычно именно эти события считают началом полно­масштабной гражданской войны в азиатской части России.

В Сибири появилась новая власть, как и правительство Дербера, названная Временным сибирским правительством. Оно было создано 30 июня в Омске. Лидирующие места в ней заняли представители областничества и эсерских организаций. Председателем и министром иностранных дел стал Петр Вологодский.

Дербер пытался протестовать, требуя передачи власти собственному кабинету министров. Однако за правительством Вологодского стояла реальная сила в лице молодой сибирской армии. Осенью структура Дербера, к тому времени переименованная во Временное правительство автономной Сибири, самораспустилась.

Пожалуй, одним из самых интересных актов стала декларация Временного сибирского правительства «О государственной самостоятельности Сибири». Этот нормативный акт вышел в свет в сборнике правительственных указаний и распоряжений от 18 июля.

В нем Временное сибирское правительство объявило о взятии в свои руки всей полноты власти в стране, провозгласило полную свободу независимых сношений с иностранными государствами и непризнание любой другой власти на территории Сибири. В декларации четко прослеживаются областнические автономистские тенденции.

Однако к чести ее авторов они не пошли на поводу у радикальных сепаратистов и признали территориальную целостность России.

«Однако Временное сибирское правительство полагает также совершенно необходимым объявить не менее торжественно, что оно не считает Сибирь навсегда оторвавшейся от тех территорий, которые в совокупности составляли Державу Российскую, и полагает, что все его усилия должны быть направлены к воссозданию Российской государственности. Временное сибирское правительство полагает, что, по счастливом достижении этой высокой цели, характер дальнейших взаимо­отношений между Сибирью и Европейской Россией будет определен Всесибирским и Всероссийским учредительными собраниями», — говорилось в декларации.

Читайте также:  Реформы п. а. столыпина - история России

Практически одновременно с сибирским правительством на освобожденной от совласти территории возникло Временное всероссийское правительство (Директория), переехавшее в октябре в Омск. Сложилась парадоксальная ситуация — в Омске одновременно находились два правительства, которые требовали себе всей полноты власти.

К ноябрю, после интриг и переговоров, стороны решили проблему двоевластия: был создан исполнительны орган Директории — Всероссийский совет министров под председательством Вологодского, а Временное сибирское правительство прекратило свое существование.

При этом из 14 министерств нового кабинета 10 постов министров достались сибирякам.

Эта новая власть была 18 ноября свергнута военными, пользующимися поддержкой правого крыла совета министров, к которому принадлежал и Вологодский. Власть была передана адмиралу Александру Колчаку. Фактически на востоке России установилась военная диктатура Верховного правителя Колчака, который твердо стоял на позициях единой и неделимой России.

В этих условиях вопрос автономии Сибири временно был снят с повестки дня. Тем более что белым войскам в первое время сопутствовал успех на фронте. Сибирская армия в лютые морозы заняла Пермь, повела наступление на Глазов, Западная армия рвалась к Волге.

Казалось, что вскоре войска Колчака войдут в Москву, где будущее России и входящей в нее Сибири будет решено Всероссийским учредительным собранием.

Сепаратизм на окраинах

1917 год поднял волну национального определения по всей стране. В Сибири активизировались деятели разных политических взглядов, ставились вопросы национального самоопределения Алтая, Забайкалья, хакасских степей.

Так, в феврале 1918 года учредительный съезд крестьянских и инородческих депутатов Ойротии провозгласил создание Республики Ойрот, в которую должны были войти земли тюркских народов Алтая и юга Енисейской губернии. Активную роль в проекте играл авантюрист и ученый из Красноярска Василий Анучин.

В июне съезд в Улале (сегодня — Горно-Алтайск) объявил Анучина каганом, выдав ему специальный ярлык. «Признав за благо объединение в самостоятельную Республику Ойрот земли и народы, входившие некогда в состав государства Ойрот, съезд единогласно избрал на заседании 12 марта 1918 года гражданина В. И.

Анучина каганом (особоуполномоченным) по делам республики Ойрот, поручив ему вести переговоры с представителями заинтересованных государств», — гласил ярлык. Но дальнейшего развития идея создания Республики Ойрот не получила.

После свержения советской власти летом 1918 года штабс-капитан Дмитрий Сатунин провозгласил создание Алтайской республики и потребовал от Временного сибирского правительства ее признания.

Властью в «республике» был объявлен Горно-Алтайский центральный военный совет, «столицей» — село Онгудай.

Точку в авантюре Сатунина поставили сибирские войска, арестовавшие новоявленного диктатора и разоружившие его отряд.

Еще одну утопичную сепаратистскую идею попытался реализовать в Забайкалье атаман Григорий Семенов.

Будучи в конфликте с правительством адмирала Колчака, Семенов решил сделать ставку на панмонгольское движение — создать федеративное Велико-Монгольское государство, в которое бы вошли Внутренняя и Внешняя Монголия, Барга и Бурятия.

Естественно, включение в состав данного образования земель забайкальских бурятов вызвало недовольство колчаковского правительства. Однако Омск не имел резервов, чтобы военным путем ликвидировать семеновскую проблему. Точку в прожекте атамана поставила сама история (см. «Буферный опыт»).

Последняя попытка

Поражения армии адмирала Колчака и крушение фронта в конце 1919 года привели к усилению областнических идей. На этот раз за идею автономии ухватились представители партии эсеров, рассчитывавшие порвать с диктатурой Колчака и договориться с большевиками.

В октябре Всесибирский краевой комитет партии социал-революционеров принимает декларацию, в которой отображались основные цели на ближайший период. Среди них: прекращение войны с Советской Россией и установление с ней договорных отношений, а также создание Восточно-Сибирской демократической государственности.

Одновременно готовилось вооруженное восстание против адмирала. Активно велась агитация в частях Первой армии (бывшая Сибирская), полки которой были сформированы из коренных сибиряков, носивших бело-зеленую символику. Вспыхнули не­удачные проэссеровские восстания в Новониколаевске и Владивостоке.

Гарнизон Томска сдался большевикам. Командующий войсками Енисейской губернии генерал Бронислав Зиневич передал власть в Красноярске земству.

Генерал провозгласил идею создания буферного — демократического государства — «прекрасной Сибири» с границами от Ачинска до Владивостока, попытался вести переговоры с наступающими красными.

Несколько позднее вспыхнуло восстание в Иркутске. Созданное здесь эсеро-меньшевистское правительство — Политцентр — также заявило о планах создания буферного государства. Однако политическая ситуация сложилась несколько иначе, нежели предполагали лидеры Политцентра.

Советские власти отказались вести переговоры о создании в Красноярске или в Иркутске каких-либо буферных государственных образований. Как цинично заявил Зиневичу представитель Пятой советской армии, «Мавр сделал свое дело». Иркутск и Красноярск были заняты Красной армией.

Таким образом, попытки получения Сибирью автономии и создания на ее территории федеративного устройства потерпели крах.

Этому способствовали и разобщенность политических сил, противостоявших советской власти; но главным образом тот факт, что идея автономии преобладала лишь среди политической и экономической элиты Сибири, части офицерства и горожан.

Для основной же массы сибирского населения — крестьян — абстрактные идеи автономии и федерализма были делом не первостепенной важности. Не пользовались популярностью областнические идеи и у верховного правителя.

Большевики же, периодически заигрывая с разного рода самостийщиками, не собирались делиться властью над Сибирью с политическими конкурентами. Было лишь одно исключение — Дальневосточная республика, на создание которой советское правительство пошло из опасений прямого вооруженного столкновения с Японией (см. «Буферный опыт»). В Сибири же советская власть насаждалась без всяких исключений. 

Источник: http://expert.ru/siberia/2012/31/mechta-o-prekrasnoj-sibiri/

Ссылка на основную публикацию