Российское славянство и западничество — история России

Западничество и славянофильство

Российское славянство и западничество - история России

В последующей истории России зарождались и развивались идейно-философские течения, так или иначе связанные с геополитическими интересами России. Философ и богослов В. В. Зеньковс-кий считал, что после Великой Французской революции и войны 1812 г.

в России началось осмысление ее взаимоотношений с Европой. Эти два события он считал главной причиной возникновения западничества и славянофильства – двух противостоящих течений русской мысли.

Крымская война, поразившая, по словам Зеньковского, русское самосознание глубокой ненавистью Запада к славянству, ознаменовала собой разрыв русского духа с буржуазной Европой. Резкая борьба между двумя лагерями началась с 1840-х годов. В. В.

Зеньковский отмечал, что с этого времени «славянофилы стали, если угодно, антизападниками» [Зеньковский, 1997,с.38].

Ядро западников составляли преимущественно петербуржцы:

А. И. Герцен, К. Д. Кавелин, Н. В. Станкевич, Н. П. Огарев, П. В. Анненков, к ним также примыкали В. Г. Белинский, И. С. Тургенев, переводчик Шекспира Н. X. Кетчер и др. Русский философ Н. Лосский

относил к западникам и П. Я. Чаадаева, призывавшего сменить православие в России на католичество.

Славянофилы – движение патриотическое и наследующее идеи декабристов, жили преимущественно в Москве. Среди них выделялись А. С. Хомяков, братья И. В. и П. В. Киреевские, братья К. С. и И. С. Аксаковы, Ю. Ф. Самарин.

И у западников и у славянофилов во главе угла стояла проблема российской идентичности и путей развития страны.

Западники считали, что развитие России необходимо рассматривать в контексте развития общечеловеческой цивилизации, передовым рубежом которой является Западная Европа, где наиболее полно и успешно осуществляются принципы прогресса и свободы.

Российская история, считали западники, – это история преодоления отсталости от европейского Запада, которая началась со времени Петра Великого, включившего страну в общечеловеческий цивилизационный процесс.

Задача России состоит в скорейшем изживании патриархальщины, косности и азиатчины, в частности общинности. Западники мало интересовались религией [см.: Лосский, 1992, с. 67].

Славянофилы прежде всего исключали наличие общечеловеческого развития и признавали самобытность жизни каждого народа или сообщества близких народов. Они считали, что преобразования Петра I нанесли удар по российской самобытности.

| [ У России, согласно славянофилам, собственный путь раз-' вития, не нуждающийся в интеграции в европейскую систему.

Особый путь России предопределен коллективистским, а не индивидуалистским началом русского народа, его соборностью, общинным характером деревенской жизни, артельностью ремесленников, а также тем православием, которое выработал русский народ. Неприятие Европы стало основой объединения, которое впоследствии переродилось в национализм.

В. С. Соловьев покинул вследствие этого славянофильство. По мнению славянофилов, Россия призвана оздоровить Западную Европу духом православия и русских общественных идеалов, а также помочь Европе в разрешении ее внутренних и внешних политических проблем в соответствии с христианскими принципами.

Славянофилы считали, что жизнь в России строится по «правде внут-

ренней», тогда как у европейцев по «правде внешней», т.е. по нормам писаного права. В то же время отношение к Западу не у всех славянофилов было одинаковым. Это были довольно расплывчатые рассуждения. «Ненависть Аксакова (Константина. – Н. М.

) к Западной Европе была такой же сильной, как и любовь к России. Киреевский и Хомяков, указывая пороки западной цивилизации, в то же время признавали ее достоинства. Они любили западную цивилизацию и настаивали на необходимости синтеза ценных элементов западного и русского духа. К.

Аксаков видел только темные стороны западной цивилизации: насилие, враждебность, ошибочную веру (католицизм и протестантизм), склонность к театральным эффектам, «слабость».

Аксаков полагал, что основы высокой нравственности русской жизни следует искать в крестьянстве, которое еще не испорчено цивилизацией» [там же, с. 62].

Интересно отметить, что отечественный философ начала XX в. М. О. Гершензон в статье «Славянофильство» подчеркивает, что основой их учения было гегельянство, что они «не хуже германофилов отыскали для своего племени и народа почетное место в мировом прогрессе» [Гершензон, 1997, с. 69].

Весьма любопытен и тот факт, что виднейший славянофил И. В. Киреевский, вернувшись из Европы на родину, начал издавать (1829) журнал под названием «Европеец» (справедливости ради отметим, что это было до 1840-х годов, когда еще славянофильство не очень отходило от западничества).

В период Великой реформы второй половины XIX в. славянофилы неожиданно отошли от ряда своих коренных взглядов, «возненавидели» европейский путь развития и обратились к идеалам средневековья Русского государства.

Отказ от прогрессивных преобразований в российском обществе привел славянофилов к национализму.

Великий философ В. С. Соловьев подметил это превращение патриотизма славянофилов в мракобесие и безыдейный национализм, опасные для развития российского общества.

Новый виток спора об идентичности России повторился в конце XIX в. между народниками и марксистами, «сменовеховцами»25 и евразийцами, а в наше время – между западниками и антизападниками.Но эти споры чаще всего были вариациями или простыми узкополитически окрашенными интерпретациями старых идей. Антизападники повторяли уже прежде сказанное об особом пути России.

Когда славянофильство вступило в упадок, отмечал Н. О. Лос-

ский, его эпигонами сталиН. Я. Данилевский (наиболее известный его труд «Россия и Европа», 1869),Н. Н. Страхов, К. Н. Леонтьев.

Последующая история показала, что почвенники-славянофилы исходили из патриархального строя жизни, руководствовались утопическими, оторванными от российской действительности представлениями и мало уделяли внимания социальному и экономическому развитию России, а западники недостаточно осознавали национально-государственные интересы и особенности народов России, без учета которых страна не может успешно модернизироваться.

О споре западников и славянофилов А. И. Герцен говорил, что они были противниками, но очень странными. У них была одна любовь, но не одинаковая. Как Янус или двуглавый орел они смотрели в разные стороны, в то время как сердце билось одно. Западников и славянофилов объединяло отрицательное отношение к крепостному праву, российскому полицейскому и бюрократическому государству.

В российском обществе были противники этих обоих направлений. Они считали, что все эти дискуссии раскалывали российское общество XIX в. Активными противниками были«державники»,для которых государственные интересы были определяющими.

К наиболее известным державникам того времени относится талантливый дипломатА. М. Горчаков, который «не был европеистом в классическом смысле слова», но «ясно видел место России в Европе, понимал органическую взаимосвязь России и Европы, русской и европейской культуры» [Чубарьян, 1998, с. 21].

Следует отметить, что в ряде публикаций по другому течению философской мысли – «евразийству» исследователи неправильно ведут родословную линию от славянофилов к евразийцам. У последних своя, существенно отличающаяся от почвенников-славянофилов исходная позиция.

Если славянофилы видели главный источник развития России в самобытных качествах народа России, то евразийцы – в особенностях ее «месторазви-тия». Термин «месторазвитие» подчеркивает самобытность «почвы» России, отличную от того, как се понимали славянофилы.

Россия у евразийцев трактовалась как евразийская страна, в которой осуществлен синтез европейского и азиатского начал, как плавильный тигель для славянотюркских народов, сформировавший органический сплав особого суперэтноса.

Интересны взгляды упоминавшегося ранее философа первой половины XX в. Г. П. Федотова. Он рассматривал историю России, которая предопределялась утратой ею своего лучшего этапа – Киевской Руси. Федотов был европеистом, но не западником. Он поклонялся не «латинству», а греческой традиции, эллинизму [Федотов, 1995, с. 64].

Приведенный краткий анализ взглядов русских философов достаточно убедительно показывает, насколько широк был спектр взглядов на выбор России.

В спорах определенное зерно истины имела каждая из противоположных сторон, но ни одно из течений не являлось единственно верным и возможным для России.

Обобщая, можно сделать вывод о том, что, несмотря на широту взглядов, спектр их располагался на оси «Восток- Запад».

Разброс мнений относительно пути развития России располагался между отнесением России к Востоку с его азиатским способом производства, традиционализмом и тотальным государством или к Западу с его рыночным способом хозяйствования, рационализмом, развитием науки, открытым обществом и движением к соблюдению прав человека. Претворение в жизнь этих моделей развития приводило к противоречивому синтезу.

Так, при Петре Великом Россия сделала самый существенный за свою историю шаг в европейскую систему. Однако при этом усилились и элементы восточного типа цивилизации.

Произошло огосударствление общественной жизни, государственный аппарат и бюрократия подмяли под себя все сословия и социальные группы, перекрыв пути для формирования зачатков гражданского общества.

В экономике государственный сектор стал главным препятствием для формирования рыночных отношений в промышленности.

Панславизм

Панславизм – течение идейно-политической мысли в славянских странах, включая Россию (в лице, например, Н. Я.

Данилевского), в котором обосновывается единство славянских народов и необходимость их союза для решения острых международных проблем, возникающих в определенные исторические периоды.

Это недостаточно философски и идеологически оформленное общественно-политическое движение, то вспыхивающее, то затухающее на долгие годы.

В конце XVIII – начале XIX в. панславизм возник из стремления к независимости славян, порабощенных Турцией и Австро-

Венгрией. Его родиной были первоначально Чехия, Хорватия, Сербия и Черногория.

Идеи «славянской взаимности» распространял известный деятель чешского национального движения и ученыйПавел Шафарик (1795-1861). Его поддерживал один из основателей славяноведения чехЙосеф Добровский (1753-1829).

Он был противником габсбургской политики германизации славян. Особым направлением панславизма был «иллиризм», который развивался югославянски-ми политическими деятелями: поэтомЛюдевитом Гаем (1809- 1872), историкомИваном Кукулевичем- Сакцинским (1816-1889).

Эти хорватские мыслители обосновывали создание Великой Иллирии, охватывающей все южнославянские и часть неславянских территорий. Их население они рассматривали как один народ, происшедший от коренных жителей Древней Иллирии. В 1840 г. «иллирийцы» выступили за автономию Хорватии, но с победой в 1849 г.

контрреволюции в Габсбургской империи иллирийство потерпело поражение.

В панславизме развивалась и русофильская линия. Наиболее четко она проявилась у сербского просветителяВука Караджича (1787- 1864) и черногорского правителя и просветителяПетра Негоша (1813-1851). Их объединительная идея была обращена к единственной независимой славянской державе – великой России.

В России идеи панславизма поддерживались рядом славянофилов, особенно на этапе «вырождения славянофильства» (выражение Н. О. Лосского), в частности в трудеН. Я.

Данилевского (1822- 1885) «Россия и Европа». Данилевский писал, что «всеславянский союз есть единственная твердая почва, на которой может возрасти славянская культура…

», что «Россия не может считаться составной частью Европы ни по происхождению, ни по усыновлению;

что ей предстоят только две возможности: или вместе с прочими славянами образовать особую самостоятельную культурную единицу, или лишиться всякого культурно-исторического значения – быть ничем» [Данилевский, 1991, с. 397].

Противоположной точки зрения придерживался философ и публицист того времениК. Н.

Леонтъев, который в статье «Панславизм и греки» (1873) писал, что «образование одного сплошного и всеславянского государства было бы началом падения царства русского.

Слияние славян в одно государство было бы кануном разложения России. Россия не была и не будет чисто славянской державой. Чисто славянское содержание слишком бедно для ее

всемирного духа» [Леонтьев, 1993, с. 300]. Как показывает история, К. Леонтьев объективно смотрел на «романтику» панславизма. Очень обоснованный анализ этого движения мысли им дан в книге «Византизм и Славянство», в частности в главах «Что такое сла-визм?», «Что такое славянство?» и «Положение о славянах» [там же, с. 2-68]. Польские восстания окончательно уничтожат ид&ю панславизма.

Крымская война (1853-1856) показала, что, собственно, феодальная отсталость России – это и есть главное в ее историческом состоянии, а не ее противоположность «дряхлой» (позже использовался термин «загнивающей») Европе.

Известно, что в Крымской войне Россия потерпела поражение. Эта война показала, что лишь отмена крепостного права и всесторонняя реформа общества способны решить насущные проблемы России. А «выродившиеся славянофилы» (выражение Н. О.

Лосского) продолжали надеяться на эфемерную идею панславизма, на Всеславянский Союз.

Интересно, что и знаменитый министр иностранных дел Российской империи А. М. Горчаков многие годы посвятил проблеме реванша за Крым, которую выразил геополитической, по своей сути, фразой – «Россия сосредоточивается». Однако А. Горчаков, как известно, в «сосредоточении России» отдавал приоритет связям с Турцией, а не с балканскими славянами.

Славянофильское направление в русском варианте ярко было выражено в труде славистаВ. И. Ламанского «Три мира Азийско-Европейского материка» (1916). Ламанский – это представитель ученых, признающих общеславянское самосознание в противовес, например, германскому.

Читайте также:  Культура и быт России во второй половине xviii века. образование, просвещение. наука. - история России

Он считал, что на основании ознакомления с воззрениями западных европейцев нужно совершить поворот в истории, заставив признать славянство «как принцип и идею».

В своей монографии, исходя из идеи физико-географического единства Европы и Азии, он выделял «Три мира» Европейско-Азиат-ского материка:

• Собственно Европа (современный романо-германский мир, «самый развитый и образованный отдел человечества»).

• Средний мир, включающий в себя Российскую империю, а также, согласно его панславистским воззрениям, славянские земли Центральной Европы.

• Собственно Азия – мир по преимуществу увядшего и необ-новимого прошлого, мир дряхлого старчества [Ламанский, 1916, с. 42].

Источник: https://megalektsii.ru/s43730t3.html

16. Русская философия XIX века: западничество и славянофильство 30-50 гг. Оценка исторического прошлого России и разработка славянофильской идеологии

Русская философия XIX века характеризуется наличием борьбы двух противоположных направлений: западничества и славянофильства.

Западники стремились к европеизации России, к переходу русской жизни на западно-европейские образцы, а славянофилы отстаивали традиционные формы национальной жизни России и боролись за ограждение их от иностранного влияния.

Западники считали, что Россия должна повторить исторический путь стран Западной Европы, а славянофилы, наоборот, полагали, что исторический путь России самобытен и неповторим.

Проблему национальной самобытности России поставил в 20-30-х годах XIX века Петр ЧААДАЕВ.

Россия была определена Чаадаевым в качестве страны, не имеющей достойного прошлого, а ее нынешняя самобытность состоит только в том, что она отчуждена сразу и от прогрессивной Европы, и от дикой Азии, являясь государством-отшельником, страной выпавшей из общей истории человечества.

Отсюда Чаадаев делает вывод, что Россия до сих пор еще не стала необходимой частью человечества, а её историческое назначение состоит только в том, чтобы своей судьбой преподнести остальным народам какой-либо великий назидательный урок отрицательного свойства.

Россия не только не смогла дать что-либо полезное другим народам, но и оказалась неспособной приобрести у них что-либо полезное для себя. Не породив ни одной великой истины, Россия является пробелом в истории народов, в которой даже попытки заимствования лучшего у Европы принимают форму лишь внешней, обманчивой наружности.

Причину сложившегося положения вещей Чаадаев видит в том, что Россия стала наследницей Византии, государства, отколовшегося от Европы и презираемого в своё время всеми западноевропейскими народами.

Западное христианство пошло по пути, предначертанному Богом, а русское христианство, по пути, искаженному Византией.

Поэтому западное христианство создало европейскую цивилизацию и стало вдохновителем её экономического и политического развития, а Россия плетется в хвосте этого процесса, как неудачливый подражатель.

Кроме того, западное христианство всегда преобразовывало вещественные выгоды прогресса в идейные ценности христианской нравственности и духа, чем вновь стимулировало и продолжает стимулировать Европу на правильное движение в сторону развития. А русское Православие бесплодно, и поэтому Россия превратилась в отсталую, архаичную и мертвенную страну без государственных и духовных достижений.

Эту идеологию поддержали Герцен, Грановский, Огарев, Белинский и Чернышевский.

Александр ГЕРЦЕН на стадии формирования в русском обществе западничества и славянофильства примкнул к западникам и видел будущее России в социализме.

По мнению Герцена, мировая история человечества развивается определенными этапами, и на каждом этапе мировую историю двигает тот или иной народ. Герцен считал, что в настоящее ему время таким народом являются пруссы, но в ближайшем будущем германское лидерство в истории сменится славянским.

По собственному признанию, Герцен испытывал чувство безграничной любви к русскому народу, к русскому складу ума, и предполагал, что будущее европейской цивилизации состоит в социализме на принципах русской общины.

В русской крестьянской общине Герцен усматривал зародыш социалистического общества, а будущий социализм понимал как «русский социализм», где главным в обществе будет крестьянин.

Герцен сознавал, что это приведет к слому действующей в России государственной системы, принимал этот слом, как необходимый, но был сторонником мягких мер на этом пути, среди которых главными считал просвещение и агитацию народа.

Тимофей ГРАНОВСКИЙ был поклонником Петра I и считал Россию духовно единой с Западной Европой.

Исходя из концепции единого исторического пути России и Западной Европы, Грановский напрямую сравнивал крепостничество с деспотизмом и считал его исторически обреченной формой государственного устройства.

Главным же направлением развития России Грановский полагал движение по пути, указанному Петром I: реформы, приближающие страну к Западу, для чего, соответственно, необходимы пропаганда либеральных идей в обществе и просвещение народа.

Герцен и Грановский были представителями направления русского западничества, которое пыталось разместить русское самосознание в системе западноевропейских ценностей.

Их позиция отличалась от антирусской чаадаевской тем, что была формой русского национального самосознания, признающей необходимость перенимания всего лучшего у Европы, но без отрицания значения России и русской культуры для общей истории, как прошлого, так и будущего человечества.

Методы практической реализации своих западнических идей они выдвигали мягкие, направленные, прежде всего, на просветительские мероприятия и, прежде всего, на идейную победу западничества в мировоззрении русского общества.

Более кардинальной позиции в отношении методов реорганизации России по западному образцу придерживался Николай ОГАРЁВ, который прокламировал крестьянскую революцию, как средство, способное, при правильной организации, изменить существующий политический строй в России.

По замыслу Огарёва, для России наибольшую перспективу имел бы путь общинного социализма, основанного на коренных традициях русской крестьянской жизни.

Каждая из общин, по этому плану, управляется самостоятельно и вступает в договорные отношения с другими общинами, формируя, таким образом, административно-территориальные образования (волости, области), которые вместе составляют государственное устройство на принципах республики. Частная собственность на землю в будущей республике должна быть запрещена, а крепостничество отменено.

Главным злом русского уклада жизни считал крепостничество и Виссарион БЕЛИНСКИЙ, но он был сторонником реформаторского пути, противником революционного насилия.

Белинский не был и сторонником огульного поклонения всему западному. Приветствуя идею социализма, Белинский видел в социализме конечную цель истории, но не видел бескровных путей к этому, ни в программах западных реформаторов, ни в бунтарских программах русского народничества.

Единственное, что Белинский отстаивал последовательно и уверенно – это отрицание ценности русского патриархального уклада и понимание вредности попыток славянофилов вырвать Россию из общего хода человеческой истории.

Николай ЧЕРНЫШЕВСКИЙ, так же, как и другие западники, желал движения России к социализму на основе крестьянской общинности, которую следует сохранить и сделать основным способом производства, отменив крепостничество.

Поскольку самодержавие будет сопротивляться отмене крепостного права, то пришло время выдвинуть царизму ультиматум: или монархия добровольно уйдет от управления Россией, или начнется народная революция.

Крестьянская революция, по мнению Чернышевского, не должна иметь форму стихийного бунта, она должна быть тщательно подготовлена и осуществлена по всей стране, и начаться по общему сигналу.

Чернышевский считал крестьянскую революцию необходимым условием перехода от феодализма сразу к социализму, минуя капитализм. Именно для этого после революции должна восторжествовать крестьянская общинность, которая избавит Россию от появления класса пролетариата.

В дальнейшем общинный способ производства должен замениться коллективным, поскольку коллективный способ производства более производителен.

В отличие от русских западников, полагавших, что крестьянская община будет самостоятельно развиваться и разрастется до масштабов государства самоуправлением и трудом общинников, Чернышевский полагал, что путь к крестьянскому социализму в России лежит через помощь индустриально развитых стран Европы.

Общей чертой программы русских западников было требование отмены крепостного права. В остальном же их программа преобразования России на европейский лад не была сформирована в цельном, едином и завершенном виде, а поэтому с отменой крепостного права западничество, как направление общественной мысли, перестало существовать.

В отличие от западников СЛАВЯНОФИЛЫ исходили из тезиса о недейственности в России европейских способов решения политических и социальных проблем из-за самобытности России.

Самобытность России славянофилами выводилась из её особой истории (отсутствие классовой борьбы, наличие общинного уклада) и из её особой религии – Православия.

Православие славянофилы считали единственно истинной религией и поэтому исторический путь России не просто уникален, он единственно правильный и единственно ведущий к успеху. Все же остальные государства и народы будут успешны в истории настолько, насколько смогут приобщиться к Православию.

Богословские основы славянофильства заложил Алексей ХОМЯКОВ. Центральным местом философии Хомякова является понятие «соборности».

Соборность у Хомякова – это всеобщий принцип бытия, поскольку всё бытие есть множество, собранное в единство.

Это единство бытия, его соборность, собирается двумя типами организации:

– непосредственно соборным типом, где множество образуется внутренней тягой и взаимной любовью элементов множества друг к другу, и

– формальным типом, где элементы множества не собираются в органическое единство по внутренней устремленности, а лишь ассоциируют друг с другом по внешней необходимости.

Точно также, по этой теории, истоки всех мировых культур и всех религий восходят к двум началам – кушитскому и иранскому.

Кушитский тип культур и религий характеризуется наличием строгих требований к внешней регламентации жизни, слепым поклонением и ограничением самостоятельности в духовной работе. А иранский тип характеризуется свободой духа, творческой активностью и устремленностью к нравственному аспекту.

Кушитский тип цивилизации характеризуется, таким образом, преобладанием необходимости, а иранский тип – преобладанием свободы. Православие наиболее гармонично соединяет в себе лучшие черты обоих типов культур, оптимально совмещая в себе и свободу, и необходимость. Таким образом, Православие духовно олицетворяет собою наилучшее устройство бытия.

Социальным выражением этого наилучшего устройства бытия, то есть его общественной формой, является соборная Церковь – объединение людей, исповедующих православные ценности.

Наилучшим практическим средством реализации соборности, как метафизического принципа бытия, таким образом, является Православие и соборная Церковь.

Гарантом же этого является монархия, в которой высшая задача монарха состоит в удержании им в чистоте истинной Православной веры.

Следовательно, исторический путь России состоит в самодержавии и в Православии, поскольку развитие человеческого общества и его история определяются Богом (провиденциализм), и залогом исторического успеха народа является только исповедание единственно правильной религии, то есть Православия.

Именно отсутствием Православия в западном обществе обосновывал тезис о разложении Европы Иван КИРЕЕВСКИЙ.

Запад, по мнению Киреевского, распадается, теряя свою духовную цельность. Этот распад происходит вследствие отпадения Запада от истинной религии, от Православия.

В отличие от Запада, Православие сохраняет человеку целостность его духа, его внутреннее состояние, направленное на собирание духовных сил в одно цельное стремление любить Бога, помогать ближним, сострадать, видеть красоту и слышать свою совесть. Таков каждый «внутренний человек» в составе каждого человека, но есть еще и «внешний человек», который вступает в резкое противоречие с «внутренним человеком».

Каждый человек, как «внешний человек», вынужден играть социальные роли, которые идут в полное противоречие с его духовным настроем, то есть с тем, каков он в качестве «внутреннего человека».

В итоге человек раскалывается и самоотчуждается от самого себя.

Такова есть Западная цивилизация, теряющая свое внутреннее единство и внутреннее средоточие, и, вследствие этого, обреченная на историческое поражение.

Поэтому русский исторический путь должен полностью отличаться от западного, и опираться на Православие, которое способствует цельности личности и ее неделимости в результате духовной работы над собой по исповеданию нравственных православных ценностей.

Константин АКСАКОВ также видел самобытность России в нравственном внутреннем законе, который русский народ исповедует больше, чем, писаные законы государства. Поэтому русский народ общинный, то есть признает только общину, как выборную власть, которая занимается вопросами справедливости на нравственных началах, а не на экономических или политических основах.

Отсюда пренебрежение русских людей к политическому устройству своего государства, которое они создали только как средство защиты от воинственных соседей.

Власть в русском государстве была гармоничной, она представляла собой союз народа и власти, где право принуждения было отдано монарху.

Но реформы Петра I разрушили гармонию между народом и властью, а сам народ, вследствие западных реформ, раскололся не только имущественно, но и духовно, поскольку дворянство и интеллигенция оторвались от своих национальных корней.

Поэтому для выправления исторического пути России необходимо ликвидировать крепостничество, как образец западного подхода к закабалению работников, и вернуться к русской самобытности, которая еще сохранилась в народе, для чего следует изучать народный быт, народный характер и восстанавливать народные начала российского уклада жизни.

Читайте также:  Органы власти и управления новгородского государства - история России

Поддерживал идею об отпадении дворянства и интеллигенции от народных корней и Юрий САМАРИН.

Дворянство, утерявшее свой национальный дух, Самарин расценивал как социальную нелепость, и основными стержнями русской государственности признавал только самодержавие и народ, как сельскую общину.

Самарин был сторонником реформирования России на русских корнях, с сохранением её особенностей, но с одновременным заимствованием любых достижений Запада, которые могут оказаться полезными в любой из сфер общественного устройства страны.

Общим для всех славянофилов являлась мысль о великом будущем России, в котором воплотится счастливое завершение всей человеческой истории. Россию они понимали, как страну, несущую особую духовную миссию в истории по сохранению истинной веры.

Вся философия славянофилов базировалась на примате религиозного начала в истории народов, а высшим идеалом для них в этом являлась Православная Церковь, никогда не нарушавшая, в отличие от католичества, заветов первоначального христианства.

Генеральным направлением исторического пути России они считали не политический разрыв с Западом, а выбор собственного пути, основанного на восстановление духовного единства русского народа на его собственных национальных корнях и на Православии, для достижения великого будущего России, как наиболее христианского из всех обществ.

Основные термины

ЗАПАДНИЧЕСТВО – идейная программа, объявляющая необходимость повторения Россией западноевропейского пути.

КАТОЛИЧЕСТВО – христианское верование, добавившее в свои основы несколько догматов, начиная с 8-го Вселенского собора христианских церквей.

КРЕПОСТНИЧЕСТВО – система прикрепления крестьянина к земле с административным и судейским подчинением её владельцу.

МОНАРХИЯ – форма государственного устройства, в которой вся власть единолично принадлежит одному человеку, монарху.

ОБЩИНА – исторически сложившийся орган крестьянского самоуправления в России.

ПРАВОСЛАВИЕ – христианское верование, основывающееся на догматах первых семи Вселенских соборов христианских церквей 4-8 вв.

ПРОВИДЕНЦИАЛИЗМ – философское учение, согласно которому источник развития человеческой истории, её цель и этапы определяются тайными силами (Богом, провидением).

САМОДЕРЖАВИЕ – монархическое правление в России.

СЛАВЯНОФИЛЬСТВО – идейная программа, объявляющая самобытность и неповторимость исторического пути России на основе Православия, самодержавия, народных традиций и крестьянской общины.

СОБОРНОСТЬ – принцип организации бытия, в котором множество собирается в органическое единство силой взаимной устремленности друг к другу его элементов.

СОЦИАЛИЗМ – учение о политическом устройстве общества, в хозяйственном правопорядке которого отсутствует частная собственность на средства производства и на продукты труда.

ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ – охраняемое законом право физического или юридического лица на какое-либо конкретное имущество.

Источник: В. Нюхтилин

Источник: http://www.i-po.ru/shpory/filosofiya/filosofiya17.html

Полемика славянофилов и западников. Русская идея

Сформулированная проблема концептуально оформилась в 40-е гг. в споре славянофилов (А.С. Хомяков, И.В. и П.В. Киреевские, К.С. и И.С. Аксаковы, Ю.Ф. Самарин) и западников (Н.В. Станкевич, В.Г. Белинский, К.Д. Кавелин, Т.Р. Грановский, П.В. Анненков, А.И. Герцен, Н.П.

Огарев). В русскую историю общественно-философской мысли это время вошло как «эпоха возбужденности умственных интересов» (Герцен).

Российское общество как бы «проснулось» и начался тот удивительный взлет общественно-философской мысли, который долго будет вызывать восхищение потомков.

Водораздел между двумя группами передовой интеллигенции проходил в понимании исторического процесса и места в нем России.

Если славянофилы, считавшие, что Европа свой век отжила, настаивали на исключительном своеобразии исторического развития России, призванной сказать свое слово в истории, то западники, исходившие из принципа универсальности исторического развития человечества, указывали на то, что наиболее продвинувшейся в этом процессе в силу ряда обстоятельств оказалась Западная Европа, и потому ее опыт должны освоить все страны, в том числе и Россия. Хотя обе историософские модели вышли из общего источника — современных им западноевропейских философских систем, что наложило отпечаток на их полемику, при этом, однако, и западники и славянофилы основывались на различных достаточно отвлеченных «началах»: «просвещение» у Киреевского, «соборность» у Хомякова, «народность» у Аксакова; «цивилизация» у Грановского, «прогресс» у Кавелина, «личность» («лицо») у Белинского, «свобода» у Герцена. Таким образом они пытались подойти к решению одних и тех же проблем, только с разных сторон. Но их объединяла общая вера в высокое историческое призвание России. Как писал Герцен, и те и другое, подобно Янусу, смотрели в разные стороны, в то время как сердце билось одно.

Славянофилы опирались на идею принципиального отличия Европы и России: на Западе преобладает начало индивидуалистическое, в России — общинное. Они возлагали большие надежды на общинные принципы жизни народа.

«Община есть то высшее, то истинное начало, которому уже не предстоит найти нечто себя выше, а предстоит только преуспевать, очищаться и возвышаться», ибо это есть «союз людей, отказавшихся от своего эгоизма, от личности своей и являющих общее их согласие: это действо любви, высокое действо Христианское».

[177]Этот тезис вызывал особо резкие споры и несогласие западников. «Что мне в том, что живет общее, когда страдает личность?» — возмущенно восклицал Белинский.[178]

Исходный тезис определил и направленность критики Запада: у славянофилов — это в первую очередь критика католицизма и протестантизма, соответственно защита России и апология православия.

Перед Россией, считали они, стоит великая задача: не только свою жизнь построить на подлинно христианских началах, но донести принципы этой жизни до людей всей земли. Россия должна указать человечеству дорогу к истинному братству и истинному единению — соборности.

Это понятие было введено Хомяковым как выражение «свободы в единстве» на основе православной веры. В католической церкви такое единение, считал Хомяков, невозможно, ибо в ней верующий ощущает себя не членом братской общины, а подданным церковной организации.

Если вопрос о роли России в общечеловеческом цивилизационном процессе был главным в споре западников со славянофилами, то вопрос о соборности определял их различия в интерпретации этой роли и связи культурно-исторического прошлого страны с ее настоящим и будущим.

Наиболее значимый вклад в «славянофильский вариант» разработки проблемы «Восток — Запад» внесли «отцы» славянофильства — Иван Васильевич Киреевский (1806–1856) и Алексей Степанович Хомяков (1804–1860). В их учении проблема отношения России и Запада, поиски национальной идентичности приобрели законченный историософский смысл.

Первоначальным импульсом ее обсуждения послужила эпатирующая оценка Чаадаевым настоящего и прошлого России в ее сравнении с Западом, своеобразным ответом на которую стала статья И.В. Киреевского «Девятнадцатый век». В ней автор как бы подводил итог достижениям европейской цивилизации и ставил вопрос об отношении к ней России.

В отличие от Европы, писал Киреевский, Россия не создала своей собственной цивилизации и развивалась в изоляции от европейской. Этому способствовали различные культурно-генетические условия.

Три главные стихии, считал мыслитель, легли в основу европейского просвещения: христианская религия, дух варварских народов, насильственно разрушивших Римскую империю, и характер образованности, основанный на античной культуре.[179] В западной цивилизации, основанной на идеях католицизма, возобладало наследие древнего Рима с его духом рационализма.

Католицизм отождествлял надындивидуальное религиозное сознание с сознанием клира, а в конечном итоге папы, за которым признал право менять освященные традицией догматы веры. По этой причине церковь не только стала источником духовного образования народа, но и обрела безусловное главенство над политической жизнью европейских стран.

Смешение двух сфер — сферы разума и светской власти со сферой духа и церковной общности нанесли вред как вере, так и разуму.

Европейская образованность, начало которой было положено возрождением античных традиций рационализма, должна была положить конец сложившемуся в Европе единству, что и произошло в результате Реформации, которая явилась протестом личности против безусловного авторитета папы в делах веры. В результате цельность европейской цивилизации, ее духовное единство, уходившие корнями в раннее христианство, распались. Формой единения Европы стали внешние светские связи, в частности, идеология общественного договора, основанного на приоритете частного интереса обособленных индивидов.

В России античное (греческое) наследие опосредовано христианским вероучением отцов Церкви. Рационализму и индивидуализму западной культуры здесь противостоит единение в вере на основе любви к Христу. Именно они позволили православию сохранить в первоначальной чистоте христианское вероучение.

В этом Киреевский усматривал источник цельности и гармоничного развития духовной культуры России. Русскому народу чужды понятия святости индивидуального интереса и частной собственности — они всецело плод индивидуализма и рационализма европейской жизни.

«В устройстве русской общественности личность есть первое основание, а право собственности только ее случайное отношение», — уверен Киреевский.[180] В основе русского хозяйствования лежит общинное землепользование и условное владение землей: дворянством — за цареву службу, крестьянами — за службу дворянству.

Таким образом, «общество слагалось не из частных собственностей, к которым приписывались лица, но из лиц, которым приписывалась собственность».[181] Исходная ячейка социального организма — община, основывалась на общем землевладении и самоуправляемом мире, обеспечиваемых единомыслием и силой традиции.

Старорусское право не знало формализованного рационализма римского права и потому опиралось на обычай и убеждения.

Иными словами, противопоставление России и Европы, Востока и Запада совпадает у Киреевского с противопоставлением двух типов социальных связей между индивидом и коллективом, в конечном счете двух типов в развитии цивилизации.

При этом означенную дихотомию он не сводил к геополитическому началу: принципиальное различие усматривалось не между Россией и Европой, а между рационализмом, который победил в Европе, и истинным христианством, верной хранительницей которого оставалась Россия.

В аргументации этой идеи некоторые исследователи усматривают отсутствие мессианских мотивов. В частности, А. Валицкий, ссылаясь на авторитет Бердяева, считает, что в славянофильстве не реализован пророчески-мистический элемент, представляющий собственно историософский аспект.

[182] В самом деле, Киреевский не склонен был абсолютизировать провиденциализм в истории, но он и не отрицал роли Промысла, предопределение которого выступает в облике «призвания Истории», и потому не отрицает ответственности каждого народа за свою судьбу и за судьбу мира.

Прогресс добывается совокупными усилиями всего человечества, но каждый народ имеет «свое время» расцвета.

Время России только приходит, ее предназначение в истории человечества связано с ее верностью православным основам христианства, что и сделает возможным преодоление рационалистической однородности европейского просвещения и возвращение его к началам подлинно христианской культуры.

Но православное просвещение, чтобы состояться, должно овладеть всеми достижениями развития современного мира, представляющего собой неразрывную связь и последовательный ход человеческого ума.

Такое понимание исторической задачи России помогало ему преодолеть противоречие между положением о самобытности и отсталости России и положением о ее способности освоения достижений европейского просвещения, и на этом основании органического вхождения в европейскую общечеловеческую цивилизацию. Важно отметить, что, говоря о православных началах русской культуры, Киреевский не отождествлял их с чертами национального характера — напротив, последние, по его мнению, складывались в соответствии с первыми: верность первоначальным христианским догматам обусловила те черты, которые позже сформировались как национальные. «Особенность России заключалась в самой полноте и чистоте того выражения, которое христианское учение получило в ней, во всем объеме ее общественного и частного быта».[183]

Здесь уместно заметить, что, во-первых, развиваемые славянофилами идеи о христианско-православных «началах» русской культуры не имели ничего общего с идеологией официальной народности, хотя западники в своей критике и были склонны отождествлять их со взглядами М.П. Погодина и С.П. Шевырева.

Более того, славянофилы вели с ней последовательную борьбу, правда, иногда «на общей территории»: им приходилось публиковать свои статьи на страницах погодинского журнала «Московитянин». В основании идейной платформы этого журнала лежала формула министра просвещения С.С.

Уварова: «Православие — Самодержавие — Народность», в которой самодержавие приобретало доминирующий характер. Славянофилы же не признавали за самодержавием значения главного источника исторического развития России, отводя ему лишь одну сферу действия — политики и государственного управления.

В их концепции главной творческой силой выступал народ, не отождествляемый с «простонародьем». Основу самобытности русского народа («народности») они, в отличие от Погодина и Шевырева, видели в нравственных началах, хранящихся в общине, в древнем быте славян.

Во-вторых, славянофильство как черта мировоззрения трактовалась его приверженцами отнюдь не однозначно. Так, у Киреевского, наиболее «европеизированного» из них (не случайно свой журнал он назвал «Европеец») было свое отношение к понятию «славянофильство».

В одном из своих писем он даже отгораживался от последнего, характеризуя свое направление как «Православно-Словенское», или «Славянско-Христианское». В.В.

Зеньковский не без основания заметил, что еще точнее было бы назвать это направление «православно-русским»: «В сочетании Православия и России и есть та общая узловая точка, в которой все мыслители этой группы сходятся».[184]

Наиболее очевидным такое «схождение» было у И.В. Киреевского и А.С. Хомякова. Пафос историософских построений Хомякова — обоснование славянского, или русского, мессианизма. Идея исторического призвания России пронизывает все грани его философского мировоззрения, о чем свидетельствуют как статьи, специально написанные по этому поводу, так и три тома его «Записок всемирной истории».

Читайте также:  Кавказская война. минимум для егэ - история России

Источник: http://zdamsam.ru/a42537.html

Западничество и славянофильство и выбор пути развития русской культуры

Западничество и славянофильство и выбор пути развития русской культуры

Введение

В 30-40-е годы 19 векам Россия переживала кризис государства. В это время формировались основы русского государства, и в общении с общеевропейской культурой зарождалось наше национальное самосознание.

Россия переросла прежние формы своего исторического бытия. Та полная богатых и ярких событий, но в известном смысле все же растительная жизнь, которой она жила, перестала соответствовать степени ее духовного возраста.

Настало время пробуждения русской мысли от дремоты восемнадцатого века.

Становление самобытной русской философии начиналось с постановки и осмысления вопроса об исторической судьбе России. В напряженной полемике конца 30-х — 40-x гг. ХIX в. о месте России в мировой истории оформились славянофильство и западничество как противоположные течения русской социально-философской мысли.

Главная проблема, вокруг которой завязалась дискуссия, может быть сформулирована следующим образом: является ли исторический путь России таким же, как и путь Западной Европы, и особенность России заключается лишь в ее отсталости или же у России особый путь и ее культура принадлежит к другому типу? В поисках ответа на этот вопрос сложились альтернативные концепции русской истории.

Целью данной работы является выяснение сущности славянофильства и западничества, значения их противостояния для России того времени, а также для современников.

Согласно поставленной цели сформулируем следующие задачи:

1.Рассмотреть сущность славянофильства и западничества.

2.Изучить аспекты противостояния этих направлений.

3.Сделать вывод о значении этого периода для российской культуры.

1. Сущность славянофильства и западничества

Славянофильство — сложившееся в 1830-е-1850-е годы националистическое направление русской общественной и философской мысли, представители которого выступали за культурное и политическое единение славянских народов под руководством России и под знаменем православия.

Сторонники славянофильства верили в наличие у России собственного, самобытного пути исторического развития, принципиально отличного от западноевропейского пути. Основоположником кружка славянофилов и главным его идеологом был литератор А.С. Хомяков, деятельную роль в движении играли И.В. Киреевский, К.С. Аксаков, И.С. Аксаков, Ю.Ф. Самарин.

Среди наиболее известных славянофилов числились также Ф.И. Тютчев, В.И. Даль, Н.М. Языков.

Славянофилы, русские общественные деятели и выразители идей Святой Руси, сыграли большую роль в развитии русского национального сознания и формировании национально-патриотической идеологии.

Славянофилы объявили об особом пути России, утвердились в мысли о спасительной роли православия как единственно истинного христианского вероучения, отметили неповторимые формы общественного развития русского народа в виде общины и артели.

Славянофилы чаще всего собирались в московских литературных салонах А.А. и А.П. Елагиных, Д.Н. и Е.А. Свербеевых, Н.Ф. и К.К. Павловых. Здесь в горячих спорах со своими либерально-космополитическими противниками славянофилы пропагандировали идеи русского возрождения и славянского единства.

Западничество — сложившееся в 1830-х-1850-х направление русской общественной и философской мысли. Социальные преобразования России западники связывали с усвоением исторических достижений стран Западной Европы.

Основываясь на признании изначального единства человечества и закономерностях его исторического развития, они полагали неизбежным для России пройти теми же историческими путями, что и ушедшие вперёд западноевропейские народы.

В менее строгом понимании к западникам относят всех, ориентированных на западноевропейские культурные и идеологические ценности.

Наиболее заметными представителями западнического направления в русской литературе и философской мысли считаются П.Я. Чаадаев (с оговорками), Т.Н. Грановский, В.Г. Белинский, А.И. Герцен, Н.П. Огарёв, Н.Х. Кетчер, В.П. Боткин, П.В. Анненков, Е.Ф. Корш, К.Д. Кавелин.

К западникам примыкали такие писатели и публицисты как Н.А. Некрасов, И.А. Гончаров, Д.В. Григорович, И.И. Панаев, А.Ф. Писемский, М.Е. Салтыков-Щедрин.

Возникновение западнического движения связано с деятельностью кружка Станкевича. Этот кружок был организован в 1831 г. В кружок Станкевича входили В. Белинский, К. Аксаков, М. Лермонтов, М. Бакунин (с 1835 г.), В. Боткин, Т. Грановский и Кавелин.

Все они занимались главным образом философией, поэзией и музыкой. Члены кружка с энтузиазмом изучали философию Шеллинга, а после 1835 г. увлеклись Гегелем.

В поэзии их внимание было сосредоточено на творчестве Гёте, немецких романтиков, Шекспира, а в музыке — на творчестве Бетховена и Шуберта.

Уже в начале сороковых годов у российских западников начались определённые идеологические разногласия. В основном линии размежевания в среде западников определялись расхождением социально-политических позиций.

Постепенно оформилось противостояние двух течений — революционно-демократического и социалистического, с одной стороны, и умеренно-либерального — с другой.

Лидерами первого направления в западничестве были Белинский, Герцен, Огарёв, второго — Грановский, Кавелин, Боткин и др.

2. Противостояние западников и славянофилов и русская культура

западничество с�

Источник: https://www.studsell.com/view/46574/

Западничество, славянофильство и евразийство: сравнительный анализ

⇐ ПредыдущаяСтр 26 из 53Следующая ⇒

Западничество 2 половины 19 века. Консервативное течение. Родикальный консерватизм официальной правящей власти в то время .

Идеи:

— сохранение абсолютной власти мионарха. Власть монарха привеше всего закона.

— власть нужна для того чтобы наиболее полно осуществлять законы. Император – патриарх для своих подчиненных.

— необходимость сохранения крепостного права. Оно должно служить заботой для крестьян.

— необходимость цензуры.

Умеренный консерватизм. Представлены славянофилами. Хомяков, братья Куршевские, Аксаков. «Триад», «самодержавие , православие, народность». Считали необходимость реформ.

Сравнительная таблица западники – славянофилы.

Западники (Петр Чаадаев) Славянофилы (А.С. Хомяков, братья Киреевские, Аксаков)
Оценка Запада (Европы)
1.Все человечество идет по пути прогресса, но одни народы вырываются вперед, а другие отстают. Запад т.е. Европа на этом пути прогресса идет впереди всего человечества. Поскольку европа является прогрессом культуры, экономики, науки. 1. Каждый народ идет своим путем. Культура каждого народа и его история неповторима и уникальна, а потому нельзя говорить об отсталых и неотсталых народах, нужно говорить о своеобразии каждого народа. Запад просвещен, знатен, богат, но это внешний блеск, а духовно он нищ, пессимистичен, нигилистичен. Он идет к закату своего развития.
Оценка России.
2. Россия имеет пороки: крепостничество, бескультурье, отсталая религия, отсутствие демократических свобод. Россия показывает всему миру как не нужно жить, 2.Россия – страна, которая при внешней нищете, отсталости сохраняет свое духовное богатство, неповторимую самобытность. Запад завидует России как дряхлый старик молодому человеку. Крепостничество осуждают, но считают, что изменять его нужно постепенно. Идти своим путем, поскольку запад идет путем внешней правды, а Россия внутренней (веры в Бога, справедливость, государя).
Будущее России.
3.России нужны реформы по западному образцу. ü Введение конституции ü закрепление прав и свобод ü отмена крепостного права ü разделение властей ü отмена самодержавия ü отделение церкви от государства (Чаадаев предложил заменить православие на католичество) ü уничтожение сословий. 3. Реформы по западному образцу исказят российскую природу. Реформы должны быть постепенными и на основе традиций.Нужны ü Переход к народной монархии (это сочетание единовластия с верху и самоуправления народа через земство снизу) ü Переход к истинному православию и чистой церкви ü Восстановление саборности и общинной жизни.

Сланофилы и их роль в становлении евразийства. Славянофильский футуризм.

Евразийцы подчеркивают, что они продолжают то, что уже было в русской философской мысли. Москва – 3ий Рим, славянофильство и т.д. Они оппонируют течению западников начиная от реформ Петра, просвещения Екатерины 2, деятельности демократов и закончилась все это победой большевиков.

Общие идеи:

1. общая оценка роли Запада в истории россии. Пример евразийцы так же как и славянофилы выделили положительные и отрицательные последствия.

+ создание мощной империи

+ развитие науки, техники и просвящения

— раскол общества на верх и низы. Верхи (правительство) были офранцужены и при этом низы (народ) оставался русским => они не могли им управлять

— враждебное отношение петра к русской церкви и православию. Петр 1 принизил священников, он сделал их чиновниками и они стали на службе у царя. Сократил количествомонастырей и сделал их лазаретами для воинов.

— евразийцы считают, что началась насильственная русификация не русских народов в Русской империи. Петр занимается просветительством или европейзацией, навязыванием.

— участие российской империи во внешних войнах не за свои интересы, а за европейские интересы (Турецкие войны). Это результат помутнения национального сознания.

2. признание России в качестве самобытной самостоятельной культуры и цивилизации

§ самобытность – православии (восточное христианство). Уже в 12 веке эта цивилизкация стала частью Монгольской империи. И православие распространялось в рамках этой империи, соприкасаясь с исламом и шаманизмом

§ особое общинное начало в русском народе. На западе с его климатом можно прожить в одиночку. В России один не проживешь (параметры, территории, климата). Русскую общину можно сравнить с хором, каждый поет своим голосом, но в итоге получается общая песня.

3. считали, что у россии есть особая миссия. Есть обязанность – сохранить православие. А евразийцы считают, что историческая миссия России перед миром – это мост между Востоком и Западом.

Сравнительная таблица славянофилы – евразийцы.

Славянофилы Евразийцы
1.Считали, что российская цивилизация – славянская, и потому призывали к объединению России со славянами в Европе (поляки, чехи, болгары). 1.Славяне Западной Европе принадлежат западному культурному миру. Они часть Европы. У нас сними общий только язык.
2.Видели идеал для России в допетровском прошлом, т.е. объединить этот идеал с Византией и допетровской Русью. 2.Критикуют идеологизацию допетровской Руси и считали, что идеал для России не в прошлом, а в будущем.
3.Славянофилы в борьбе с западной культурой использовали методы запада, т.е. соглашались с делением народов на прогрессивные и непрогрессивные, относя славянские народы к прогрессивным. 3. Критикуют славянофилов за замену пангерманизма панславянизмом. Разменяли свою самобытность на романо-германский шаблон. Западническое славянофильство.
4. Противопоставляли пангерманизму панславянизм и боролись за влияние славян на Европу, за лидерство великороссов. 4. Евразийцы считают, что это привело к тому, что Россия стала считать себя частью Европы, а реально превратилась в третьесортную Европу, культурный зад Европы, который Европу уже не интересует. Далее, Россия стала стыдиться своего варварства, азиатчины. Российская империя стала союзницей своего врага – Европы. Россия выступает против своих союзников – азиатов, мусульман.
5. Считали, что единственной пригодной формой хозяйствования для России является община. 5.Считают, хотя община и свойственна экономике России, ее нельзя абсолютизировать, а с другой стороны, а с другой стороны игнорировали такой вид собственности как частная. Т.е. евразийцы выступали за различные формы экономической жизни.
6. Адекватной политической формой для России считали монархию, которая соответствует менталитету и истории России. 6.Евразийцы считали, формы правления могут быть разными, но главное – сочетание сильной власти центра и самостоятельности народа. Местное самоуправление снизу.

Принципиально новые положения, отличающие Евразийцев от славянофилов:

1. Евразийцы отказались от прогрессивного, однолинейного развития человечества, а следовательно, и от деления народов и культур на исторически прогрессивные и исторически отсталые.

2. Идея равноправия разных культур, народов и цивилизаций.

3. Россия – самостоятельная, самобытная цивилизация. Поэтому наша культура должна не подражать западу, не бороться с ним, а научиться существовать с вестом на равноправной основе.

4. Самобытность российской цивилизации не в ее славянофильском компоненте, а в синтезе ее евразийских и азиатских начал. Причем восточная составляющая у евразийцев доминирует.

5. Во внешней политике Россия должна взаимодействовать как с Европой, так и с Азией. Россия – мост между ними. Герб России – двуглавый орел.

6. Во внутренней политике предлагается демотичный строй, сочетающий в себе демократию снизу и сильную централизованную власть сверху.

7. В экономической сфере выступают за разные формы собственности. В том числе и за частную. Но культура и религия имеют в большей степени азиатские начала.

⇐ Предыдущая19202122232425262728Следующая ⇒

Источник: http://mykonspekts.ru/1-92702.html

Ссылка на основную публикацию