Племена лесной полосы европейской части России во 2 тысячелетии до н. э. — история России

Неолитические племена лесной полосы Восточной Европы

Во многом близкими путями шла история лесных племен Урала и европейской части СССР.

Древнее население Урала III—II тысячелетий до н. э. оставило нам стоянки и святилища по берегам озер. Многие из этих озер скоро превратились в торфяники.

Благодаря этому здесь сохранилось множество вещей из дерева—рукоятки топоров, весла и большое число предметов художественной резьбы в виде фигурок и голов животных, украшающих сосуды и другие изделия.

Особенно много находок сделано на Шигарском торфянике, давшем имя этой доздненеолитической культуре уральских племен.

Одним из важнейших центров расселения неолитических племен в этих лесных областях Восточной Европы был Волго-Окский район, изобилующий поселениями различных этапов неолита.

Наиболее ранние обитатели Волго-Окского района, стоянки которых исследованы археологами, находились еще в значительной мере на уровне мезолитической культуры. Однако применительно к III тысячелетию до н. э.

и здесь можно с уверенностью говорить о неолите; как уже упоминалось, есть основания даже предполагать его более раннее начало.

К числу наиболее ранних из обнаруженных памятников неолитической культуры относится Льяловская стоянка, расположенная на берегу реки Клязьмы, в 40 км к северу от Москвы.

Древние люди поселились здесь на берегу широкого пресноводного бассейна, скорее всего — большого озера, соединяющегося с рекой протоками. Их окружали заросли камыша и осоки. Поблизости росли широколиственные леса, характерные для Центральной России в начале III тысячелетия до н. э.

Первое место в каменном инвентаре льяловцев принадлежит изделиям нового типа — грубо оббитым крупным орудиям в виде мотыг, резаков и колунов. Обыкновенно они имеют вид овальных или миндалевидных клинков, оббитых с обеих сторон широкими сколами.

Такими орудиями можно было копать землю, рубить дерево, дробить кости животных и вообще выполнять различные работы, где требовалось острое и массивное лезвие.

Вместе с этими предшественниками шлифованных топоров и тесел здесь обнаружены также и чисто неолитические наконечники дротиков, а также наконечники стрел, сменившие более древние пластинчатые наконечники мезолитических форм.

Появилась и керамика. Употреблявшиеся жителями Льяловской стоянки глиняные горшки были круглодонными или остродонными, вылепленными от руки. Самой яркой чертой льяловских горшков был их орнамент.

Он состоял из простых круглых ямок, чередовавшихся с зубчатыми полосками, образованными как бы оттисками гребенки с небольшими, тесно расположенными зубцами.

Так в Волго-Окском районе зарождается эта характерная «ямочно-гребенчатая» или иначе «ямочно-зубчатая» орнаментация, в поздненеолитическое время распространившаяся на обширных пространствах лесной полосы Восточной Европы у населявших ее различных племен.

Неолитические общины Волго-Окского района в это время попрежнему охотились на лосой и других лесных животных, добывали лесную и водоплавающую пти цу, а также с успехом ловили рыбу в своем озере и соседних с ним водоемах.

Основными орудиями рыболовства, как и в мезолите, служил, повидимому, гарпун из кости рога.

Большое значение в пище обитателей Льяловского поселения имели моллюски, раковины которых в большом количестве встречаются в культурном слое.

Все эти черты образа жизни, хозяйства и культуры древних льяловцев унаследованы были от них последующими обитателями Волго-Окского района, которые развили дальше это наследство и создали своеобразную поздненеолитическую культуру, сыгравшую, как мы увидим дальше, весьма важную роль в истории не только этого района, но и других, значительно более отдаленных областей европейского Севера.

Источник: Всемирная история. Энциклопедия. Том 1. (1956 г.)

Источник: http://interpretive.ru/termin/neoliticheskie-plemena-lesnoi-polosy-vostochnoi-evropy.html

Древние славяне и другие племена Восточной Европы. Греческие колонии

Переход к употреблению железа

Около VII в. до н. э. во всей Европе происходит смена бронзы как основного материала, из которого выделывались орудия производства, железом. Это было событием большой исторической важности не только потому, что железо давало больший хозяйственный эффект, но и потому, что область распространения железных руд значительно шире, чем руд других металлов.

Переход к железу был облегчен тем, что произошло некоторое увлажнение и похолодание климата.

На смену необъятным степям бронзового века (когда лесостепь доходила до линии Ленинград — Ярославль) пришли лиственные леса, установились существующие поныне ландшафтные зоны, увеличились пригодные для земледелия поймы рек, возросло количество озер и болот, где микроорганизмы накапливали железистые отложения — болотную руду.

С появлением железа увеличилось количество племен, пользующихся металлическими орудиями и оружием. Предки славян, литовцев, латышей, эстонцев, финно-угорских народностей северо-востока, заселявшие огромные пространства в Центральной и Восточной Европе, получили с открытием железа возможность более быстрого развития.

Железо способствовало росту земледелия; железный топор позволил расчищать лес под пашню. Зона охотничье-рыболовческого хозяйства резко сократилась. Широко распрост-ранились земледелие и оседлое скотоводство. Славянские племена познакомили с земледелием своих соседей — мерю, весь, карелу, чудь. В языке эстонцев (древней чуди) имеются слова славянского происхождения, связанные с земледелием.

Появление городищ

К середине I тысячелетия до н. э.

относится еще одно явление, прослеживаемое во всей Северной Европе от Англии до Приуралья, — в лесной полосе появились укрепленные родовые поселки, носившие у славян название «тверди» или «грады» (запустевший град называется городищем).

Такие городища просуществовали в Восточной Европе около тысячи лет примерно до V — VI вв. н. э., а некоторые и дольше. Наличие родовых крепостей-городищ свидетельствует об обострившихся отношениях между родами и об усилении разложения первобытных отношений.

Древние славяне

По своему языку славяне относятся к обширной группе так называемых индоевропейских народов, населяющих Европу и часть Азии до Индии включительно. Индоевропейские языки родственны между собой и образуют несколько языковых семей: славянскую, германскую, кельтскую, романскую, иран-скую, индийскую и др.

Во всех этих языках имеются сходные слова, относящиеся, по-видимому, к первобытной эпохе. В глубокой древности далекие предки индоевропейских народов говорили на близких всем им языках, но постепенно эти языки стали обособляться друг от друга.

Славянские племена издавна занимали Центральную часть Восточной Европы.

В ходе исторического развития славяне расселялись в разных направлениях, ассимилируя многие соседние племена. По вопросу о происхождении и древнейшей истории славян существовало много ошибочных представлений.

Летописец Нестор правильно считал, что первоначально славяне жили в Центральной и Восточной Европе примерно от Эльбы до Днепра и лишь в первых веках нашей эры заселили бассейн Дуная и Балканский полуостров. Буржуазные ученые нередко определяли «прародину» славян как очень незначительную территорию где-то около Вислы и Карпат, что не соответствует действительности.

Схематически происхождение славян можно представить себе так. В отдаленную эпоху в Европе обитали родственные племена — предки индоевро-пейских народов. Средством общения у них являлся примитивный язык с неболь-шим количеством слов.

Позднее (в период неолита и в течение бронзового века) эти племена стали расселяться, связь между ними слабела и проявлялись некоторые, первоначально очень незначительные особенности в языке, создавались языковые семьи, отражавшие уже иную группировку древних племен. Предков славян можно предположительно найти среди племен бронзового века, населяющих бассейны Одры, Вислы и Днепра.

В то же время еще не было разделения славян по языку на западных и восточных. Проблема происхождения славян является очень сложной; здесь много спорных вопросов, которые исследуют историки, лингвисты, антропологи и археологи. Славянские племена во второй половине I тысячелетия до н. э.

Античные авторы I —VI вв. н. э.

знают славян под собирательным именем венедов, венетов, антов и собственно славян, называя их «великим народом», «бесчисленными племенами». Еще в эпоху наиболее ранних славянских городищ, в IV в. до н. э., греки знали собирательное имя «венеты», правда в несколько искаженном виде — «энеты».

Предполагаемая максимальная территория предков славян на западе доходила до Лабы (Эльбы), на севере — до Балтийского моря («Венедского залива»), на востоке — до Сейма и Оки, а на юге их границей была широкая полоса лесостепи, шедшая от левого берега Дуная далее на восток в направлении к Харькову. На этих обширных землях обитало, вероятно, несколько сотен славянских земледельческих племен.

В лесостепной полосе, по свидетельству Тацита (I в. н.э.), происходило смешение славян с сарматами. Когда греческие авторы описывали Восточную Европу, то они обычно включали в понятие «Скифия» разные народы, в том числе и славян. Вполне возможно, что под именем «скифов-пахарей» и «скифов-земледельцев», живших, по словам Геродота (V в. до н. э.), где-то в Среднем Поднепровье, скрываются и славянские племена с их древней земледельческой культурой. Можно предполагать, что юго-восточная часть славянских племен, обитавшая в лесо-степном Приднепровье, принимала участие в вывозе зерна в Грецию.

Племена Северо-Восточной Европы

Родственные славянам литовско-латышские племена во второй половине I тысячелетия до н. э. еще мало отличались от славян по языку и образу жизни.

У северных и восточных соседей славян — племен финно-угорской языковой семьи (предков эстонцев, финнов, карел, марийцев, мордвы, вепсов), в то время были такие же укрепленные поселки-городища, но в системе их хозяйства коневодство известное время преобладало над земледелием.

Культура прикамских племен развивалась еще в условиях бронзового века. Прикамье и Приуралье были тесно связаны со скифским миром. Геродот называет приуральские племена, жившие по Каме, тиссагетами.

Скифы и сарматы

Из числа исчезнувших народов большой след в истории Восточной Европы оставили скифы и сарматы, относящиеся по языку к североиранской ветви индоевропейских народов. Культура кочевых племен, известных в VI—III вв. до н. э.

на территории от Венгрии и до Алтая (скифы, сарматы, саки, массагеты), имела некоторые черты сходства, но эти племена никогда не составляли единого политического целого. Разложение первобытнообщинных отношений обозначилось у них вполне явно уже в VII —VI вв. до н. э.

, в то время когда скифы одержали победу над причерноморскими племенами киммерийцев и совершили ряд походов на Балканский полуостров, в Малую Азию и Закавказье. На западе скифы доходили до земель лужицких славян (близ современного Берлина). О богатстве скифских вождей VI в. до н.

свидетельствует огромный курган близ станицы Ульской на Кубани, где при погребении «царя» были убиты рабы и около 500 коней. В скифских «царских» курганах находят множество золота, что также свидетельствует о далеко зашедшем процессе имущественного расслоения. На восток от Днепра жили скифские кочевые племена, на запад от Днепра — скифы-земледельцы.

Господствующим среди причерноморских кочевых племен было племя царских скифов, кочевавшее между Днепром и Нижним Доном. Ему принадлежат богатые курганы и укрепленные городища близ Днепровских порогов. На обширной территории скифо-сарматских поселений в разных местах складывались союзы племен и государственные объединения рабовладельческого характера. В V в. до н. э.

возникло государство у синдских племен, населявших Таманский полуостров и Приазовье. Другое государство образовалось в степях близ устья Дуная в середине IV в. до н. э. Во главе его стал царь Атей, воевавший с фракийскими племенами и с Македонией. Более прочным было Скифское государство, сложившееся около II! в. до н. э. с центром в Крыму.

Известны имена скифских царей — Скилура и его сына Палака. Раскопки в окрестностях Симферополя открыли столицу Скифского- царства — город Неаполь с мощными каменными стенами и богатыми гробницами; обнаружены были также большие зернохранилища, свидетельствующие о наличии крупного зернового хозяйства.

Читайте также:  Гражданская война в России 1917-1922/23 годов - история России

В состав Скифского царства, возглавляемого Скилуром, входили как земледельческие, так и скотоводческие племена. Получило в это время развитие и ремесло. Скифы и другие племена юга европейской части нашей Родины на протяжении ряда веков создали яркую и своеобразную культуру, хорошо известную по многим художественным произведениям, хранящимся в музеях.

Скифские племена не были совершенно стерты с лица земли бурными событиями, сопровождавшими кризис рабовладения. Часть их была, очевидно, ассимилирована славянами. Русский язык вышел победителем из соприкосновения с языком потомков скифо-сарматов, но обогатился несколькими скифо-иранскими словами («хорошо» — наряду с общеславянским «добро», «то-пор» — наряду с «секирой»; «собака» — наряду с общеславянским «пёс» и др.). В русском народном искусстве прослеживаются связи со скифским искусством. Но взгляд на СКИФОВ как на прямых предков славян следует считать ошибочным. Остатки скифских племен слились впоследствии со славянами.

Греческие города на Черноморском побережье VII—I вв. до н. э

В VII—VI вв. до н. э. Северное и Восточное Причерноморье привлекло к себе внимание греческих торгово-разбойничьих дружин, плававших в то время по всему Средиземноморью. Малоземелье в Аттике, на островах Архипелага и в Малой Азии вынуждало к поискам новых земель.

Развивавшиеся торговые связи требовали новых факторий. На всем побережье Черного моря (Понта Эвксинского — «гостеприимного моря») возникли греческие города (Тира, Ольвия, Херсонес, Пантикапей, фанагориг, фасис и др.), по своему облику близкие к городам метрополии.

Здесь сложились типичные рабовладельческие отношения.

Греческие колонии возникли на местах древних поселений, созданных трудом местного населения, которое достигло значительного по тому времени уровня развития.

В греческих колониях существовали земледелие, виноделие, производился засол рыбы, сюда свозились запасы зерна из скифских и славянских земель, было развито ремесло, особенно керамическое. Такие города, как Ольвия, Херсонес и Пантикапей, вели широкую заморскую торговлю.

Одной из статей торговли были рабы, покупавшиеся греками у местных князьков. Многие города чеканили свою монету. Греческие предметы роскоши попадали к скифским царям, не вытесняя, однако, местных скифских изделий.

Греческие города обладали очень высокой культурой, находившейся почти на таком же уровне, как и в метрополии. Здесь были каменные дома рабовладельцев, храмы, театры, украшенные скульптурой и росписью.

На улицах стояли каменные столбы с высеченными на них текстами государственных доку-ментов (например, «присяги херсонесцев»). Жители причерноморских городов, как эллины, так и «варвары», знали эпос Гомера и произведения классических авторов. Состав городского населения постепенно менялся — в городах появлялось все больше представителей «варварского мира» в качестве мастеров или богатых граждан.

Боспорское царство. Восстание Савмака

Единственным крупным рабовладельческим государством в Северном Причерно-морье было Боспорское царство с центром в Па нтикапее — Боспоре (ныне Керчь), возникшее в V в. до н. э. и просуществовавшее до IV в. н. э., до нашествия гуннов. Оно занимало территорию Керченского полуострова. Таманского полуострова и низовьев Дона.

Восточная часть царства была особенно густо заселена местными племенами, аристократия которых слилась с греческими рабовладельцами. В конце II в. до н. э. здесь произошло восстание рабов под предводительством Савмака, подавленное при участии войск Митридата, царя Понта (государства в Малой Азии).

Сведения об этом восстании сохранились потому, что в Херсонесе была поставлена триумфальная статуя полководцу Диофанту, усмирителю движения рабов на Боспоре и избавителю Херсонеса от скифов. Выступление Савмака было одним из звеньев в общей цепи восстаний рабов, охвативших Средиземноморье. дрожащей рукою надеваем доспехи.

Свирепый враг, вооруженный луком и напитанными ядом стрелами, осматривает стены на тяжко дышащем коне… Иногда,- правда, бывает мир, но никогда веры в мир…»

Рабовладельческие города-полисы (государства) были бессильны противостоять нашествиям гетов и сарматов и оградить подвластные им небольшие земли от разорения.

Римская оккупация Причерноморья з I в. до н. э.

и включение большинства городов в состав Римской империи не могли существенно изменить положения, поскольку римляне рассматривали эти города только лишь как источник получения продуктов и рабов, как передаточные пункты в торговых и дипломатических сношениях с необъятным «варварским» миром, подступавшим в это время вплотную к узкой прибрежной полосе греческих колоний.

Б.А. Рыбаков — «История СССР с древнейших времен до конца XVIII века». — М., «Высшая школа», 1975.

Источник: https://www.rusempire.ru/drevnejshaya-istoriya/1436-drevnie-slavyane-i-drugie-plemena-vostochnoj-evropy-grecheskie-kolonii.html

Читать книгу «История России с древнейших времен до наших дней» онлайн — Людмила Евгеньевна Морозова — Страница 7 — MyBook

Можно ли называть «трипольцев» и другие племена, обитавшие в Восточной Европе, предками славян? Конечно нет. В это время индоевропейцы еще не разделились на отдельные языки и народы.

Но на рубеже III–II тысячелетий до н. э. на территориях между Вислой и Днепром начинает просматриваться обособление племен предков европейских народов. Индоевропейцы, продолжая перемещаться и группироваться на необъятных просторах Евразии, уже во II тысячелетии до н.

 э. составили в Центральной и Восточной Европе особый массив из германцев, балтов, славян. Все они говорили еще на одном языке и представляли в течение ряда веков одно целое, и, конечно, они уже резко отличались от тех, кто осел в Индии, Средней Азии или на Кавказе.

Позднее, уже в середине II тысячелетия до н. э., обособились германские племена, а балты (литовцы, латыши) и славяне составляли общую балтославянскую группу народов.

Тогда-то эта общая группа и стала занимать большие пространства Восточной Европы.

Причем балты расположились в северных районах Восточной Европы, германские племена передвинулись к западу, а на юге расселились другие ветви индоевропейцев – греки, италики.

Центром расселения славянских народов стал бассейн реки Висла. Отсюда они двинулись на запад до реки Одер, но далее их не пустили уже занявшие большую часть Центральной и Северной Европы германские племена.

Переселялись предки славян и на восток и дошли вплоть до Днепра, а далее их движение в сторону междуречья Оки и Волги наткнулось на живших здесь угро-финнов. Двигались они и к югу, в сторону Карпатских гор, Дуная и Балканского полуострова. На севере их переселения доходили до реки Припять.

Со второй половины II тысячелетия до н. э. единообразие славянского мира начинает нарушаться. У европейских племен появляется бронзовое оружие, организуются конные дружины. Все это приводит к увеличению их военной активности. Наступает эпоха войн, завоеваний, переселений. Теперь эпоха мирных хлебопашцев и скотоводов уходит в прошлое.

На рубеже II и I тысячелетий до н. э. в Европе появляются новые общности людей. Свое место среди них занимают предки славян. Они компактно расселяются в двух районах Европы.

Первый – в северной части Центральной Европы: в будущем здесь появятся западные славяне, а второй – в Среднем Поднепровье; века спустя здесь сформируются племена наших предков – восточных славян и возникнет государство Русь.

В X–VII вв. до н. э. эта ветвь славянства овладевает выплавкой железа из болотной и озерной руды. Это помогает местным поселенцам создавать новые орудия труда, оружие, что значительно меняет их быт, помогает успешнее осваивать природу, способствует прогрессу местного земледелия и скотоводства. Это же помогает вести оборонительные и наступательные войны.

В это время по-прежнему были еще близки между собой восточные славяне и балты, и только с веками они обособились окончательно и перестали понимать друг друга. Тесными были контакты с североиранскими кочевыми племенами, из числа которых впоследствии выделились будущие соперники праславян – киммерийцы, скифы и сарматы.

§ 2. Первые нашествия

Но уже в это время, едва отделившись от германского мира, еще будучи тесно связанными с балтами, предки славян вступили в жесткое противоборство с сильными и жестокими пришельцами из глубины Азии. Это были кочевые племена индоиранцев – киммерийцев. В ряде древних языков их имя происходило от слова «силач», «богатырь».

Киммерийцы заняли степные пространства Северного Причерноморья и атаковали расселившихся севернее предков восточных славян. Славяне на их пути насыпали высокие валы, затруднявшие бег киммерийской коннице, перегораживали лесные дороги завалами и рвами, строили укрепленные городища, и все-таки силы мирных пахарей, скотоводов и конных воинов-кочевников были неравны.

Под натиском опасных соседей славяне покидали плодородные солнечные земли и уходили в северные леса.

Периодически, век за веком, из глубин Азии, прорываясь через широкий и свободный проход между южными отрогами Уральских гор и Каспийским морем, выходили в Восточную Европу кочевые орды, и первыми на их пути вставали восточные славяне.

Борьба с кочевниками с тех пор стала частью их постоянной жизни. Это нескончаемое противоборство уносило тысячи жизней, отвлекало людей от мирного труда, заставляло в трудные дни бежать на север, приводило к разорению поселений.

Все это, конечно, замедляло общее развитие Восточной Европы, которая вставала на пути кочевников и защищала тем самым Запад.

С тех незапамятных времен у восточных славян сохранились мифы о борьбе со степными кочевниками. В центре этих мифов стоит божественный кузнец-богатырь, выковавший железный плуг и подаривший его людям.

Сам образ кузнеца и его деятельность отражают овладение местными жителями искусством добычи железа, ковки из него орудий труда и оружия; именно могучий кузнец начинает борьбу с огнедышащим многоголовым Змеем, который в мифах обозначал степную конную многоголовую орду.

Кузнец побеждает Змея своим кузнечным инструментом – клещами, запрягает его в кованый плуг и пропахивает на нем гигантские борозды. Следы этих «змиевых валов», видимо древних укреплений, сохранились с тех пор в Поднепровье на долгие века.

С VI по IV в. до н. э. земли предков восточных славян подверглись новому нашествию. То были иранские кочевники – скифы. Они передвигались большими конными массами, жили в кибитках.

Читайте также:  Образование очага войны в европе - история России

Их кочевья в течение десятилетий продвигались с Востока в степи Северного Причерноморья. Скифы оттеснили киммерийцев и заняли принадлежавшие им территории. Они теперь стали южными опасными соседями славян и балтов.

Часть их земель была захвачена скифами, и местное население, как и прежде, вынуждено было спасаться в лесных чащах от набегов кочевников.

Скифы, как и киммерийцы, захватив огромные пространства от Нижнего Поволжья до устья Дуная, по существу, встали неодолимой стеной между жившим в лесостепной и лесной полосе балтославянским населением и быстро развивающимися народами, обитавшими на благодатных и теплых берегах Средиземного, Эгейского и Черного морей.

Источник: https://mybook.ru/author/lyudmila-evgenevna-morozova/istoriya-rossii-s-drevnejshih-vremen-do-nashih-dne/read/?page=7

История Сибири — 9. Племена лесной полосы в 1 тысячелетии до н.э

История Сибири — 9. Племена лесной полосы в 1 тысячелетии до н.э. [Oct. 17th, 2010|05:25 am]Мы все из Сибири
[]

«В I тыс. до н. э. в эпоху бронзы и в раннем железном веке в Приуралье и на обширных пространствах лесостепей, в лесной зоне и тундрах Западной Сибири обитали многочисленные племена, которые оставили целый ряд во многом близких, но вместе с тем своеобразных археологических культур. Это усть-полуйская культура в Нижнем Приобье, потчевашская — в тобольском Прииртышье, каменногорско-тамаюнская (сложившаяся в конце II тыс. до н. э.) и сменившие ее около середины I тыс. до н. э. исетская и иткульская — в лесном Среднем и Южном Зауралье, саргатская и гороховская — в лесостепи Прииртышья, Притоболья и Зауралья, кулайская — в нарымском Приобье, большереченская — в лесной части Верхнего Приобья. Культуры эти обнаруживают близость к культурам позднейших угро-самоедских племен. Исходя из этого можно полагать, что население Прииртышья и частично Нижнего Приобья относилось тогда к праугорской ветви уральской языковой общности предков манси (вогулов) и хантов (остяков), а племена Среднего и Верхнего Приобья представляли прасамоедские этнические группы предков ненцев, селькупов, юраков. Возможно, что часть населения северной зоны тайги и арктического побережья принадлежала к пралопарским племенам, которых со временем постоянно ассимилировали угры. » (с. 233).
Наиболее изученная — усть-полуйская культура, от устья Оби до устья Иртыша. Представители культуры жили в укрепленном поселке, состоящем из землянок. Орудия изготавливали из кости и камня, но известны были и бронзовые украшения, а также железные ножи. На раскопках поселений находят керамику в форме обломков сосудов на высоких конических поддонах, а также инструменты для плавки бронзы. Из оружия усть-полуйцам были известны лук и стрелы, легкое копье и костяной гарпун.Основное занятие охота и оседлое рыболовство. Усть-полуйцы ездили на собачьих упряжках.В общем, с тех пор и до славянской колонизации жизнь хантов особенно не изменилась.

Южнее, по Иртышу, Тоболу и Оми существовала саргатская культура, на востоке доходила до барабинской степи.

» Саргатское и гороховское население проживало в укрепленных поселениях — городищах и незащищенных селищах, большое количество которых выявлено в низовьях рек Исети, Миасса, Синары, по среднему течению-Тобола, севернее г Кургана. Городища были укреплены одним или несколькими валами на гребне которых, а иногда и вокруг всей жилой площадки городища устраивался деревянный частокол. Жилищами служили прямоугольные полуземлянки, углубленные в землю на 0.5- I м, соединенные между собой переходами. В центре жилища на глинобитном возвышении располагался очаг. Полуземлянки были одно- и двухкамерные. В последних первая камера, меньшая по величине, предназначалась для хранения различной домашней утвари и хозяйственного инвентаря. Вторая камера площадью до 100 м2 легкими перегородками разделялась на ряд мелких помещений, предназначенных для проживания отдельных брачных пар. Основным занятием населения было полуоседлое (не кочевое) скотоводство, развитию которого благоприятствовало обилие хороших пастбищ в лесостепи и речных долинах. Около половины состава стада составляли лошади. Кроме них, разводили крупный и мелкий рогатый скот. Находки удил в погребениях свидетельствуют об использовании лошади в качестве транспортного животного. Судя по находкам в городище Чудаки (в Курганской области), в лесостепи разводили крупных скакунов в отличие от мелких лошадей, составлявших основу стада лесных племен.» (с. 237)Имела широкие торговые связи, в курганах находят изделия египтян, греков, тогдашних государств Средней Азии.

Comments:
From: wasunchik2010-10-17 02:07 pm (UTC) (Link)

Так, для мезолита и неолита характерны слабая заселённость территории и связанная с этим большая подвижность культур, стремление избежать менее благоприятных условий для проживания. Относительно полное и плотное заселение Урала и Западносибирской равнины произошло к эпохе бронзы (II тысячелетие до н.э.), только с этого времени можно говорить о первых обществах «степного» и «таёжного» круга – первым соответствуют местные культуры андроновской общности, занимавшие южное Зауралье и лесостепь Тоболо-Иртышского междуречья, вторым – культура ямочно-гребенчатой керамики (Сибирь. Атлас Азиатской России, 2007). Только с пиком развития культур скифо-сарматского круга и полноценным приручением лошади, «степные» общества региона и всей зоны степей и пустынь Евразии превращаются в номадические, что вносит специфику как в характер коммуникаций, торгово-технологического обмена и связей, так и в характер освоения рассматриваемой территории и населяющих её человеческих сообществ. Характеристики, аналогичные особенностям географической структуры Сибирского юрта (торговый посредник между лесными и степными сообществами, полиэтничное смешанное население, взаимодействующее в пределах лесостепи, подтаёжной и южнотаёжной зон Тоболо-Иртышского междуречья, Зауралья и Барабы при доминировании народов степного происхождения) отмечаются только для саргатской культуры (VII-V вв. до н.э. – IV-V вв. н.э.), которую можно назвать скорее постсарматской или периферийной для периода одновременного существования с обществами сако-сарматского круга (Конников, 2005). Северный контрагент саргатской культуры – угро-самодийская таёжная кулайская культура, зародившаяся в районах среднего и нарымского Приобья, представители которой в III-II вв. до н.э. расселились по среднему течению Иртыша в северной части исследуемого региона.

Соответственно, примерно с середины I-го тысячелетия до н.э. имеет смысл искать закономерности циклической динамики рассматриваемого региона.

Она заключается в постоянной смене фаз распада территории и последующей интеграции лесной (северной) и степной (южной) её частей, а также меняющихся отношениях между культурами «степного» и «таёжного» круга.

Смена нескольких фаз – интеграции при доминировании степных культур, дезинтеграции, интеграции при доминировании лесных культур, новой дезинтеграции – составляют полный цикл. Возможность отыскать следы подобных циклов даёт поверхностный и требующий углубления анализ общих историко-археологических данных по изучаемой и смежным территориям.

Так, упадок «интеграционной» саргатской культуры связывается исследователями с активизацией степных миграций – гуннским нашествием и появлением в южных частях региона новых групп кочевого населения, сломавших баланс сил и сложившиеся торговые отношения, как на большей части степей Евразии, так и в самом регионе.

Одновременно с гуннскими миграциями произошёл кризис саргатской культуры, в ходе которого были брошены многие поселения не только в степной, но и в таёжной зонах (Конников, 2005). Объяснения причин кризиса не могут быть найдены только по археологическим источникам, но, возможно, покинутые поселения были связаны с нарушением торговых связей или кризисными миграциями.

From: volgota2010-10-17 05:14 pm (UTC) (Link)

Ага, гунны будут следующей серией в этой мыльной опере.

Источник: https://home-siberia.livejournal.com/238078.html

Племена юго-западных областей Европейской части России в 3-2 тысячелетии до н

Племена юго-западных областей Европейской части России в 3-2 тысячелетии до н. э

Важнейшим вопросом истории юго-западных областей Европейской части России во II тысячелетии дон. э. является вопрос о дальнейшей судьбе трипольских племен и о тех изменениях в составе населения днестро-днепровского междуречья, которые произошли в это время.

Исследования позднетрииольских поселений между Днепром и Днестром показывают, что на большинстве из них жизнь постепенно прекратилась к середине II тысячелетия до н. э.

В связи с этим некоторые исследователи предполагают, что трипольские земледельческие пле­мена столкнулись со скотоводческими племенами «шнуровой керамики»— волынскими и среднеднепровскими, поселения которых простирались в Подолье, на Волыни и доходили до Днепра.

Результатом этого столкновения были ассимиляция трипольских племен и постепенное замира­ние жизни на трипольских поселениях. Другие считают, что трипольцы были разгромлены степными катакомбными племенами, что, однако, менее вероятно.

В северных и северо-восточных областях старой трипольской терри­тории — на Среднем Днепре, Волыни и Киевщине—известен ряд посе­лений и могильников, культура населения которых удерживала некото­рые старые трипольские традиции, но вместе с тем имела и новые черты, восходящие к культуре волынских и среднеднепровских племен2.

Можно думать, однако, что изменение облика культуры трипольских племен было результатом не только столкновения с соседними племенами, но и следствием внутренних социально-экономических процессов, прежде все­го результатом значительного развития в позднетрипольском обществе скотоводческого хозяйства и возникновения патриархально-родовых от­ношений.

Переход к патриархальным отношениям сказался прежде всего на формах жилища. В этот период наблюдается повсеместное исчезнове­ние больших многосемейных трипольских жилищ и появление новых форм домостроительства — небольших жилищ, служивших местом обитания одной семьи.

Жилища такого типа появляются в этот период на обширных пространствах Средней Европы и Дунайского бассейна и повсеместно сменяют большие многосемейные жилища. Характерной чертой такого жилища, свойственного патриархальному строю и носящего обычно греческое название «мегарон», является разделение на две части, из которых одна была кухонным женским помещением, а другая — мужской половиной.

Поздние трипольские помещения состояли обычно из небольших жи­лищ, в которых из обожженной глины делались только очаги, а полом слу­жила земля. В других случаях внутри жилищ выкапывались ямы для оча гов и для хранения запасов.

Несколько таких поселений со следами наземных жилищ и очажных углублений было исследовано на территории г. Киева. На древнем посе­лении у Городска были наедены следы наземных жилищ с глиняными пе­чами, а также жилища в виде комплексов очажных и амбарных ям.

По­явление новых способов домостроительства особенно ясно видно в тех случаях, когда основание жилища углублялось в землю и жилище полу­чало вид полуземлянки.

Такие полуземлянки были открыты в поздне-трипольских поселениях у городов Бучача, Ржищева и в ряде других пунктовг.

При раскопках всех этих поселений встречено много костей домашних животных, кремневые ножи для обработки кожи и сосуды для изготовления сыра, свидетельствующие о росте скотоводческого хозяйства. В то время как у трипольских племен среди домашних животных преобла­дал крупный рогатый скот, теперь на первое место выходят домашняя лошадь и овца.

За последние годы на Среднем Днепре, у с. с. Софиевки, Красный хутор и Чернин, были обнаружены могильники позднетрипольских племен с обрядом трупосожжения.

Особенно значительного развития достигло скотоводческое хозяйство у тех потомков трипольских племен, которые обитали на юге, по соседству со степными пространствами северо-западного Причерноморья. В течение II тысячелетия до н. э.

они перешли к пастушескому быту и расселились в степях у Черного моря, где находится известное Усатовское поселение, расположенное на известковом плато над Хаджибеевским лиманом возле Одессы. Здесь в причерноморских степях было можно круглый год пасти скот. Особенно развилось в Усатове овцеводство.

Земледелие в этих засушливых районах отходило на второй план, и вместе с ним постепенно исчезали многие черты культуры, свойственные три-польским племенам.

Скотоводы Усатова завязали оживленные торговые сношения со своими соседями. В обмен на скот и его продукты и, вероятно, соль, которой богаты низовья Днепра, к усатовским племенам с северо-запада, из лесистой Волыни, поступал высококачественный кремень. Издалека они получали янтарные бусы.

Много ценного им доставляла торговля с населением южных берегов Черного моря. Например, кусок антимонита (сурьмы), найденный на Усатовском поселении, по определению геологов, происходит из Малой Азии.

Повидимому, также с юга были завезены и разнообразные медные орудия — кинжалы, шилья, тесла, так как в пользу местной металлургии пока нет серьезных данных.

Усатовские племена имели уже вполне сложившееся патриархальное устройство, о чем свидетельствует обширный могильник, примыкавший к Усатовскому поселению.

Среди могил, принадлежащих рядовому населению, имеются погребения мужчин, повидимому выделявшихся по своему общественному положению. Над их могилами возводились курганные насыпи.

В центре кургана погребался мужчина, очевидно глава семьи, вокруг находились могилы рядовых членов семьи, значительно уступающие центральной по числу и ценности положенных с умершим пещей.

Погребения в курганах того же времени известны но старым раскопкам на нижнем Днестре, на Ингуле и на Южном Буге. На среднем Днестре, в Рыбницком районе Молдавской республикой, произведены раскопки оескурганного позднетрипольского могильника у с. Выхватинцы.

Иную картину выявляет изучение поздыетрипольских поселений в районах среднего течения Днестра, где наряду с развивавшимся скотоводством земледелие продолжало иметь большое значение в хозяйстве и традиции трипольской культуры оказались более прочными. Позднее, вкладах середины и конца II тысячелетия до н. э. в этих районах нередко встречаются бронзовые серпы. Существенную пользу могли принести древним земледельцам и бронзовые топоры различной формы, так­же нередко находимые в кладах.

В результате всех указанных перемен, как внутренних, связанных с развитием скотоводческого хозяйства и переходом к патриархату, так и внешних, бывших следствием наступления на трипольцев их северных соседей, в течение II тысячелетия до н. э. облик населения днестровско-днепровского междуречья претерпел значительные изменения. Здесь сложилось несколько обширных племенных групп эпохи бронзы.

В бассейне верхнего и среднего Днестра, начиная с середины II тысячелетия до н. э. жили земледельческо-скотоводческие племена комаровской культуры, названной так по впервые исследованным в 1934—1936 гг. поселению и курганам у с. Комарово, близ г.

Галича (на водоразделе рек Лукви и Ломницы — правых притоков Днестра).

Памятники этой культуры известны в настоящее время в Станиславской, Драгобычской, Львовской, Тарнопольской, Волынской, Житомирской, Винницкой областях, частично в Черновицкой области.

Население жило, как показали раскопки у с. Комарово и за последние годы у с. Костянец, близ г. Дубно, в землянках, а также в наземных небольших жилищах, построенных из дерева и глины. В жилищах был глиняный пол на деревянных плахах, в одном из углов — глиняная печь. Раскопки 65 курганов у с.

Комарово показали, что у комаровских племен было два обряда погребения: трупоположение и трупосожжение; в бескурганном могильнике находятся погребения в каменных ящиках. Умершие положены в скорченном положении.

Среди погребенного инвентаря, кроме сосудов, обычны кремневые орудия: клиновидные топоры, ножи, скребки, серпы, наконечники стрел, каменные топоры-молоты, зернотерки, глиняные грузила, костяные шилья. В наиболее богатых курганах были найдены бронзовые орудия и украшения, а также изделия из золота.

В самых поздних комаровских курганах встречаются уже и железные вещи—первые па этой территории, как, например, булавки из кургана в Городище близ Самбора.

Комаровская культура датируется 1700—700 гг. до н. э. периодами среднего и позднего бронзового и началом раннего железного века.

Бронзовые и золотые изделия в курганах комаровских племен указывают на широкий межплеменной обмен, существовавший в этот период с племенами Венгрии, Чехословакии, балкано-дунайских стран. Связи с югом у комаровских племен прослеживаются и по керамическим изделиям.

Связи племен комаровской культуры прослеживаются на востоке с племенами лесостепной полосы Подпепровья. Много общего имела культура комаровских племен с так называемой тшцинецкой, распространенной на территории Польши и заходящей на территорию России в верховьях Припяти.

Памятники комаровской культуры следует, вероятно, рассматривать, особенно на ранних этапах, как развивающиеся под сильным влиянием культуры шнуровой керамики. Основная территория распространения племен — носителей комаровской культуры— связана с лесостепной полосой бассейна Днестра, с Южным Побужьем и, вероятно, частью с право­бережными районами Днепра.

Восточным вариантом комаровской культуры являлась так называемая белогрудовская культура, памятники которой известны юго-восточнее территории комаровских племен в междуречье Среднего Днепра и верхнего течения Буга.

Свое название белогрудовская культура получила но месту раскопок в Белогрудовском лесу, близ с. Пиковцы на Умашцине, где в 1918 г. были открыты своеобразные возвышения, состоящие из слоев золы и культурных остатков эпохи бронзы, так называемые «зольники».

Предполагают, что «зольники»—это остатки ритуальных сооружений, связанных с культом огня. В «зольниках» находят маленькие глиняные сосуды, глиняные фигурки животных и людей, множество костей домашних животных, в некоторых пунктах — главным образом черепа.

Впрочем, в «зольниках» встречается и обычный бытовой инвентарь — обломки керамики, костяные шилья и иглы, кремневые вкладыши от составных серпов, литейные формы для изготовления бронзовых изделий и др.

Глиняная посуда—высокие тюльпановидные сосуды, мисы и черпаки нередко покрыты лощением и геометрическим орнаментом из резных линий или отпечатков зубчатого штампа, заполненных белой пастой.

Белогрудовскую культуру, относящуюся к концу II и началу I тысячелетия до н. э. нередко называют предскифской, так как она является одним из источников возникающей в последующие столетия между Днестром и Днепром культуры оседлых земледельческих племен скифского времени.

На территории Молдавии открыты памятники конца IX —VIII в. до н. э. отличающиеся от украинских и обнаруживающие глубокие связи местных племен с населением карпато-дунайских областей. У с.

Шолданешты, Резинского района, начато исследование грунтового могильника и одновременного ему поселения. В могильнике обнаружены трупосожжения, совершенные на стороне, с захоронением праха в сосудах, накрытых сверху мисками или каменными плитками.

Наряду с трупо-сожжениями было найдено погребение ребенка, положенного на левом боку в скорченном положении в примитивном каменном ящике. Места погребений отмечались на поверхности небольшими каменными вымоет ками.

Погребенных сопровождало различное количество керамики, от­дельные украшения из бронзы и железа. Кроме того, найдены обломки небольших железных ножей и каменный оселок.

На поселении открыты остатки большого наземного жилища с глино­битными стенами и очагом и ямы, служившие хранилищами.

Керамика, происходящая из могильника и с поселения, в основном близка посуде конца эпохи бронзы и начала железного века Румынии и Венгрии.

Среди хорошо сделанной керамики с заглаженной или лощеной поверхностью преобладают большие корчаги, украшенные каннелюрами по высокой шейке и небольшими выступами по наиболее широкой части тулова, кувшинообразные сосудики, богато орнаментированные каннелюрами по шейке и тулову, миски с загнутым внутрь краем, с косыми каннелюрами по венчику. Более грубая, кухонная керамика представлена главным образом баночными горшками, часто украшенными одним или двумя валиками с защипами или насечками и небольшими упорами.

Культура Молдавии, представленная памятниками типа открытых у с. Шолданешты, легла в основу культуры местных племен более позднего, скифского времени.

Особой категорией археологических памятников эпохи бронзы на территории Правобережной Украины, которую нельзя связать с определенными культурами, являются клады бронзовых изделий.

Медь и бронза были здесь привозными. Основным местонахождением меди в Средней Европе были горы Чехословакии и Венгрии, а карпатские перевалы служили главнейшими торговыми путями.

Олово поступало, вероятно, из Чехии, а золото — из Семиградия.

Племена днестро-днепровского междуречья поддерживали оживлен­ные торговые сношения со своими западными соседями. На Волыни, у Стубло, был найден клад бронзовых вещей; секиры, привески, кольца, браслеты и серьги. Этот клад — один из древнейших на Украине — по казывает, что металлические изделия шли с Сана и Вислы.

Для более позднего времени распространение бронзовых вещей но западным областям Украины отмечается кладами у Стефковой, Лысковского района, Дрогобычской области, у Каменки-Струмиловой, у Камарники, Дрогобычской области, и многих др. Они состоят из браслетов, спиральных обручей со спирально закрученными концами или без них, кинжалов, мечей, кельтов и чеканов среднеевропейского типа.

Наиболее замечательный клад был найден в 1912 г. у сел. Бородино, близ г. Белграда-Днестровского, Измаильской области.

В состав клада входили шесть каменных (одна из нефрита) боевых секир, три каменных набалдашника для булавы, серебряный кинжал с золотой орнаментальной накладкой, два целых серебряных копья и одно сломанное, втулки которых украшены золотой насечкой и снабжены отверстиями и ушками для прикрепления к древку, наконец, серебряная булавка с ромбическим навершием, украшенная золотым орнаментом. Серебро, как материал, непригодный для изготовления боевого оружия, и ценный нефрит подчеркивают парадный характер этого имущества, принадлежавшего, несомненно, вождю или военачальнику одного из приднестровских племен. Судя по материалам этого клада, местные племена поддерживали экономические сношения с отдельными территориями. Если попытки усмотреть стилистическую близость Бородинского клада с эгейским культурным ми­ром являются искусственными, то несомненные аналогии предметам Бородинского клада встречаются в Дунайском бассейне, по преимуществу и Чехословакии и Венгрии. Форма же втульчатых листовидных копий была типична для восточного Закавказья и изредка встречалась на Севернол! Кавказе.

Наряду с этим во второй половине II тысячелетия до н. э. на территории Украины развивалась местная металлургия, использовавшая привозной металл.

Об этом свидетельствует появление бронзовых предметов таких форм, которые не встречаются на соседних территориях, например булавок с ромбовидной или гвоздеобразной головкой, известных из комаровских курганов Поднестровья и из Киевщины. Клад из дер.

Деревянной, Киевской области, состоял из восьми каменных формочек, предназначенных для отливки бронзовых кельтов, долот, ножей, наконечников ножей и серпов.

Рекомендуем ознакомится: http://histerl.ru

Источник: http://worldunique.ru/punkt-1/istoriya-stran/30635-plemena-yugo-zapadnykh-oblastej-evropejskoj-chasti-rossii-v-3-2-tysyacheletii-do-n

Ссылка на основную публикацию