Имена городов с формантом «-ск» как топонимический источник политической истории древней руси — история России

Имена городов с формантом «-ск» как топонимический источник политической истории Древней Руси

Имена городов с формантом «-ск» как топонимический источник политической истории Древней Руси

Настоящее сообщение относится к главной области научных интересов известного русского историка и археолога Евгения Александровича Шинакова, юбилею которого посвящен сборник работ его коллег, учеников и почитателей.

О вкладе юбиляра, как идейном, теоретико- методологическом, так и фактографо- источниковедческом, в разработку темы «Славяне и Русь» мне уже доводилось высказываться в печати специально.

Здесь стоит только повторить, что и мои собственные, и многих российских и зарубежных исследователей штудии древнерусской тематики просто не были бы возможны в состоявшемся качестве и объёме без знакомства с новаторскими трудами Е.А. Шинакова по истории и археологии славян и Руси.

Итак, суффикс «-ск» — один из самых продуктивных для древней славянской топонимики. Географические названия с его участием хорошо известны у западных и южных славян.

А среди славян восточных такое окончание в названиях их поселений явно «характерно для Северной Руси, доминируя в названиях городов в самый ранний период, используясь для образования вторичных топонимов (в частности, от гидронимов)».

Предполагается, что данный суффикс отражает укреплённость названного с ним поселения, т.е. его именно городской, по понятию средневековья, характер.

О степени древности рассматриваемого форманта на северо-западе Восточной Европы можно судить по первым упоминаниям соответствующих названий в письменных источниках, отечественных и зарубежных.

Степень эта предельная по меркам хотя бы косвенно и обобщенно датируемых известий такого рода — вторая половина IX – начало X вв. Имеются в виду летописные Полоцк (древнерусск. Полтеск); Смоленск, Изборск; несколько позднее — Псков (Плесков).

В иных частях Древней Руси тот же формант в свою очередь присущ самым древним и крупным (по региональным меркам) городским центрам (вроде Новгорода-Северска, Севска, Брянска в Подесенье; Курска, Рыльска, Липовеческа в Посеймье; и т.п.).

Хотя по вполне понятным обстоятельствам за пределами северо-запада формирующейся Руси эти центры в своем городском качестве как минимум на столетие (а то и более) моложе вышеупомянутых северо- западных, т.е. относятся к X в. и последующему времени.

Известный топонимист В.А.Никонов, рассматривая «старинный суффикс «-ск»», подметил, между прочим, любопытную деталь: и в XVII–XVIII вв. он «частым не был, оставаясь предпочтительно книжным…; его давали канцелярии: светские — городам, духовные – церковным сёлам»; деревни назывались с ним исключительно редко. В.А.

Никонов попутно высмеивает встречавшиеся в грамматологии мнения о «-ск» как «суффиксе коллективной принадлежности», «царском», «морском», «неличном». По его убеждению, «коллектив царей» невозможен. Между тем, именно нечто подобное представлял собой харизматический род князей Рюриковичей – коллективный сюзерен Руси.

С утверждением власти этого княжеского клана над «славиниями» Восточной Европы и совпадает появление и первоначальное распространение здесь урбанонимов с таким суффиксом.

Так что отнесённость старейших из них к числу городов, находящихся в личной или же родовой, династической собственности князей Рюрикова Дома, вполне вероятна.

Все высказанные предположения находят дополнительные подтверждения при картографировании соответствующих названий. выполненном в своё время Ю.Ю.Моргуновым для нашей совместной с ним работы.

Рассмотрев их расположение на территории Восточной Европы, можно заметить, что все компактные скопления соответствующих летописных «градов» отвечают основным направлениям «окняжения» Русью так называемых «племенных территорий» славян и их ближайших соседей. Эти скопления накрывают основные группировки восточных
славян, наиболее развитые под конец I тыс.

в социально-политическом отношении. А именно, летописные «княжнения» (словен, полочан, дреговичей) и похожие на них социумы (волынян, кривичей, северян и вятичей).

Полностью свободной от урбанонимов с формантом «-ск» осталась лишь территория Руси в собственном, первоначальном, узком смысле этого слова.

Эта исходная Русь – своего рода сердцевина, домен «державы Рюриковичей» — суть Верхнее Поднепровье; от Киева и Чернигова в своём центре до Переяславля на юге; Смоленска на севере и, наконец, до Турова и Пинска на западе.

Так очерченный по независимому топонимическому источнику ареал полностью подтверждает выводы отмеченных в предыдущей ссылке исследователей Руси по летописным и археологическим источникам. Первоначальная Русь оказывается вытянутой преимущественно в широтном направлении; главным образом на запад – по Правобережью Днепра; её восточные пределы наименьшие.

Кроме верхнеднепровского «просвета», от городов с таким суффиксом свободен анклав Ладога – Новгород, т.е. стартовый плацдарм для рывка войск «северной коалиции племён» на юг, по будущему «пути из варяг в греки».

Этот участок – своего рода «водные ворота» на просторы Восточной Европы – был освоен норманами, родоначальниками здешней «руси», раньше и прочнее всего.

А центры с формантом «-ск» потребовались затем, чтобы политически уравнять эту часть «державы Рюриковичей» с остальными, позднейшими по времени «окняжения».

Кроме исходной Руси, не потребовалось таких городов, что назывались с «княжеским формантом», для закрепления во власти Киева тех «племенных территорий», которые оказались покорены им первыми. Это, во-первых, поляне.

А вслед за ними – древляне, радимичи и часть (западная) северян, обложенные данью еще Олегом Вещим (883-886 гг.). Как видно, эти регионы, самые маленькие по территории среди прочих восточноевропейских «славиний», просто сдались на милость победителя из Киева.

И оставались в пределах быстрой досягаемости его войсками. А
остальные, самые обширные «племенные территории» пришлось поэтапно покорять огнём и мечом. По периметру данной топонимической лакуны и проходил примерно путь русского полюдья. Как видно, городские (т.е.

первоначально прежде всего крепостные, гарнизонные) центры с рассматриваемыми названиями маркируют основные направления и зоны военно-политической экспансии Киевской Руси.

Все вышеуказанные (со ссылкой на мнения лингвистов-специалистов по топонимике) оттенки значения так оформленных названий домонгольских городов вполне соответствуют обстоятельствам их основания и имянаречения.

А именно, значительная часть названий соответствующих «градов» действительно дана по именам рек, на берегах которых воздвигались их укрепления. Среди этих водных потоков и сравнительно крупные реки (вроде Буга, Случи, Угры и т.д.), и относительно мелкие притоки таковых (типа Менки, Витьбы, Сева, Кура, Рыла, Путивльки, Прони и т.п.).

Такие – гидронимические названия, скорее всего, давались новопоселенцами, строителями соответствующих укреплений. Ведь первое, что они могли узнать у местного населения, это название «градообразующей» реки. Даже если город назывался без помощи речной кальки, она могла в действительности иметь значение.

Так, все три домонгольских Переяславля стоят на реках с одинаковым названием – Трубеж. Водные артерии, как известно, выступали в ту эпоху основным путем передвижения мигрантов, войск и товаров

Как выяснено археологическими раскопками, все мало-мальски значительные укреплённые поселки – центры роменской культуры на Днепровском Левобережье гибнут на рубеже X-XI вв. в огне пожаров, при их штурмах войсками Руси. Местное население частью бежит далеко на север,
частью истребляется захватчиками, частью сселяется с насиженных мест в новые, более крупные центры.

Поэтому других постоянных именных «привязок» к завоёвываемой местности, кроме устоявших речных названий, у представителей корпоративной «Руси» за её тогдашними пределами просто не было. Ни патронимные (по аборигенным этнопредкам, вроде Киева или Чернигова), ни просто древние исторические названия (Искоростень, Овруч, мерянский Ростов и т.д.

Читайте также:  Сталинизм и реформы в стране после войны - история России

) их конкурентам и завоевателям из Киева знакомы и близки не были. Такого рода старшие названия остались вместе с городами, в целости и сохранности перешедшими под власть торгово-дружинно-административной «руси». Города же, заново основанные представителями этой самой «руси» на пепелище старославянских «племенных» центров, выступали в роли соперников или преемников этих последних.

По-этому-то, должно быть, они в целом ряде случаев и получали имена, объединенные суффиксом « — ск». В такого рода названиях нагляден альянс славянского и русского пластов соответствующей топонимики. Реки и прочие урочища назывались местными, прежними именами.

А суффикс «-ск» имел, похоже, притяжательный оттенок смысла (Чей город? Нашенский! — Примерно так можно объяснить семантику данного форманта в древне- русскую эпоху).

Конечно, в иных случаях захватчики «племенных территорий» обходились при градонаречении без пресловутого форманта. Однако принцип привязки к безэтничным особенностям рельефа местности сохранялся, как правило, и тогда. Например, Новгороды – по времени основания; Белгороды – по светлому цвету мергелевой породы укрепляемого приречного холма; т.п.

Одним из последствий прослеживаемого процесса топонимизации русской социально — политической экспансии выглядят дублетные названия домонгольских городов.

Например, один Курск появлялся на одной из безымянных приток (курье) новгородской Ловати, а его тёзка — на ручье Куре при его впадении в северянскую реку Тускарь (Рис.1В).

Реальная общность происхождения этих центров археологически подтверждается устойчивыми экономическими (торговыми) и миграционными взаимосвязями между этими достаточно удалёнными друг от друга городами.

Разумеется, далеко не все центры новой власти в X-XI. а тем более в XII-XIII вв. получали интересующее нас оформление. Чем дальше по сторонам света простиралась власть Руси, тем
разнообразнее становились поводы для наименования ее форпостов.

Тем не менее, прослеженный пласт урбанонимов выглядит до сих пор недооцененной исследователями публичной формой манифестации дружинно-княжеской власти в Древней Руси.

Благодаря сети сравнительно новых городских центров, пришедших на смену разорённым и запустевшим в своем большинстве старым «племенным» «градам», имя и культура Руси распространились на всю огромную территорию «империи Рюриковичей».

Топонимическая карта урбанонимов с формантом «-скъ» (составлена в соавторстве с Ю.Ю.Моргуновым (1996); приводится с дополнениями С.П. Щавелёва). А-древнейшие города; Б-
урбанонимы с формантом «-скъ»;

В-дублетные топонимы: «Курск — Лип(и)но — Ратно»; Г-ареал распространения 4-й группы кладов куфических монет 970-980-х гг. (по А.В.Фомину); Д-группы скоплений урбанонимов с формантом «-скъ»: 1 — волынская; 2 — северо-дреговичская; 3 — словено-полочанско-кривичская; 4 — вятичско-поокская; 5 — деснинско-сеймская (северянская).

Урбанонимы: 1-Торческ; 2-Мичск; 3-Ушеск; 4-Городеск; 5- Корческ; 6-Шумск; 7-Плеснеск; 8- Мысльск; 9-Зареческ; 10-Луческ; 11-Черторыйск; 12-Пиньск; 13-Турийск; 14-Угровеск; 15- Сутейск; 16-Бужеск; 17-Волковыйск; 18-Клеческ;19-Случеск; 20- Меньск; 21-Логожеск; 22-Дрютеск; 23-Голотическ; 24-Бобруеск; 25-Чичерск; 26-Прупошеск; 27-Витебск; 28-Вержавск; 29-Верховск; 30-Можайск; 31-Боровск; 32-Лобынск; 33-Нериньск; 34-Сверилеск; 35-Колтеск; 36-Ужеск; 37-Проньск; 38-Мосальск; 39-Воротынск; 40-Серенск; 41-Козельск; 42-Мценск; 43-Дебрянск; 44-Трубчевск; 45-Севск; 46-Рыльск; 47-Ропеск; 48-Сновск; 49-Моровийск; 50-Глинеск; 51-Новгород- Северск(ий); 52-Липовическ (?); 53-Кур(е)ск; 54- Псков (Плесков).

Рекомендуем ознакомится: http://histerl.ru

Источник: http://worldunique.ru/punkt-1/istoriya-stran/30589-imena-gorodov-s-formantom-sk-kak-toponimicheskij-istochnik-politicheskoj-istorii-drevnej-rusi

Об этимологии Изборска, одного из древнейших русских городов

Оригинал взят у swinow в Об этимологии Изборска, одного из древнейших русских городов. Среди древнейших русских городов, перечисленных в Повести Временных Лет, упоминается и город с красивым названием Изборск. Ныне — это скорее деревенька, с остатками старинной крепости, стоящей на живописном холме. Места там очень и очень красивые.

Рядом с крепостью, в низине, среди холмов находится озеро. А в него впадают ключи, бьющие водопадами из скалистого склона. Находится это всё к юго-западу от Пскова.

В древнерусской топонимии широко распространённым типом названий являются отгидронимные ойконимы (названия человеческих поселений, которые образованы от названия какого-то водного объекта, как правило, реки) с добавлением суффикса -ск. Примеры:

Пина -> Пинск,
Менка -> Минск (ранее Менск),
Витьба -> Витебск,
Полота -> Полоцк (изначально Полотеск),
Буг -> Буск (ранее Бужьск, Бужеск)
Случь -> Слуцк (ранее Случьск),
Мецна -> Мценск,
Кур -> Курск,
Бобруйка -> БобруйскЧасто эти названия отмечали поселение на месте впадения указанных рек в более крупную реку.К этой же группе топонимов можно отнести:

Лука (речная излучена, изгиб реки) -> Луцк (исходно Луческ)

Только в данном случае, в качестве основы взято не имя собственное какой-то воды, а слово, обозначающее некоторую особенность водного объекта, а конкретно — излучину реки Стырь.

В прочем, этот же тип названия характерен и для более поздних (включая современные) топонимических слоёв. Например:

Лугань -> Луганск,

Северский Донец -> Донецк,
Ахтуба -> Ахтубинск,
Двина -> Двинск (Дюнабург, сейчас Даугаупилс),
Северная Двина -> Северодвинск,
Лаба -> Лабинск,
Кислая вода -> Кисловодск,
Железная вода -> Железноводск,
Озеро -> Озёрск,
Озеро -> Приозёрск и т.д.

Исходя из этой логики, закономерно было бы предположить, что топоним Изборск происходит от какой-то реки типа Исбора, или Изборка. Или что-то в этом духе. Но проблема заключается в том, что около Изборска не протекает никакой реки.

Однако, как это не удивительно — норманисты, начиная ни с кого иного, как с самих Миллера и Шлёцера (то есть, основателей этого фантазийного направления в описании древнерусской истории) — упорно изобретают и постулируют там некую реку Исса, Иса, или Исе. Само же название пытаются провозглашать скандинавским.

Фрагмент «борск» — трактуя, как переиначенное на славянский «исходное» «бург» или «борг». Вот что про Изборск заявлял Миллер: «он от положения своего у реки Иссы именован Иссабург, а потом его непрямо называть стали Изборском».

Ему вторит и Шлёцер: «Кажется, что он прежде назывался Исабург, следовательно по-скандинавски, а назван так по одной тамошней реке Иссе». Это наиболее ранние из известных мне текстов, в которых утверждается подобная этимология Изборска. Современные норманисты говорят об «Исаборге», или «Исборге».

Читайте также:  Карта: война с буржуазно-момещичьей польшей и разгром войск врангеля 1920 года - история России

Норманистских текстов, трактующих Изборск таким образом — очень много. Это широко тиражируемая ими версия. И повторяют они это, как это часто у них бывает — на правах «установленного факта». Но древних источников, подтверждающих это неизвестно.

В эстонском журнале «Восточный путь» («Austwegr») за 1995 год, издававшемся в Таллине на эстонском и русском языках заявляется, что, якобы, на западных картах XVII-XVIII веков Изборск назывался Isborg, Isburg, Iseborg. Если эти карты, действительно существуют — это может быть народной этимологией, трактующей русское название Изборск. Которая получила отражение а западной картографии той поры. Хотя — для начала, не плохо было бы увидеть эти «карты XVII-XVIII веков». Потому что, недавняя «прибалтийская история» — это, зачастую, нечто очень напоминающее современную «украинскую историю». Когда авторами изливается на бумагу всё, что угодно, всё, что приходит им в голову! По их собственному желанию. И я лично не поручусь, что эти «Исаборги», на каких-то там картах, действительно существуют.

Что касается реки Исы в этой местности — иногда заявляется о ряде каких-то других старинных источников, например, карте Прибалтики, составленной в 1626 году А. Буреусом. С упоминанием реки Исы. Или о карте Лотера, на которой тоже изображена река Isa, «что значит на наречиях западных финнов отец».

При этом всё-таки, географический факт заключается в том, что никакой сколько-нибудь заметной реки около Изборска — просто НЕТ. Недалеко от крепости протекает малюсенькая речушка Смолка, которая по сути есть даже не речка, а скорее ручеёк. Он впадает в Городищенское озеро, которое видно из крепости.

То, в свою очередь, таким же ручьём, соединяется с Мальским озером, из которого вытекает также очень узкая речка Обдех (или Бдёха). Она, в свою очередь — дотекает до Псковского озера. Как видим, никаких следов никакой Исы около Изборска просто нет.

Правда, мне попался один норманистский текст, с уже совершенно безудержными фантазиями, о том, что «во времена основания города скандинавами», там была какая-то полноводная река, по которой ходили корабли, и которая потом куда-то пропала (не шучу — лично сам это читал). Никаких геолого-географических доводов в пользу такого странного исчезновения большой реки, при этом, не приводилось.

Я посмотрел спутниковые фото местности — разумеется, никаких следов крупной реки там нет.

Имеются также утверждения, что на карте Ливонии и Кур­ляндии Геральда Фалька, изданной в Стокгольме в 1690 году, в районе Изборска также указывается река Иса. Рядом с городом «Izborsk» обозначено якобы то ли «R.

Issa Reha», то ли «Isa Reha fl» (эти варианты «написания на карте» почерпнуты из разных норманистских текстов, самой этой карты я не видел). То есть, утверждается что в этом источнике рядом с «названием реки» добавлено латинскими буквами ещё и русское слово «река».

Также, на третьей карте «Атласа Российского», изданного Императорской Академией Наук в 1745 году, охваты­вающей Прибалтику и соседние собственно русские земли, в том числе Псковскую провинцию, указано, что под Изборском протекает «Р. Иесареха». Полагаю, на самом деле, это может быть цитатой из той самой карты Фалька, или подобного западного источника.

Потому, что на других русских картах в районе Изборска обычно указываются только «Славянские ключи», или «Словенские ключи». И таких источников действительно много. И описаний, и карт.

В Изборске, прямо рядом с жилой застройкой, очень недалеко от крепости, действительно, имеется весьма заметное природное явление — знаменитые, живописные водопады, истекающие из известняковой скалы в Городищенское озеро, которые носят такое название.

Словенские ключи, Изборск

Однако, ещё одним, относительно старым русским источником, в котором упоминается река «Иса» являются некие «За­писки Сергея Алексеевича Тучкова. 1766-1808». Сообщение о них опубликовано в Материалах конференций 2010-2011 годов «Изборск и его округа«.

Этот капитан с весны 1781 года пару лет квартировал в «Печерской округе», осматривал Изборск в сопровождении местного священни­ка и в воспоминаниях отметил: «Сей град находится при реке Исее, что ныне называют Сливенские ключи».

Но, на самом деле — указанный Сергей Алексеевич, возможно, мог просто почерпнуть свою «Исею» из того самого Атласа Российского, а то и из карты Фалька, при этом указав и реальное название знаменитого водного объекта около Изборска — «Словенские ключи» (хотя и с опиской: «Сливенские»).

Так что — в поисках реки Исы около Изборска норманистами, наблюдается весьма странная ситуация: с одной стороны эту реку там упорно ищут и постулируют, несмотря на вопиющий факт — отсутствия в непосредственной близости от Изборска каких-либо рек, как таковых! С другой стороны: в относительно недавних западных источниках около Изборска и правда иногда указывается какая-то Иса.

Здесь надо отметить — что гидронимы типа Иса, Исса, Isa, Issa и т.д. А также содержащие в себе элемент isa (-isis), — ysa (-ysas) или ise — действительно довольно обильно присутствуют в Прибалтике: от Литвы до Эстонии. Известны они и в окрестностях Пскова. Но все они находятся достаточно далеко от Изборска. Предлагаются разные трактовки значения этих названий — и из финно-угорских, и из балтских наречий. Возможно, некоторые поздние западные источники, указывающие около Изборска реку Ису (что, видимо, отчасти перекочевало и в русскую картографию той эпохи, когда копировать западную науку у нас было хорошим тоном) — являются следствием ошибочного переноса составителями этих карт действительно имеющихся в регионе рек типа Иса, на реально существующий топоним Изборск. Возможно, даже, существуют какие-то поздние западные карты на которых Избоск трактуется как Iseborg, или что-то вроде того. Хотя, эти карты не плохо бы увидеть. Но совсем не факт, что это всё связано с реальной этимологией данного названия. Кстати, даже не все норманисты настаивают на этом «Исеборге». Например, Т.Н.Джаксон и Т.В.Рождественская утверждают, что Изборск — «славянский топоним», отмечая, что зафиксированное в источниках написание «Изборскъ» (только через -з- и без -ъ- после него) «указывает на невозможность отождествления форманта «Из» с названием реки Исы (Иссы)». {Джаксон, Рождественская, 1988. С. 224)

Кстати, именно по схеме бор -> бург, часто онемечивались изначально славянские названия в землях балтийских славян после вхождения их в состав немецкой империи.

Например: Ratzeburg (от Ratibor), Brandenburg (в некоторых современных славянских языках до сих пор называется Branibor, или Braniborsko, если речь идёт об одноимённой области), Mutzelburg (от Мыслибор, в современной полонизированной форме Myślibórz), Kaseburg (от Karsibór, что буквально означает «бор с левой стороны» стоял на реке Swina), Merseburg (от Mjezybor), Lühburg (от Lubor) и т.д. и т.п. Но в данных случаях — первичны именно славянские формы. А формы с окончанием на -бург, являются, всего лишь, адаптациями в немецкий язык.

https://www.youtube.com/watch?v=Mcm9oMGrrUk

Освещая другие варианты этимологии Изборска, следует отметить, что в районе города, помимо «Словенских ключей» в некоторых источниках, указывается также и «Славянское поле».

Некоторые исследователи считают что в Псковских летописях есть указание на то, что первоначально Изборск назывался Словен­ском.

И связывают Изборск со Славеном — тем самым, после которого были Вандал, а после Избор, Владимир и Стоплосвят (имена, если кто не помнит, из древней легенды, записанной ещё в Иокамивоской летописи!) Наличие у славян личного имени Избор (известного помимо этой легенды также по ряду других источников) даёт основание для соответствующей этимологизации Изборска (Ю.Миккола, С. Распод, В.Седов и др.) Кроме того, форма Избор имеет аналоги в славянском антропониконе: Изяслав, Измир, Избыгнев, Избород. Так что — в общем-то, эта версия представляется весьма разумной.

Но лично мне нравится ещё одна версия, предложенная Е.С. Мельниковым (О чем говорят географические названия: Историко-лингвистические и краеведческие заметки. —Л.: Лениздат, 1984.—199 с):

Название «Изборск» восходит к слову «извор» — то есть «ключ, источник». «Извор» — частый топоним на Балканах и на юго-западе Украины. В Ленинградской области есть поселок Извара. Все эти топонимы связаны с источниками или истоками рек.

Визитной карточкой Изборска, как мы уже сказали, являются Словенские ключи. Они-то и могли называться Извором.

В псковских говорах наблюдается чередование звуков «б» и «в», в том числе и в географических названиях: Моложва — Моложба, Талабские — Талавские и т. д.

В 1967 году автор этой версии услышал в окрестностях Изборска такой вариант его названия: Извореско, что буквально означает «Ключевое».

Таким образом, Изборск — это «ключевск», «источниковск».И эта версия, кстати, вполне согласуется с продемонстрированной в начале нашего разбора характерной схемой построения подобных топонимов. Где в качестве основы выступает название воды. Получается, ещё одним пунктом может быть:

Извор -> Изборск.

Извор «Словенские ключи»

Кстати, обе эти версии не противоречат друг другу. Между топонимом Изворск и личным именем Избор — в древности мог произойти синтез, приведший к появлению формы Изборск.

Так что, можно резюмировать что скандинавский «Исеборг», о котором вы можете так легко услышать, если начнёте интересоваться этимологией Изборска — это просто очередной норманистский фантом, из которых только, на самом деле, и соткан весь норманизм. Целиком и полностью.

Как мы не раз убеждались, он во всём состоит только из выдумок, натяжек, неподтверждённых догадок и очень неубедительных построений! «Исеборг» — это, просто ещё один пример. И не более того.

Так же можно добавить, что археологически — древний Изборск представляет собой центр кривичей, словен новгородских, а также местных балтов и финно-угров. В нём также обнаруживаются, как и везде, в северной Руси, материальные следы балтийских славян.

Источник: https://oldrus.livejournal.com/405520.html

Политический строй Древней Руси

Древняя Русь (9-12 век) представляла собой протогосударство (раннее), которое только начинало формироваться как политический строй. Бывшие разрозненные общины стали постепенно объединяться в единое государство, во главе которого встала династия Рюриковичей.

Учёные сходятся во мнении, что Древняя Русь представляло собой раннефеодальную монархию.

Зарождение общественно-политического строя Древней Руси

Государство (Древня Русь) образовалось в конце 10 века на территории восточных славян. Во главе становится князь из династии Рюриковичей, который обещает покровительство и защиту окрестным феодалам. Взамен на это, феодалы отдают в пользования князя части своих земель в качестве платы.

В то же время, часть земель, завоёванных в ходе войн и военных походов, отдаётся в пользование боярам, которые получают права взымать дань с этих земель. Для снятия дани нанимаются дружинники, которые могли поселиться на территории, к которой были прикреплены. Таким образом начинает формироваться феодальная иерархия.

Князь –> вотчинники –> бояре –> мелкие держатели земель.

Подобная система способствует тому, что князь из исключительно военного руководителя (4-7 век) превращается в политического деятеля. Появляются зачатки монархии. Развивается феодализм.

Социально-политический строй Древней Руси

Первый правовой документ был принят Ярославом Мудрым в 11 веке и назывался «Русская правда».

Основная задача данного документа – защитить людей от беспорядков и урегулировать общественные отношения. В «Русской правде» были прописаны различные виды преступлений и наказания за них.

Кроме того, документ делил общество на несколько социальных категорий. В частности, существовали свободные общинники и зависимые. Зависимые считались неполноправными гражданами, не имели свобод и не могли служить в армии. Они делились на смердов (простолюдинов), холопов (слуг) и временно зависимых.

Свободные общинники делились на смердов и людей. Обладали правами и служили в армии.

Особенности политического строя Древней Руси

В 10-12 веке во главе государства (которое объединяло несколько княжеств) стоял князь. Ему подчинялись совет бояр и дружинники, с помощью которых он осуществлял управление государством.

Государство представляло собой объединение городов-государств, так как жизнь вне городов была слабо развита. Города-государства управлялись княжескими посадниками.

Сельскими землями управляли бояре и вотчинники, которым эти земли принадлежали.

Дружина князя делилась на старинную и младшую. В старинную входили бояре и более старшие мужи. Дружина занималась сбором дани, осуществлением судебных процессов и управлением на местах. В младшую дружину входили молодые люди и менее знатные люди. Также у князя была личная дружина.

Законодательная, исполнительная, военная и судебная власть находились в руках князя. С развитием государства эти ветви власти стали отделяться в отдельные институты.

Также на Древней Руси существовали зачатки демократии, которые выражались в проведении народных собраний – вече.

Окончательное формирование политического строя на Руси завершилось к концу 12 века.

ПОМОГЛО? ЛАЙКНИ!

Источник: http://historykratko.com/politicheskiy-stroy-drevney-rusi

Ссылка на основную публикацию