Гибель броненосца «петропавловск» — история России

Как были найдены останки погибших на броненосце «Петропавловск»

31 марта 1904 года недалеко от Порт-Артура взорвался эскадренный броненосец «Петропавловск». На нем погибли командующий флотом в Тихом океане вице-адмирал С. 0. Макаров (о его жизни и смерти мы рассказали в этой статье), начальник его штаба контр-адмирал М. П. Молас, ряд высших офицеров русской эскадры и известный художник В.В.Верещагин.

В числе немногих спасшихся оказались командир «Петропавловска» капитан 1 ранга Н. М. Яковлев (впоследствии начальник Главного морского штаба и член Адмиралтейств-совета) и капитан 2 ранга великий князь Кирилл Владимирович, возглавлявший военно-морской отдел штаба Макарова.

Спустя несколько лет после окончания русско-японской войны события, связанные с гибелью броненосца, получили неожиданное продолжение. В 1909 году корпус затонувшего корабля, лежащий на расстоянии около 2,5 миль от берега на глубине около 150 футов, приобрел предприниматель Сакурая Цериносукэ, рассчитывавший обнаружить судовую кассу и другие ценности.

Однако результаты водолазных работ по обследованию «Петропавловска» оказались иными.

В октябре 1911 года появились первые сообщения об обнаружении внутри корпуса корабля останков русских моряков, в том числе и вице-адмирала Макарова.

Официальные японские власти эти известия сразу же опровергли. Менее чем через два года, летом 1913-го, поступила более достоверная информация: из кают, находившихся по левому борту кормовой части броненосца на средней и нижней палубах, действительно были извлечены останки шести человек. Об этом 2 июня 1913 года в МИД России сообщил консул в г. Дайрен (бывший Дальний) В.В. Траутшольд.

По его словам, Сакурая «выразил готовность передать нам извлеченные им прахи… а также обещал с таким же благоговением и впредь относиться к останкам наших моряков, если таковые будут обнаружены».

Вместе с тем японский предприниматель в беседе с консулом откровенно признался, что лишь поиски судовой кассы заставили его тратиться на обследование жилых помещений корабля, и поэтому «дальнейшие розыски и собирание прахов он мог бы принять на себя не иначе, как по особому на то поручению и при условии возмещения расходов».

Траутшольд обратил особое внимание на необходимость опознания обнаруженных останков, для чего просил предоставить подробные сведения о личном составе «Петропавловска», расположении офицерских кают и «прочие данные, могущие оказаться полезными».

По просьбе помощника начальника Главного морского штаба старший лейтенант запаса К. А.

Унковский, спасшийся при гибели «Петропавловска», представил в Главный морской штаб подробный рапорт, в котором по памяти описал расположение кают на нижней и средней палубах и указал, кем эти каюты могли быть заняты в момент взрыва корабля. Сведения о расположении кают на броненосце сообщили другие спасшиеся офицеры.

Однако сделать однозначные выводы об идентификации останков не удалось. С высокой степенью вероятности были опознаны лишь останки М. П. Моласа. Основанием для этого послужили местонахождение останков в каюте контр-адмирала и его бумажник с визитными карточками, обнаруженный между ребрами найденного в адмиральской каюте скелета на левой стороне груди.

Bo всеподданнейшем докладе от 9 июня 1913 года указывалось:
«По имеемым в Морском генеральном штабе сведениям о расположении офицерских кают на «Петропавловске», а также из показаний спасшихся с означенного броненосца офицеров можно с достаточной точностью предположить, что извлеченные из броненосца прахи суть: флагманского артиллериста капитана 2 ранга Мякишева, старшего офицера броненосца капитана 2 ранга Лодыгина, мичмана Бодиско, мичмана Окунева и полковника Генерального штаба Агапеева (заведующий делами по сухопутной части штаба командующего флотом в Тихом океане. — А. Б.)».

Один из более поздних документов, справка Распорядительного строевого отделения Главного морского штаба, составленная 24 августа 1913 года, то есть уже после похорон останков, вместо А. Н. Лодыгина, А. К. Окунева и С. Д. Бодиско называет другие фамилии: капитана 2 ранга Н. А.

Кроуна, флагманского минного офицера штаба С. О. Макарова, капитана 2 ранга К. Ф. фон Шульца и флагманского штурмана подполковника Корпуса флотских штурманов А. А.

Коробицына, в то же время оговариваясь, что речь идет не о «несомненной достоверности» этих данных, а о «вероятном предположении».

Согласно высочайшему повелению от 9 июня 1913 года, представителем от Морского министерства на будущих похоронах стал бывший командир «Петропавловска», член Адмиралтейств-совета вице-адмирал Н. М. Яковлев, находившийся в то время на Дальнем Востоке с целью инспекции Сибирской и Амурской флотилий.

Особое мнение по поводу предстоящих похорон высказал морской агент (атташе) в Японии капитан 2 ранга А. Н. Воскресенский.

«Создавать из этого события особый церемониал и снова тревожить старые начинающие заживать раны нашего самолюбия, давая повод японцам лишний раз гордиться своими победами и великодушием, являлось бы нежелательным, — писал он в Морской генеральный штаб, — и потому наилучшим было бы по возможности похоронить кости скромно и без шуму в печати».

Однако руководство морского ведомства решило провести похороны в торжественной обстановке, со всеми возможными почестями.

За три дня до этого вице-адмирал Яковлев прибыл в Дайрен, где был встречен Воскресенским и консулом Траутшольдом. В тот же день для участия в похоронах прибыли помощник военного агента в Китае подполковник В. В. Блонский и генерал-майор С. А.

Добронравов, командированный по высочайшему повелению в Маньчжурию для надзора за работами по благоустройству русских воинских кладбищ. Он и принял на себя общее распоряжение похоронами, для организации которых морское ведомство выделило 1500 рублей. 23 июня в 8 часов 30 минут останки погибших офицеров в ящиках были доставлены в православную церковь Дайрена.

По словам Яковлева, «останки представляли собой хорошо промытые кости скелетов, причем череп сохранился в целости только в 1-м ящике, в котором были кости, найденные в помещении адмирала Моласа, у остальных черепа были разбиты на куски». На литии и панихиде присутствовали все русские, находившиеся в тот день в Дайрене.

В 7 часов вечера была отслужена вторая панихида. Как указал в своем донесении Яковлев, «благодаря выписанному для этого церковному хору и двум священникам из Харбина церемонии совершались при подобающей обстановке». После панихиды на гробы были возложены венки.

Утром 24 июня в присутствии всех высших представителей японских властей состоялась заупокойная литургия и панихида, по окончании которой русские офицеры перенесли гробы на четыре траурные колесницы. На двух других колесницах везли около 50 венков, возложенных на гробы русскими и японскими жителями Дайрена и Порт-Артура.

Между прочими находились венки от японского морского министра, генерал-губернатора Квантунской области, правления Маньчжурской железной дороги, представителей всех японских ведомств и от команды стоявшего в те дни в Порт-Артуре японского крейсера с надписями: «Доблестным русским морякам», «Павшим героям»…

Во время церемонии присутствовали английский, немецкий и французский консулы. Погребальная процессия, предшествуемая конным нарядом полиции, в сопровождении священнослужителей и хора проследовала на вокзал, где гробы были поставлены на катафалк в вагоне экстренного поезда, специально предоставленного для этого случая японскими властями.

По всему пути следования процессии к вокзалу стояли местные жители, учащиеся и наряды полиции.

В Порт-Артур поезд прибыл в 2 часа 30 минут пополудни. На вокзале в Порт-Артуре его встретили войска и власти, гробы перенесли на лафеты артиллерийских орудий. Три лафета везли солдаты крепостной артиллерии, три других — матросы с японского крейсера во главе с офицерами.

В таком порядке шествие направилось на кладбище в Порт-Артуре. Вечером того же дня, после возвращения из Порт-Артура в Дайрен, вице-адмирал Яковлев посетил магазины Сакурая Цериносуке, ведшего водолазные работы на «Петропавловске», где осмотрел предметы, поднятые с броненосца, а 25 июня отбыл во Владивосток.

Между тем Сакурая не оставлял надежды извлечь какую-нибудь выгоду из дорогостоящих работ, проведенных им на «Петропавловске». Однако его неоднократные предложения о продаже русскому правительству корпуса броненосца и о подъеме личных вещей погибших не встретили поддержки в России.

Когда Министерство иностранных дел запросило заключение по этому вопросу Морского министерства, ответ морского министра адмирала Григоровича был твердым и определенным: он «не признал нужным приобретать корпус упомянутого броненосца» и специально подчеркнул, что «вообще считает лишним входить в какие-либо сделки с японцем Сакураем по этому вопросу». В личном фонде вице-адмирала Макарова, хранящемся в Российском государственном архиве военно-морского флота (РГАВМФ), есть несколько фотографий, поступивших в 1950-е годы от Николая Павловича Кирьякова, русского эмигранта, жившего в Маньчжурии. По его словам, он получил эти снимки от бывшего помощника военного агента в Китае В. В. Блонского, умершего в эмиграции в Мукдене в 1947 году.

Как утверждал Кирьяков, фотографии изображают «церемонию перенесения гроба с прахом адмирала Макарова С. О. из Порт-Артура в вагон ж/дороги для следования в Россию».

В своем дарственном письме, датированном 10 февраля 1953 года, он далее пишет: «Я не могу точно указать даты, когда происходила церемония перенесения праха знаменитого адмирала, но, насколько я помню со слов полковника Блонского В. В.

, это событие происходило летом 1907 года, после того, как японцы пытались поднять со дна остатки взорвавшегося на мине 31 марта 1904 г. броненосца «Петропавловск»…

У меня нет сведений, был ли поднят весь броненосец, но, во всяком случае, прахи адмирала Макарова С. О.

, его начальника штаба адмирала Моласа и известного художника Верещагина В. В. были опознаны водолазами и извлечены из остатков затонувшего корабля».

С этими утверждениями невозможно согласиться. Известно, что тела Макарова и Верещагина не были обнаружены ни сразу после гибели «Петропавловска», ни в дальнейшем. Водолазные работы на корпусе затонувшего броненосца, как мы уже знаем, начались только в 1909 году. Каких-либо достоверных сведений об обнаружении тел погибших до 1913 года не появлялось.

Содержание документов, о которых рассказывалось выше, позволяет точно датировать хранящиеся в фонде С. О. Макарова фотографии: они относятся к 1913 году и изображают церемонию перевозки гробов с прахом погибших на «Петропавловске» шести русских офицеров из Дайрена (Дальнего) в Порт-Артур и их захоронения на русском военном кладбище.

Удалось установить и имена некоторых изображенных на фотографиях участников церемонии.

Алексей Бочаров
Фотографии из фондов Российского Государственного архива Военно-морского флота (РГАВМФ).

Читайте также:  Кто убил александра македонского? - история России

Источник: http://history-paradox.ru/petropavlovsk.php

Этот день в истории: 1904 год — гибель броненосца «Петропавловск»

13 апреля 2017
09:37

13 апреля 1904 года во время русско-японской войны (1903−1905) на рейде осажденного Порт-Артура на японской мине подорвался и затонул флагман русской Тихоокеанской эскадры броненосец «Петропавловск». В числе погибших были командующий вице-адмирал Степан Осипович Макаров и известный художник-баталист Василий Верещагин.

Осадив Порт-Артур, японский адмирал Хэйхатиро Того разработал план по блокаде и уничтожению русского флота. Суть его заключалось в том, чтобы скрытно поставить напротив выхода из гавани минное заграждение, а затем выманить на него русскую эскадру отрядом — «приманкой» из крейсеров.

В ночь на 13 апреля 1904 года японские минные заградители провели постановку мин под прикрытием четырёх отрядов эсминцев. Японский отряд был обнаружен, однако командующий флотом С. О.

Макаров посчитал, что подозрительные корабли — русские миноносцы, направленные им в дозор.

Накануне вечером командующий флотом решил провести ночной поиск в районе островов Эллиот и в случае обнаружения противника атаковать его торпедами.

Вскоре после выхода в море миноносцы «Смелый» и «Страшный» отстали от своего отряда, а затем и вовсе разлучились, и действовали самостоятельно. Дойдя до Эллиота и не обнаружив там противника, отряд повернул обратно. Шесть кораблей благополучно вернулись в Порт-Артур.

Отставший «Страшный» наткнулся на один из отрядов японских миноносцев, прикрывавших постановку. На рассвете русский миноносец был атакован и после неравного боя потоплен. Вышедший ему на помощь броненосный крейсер «Баян» был обстрелян подошедшими крейсерами противника.

Подняв из воды 5 матросов, уцелевших из экипажа погибшего миноносца, «Баян» полным ходом направился в базу.

Не ожидая выхода всех кораблей и не отдав приказа протралить рейд, С. О. Макаров в 7 часов повёл броненосцы «Петропавловск», «Полтава» и четыре крейсера к месту гибели «Страшного», успешно миновав минное поле.

«Петропавловск» открыл огонь по японским крейсерам; японцы отступили на восток, где вскоре показались главные силы их флота. Русский отряд повернул к Порт-Артуру. Здесь к нему присоединились броненосцы «Победа» и «Пересвет», после чего С. О.

Макаров вновь пошёл на сближение с противником, не подозревая, что на этот раз курс вёл прямо на мины.

13 апреля 1904 года в 9.43 в носовой части корабля с правого борта раздался взрыв, пришедшийся на район носовой башни главного калибра. Боезапас сдетонировал.

Силой взрыва были сброшены за борт носовая 305-мм орудийная башня, дымовые трубы и кожухи. Обрушившаяся фок-мачта разворотила командирский и ходовой мостики. Через минуту броненосец погрузился в воду носовой частью.

Затем последовал взрыв котлов, после которого «Петропавловск», разломившись на две части, ушёл под воду.

Шлюпки с других кораблей бросились подбирать плававших в воде людей. Удалось спасти 80 человек, включая командира корабля капитана 1-го ранга Н. М.

Яковлева, а также начальника военно-морского отдела штаба командующего флотом на Тихом океане капитана II ранга Великого Князя Кирилла Владимировича (двоюродного брата императора Николая II). Но поиски командующего флотом не принесли результатов.

Вице-адмирал С. О. Макаров погиб вместе с 10 штабными офицерами, включая начальника штаба контр-адмирала М. П. Моласа.

Погибли также 18 корабельных офицеров, 652 матроса. Кроме того, среди погибших был известный художник-баталист В. В. Верещагин, делавший наброски для будущих картин во время похода.

Гибель «Петропавловска» крайне отрицательно повлияла на боевую деятельность Тихоокеанской эскадры. Флот потерял не только один из броненосцев, но и талантливого руководителя и организатора обороны Порт-Артура вице-адмирала С. О. Макарова, пользовавшегося у личного состава любовью и уважением.

Источник: https://eadaily.com/ru/news/2017/04/13/etot-den-v-istorii-1904-god-gibel-bronenosca-petropavlovsk

31 марта – годовщина гибели броненосца «Петропавловск»

С небольшим опозданием, но все таки! 😉

Эскадренный броненосец «Петропавловск», построенный в Петербурге в 1892-1898 гг., при водоизмещении около 11400 т способен был развивать скорость более 16 узлов. В его вооруженный арсенал входили:

— четыре 305-мм и двенадцать 152-мм орудий;

— шесть торпедных аппаратов;

— противоминная артиллерия калибром 37 и 47 мм, которая к началу русско-японской войны считалась недостаточной для того, чтобы отражать атаки миноносцев.

На броненосце был огромный запас мин: 18 боевых мин Уайтхеда, а также несколько десятков якорных мин заграждения. Каждая из них была снабжена 55 кг пироксилина. Погреб, в котором хранились мины, находился недалеко от крюйт-камеры 305-мм башни, где располагались 120 боевых зарядов, упакованные в шелковые картузы и медные пеналы.

Наличие на броненосце разнообразного вооружения – даже ручного огнестрельного и абордажного оружия, десантных пушек и минных катеров – отражало стремление командирования сделать из броненосца универсальный корабль, который можно бы было использовать для разных целей. Именно поэтому наличие мин считалось закономерной и общепринятой нормой вооружения, которую пересмотрели лишь после горького опыта русско-японской войны.

Начало конца

В середине XIX века Япония, открыв свои границы и наладив торговые и политические отношения со многими европейскими странами, начала активно вести борьбу за экономическое влияние в Азии. Первым под удар попало китайское государство династии Цин. После этого Япония обратила свой взгляд на Корею, рассчитывая использовать ее в качестве «трамплина» для вторжения в Азию.      

С Россией у Японии возник конфликт из-за соперничества за влияние в Маньчжурии и Корее.

Основной целью японского плана войны было уничтожение российской Маньчжурской армии, а также завершение военной кампании до того, как из Центральной России подойдет подкрепление.

Именно поэтому японское командование решило установить господство на Желтом море, а для этого нужно было нанести внезапный удар по российскому флоту, который на тот момент находился в Порт-Артуре.

Трагедия броненосца «Петропавловск»

В конце марта 1904 года вице-адмиралу С.О.

Макарову — командующему Тихоокеанским флотом – удалось заполучить информацию о том, что в районе островов Эллиот будут собираться японские транспортные суда, которые перебросят вражеские войска на Квантунский полуостров. Макаров решил отправить на перехват десанта группу миноносцев, а утром 31 марта вывести в открытое море из Порт-Артура эскадру, чтобы окончательно уничтожить противника.

Адмирал Х. Того, который потерпел неудачу в своих попытках заблокировать выход русским судам из Порт-Артурской гавани, разработал новый план, как уничтожить пароходы-брандеры противника. Суть плана заключалась в том, чтобы тайно поставить напротив выхода из гавани заграждение из мин, а потом выманить на это место русскую эскадру с помощью «приманки» из крейсеров.

Мины были поставлены в ночь на 31 марта минным заградителем под названием «Корю Мару», которого наспех переделали из транспорта под прикрытием 4-х отрядов миноносцев. С. О.

Макарову доложили о подозрительных кораблях на выходе из гавани, но он ошибочно принял их за своих.

Дело все в том, что накануне вечером командующий русским флотом, решив провести ночной поиск противника в районе островов Эллиот, отправил в дозор несколько миноносцев.

Отряд успешно доплыл до островов и, не обнаружив там врагов, повернул в обратную сторону. Миноносец «Страшный» немного отстал от отряда и ночью наткнулся на корабли японцев, которые прикрывали постановку мин. Он принял врагов за своих, поэтому спокойно присоединился к ним.

У японцев «чужак» также был принят за своего, поэтому не вызвал опасений. А на рассвете, когда «Страшный» подал опознавательные сигналы, был незамедлительно атакован. После короткого боя русский корабль был потоплен. На помощь миноносцу вышел броненосный крейсер «Баян», но его также встретили шквалом огня.

Подняв из воды уцелевших из утонувшего миноносца 5 матросов, крейсер на полном ходу направился в базу.

Не ожидая, пока все корабли выйдут, в 7 часов С. О. Макаров отдал приказ немедленно атаковать. Он повел броненосцы «Петропавловск», «Полтава» и еще 4 крейсера к месту, где утонул «Страшный», успешно проплыв минное поле. «Петропавловск» открыл огонь по японцам.

Те, в свою очередь, отступили на восток, где располагались основные силы их флота. Русский отряд вынужден был повернуть к Порт-Артуру, где к нему присоединились броненосцы «Победа» и «Пересвет». После этого С. О. Макаров снова пошел в атаку.

Правда, в этот раз курс был выбран неправильно, так как отряд шел прямо на мины.

Вскоре на мачте «Петропавловска» взвился сигнал, оповещающий о том, что всем миноносцам следует войти в гавань, поэтому крейсер начал поворачивать вправо. В 9.

43 раздался взрыв, который пришелся на район носовой башни главного калибра, в результате чего боезапас сдетонировал. Сила взрыва выбросила за борт носовую 305-мм орудийную башню, дымовые трубы вместе с кожухами.

Буквально через минуту броненосец своей носовой частью погрузился в воду. После этого взорвались котлы и «Петропавловск», разломившись на две части, полностью утонул.

Из всего экипажа броненосца удалось спасти только 80 человек, в том числе командира корабля капитана первого ранга Н. М. Яковлева, начальника военно-морского отдела штаба командующего Тихоокеанским флотом контр-адмирала Кирилла Владимировича.

А вот поиски командующего флотом были безуспешными — вице-адмирал С. О. Макаров погиб вместе с 10 штабными офицерами, 18 корабельными офицерами и примерно 650 матросами. На крейсере также находился известный художник-баталист В. В.

Верещагин, который во время похода делал наброски своих будущих картин. Ему также не удалось выжить.

Моряки посчитали, что «Петропавловск» потопила подводная лодка, поэтому они открыли беспорядочную стрельбу по воде и по плававшим обломкам корабля. Положение еще больше усугубилось из-за подрыва на мине броненосца «Победа», который вынужден был срочно повернуть в гавань.

Какой бы парадоксальной не выглядела ситуация, но Того не стал наступать, а просто бездействовал, наблюдая за тем, как русский флот терпит неудачу.

Несмотря на существенные преимущества, японский командующий, желая минимизировать собственные потери, не рисковал вступать в бой.

Кроме того, он ожидал от русских ожесточенное сопротивление, поэтому примерно в три часа дня Соединенный флот полностью скрылся за горизонтом.

Последствия гибели броненосца «Петропавловск»

Гибель крейсера «Петропавловск» крайне негативно повлияла на боевую деятельность всей Тихоокеанской эскадрильи. Флот вместе с одним из броненосцев, потерял и талантливого руководителя – вице-адмирала С. О. Макарова, который пользовался большим авторитетом у личного состава.

После смерти адмирала, моральный дух русских офицеров и матросов в значительной степени подорвался, что в конечном итоге привело к гибели Порт-Артурской эскадры. При этом японцы понесли меньшие потери, позволив Того встретить при Цусиме и полностью разгромить 2-ю эскадру Тихого океана.

Последующие обследования затонувшего броненосца

В 1909 году корпус затонувшего броненосца, который лежал на расстоянии примерно 2,5 миль от берега на глубине около 36 м, купил предприниматель Сакурая Цериносукэ.

Он рассчитывал обнаружить на затонувшем корабле судовую кассу и другие ценные предметы. Лишь спустя 2 года появились первые слухи о том, что внутри корпуса крейсера были обнаружены останки русских моряков, включая и тело вице-адмирала С. О.

Читайте также:  XVII век в России – время смуты

Макарова. Японские власти же официально данную информацию опровергли.

В 1913 году стали известны новые данные о том, что из кают, которые находились по левому борту кормовой части корабля на средней и нижней палубах, были извлечены останки 6-ти человек. Из них был опознан только один – это начальник штаба первой Тихоокеанской эскадры контр-адмирал М.П. Молас.

Его прах через некоторое время был переправлен в Санкт-Петербург для погребения. Тела остальных моряков были захоронены японцами со всеми требуемыми воинскими почестями на русском военном кладбище в Порт-Артуре 24 июня 1913 года.

Сакурая Цериносукэ в свою очередь предложил правительству России приобрести у него корпус броненосца, но вскоре получил отказ.

Позже специально назначенная комиссия, после проведенных исследований, установила, что «Петропавловск» быстро погиб из-за взрыва одной или нескольких японских мин, которые были связаны между собой одной цепью. Вслед за этим последовала детонация боевых зарядных отделений торпед, а также якорных мин и боезапаса в крюйт-камере 305-мм зарядов. Последним аккордом стал взрыв цилиндрических котлов.

Источники:

http://en.coolreferat.com/%D0%9F%D0%B5%D1%82%D1%80%D0%BE%D0%BF%D0%B0%D0%B2%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA_%D0%B1%D1%80%D0%BE%D0%BD%D0%B5%D0%BD%D0%BE%D1%81%D0%B5%D1%86_%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D1%8C=2

http://tsushima.su/RU/libru/i/Page_7/page_18/page_19/page_29/page_29_001/

http://clubs.ya.ru/sea-legend/replies.xml?item_no=5184

http://forum.ww2.ru/index.php?showtopic=1296103

http://wunderwaffe.narod.ru/Magazine/BKM/rjvminen/05.htm

http://keu-ocr.narod.ru/Petropavlovsk_sunk/

Источник: http://mreen.org/day-in-history/31-marta-godovschina-gibeli-bronenosca-petropavlovsk.html

Броненосец, изменивший Россию

Наука и техника » Полезно знать

В Желтом море членами совместной российско-китайской экспедиции на глубине 34 метров найдены остатки корпуса царского броненосца «Петропавловск».

Броненосец, являвшийся флагманом 1-й Тихоокеанской эскадры, подорвался на минах и затонул во время Русско-японской войны 1904-1905 годов. Вместе с кораблем погибли вице-адмирал Степан Макаров, знаменитый художник-баталист Василий Верещагин, сотни офицеров и матросов.

Некоторые историки полагают, что если бы не гибель «Петропавловска», то русская история могла бы пойти по совершенно иному пути…

Поднимать останки корабля не собираются — за более чем столетнее лежание на грунте от него мало что осталось. Во время Второй мировой войны японцы поднимали части его броневой обшивки для переплавки. Тем не менее очистить останки, точнее, остов корпуса от ила было бы неплохо — тем более, это будет еще одним способом убедиться, что это именно «Петропавловск», а не какой-либо иной корабль.

Так или иначе, 70-метровый корпус лишь на два метра возвышается над донным илом. По словам участников экспедиции, работы на предполагаемом месте обнаружения броненосца «Петропавловск» могут быть продолжены «не ранее чем через год». Но уже сейчас можно считать место гибели корабля местом для отдания полагающихся у моряков воинских почестей.

Как сообщают многочисленные интернет-источники, экспедиция по установлению точного места гибели броненосца стала возможна благодаря спонсорской поддержке компании «НК «Роснефть».

С китайской стороны участниками проекта стали Государственный центр по охране подводного культурного наследия и Государственный музей Китая, с привлечением подразделений Военно-морских сил НОАК.

Поисковые работы в Желтом море продолжались с 21 октября по 6 ноября, однако подготовка к экспедиции заняла около четырех лет. Большую помощь поисковикам оказало Министерство иностранных дел России и лично глава российской дипломатии Сергей Лавров.

Следует заметить, что попытки отыскать «Петропавловск» предпринимались уже давно, с 1909 года. Японским водолазам удалось несколько раз проникнуть в корпус судна (они искали, в первую очередь, судовую кассу). Нашли они ее или нет — неизвестно, однако им удалось обнаружить тело помошника С.О.

Макарова, контр-адмирала Моласа (он так и не успел покинуть свою каюту), останки пяти матросов и пальто адмирала Макарова. В.П. Моллас был впоследствии торжественно похоронен в Петербурге, матросы — на русском кладбище Порт-Артура.

Что касается пальто, то, исследовав повреждения ткани, японские эксперты пришли к выводу, что в момент взрыва адмирал получил перелом верхней части позвоночника, поэтому шансов на спасение у него не было никаких.

Само тело Макарова так и не нашли (хотя сообщения о том, что это случилось, неоднократно появлялись в русской и европейской прессе, однако японцы опровергали эти домыслы).

Источник: https://www.pravda.ru/science/useful/11-11-2011/1098191-petropavlovsk-0/

Wundefwaffe

Катастрофа эскадренного броненосца «Петропавловск»

После неудачи втором попытки заграждения выхода из Порт-Артура адмирал Того послал запрос о подготовке новых пароходов-брандеров.

До их прибытия командование японского флота решило провести операцию по заграждению выхода постановкой мин ночью. Зная о том.

что вице-адмирал Макаров при появлении кораблем японского флота в видимости Порт-Артура наверняка выйдет в морс, японцы решили -заманить русских на минное заграждение. Операция была назначена па 26 марта, но ко времени выхода задул свежий южный ветер.

Несколько дней стояла штормовая погода, и только после полудня 30 марта японский флот снялся с якоря и направился к Порт-Артуру. Придя в точку в 25 милях к зюйд-осту от острова Раунд, броненосцы и крейсера застопорили машины и легли в дрейф.

На кораблях, предназначенных для постановки, началось предварительное приготовление мин. В 17.40 4-й, 5-й отряды истребителей, 14-й отряд миноносцев и минный заградитель «Кориу-мару'» в охранении 2-го отряда истребителей направились к Порт-Артуру. Густые облака заволакивали небо, и море было подернуто туманом.

Для постановки мин погода была самая подходящая На флагманском броненосце «Микаса» адмирал Того приказал поднять сигнал «заранее поздравляю с успехом»; па всех кораблях команды стояли во фронте, провожая уходящих. С «Кориу-мару» последовал ответный сигнал «в виду благоприятной погоды ручаюсь за успех».

и отряд кораблей-заградителей направился па запад.

2-й отряд истребителей, прикрывавший постановщиков мин, сначала следовал впереди, затем при приближении к цели пропустил вперед 5-й отряд истребителей и 14-й отряд миноносцев и затем пошел рядом с заградителем «Кориу-мару». Отряд заградителей подошел к рейду Порт-Артура около 23.

40 (по японскому времени!, но ввиду дождя и полного мрака японцы не могли точно определить место. Ориентировке помогали шесть-семь русских прожекторов, освещавших подступы к внешнему рейду с.береговых батареи и дежурных кораблей. Японцы несколько pat попадали в освещаемое пространство, по обнаружены не были.

Различив очертания берегов справа и слева от прохода и уточнив свое место, японские корабли произвели постановку мин в соответствии с планом. Выполнив задачу, отряд вернулся на стоянку в северо-западной Корее. Замысел японцев удался полностью.

Как они и предполагали, при появлении японских кораблей и бое миноносца «Страшный» 31 марта. СО. Макаров вышел в море.

События развивались следующим образом. Макаров еще 26 марта получил агентурные сведения о том. что в портах Кореи японцы сосредоточили значительное количество транспортов для десантной операции па Квантунском полуострове.

Местом сбора транспортов с десантом должны быть острова Эллиот. Вечером 30 марта и поход вышли восемь русских миноносцев для ночной атаки противника. В ожидании известий СО. Макаров прибыл на дежуривший в проходе крейсер «Диана» и ночь провел там.

Когда ему несколько раз докладывали об обнаружении в свете прожекторов силуэтов кораблей, командующий категорически запретил открывать огонь, боясь обстрелять свои миноносцы.

Командиры миноносцев 2-го отряда не имели опыта совместного ночного плавания и плохо знали район. Большинство их только недавно были назначены на свои корабли.

Ночью миноносцы этого отряда отстали и следовали самостоятельно. Японских кораблей и транспортов в районе островов Эллиот 1-й отряд не обнаружил и повернул к Порт-Артуру. Миноносец «Страшный», следуя самостоятельно, встретил отряд японских миноносцев и, приняв их за своих, пристроился в кильватер.

На рассвете противники опознали друг друга, в неравном бою «Страшный» погиб. На помощь вышел крейсер «Баян» и на месте гибели миноносца под огнем японских крейсеров спас пять матросов. Командующий флотом направил в море остальные крейсера и в 7 часов утра вышел на «Петропавловске».

За флагманским кораблем вышел броненосец «Полтава», остальные задержались из-за сильного ветра. Не дожидаясь остальных, Макаров пошел в море с двумя броненосцами.

Однако спустя некоторое время на горизонте показались главные силы японского флота. Русские повернули к Порт-Артуру и вернулись на внешний рейд. Здесь вступили в строй вышедшие броненосцы «Перс-свет» и «Победа». СО. Макаров повернул на ост п.

следуя в двух милях от берега, намеревался в случае приближения превосходящих сил противника принять бой под прикрытием береговых батареи. Строй русских кораблей был следующим: в кильватерной колонне «Петропавловск», «Полтава», «Аскольд», «Баян». «Пересвет», «Победа», «Диана», «Новик».

Слева па траверзе флагманского корабля шли минные крейсера «Гайдамак» и «Всадник». Ни при выходе крейсеров и броненосцев, ни при начале маневрирования два последних приказаний па постановку тралов не получали — то ли из-за волны на рейде, то ли о минной опасности забыли.

На мостике флагманского корабля были заняты наблюдением за противником и выходом на рейд пятого русского броненосца «Севастополь».

В 09.39 произошел взрыв. Мичман И.И. Ренгартен наблюдал гибель броненосца «Петропавловск» с мостика шедшей следом «Полтавы» и описал ее в своем дневнике так: «Этой ужасной картины я никогда в жизни не забуду.

Под правой скулой «Петропавловска» взорвалась мина, он сразу накренился и стал уходить носом в воду, над местом взрыва выкинуло громадное пламя и целую кучу дыма.

После этого взрыва было слышно еще несколько, то взрывались котлы и зарядные отделения мин.

Палуба мгновенно была объята пламенем. Трубы и мачты сразу куда-то исчезли, корма выскочила из воды, винт левой машины заработал в воздухе, люди падали кучами, многие падали в винт, и их размалывало на наших глазах. «Петропавловск» погружался быстро — через 2 минуты после взрыва его уже совершенно не было видно».

О том, что происходило на броненосце, рассказал флаг-офицер штаба командующего флотом В.П. Шмидт: «Подойдя к журналу, я стал записывать: «В 9 ч 43 мин — сигнал:…

» — успел я лишь набросать, и вдруг послышался глухой сильный удар.

У нас троих (капитана 2-го ранга Кроуна, сигнальщика и у меня) сорвало фуражки, и в одно мгновение стол, диван, шкаф с книгами и картами — все обратилось в груду обломков, циферблат с механизмом был вырван из футляра часов.

С трудом удалось высвободиться, и мы бросились к правому выходу из рубки на мостик. «Петропавловск» сильно кренился на правую сторону и настолько быстро погружался, что, стоя на твердом мостике, казалось, не имеешь опоры и летишь с головокружительной быстротой куда-то в бездну. Это чувство было очень неприятно.

Читайте также:  Дань села - история России

Говорить, конечно, нельзя было из-за рева пламени, воды, постоянных взрывов и всеобщего разрушения. Выскочив на правую сторону мостика, мы увидели впереди себя море пламени; удушливый едкий дым почти заставлял задохнуться.

Здесь я заметил фигуру адмирала, стоявшего спиной ко мне.

Как думают те, кто хорошо знал адмирала, он прошел вперед, сбросив с себя пальто, чтобы узнать, что случилось, и вот можно предположить, что он был оглушен или убит одним из сыпавшихся обломков.

Только несколько секунд пробыли мы здесь и. опять с трудом перебравшие:, через деревянную рубку, еще каким-то чудом не разрушенную, мы с большими усилиями добрались до левого крыла мостика, так как крен на правую был уже очень велик.

Тут я увидел флагманского штурмана подполковника Коробицина. флаг-офицера мичмана Яковлева, еще нескольких офицеров, которых не помню, и много сигнальщиков, прыгавших с мостика вниз на крышу левой носовой 6-д. башни, и паровой катер, а оттуда в воду. Мимо меня, мне показалось, прошел великий князь Кирилл Владимирович. Мичман Яковлев старался хотя немного удержать команду.

Я взглянул наверх: надо мной стоял столб желто-черного дыма, который у меня прямо врезался в память. Рядом со мной обломком, которые сыпались вокруг, ударило по голове капитана 2 ранга Кроуна. он упал и больше не поднимался.

Посмотрел я на корму: шканцы, казавшиеся высоко над мостиком, усеяны людьми, которые без всякого удержа сплошною живою рекою бросались за борт, попадая в работавшие до последнего взрыва винты и между обломками.

При виде такой картины сердце сжалось от ужаса. Несмотря на общее стихийное стремление броситься в воду, у меня явилось твердое ясное сознание, что этим я погублю себя: слишком много выступающих частей -орудий, мостиков и т.д.

, которыми меня может накрыть. В это время мостик уже был под водой, которая доходила мне до груди. Значит, успел я только выскочить из рубки, пробраться на крыло мостика, посмотреть вверх и назад, как очутился уже под водой…

На мне была меховая тужурка, мех еще не успел пропитаться водой, и она меня вынесла на поверхность.

Выплыл. Нашел рядом деревянную дверь от моей рубки; подплыл к ней. Попробовал, выдержит ли она — выдержала. Лег на нее и. помню, стал отхаркиваться кровью и стонать. Немало воды я наглотался.

Посмотрел вокруг: от «Петропавловска» никаких следов; несколько обломков — вот и все. Много плавающих людей, раненых, коченеющих (в воде было 5″). Услыша общий непрерывный стон этих людей, я сам замолчал».

Сразу после взрыва все корабли застопорили машины и стали спускать шлюпки. Ближе всех к месту катастрофы (в полутора кабельтовых) находился минный крейсер «Гайдамак». С него спустили шлюпки и стали поднимать плававших в воде прямо на борт. Через четыре минуты подошли шлюпки с броненосца «Полтава», затем и с других кораблей, подошли миноносцы.

Спасательным работам мешало сильное волнение. Паровой катер с «Полтавы» захлестнуло волной, и он затонул. Не все спасшиеся при катастрофе выдержали пребывание в холодной воде. Многие умерли в воде или спустя некоторое время после спасения. Среди последних был капитан 2 ранга Васильев, мичманы Акимов и Бурачек, врач Волкович.

«Гайдамак» и его шлюпки спасли четырех офицеров и 47 человек команды. Среди них был великий князь Кирилл Владимирович. Всего же удалось спасти 7 офицеров и 73 нижних чина. На «Гайдамак» подняли из воды пальто адмирала Макарова, сверток карт, образ Святого Николая Чудотворца. Спасенных доставили в порт и передали на госпитальное судно «Монголия».

Всего погибло 650 человек, среди них вице-адмирал СО. Макаров, начальник штаба эскадры контр-адмирал М.П. Молас, флагманский минер К.Ф. Шульц.

После подрыва «Петропавловска» эскадра оставалась в дрейфе до 9.55. Затем младший флагман контрадмирал Ухтомский приказал поднять сигнал построиться в кильватерную колонну за «Пересветом».

«Полтава» и «Гайдамак» еще некоторое время оставались па месте гибели «Петропавловска», остальные построились в кильватер и легли на курс зюйд-вест 55″.

Японские корабли наблюдали все это издали, не приближаясь из-за опасения мин и не входя в зону действия русских крепостных орудий.

В 10 часов 10 минут эскадренный броненосец «Победа» в полутора милях от маяка на Тигровом полуострове подорвался на мине. Взрыв произошел с правого борта в районе носовых угольных ям между 54 и 58 шпангоутами. Центр пробоины оказался на 16 футов ниже ватерлинии. Вода затопила две угольные ямы и два бортовых коридора.

Броненосец принял около 550 т воды и получил крен 6″ на правый борт. После взрыва главные машины были остановлены и шлюпки подготовлены к спуску. Однако переборки держали, и распространения воды по другим помещениям не было.

Броненосец дал ход и направился на внутренний рейд, куда благополучно зашел с помощью портовых буксиров.

После подрыва «Победы'' с нее открыли беспорядочный огонь по воде, полагая, что причиной гибели «Петропавловска» и подрыва второго броненосца явились японские подводные лодки.

Остальные корабли русской эскадры также открыли огонь по всем плававшим в воде предметам. Контр-адмирал Ухтомский приказал эскадре следовать в гавань, что и было исполнено без происшествий.

Японский флот держался па горизонте до 15 часов и величаво удалился.

В случае успеха ночной атаки миноносцев в районе островов Эллиот, Макаров намеревался утром 31 марта выйти с эскадрой в море.

Тем не менее, пи протраливания створа, ни проводки за тралами выполнено не было. Из-за нахождения в морс русских миноносцев обнаруженные японские корабли обстреляны не были.

Гибель флагманского корабля и командующего флотом произвела удручающее впечатление на личный состав эскадры.

9 апреля береговые батареи открыли огонь по всплывшей на месте гибели броненосца подводной лодке. Наместник со штабом прибыл на Золотую гору и от туда наблюдал за происходившим. По его приказанию стрельбу прекратили и к лодке были посланы сторожевые катера. «Подводная лодка» оказалась баркасом с «Петропавловска».

этот и в следующий день на внешнем рейде проводили траление миноносцы, с задачей «протралить весь рейд, чтобы вполне обеспечить возможный выход флота или миноносцев из гавани от мин, могущих быть поставленных японцами». Координирование осуществлялось по выставленным накануне вехам.

Начатые противоминные действия велись импровизированно. Большинство личного состава считало, что «Петропавловск» потоплен подводными лодками. 10 апреля в Порт-Артуре была получена телеграмма начальника Главного морского штаба контр-адмирала З.П. Рожествснского.

в которой сообщалось, что, по официальным данным, у японцев нет подводных лодок, а в ночь на 31 марта на рейде Порт-Артура были минный транспорт «Кориу-мару», восемь эскадренных и четыре малых миноносца, которые поставили мины. В телеграмме спрашивалось, не обнаружены ли на месте гибели «Петропавловска» японские мины.

Только после этого было начато траление непосредственно на месте потопления флагманского корабля.

14 апреля катера с броненосца «Цесаревич» под руководством старшего минного офицера корабля лейтенанта Щетинина протралили место гибели броненосца «Петропавловск» и обнаружили минную банку. В середине трала всплыла мина.

При попытке её буксировать в воде произошли последовательно два взрыва, уничтоживших и всплывшую мину. При выборке трала всплыла ещё одна мина, которую расстреляли в присутствии прибывшего контр-адмирала В. К. Витгефта.

После этого корабельные минные офицеры были собраны па совещание, на котором высказали свои мнения о причинах взрыва флагманского корабля.

Они предполагали, что «взорвавшаяся под носовой частью броненосца мина передала, посредством детонации, взрыв на запас мин заграждения, погреб которых помещался поблизости, причем мины хранились со вставленными запальными стаканами, а так как стеллажи, на которых расположены были мины, устроены по бортам; то мины непосредственно соприкасались с бортом; или удар взрыва мог подействовать на ударник вложенной в аппарат (подводный) самодвижущейся мины, взрыв которой по железу корпуса мог передаться уже на мины заграждения. Прилегавшие погреба 12 дм снарядов с сухим пироксилином могли также принять детонацию п передать взрыв на соседние погреба. Сотрясение же и удары взрывов могли в свою очередь передаться на соседние кочегарные отделения и вызван, взрыв котлов»

Из воспоминаний председателя комиссии для производства расследования причин гибели эскадренного броненосца «Петропавловск» капитана 1 ранга Э.Н. Щенсновнча: «Расследование установило, что «Петропавловск» погиб от почти одновременного взрыва нескольких мин.

поставленных ночью с 30 на 31 марта неприятелем па рейде Порт-Артура… Взрыв мины пришелся с правой стороны под отделением минного аппарата.

Пироксилин в мимах заграждения, лежавших в погребе около подводных минных аппаратов, детонировал, патронные погреба загорелись, и огонь стал распространяться по всему кораблю с поразительной силой.

Офицеры, бывшие в кают-компании, услышав взрыв, бросились наверх и в выходе кают-компании уже увидели желтые огненные языки горевшего пороха в таком количестве, какое не мог дать порох, бывший вне погребов. Затем последовало несколько повторных взрывов».

Комиссия пришла к выводу, что «не может быть подозрения на появление подводных лодок около Артура, хотя у многих первое впечатление после взрыва было таково, что «Петропавловск» погиб от подводной лодки.

и даже многие наши корабли, следовавшие за «Петропавловском», открыли огонь по воде, по плававшим гильзам от патронов, выброшенных за борт, принимая воду и гильзы за подводные лодки»54 Напомним, что командование предполагало свезти на берег с больших кораблей весь запас мин.

Наместник с этим не согласился и разрешил снять лишь половину запаса, что и было выполнено. Только после катастрофы 31 марта все мины с броненосцев и крейсеров сданы в порт. На «Петропавловске» в момент гибели было 30 мин.

В книге Головачева и Ливрона приведена цитата из английской газеты «Тайме» от 19 апреля 1904 г.: «Пароход «Кориу-мару», который положил мины под Порт-Артуром в ночь па 31 марта, это новый минный транспорт в 2700 т. Капитан Ода, который распоряжался погружением мин, недавно был награжден орденом за новое изобретение, значительно усиливающее действие этого рода оружия».

Источник: http://wunderwafe.ru/Magazine/BKM/rjvminen/05.htm

Ссылка на основную публикацию