Монархия константина и византийская империя iv века — история России

Величие и падение Византии

Монархия Константина и Византийская империя IV века - история России

Откуда появилось название Византия? Видимо, не каждый школьник сегодня в состоянии ответить на этот вопрос.

…Так в древности назывался греческий город на европейской стороне Босфора у Мраморного моря. В 330 году н.э. римский император Константин Великий избрал его столицей своей империи и тем самым придал ему всемирно-историческое значение.

Постепенно Византия из торгового провинциального города превратилась в столицу с роскошными дворцами, портиками и площадями. Со всех концов греческого мира сюда стали стекаться произведения искусства, и начался мощный прилив людей из европейских и азиатских областей империи.

Превратившись в столицу империи, Византия по воле Константина была названа в его честь Константинополем.

Сами обитатели Византийской империи именовали себя нe римлянами, нe греками, нe эллинами, а ромеями и Византийская империя официально носила название Ромейской. Конечно, она была подвержена сильному влиянию традиций Западной Римской империи, которая пала в последней четверти V столетия н.э под напором германцев.

Поэтому наследие Рима, звание императора и сама идея всемирной монархии, а также остатки античной образованности уцелели только на Востоке — в Византийской империи. Особенно тяжела была для народов Западной Европы утрата идеи всемирной монархии.

«Один Бог на небе, один царь на Земле; нельзя небо представить без Бога, а землю — без императора».

Византия сыграла значительную роль в развитии Церкви Христовой и, в частности, православия. В период царствования Константина Великого был найден животворящий Крест Господний. Хотя император не был христианином, но по наказу отца относился к христианам благосклонно.

Письменные источники упоминают о таком факте: кесарь Италии Максентий объявил войну Константину и намеревался в его лице уничтожить сильного защитника христиан. Войско кесаря значительно превосходило войско Константина по численности и силе.

Византийский император мог уповать только на помощь единого Бога.

И он не ошибся в своем небесном покровителе. Его молитвы были услышаны. На заходе солнца он увидел на небе знамение Креста Господнего и надпись из звезд: «Сим победиши».

А на следующую ночь во сне Константин увидел самого Иисуса Христа, который велел ему сделать на войсковых знаменах крест и возвестил, что Константин победит в этой битве. Император сделал такой крест из золота и самоцветов. Аналогичные кресты были изготовлены для всей армии.

И действительно, его войско, среди которого были и христиане, на следующий день выиграло битву и вошлo в Рим.
В честь этой победы в городе была поставлена статуя царя с крестом в правой руке.

На ней сделали надпись: «Этот спасительный крест — истинный свидетель мужества, которым я спас и освободил город наш от ярма мучителя и вернул Римскому сенату свободу и былую славу».

И впоследствии император Константин и его воины вели свои победоносные битвы под знаменем с изображением креста. Итак, крест, который был у язычников орудием смертной казни, помог Константину в его победах над врагами, стал знаком торжества христиан над язычниками в Римской империи.

В честь Животворящего Креста он решил построить храм в Иерусалиме на месте страдания и воскресения Иисуса Христа. В выполнении благих намерений Константину помогала мать — царица Елена. Она приложила немало усилий для того, чтобы найти Крест Господний на Голгофе.

На месте страданий и смерти Христа были проведены раскопки и найдены три креста и дощечка с надписью»: «Иисус Назарянин — Царь Иудейский». Эти же слова, как записано в Евангелии, по велению Пилата — правителя Иудеи, были написаны над головой распятого Иисуса (Иоанн, ХIХ, 19).

Спасительный Крест сейчас находится в Иерусалиме в серебряном ковчеге, а часть его царица отправила своему сыну Константину.

Сегодня нет возможности увидеть Крест целым. Его части раздавались для освящения по всему миру. В 1681 году часть Креста была доставлена в Москву и хранится в Успенском соборе, часть — находится в Киеве в Софиевском соборе, а наибольшая его часть осталась в Иерусалиме в храме Воскресения, в алтаре греческой соборной церкви в особом ковчеге.

Соседи Византии были, конечно же, недоброжелательны по отношению к своему богатому и могущественному соседу. Императорское достоинство, которое сохранилось в Византии, озлобляло политических деятелей Западной Европы. Они пытались во что бы то ни стало отнять его у византийских царей. Впервые это удалось королю франков Карлу Великому.

Несмотря на то, что империя на Западе была восстановлена, многие из государей при законном монархе называли себя императорами и таким образом подпадали под разряд самозванцев. Затем, правда, они покупали согласие на этот титул у византийских императоров.

Римский первосвященник вступил на путь честолюбивых притязаний на главенство и начал свою борьбу с патриархом константинопольским. Церковная вражда порой перерастала во вражду политическую.

Один из трагических эпизодов — история завоевания Константинополя крестоносцами в 1204 году, когда франки, направлявшиеся в Иерусалим, изменили цель похода и убивали восточных христиан, опустошали их страну с не меньшей жестокостью, чем это делали они по отношению к мусульманам.

Но многое Запад перенимал у Византии мирным способом. В то время, сохраняя в себе плоды античной цивилизации, она служила для Европы источником знаний и просвещения. До конца XII столетия о Византии можно было сказать, что она стояла на недосягаемой для западных народов высоте в области богословия, философии и литературы.

Германские императоры IX и Х столетий стремились вступить в брачное родство с византийскими императорами. Вместе с греческими царевнами приходили в то время в Европу и греческие ученые. Греческое образование было в моде на Западе.

Но религиозные распри между западными и восточными христианами впоследствии послужили, пожалуй, главной причиной падения Византийской империи.

Когда византийские императоры обращались к Западу за помощью против экспансии мусульман, то те мотивировали свой отказ тем, что греки не истинные христиане.

Другое дело, отношения с Восточной Европой и славянами. Славяне часто соприкасались с Византией и ее войска пополнялись за их счет. Кроме того, они вместе с германцами заселяли земли обширной империи. Из их числа выходили и администраторы и полководцы, и даже один патриарх.

Славянские правовые воззрения оказали влияние на обычаи и законы империи. Русские купцы были частыми гостями Константинополя и вели выгодную торговлю. Византия подарила Руси и другим славянским народам христианскую веру, дала им богослужебный язык и письменность.

Русичи издавна стремились в Византию, то, вступая с ней в мирные сношения, то, предпринимая на нее опустошительные набеги. Но после принятия христианства наши воинственные предки приходят туда не как завоеватели, а только как союзники.

Eще Владимир Великий вскоре после крещения послал в Царьград (Константинополь) отряд своих воинов с целью усмирить мятеж, который подняли против императора его подданные. Из Византии перешли в Русь знаки верховной государственной власти: герб, бармы и шапка Мономаха.

Одним из самых выдающихся и талантливых императоров Ромейской империи был Юстиниан. В 527 году, когда он стал императором, персидская армия беспрестанно атаковала восточные границы Византии, вандалы праздновали победу на территории Северной Африки. Юстиниан решил преобразовать управление империей.

Одним из результатов этих реформ стала эффективная налоговая система. Имея достаточные средства, Юстиниан смог содержать большую армию. Император послал армию в Северную Африку, где онa быстро освободилa побережье от вандалов, а затем двинулся в Италию. Тем временем восточные армии успешно боролись против персов пока Юстиниан не заключил перемирие на Апеннинах.

В период правления Юстиниана значительно расширились границы Византии.

Его империя прежде всего основывалась на греко-римских традициях. Юстиниану были близки идеалы Рима, и он стремился восстановить Римскую империю не только в территориальных границах, но и по единству веры и закона.

Но, с другой стороны, он, как представитель нового христианского государства, испытывал на себе влияние новых условий жизни, зависивших от появления новых народов, от естественной мировой эволюции.

Перед ним стоял высокий идеал, оторванный от реальной жизни, но он, как представитель переходной эпохи, творец новой жизни на Востоке, не мог себе не отдавать отчета в том, что происходило в его время, насыщенное сменой идей и настроений. Противоречивость была заложена и в характере самого Юстиниана.

Он последовательно проводил свою политику, которая заключалась в войнах с соседями, совершенствовании церковной и законодательной деятельности. Однако император не смог реально оценить истинныe потребности Византии и материальные возможности подчиненных ему народов.

Если бы призрак Римской империи не владел его воображением, то он не потратил бы столько сил на далекие военные экспедиции и позаботился прежде всего о защите сердцевины империи и об укреплении Сирии и Палестины.

Пожертвовав реальными интересами на Востоке для фиктивных выгод на Западе, Юстиниан подготовил последующие успехи арабов.

Что касается внутреннего состояния Византийской империи после правления Юстиниана, то она осталась при пустой казне. Налоговые средства народов были исчерпаны, армия оказалась дезорганизованной, а неприятель угрожал и с севера, и с востока.

Высокие идеалы, которых придерживался Юстиниан, уже никого не вдохновляли. И все-таки он умел пробудить силы государства и показал, что может сделать в VI веке настойчивый и талантливый государь, руководствующийся идеалами греко-римского мира.

Многие последующие императоры пытались повторить успехи Юстиниана, но никто не достигал намеченных им целей.

Финансовая и религиозная политика Юстиниана довела Восточную империю до истощения. Побежденные народы чувствовали к победителям отвращение за преследования, которым они подвергались. Кроме того, после смерти Юстиниана долгое время не появлялись талантливые администраторы.

Практически вся аристократия или вымерла, или погибла. Византийская правящая верхушка стала пополняться людьми невежественными — без образования и понятий о чести и долге. Даже на престол стали вступать люди ничем не выдающиеся и не приносившие с собой никаких традиций.

Примечательно, что в 1317 году после сильного северного ветра выпал Крест из руки конной статуи Юстиниана, стоявшей на ипподроме. Вероятно, это был знак свыше: через столетие с лишним христианские кресты Константинополя сменили на мусульманские полумесяцы.

Этому трагическому излому в судьбе империи, а вернее, ее полному физическому исчезновению способствовала, конечно же, и многолетняя Персидская война, которая определила целую эпоху в истории Византии. В результате этой войны Персидской монархии был нанесен непоправимый удар.

Византия возвратила Сирию и Палестину, но она не обладала достаточной силой ассимиляции и не возвысилась до широких мировых задач, которые ей предстояло решить.

Узкий национализм и религиозная исключительность, настаивавшая на признании единой догмы и жестоко преследовавшая инакомыслие, помешали Византии исполнить широкую политическую и религиозную миссию и открыли свободный путь для развития магометанства.

Когда арабы-мусульмане двинулись на север от Аравийского полуострова, через десятилетие после смерти Мухаммада они уже были хозяевами на территории, принадлежавшей Византийской и Персидской империям.

Истощенные непрерывной войной эти колоссы не могли активно сопротивляться мусульманской агрессии. Последователи Пророка поначалу насчитывали всего 50 тысяч человек.

Читайте также:  Царь персии кир ii и создание империи ахеменидов - история России

Однако, благодаря решительности и твердым религиозным убеждениям, они завоевывали один город за другим.

В 635 году пал византийский город Дамаск. Через 100 лет за Босфором у Византийской империи осталась только Малая Азия. В 636 году мусульмане победили персов в сражении у Альквадазии. Но полностью подавить персидское сопротивление оказалось возможным только через пять лет. В 642 году 150000 персов укрепились в горах Загрос.

Однако, благодаря тактической хитрости, мусульмане (их было только 30000) окружили персов в узком ущелье. Было убито приблизительно 100000 персов. Мусульмане продолжили свои завоевания, в Африке и Южной Европе, временно оставив в покое Византию. Настоящим бедствием в ХI— ХIV вв.

для империи стала череда дворцовых переворотов, ослаблявших силы государства.

В середине ХI столетия Византийскую империю терзали со всех сторон. Венгры взяли Белград в 1064 году. В 1071 году норманны захватили Италию. Но самая большая опасность исходила от новых сильных кочевников — турок и их правителя Сельджука. Турки потеснили арабов и захватили Багдад в 1055 году.

В 1071 году византийский император Роман IV Диоген начал войну против них в восточной части империи. Так как в армии было много турецких наемников, то они перешли на сторону врага, чeм обеспечили полную победу Сельджука при Манцикерте. Эта победа была началом больших завоеваний турок.

Были захвачены Сирия, Палестина и святой город Иерусалим. Нельзя сказать, что христианская Европа смирилась с потерей Гроба Господня. Началась эпоха Крестовых походов. Византия с конца ХII века уже не могла играть решающей роли на границах Запада и Востока.

Ее территория катастрофически уменьшалась.

А в апреле 1453 года еще недавно самая могущественная в мире империя, смогла выставить только 8000 человек, чтобы защитить свою столицу Константинополь от турок-осман. Среди защитников города было 700 генуэзцев и несколько сотен венецианцев.

Из- за выгодной оборонительной позиции города жители думали, что он будет стоять до тех пор, пока суда не причалят к берегу. Под командованием проницательного, очень настойчивого и вероломного султана Мехмеда II флот врага сделал то, чего так боялись византийцы.

11 апреля 1453 года турки-османы (до 100 тысяч человек) начали осаду.

С помощью 67 орудий обороняющиеся выдерживали осаду города в течение семи недель. Ранним утром 29 мая 1453 года враг сломил сопротивление христиан и вошел в город.

Через три дня разбоев и грабежей Мехмед приказал остановиться и приступить к восстановлению изувеченного города, переименовав его в Стамбул. Были построены новые мосты, виадуки и улицы.

Налоговые льготы стимулировали ремесленничество и торговлю. Через 50 лет столица Османской империи стала самым большим городом мира.

Так исчезла величественная когда-то Византийская империя, поражавшая современников своей роскошью, высоким уровнем культуры и просвещенности.

Она словно растворилась в других народах и других культурах, но осталась империей духа, которая не имеет границ и которую завоевать невозможно.

Византия живет в христианских обрядах, в изобразительном и музыкальном искусстве многих стран, которые испытали на себе ее благотворное влияние.

Георгий МЕЛЬНИЧУК

Источник: http://www.ruskmir.ru/2016/06/velichie-i-padenie-vizantii/

Немного истории: какой была власть в Византии

Что Византия унаследовала от Римской империи? Чем новое понимание власти принципиально отличалось от прежнего? Что сплачивало многонациональную страну в единое мощное государство? Почему «сельская» Византия оказалась жизнеспособной? Какие византийские уроки полезно усвоить в наше время? Рассказывает историк Павел Кузенков.

Сегодня разговор пойдет о власти. Тема эта интересует многих и всегда вызывает бурные споры. А какова была природа власти в византийском государстве? И что это за явление – власть византийского императора?

Такая разная власть

Начнем с предыстории. Как известно, античность довольно подробно разрабатывала учение о власти. В классических трудах Аристотеля, Платона и других авторов нарисована картина, с которой до сих пор знакомят в наших высших учебных заведениях.

Власть существует в трех основных разновидностях: власть одного, власть нескольких и власть всех – то есть монархия, олигархия, или аристократия, и демократия.

Во всех этих трех разновидностях Аристотель предложил выделять еще позитивную и негативную фазы: если власть монархии вырождается, она становится тиранической; если власть аристократии вырождается, она становится олигархической; если вырождается демократия, она превращается в охлократию.

Человечество с тех пор не придумало ничего нового, и на протяжении 2000 лет после Рождества Христова развиваются в разных вариациях именно эти три основные формы, которые, в зависимости от нравственности того или иного общества, могут быть как позитивными, так и негативными. Конечно, необходимо отдать должное Римскому государству.

Наверное, не будет преувеличением сказать, что Римская империя создала одну из самых совершенных моделей политического устройства, одну из самых лучших и эффективных форм власти, какая только возможна на земле.

Но что это за власть? Обычно мы понимаем ее как власть монархическую, и греки называли ее «царской властью»: императоров по-гречески именовали «василевсами», то есть царями. Но если мы присмотримся к природе Римского государства, то увидим, что здесь не все так однозначно.

Римская республика, как известно, была формой демократии, вырождавшейся в олигархию, и к эпохе Цезаря она переживала достаточно серьезный кризис. Выборы, этот классический инструмент демократического управления, давно выродились в систему подкупа магистратур, и власть в государстве фактически захватила очень небольшая группа олигархов, обладавших доступом к инструментам военным, финансовым и т.д. Именно на фоне кризиса республиканских идеалов, кризиса республиканской политической модели и возникает монархия Цезаря.

Но Цезарь, будучи диктатором, то есть единовластным правителем, не удержался у власти и был убит.

И его преемник – приемный сын Август – создает классическую римскую имперскую структуру, имперскую модель власти, которая существенным образом отличается от привычной восточной монархии.

Дело в том, что Август не был монархом, он не был царем в нашем понимании. Его должность называлась очень необычно: «princeps», то есть «первый», и должность эта не имела никаких особых привилегий или полномочий.

Рим: император по… доверию

Основой власти Августа был его личный авторитет, и это очень важно. Фактически ему удалось сохранить некую иллюзию республики, но республики, которая обрела лидера – лидера, прежде всего, народного и военного.

Император – это именно военная ипостась этого лидерства, и римские принцепсы нам известны именно как императоры, потому что они возглавляли самую мощную в мире армию. Но для гражданского общества они были, прежде всего, лидерами народа, и одна из ключевых их магистратур, если угодно, – это трибунская власть.

Трибунскую власть могли иметь только люди благородного происхождения, то есть патриции, но у императора была именно власть, а не сам этот титул трибуна, и они были своего рода народными лидерами, вождями, которые фактически олицетворяли собою populus Romanus.

И один из ключевых, основополагающих законов Римской империи как раз гласит, что принцепс – это человек, которому римский народ доверил свою власть.

Очень важно здесь, как бы мы сказали сейчас, конституционное признание, что носителем власти в Римском государстве является народ, а принцепс, император – это тот человек, которому народ эту власть передает на определенных условиях.

И условия эти таковы, что император должен заботиться, прежде всего, о безопасности государства, о соблюдении законности, и в то же время, поскольку это языческая империя, в которой большую роль играет религиозное представление о власти, он должен обеспечивать, выполнять еще и религиозные функции вождя, то есть связь с богами.

Не случайно все римские принцепсы, начиная с Августа, были одновременно и верховными жрецами, и Римское государство в значительной степени было связано именно этим религиозным стержнем.

Но, поскольку языческая религия не знает понятия духовности, а основана именно на понимании закона, то по мере вырождения идеалов нравственности, по мере исчезновения традиций, связанных с национальными, именно римскими категориями добродетели – империя становилась все больше, всё более многонациональной, на престол часто восходили люди, чуждые римской традиции, – к концу III века империя оказалась в глубочайшем кризисе.

Византия: новая демократия

Выход из этого кризиса был предложен святым равноапостольным императором Константином, который римскую классическую модель власти – власть народного монарха – дополнил очень важным религиозно-духовным компонентом, а именно: признанием христианской религии как основного закона, на котором зиждется и законодательная, и вообще в целом гражданская жизнь империи. Таким образом, именно при Константине византийская модель власти обретает свои классические законченные черты. Это, прежде всего, император – как предводитель народа и вождь армии, как блюститель законов – и действующая под его опекой, но в то же время независимая от него Церковь – как хранительница нравственных устоев государства и общества и организация, структура, которая обеспечивает молитвенное обращение к Богу, молитвенную связь с Божественным миром. Создается концепция симфонии, которая при императоре Юстиниане обретает уже свою классическую форму, концепция так называемых «двух начал». Иногда говорят «двух властей», но я хотел бы акцентировать внимание на том, что Церковь властью, в собственном смысле этого слова, в византийском представлении не обладала. Ведь власть – это нечто, связанное с насилием, с принуждением. А эта двухсоставная симфоническая модель управления обществом как раз и отделяет часть, которая связана с насилием, от части, которая связана с убеждением и основана на духовном выборе человека.

Византийское представление о власти, как это ни удивительно, очень демократично.

Император, будучи формально монархом, то есть единовластным правителем, тем не менее, во-первых, действует именно как представитель народа, как высший магистрат республиканского в целом государства, и название Res Publica – «общее дело» – сохранялось в Византийской империи до самых последних дней ее существования – по-гречески это называлось «коина прагмата». И очень важно, что в качестве именно вождя народа император мог претендовать на верховную власть.

Стержень империи – христианство

Именно Церковь создает ту внутреннюю структуру, которая дает возможность переживать тяжелейшие политические кризисы И второй момент – это религиозный компонент организации общественного устройства: структура управления и социальная организация общества не ограничивалась властью.

Вот это очень существенный момент для понимания природы византийского политического устройства: оно немыслимо вне религиозного стержня. Именно религия, именно Церковь создает ту тонкую внутреннюю структуру, которая дает возможность переживать тяжелейшие политические кризисы, сотрясавшие время от времени империю.

Христианская модель мирского устройства оказалась на удивление жизнеспособной.

Гораздо более жизнеспособной, чем языческая ее предтеча – древнеримская языческая модель, поскольку даже статистика показывает, что в языческом Риме большинство императоров погибали, и любые конфликты, связанные с передачей власти, вырождались в тяжелейшие гражданские войны, так что государство часто рассыпалось на части.

Христианская Церковь, христианская сеть, которую Константин Великий внедрил, с помощью опеки государства создала очень мощный механизм противодействия этим тенденциям распада, и в дальнейшем, при серьезной политической нестабильности, при переворотах, многочисленных конфликтах, связанных с передачей власти, Византия не знала таких катастрофических гражданских войн, какие были обычным делом в языческом Риме. И большинство византийских императоров заканчивали свою жизнь не от ножа убийцы или яда; в крайнем случае – в монастыре или где-нибудь в тюрьме. Но сам вопрос об убийстве императора представлялся уже как нечто недопустимое.

Читайте также:  Великий князь владимир мономах - история России

Да здравствует деревня!

Самое важное, что империя не ограничивалась высшей властью императора или командованием армией. Римская империя с самого начала возникла как некая надстройка над огромным, пестрым и разнообразным полем муниципальных структур низшего уровня. Если угодно, это можно назвать, как сделал в свое время Т.

Моммзен, огромным политическим союзом разнородных и многообразных политических организмов, скрепленных железным обручем римской армии и римского законодательного механизма во главе с императором. Но на местах, в разных городах, жизнь протекала так, как она протекала столетиями до римского завоевания, и огромную роль играло самоуправление.

Эти традиции впоследствии были трансформированы и потеряли свою античную форму, привычную для IV–V веков, но, тем не менее, традиции самоуправления были очень сильны в византийской системе власти.

Государство, правда, стало в значительной степени деурбанизированным, то есть из городской, по преимуществу урбанистической, страны Римская империя позднего времени стала в основном страной крестьянской, но именно на этом крестьянском, сельском уровне и развивалось очень интенсивно самоуправление византийских общин.

Фактически именно на них держалась византийская армия, на этих сельских обществах, и когда возникала потребность давать отпор врагу, именно самоорганизация крестьянского населения, естественно под руководством центральных властей, создавала ту удивительную, свойственную именно Византии армию, которая, с одной стороны, была фактически бесплатной для государства, а с другой – была очень эффективна, потому что люди защищали свою родину. Нечто похожее было в свое время и у нас в России, когда во времена Московской Руси и в XVII веке, да отчасти и в XVIII-м, Россия представляла собой удивительную картину: под скипетром монарха, под железной рукою императора или царя существовали тысячи крестьянских общин, в которых действовало самоуправление. Как иногда говорят, сотни тысяч крестьянских республик уживались под властью одного монарха. И именно такая структура – соединение жесткой монархической вертикали и горизонтали самоуправления – обеспечивала государству выживаемость в самых сложных условиях.

Византия тоже обладала этим удивительным качеством, которое приводило к регенерации империи в случае, например, внешнего вторжения, как это произошло в 1204 году, когда взятие Константинополя крестоносцами привело фактически к гибели центрального аппарата власти, к разрушению системы имперской администрации.

Тем не менее, на местах оставалась власть народных общин в деревне и аристократии в городах. И очень быстро империя воссоздала свою структуру.

Причем она оказалась даже еще более здоровой, чем классическая имперская, потому что гораздо меньше ресурсов уходило на содержание центрального аппарата, гораздо больше самостоятельности получали на местах правители и предводители народных дружин, и византийское войско стало более эффективным.

Слабое звено

Но, как это ни удивительно, именно отвоевание Константинополя у латинян включило механизм некоего обратного отсчета, потому что империя стала забирать слишком много ресурсов у низового звена и усилилась, что самое опасное, феодализация, то есть фактически аристократизация управления.

Это привело к тому, что уже в XIV веке и центральная администрация, центральная вертикаль, и горизонтальные связи на уровне отдельных общин стали разрушаться под действием этой главной и самой опасной силы, которую можно назвать «власть кланов» – аристократических семейств: они стали растаскивать страну на региональные уделы.

И когда началась опасная волна османского вторжения, вместо того чтобы сплотиться вокруг императора, дать возможность народным дружинам встать на защиту своей родины, феодалы приступили к сложной системе всякого рода дипломатических комбинаций (часто в союзе с теми же самыми турками) в борьбе друг против друга.

Кончилось всё тем, что Византия перестала существовать, хотя еще довольно долго Константинополь как последняя точка империи держался за своими стенами, но империя уже фактически погибла, став жертвой опаснейшего процесса олигархизации общества.

Поэтому тот период, который начался в XII веке, византийскими историками, специалистами по каноническому праву оценивался как отступление от классических традиций государственной власти, как предательство дела святого Константина и последующих императоров, вплоть до Василия II Болгаробойцы, который считался самым великим и в то же время последним в плеяде государей, умевших поддерживать жесткую вертикаль власти и широкое поле гражданского самоуправления, основанного на крестьянской собственности на землю. ***

Таковы традиции византийской государственности – народной монархии, которые далеко не исчерпаны, и я думаю, что ближайшие перспективы покажут, насколько они будут востребованы и в современной истории, поскольку одной вертикали оказывается недостаточно для поддержания стабильности: она слишком ломка. Но попытки строить общество без вертикали, на уровне чисто горизонтальных связей, чем, собственно, любят заниматься в так называемых «демократических» государствах, показывают, что в этой ситуации тоже невозможно добиваться стабильности: общество становится жертвой тех самых аристократическо-олигархических процессов, которые разрушают его структуру. Поэтому византийская властная модель, в которой гармонизированы и центральная, и горизонтальная, и местная власти, на мой взгляд, может считать оптимальной.

Источник

Ксения созерцательКсения созерцатель

Источник: https://religiya.temaretik.com/965738540172315256/nemnogo-istorii-kakoj-byla-vlast-v-vizantii/

Монархия Константина и Византийская империя IV века

Монархия Константина и Византийская империя IV века

Следует напомнить, что приблизительно к середине трехвекового периода, отделявшего эпоху Августа от эпохи Константина, при Адриане, в Римской империи была проведена глубокая административная реформа: изменились условия набора в армию, который стали проводить по провинциям, сенат лишился права управлять империей, был создан совет принцепса и императорские представительства, учреждены, по крайней мере для сословия всадников, иерархии должностей, денежного содержания и званий — все эти меры имели последствия в будущем. Напомним также, что реформа Константина во многом схожа с реформой Диоклетиана. Но сделав эти оговорки, будет справедливо отметить, что Константин придал законченную форму тому, что лишь вырисовывалось в общих чертах. В конце его царствования империя получила абсолютно новый механизм управления, вот почему с этого момента начинается совершенно другая история.

Империя и ее оборона. С точки зрения географии границы империи не претерпели значительных изменений.

Римское владычество простиралось на все страны Европы, расположенные к западу и югу от Рейна и Дуная; на Британию, за исключением территорий, называемых в наше время Шотландией и Ирландией; на более или менее широкую полосу африканского побережья от Марокко (Мавритания) до Египта и на сам Египет; в Азии — на Синайскую Аравию, Палестину, Сирию и Малую Азию, граничившие на востоке с Аравийской пустыней, империей персов, верховьями долин Евфрата и Тигра. Империя состояла более чем из ста провинций, между которыми были упразднены административные различия. Диоклетиан объединил провинции в двенадцать диоцезов, вскоре вошедших в четыре префектуры: Галлию, Италию, Иллирию, Восток.

Оборона империи также была организована по-новому. Ранее полагали, что территорию можно защитить, воздвигнув вдоль всей границы нечто вроде Великой китайской стены — непрерывную линию оборонительных укреплений, лимес. Но мало-помалу города росли, выходили за границы близлежащие равнины, а старые стены постепенно разрушались. Нашествия III в.

показали ненадежность такой системы защиты. Под мощным давлением варваров лимес рухнул, и оставшиеся без защиты города оказались во власти захватчиков.

Вот почему в эту эпоху начали приводить в порядок или быстро строить крепостные стены, а при Константине основная линия обороны империи была перенесена от границы, отныне охраняемой лишь солдатами-крестьянами — (по-латыни limitanei) в крепости, где стояли гарнизоны хорошо обученных войск.

Эти меры оказались более чем своевременными, ведь превосходство варваров заключалось в их численности и мобильности, они всегда могли прорвать хрупкую преграду лимеса, но при этом ничего не смыслили в искусстве осады и не умели штурмовать крепости.

Император и правительство. Император есть абсолютный монарх. Он бог. Уже Аврелиан в III в. прилюдно носит диадему, атрибут божества, а в официальных документах его награждают титулами deus (бог) и dominus (господин).

Неизбежное перерождение принципата в монархию восточного типа — под влиянием эллинистической, египетской и персидской монархий — завершается при Диоклетиане и Константине с появлением тщательно разработанных обрядов поклонения государю.

Как только достояние императора начинают отождествлять с достоянием империи, министр финансов становится «комитом (управляющим) священных щедрот», начальник императорской гардеробной — «комитом (управляющим) священных одежд» и т. д. и т. п. таким образом все, что касается особы императора, обретает священный ореол.

Новое представление об императоре повлекло за собой и новое представление об императорской администрации и правительстве. Оно основывалось на двух идеях: 1) императорский дворец, двор, как бы сказали мы, — это центр государства «и включает в себя всю империю» (В. Дюрюи, приводится по цитате у Ф. Лота); 2) служат уже не государству, но императору.

Восточное, а вскоре и средневековое понятие личного служения правителю подменяет собой античное понятие государственной службы.

Но и в этом случае следует остерегаться говорить о революционных изменениях: у римских императоров всегда были «клиенты» и «друзья», и именно из их крепостных сооружений на числа Адриан набрал членов «государева совета», который постепенно заменил собой сенат.

Окончательную форму этот институт власти приобретает при Константине, когда высшие посты доверяют
соратникам императора — комитам (comites). Окружение императора становилось все более многочисленным, и чтобы избежать путаницы, пришлось тщательно разработать правила иерархии.

Они оказались прямо противоположными римской системе. На протяжении длительного времени занимаемая должность зависела от принадлежности к определенному классу. Теперь же принадлежность к классу зависела от должности.

Члены императорской семьи, приближенные к императору, были nobilissimi (знатнейшие), за ними шли patricii (патриции), Illustres (сиятельные), spectabiles (уважаемые); darissimi (светлейшие) приблизительно соответствовали бывшему сенаторскому сословию, a perfectissimi (совершеннейшие) — сословию всадников. «На смену цензитарному обществу Августа пришла иерархия чиновников» (Е. Альбертини).

С другой стороны, чтобы не допустить слишком большого влияния чиновника и избежать риска узурпации власти или мятежей, опасность которых показал предыдущий век, узаконили то, что уже с некоторого времени входило в обычай: разделение гражданской и военной власти. Военачальники больше не могли исполнять административные функции.

И наоборот, губернаторы провинций (или викарии диоцезов) и даже префекты претория были исключительно гражданскими чиновниками. Что же касается центральной администрации, то ее доверили императорским представительствам, которыми руководили их главы.

В целом сохранилась и административная организация, и разделение на четыре основные службы, введенные еще Адрианом.

Экономический кризис и социальные преобразования. Глубоким административным преобразованиям соответствовали изменения в социальной сфере, затронувшие все классы и все сословия.

Причину их следует искать в экономическом кризисе, вызванном или усугубленном беспорядками и волнениями III столетия.

Замедление торгового обмена, всеобщее обнищание, сокращение числа рабов, упадок ремесленного производства повлекли за собой серьезные изменения в условиях жизни и в экономике, до этих пор в основном городской. Социальные преобразования были их следствием.

В течение первых трех веков Римская империя представляла собой «федерацию городов», созданных по образцу Рима. Каждым городом, уменьшенной копией Рима, управляли магистраты и декурионы (сенаторы), которые воспроизводили римскую иерархию муниципиев*.

Это удачное равновесие не сохранилось после периода процветания: уже на протяжении века императорские чиновники, губернатор провинции и главным образом куратор счетов отобрали почти всю власть у муниципальных органов, обязанности которых возрастали по мере уменьшения их роли.

Читайте также:  Закавказье в период римских завоеваний - история России

Традиционно чиновники (магистраты) не жалели средств на украшение города и развлечения граждан.

Обедневшие старые семьи меньше стремились к должностям и званиям — это теперь было бесполезно и обременительно: они пытались от них уклониться, когда после реформы Диоклетиана декурионам вменили в обязанность распределение и сбор налогов; они начали их избегать, когда при Константине магистратов обязали отвечать за сбор налогов личным состоянием. Распределение обязанностей среди членов курии согласно величине их доходов пришлось взять на себя государству. Так сформировался наследственный класс куриалов. «Было невозможно, чтобы сын, наследуя имущество, не наследовал бы должность. Таким образом, членом курии становились по наследству. И член курии был прикреплен к курии так же, как крестьянин — к земле» (Ф. Лот).

Жизнь в городах, некогда столь притягательная, потеряла свое очарование. У самых богатых людей было только одно средство сбежать из города: стать членом сената столицы, что освобождало от обязательств перед местной курией. Вот почему переход в число darissimi (светлейших) рассматривался как милость, о которой мечтали.

Происходило становление нового общественного класса, класса крупных провинциальных собственников, которые свободно жили в своих владениях, ускользнув от власти чиновников и уклоняясь от налогов, вершили правосудие и присваивали право предоставления убежища.

Более того, с введением патроната они принимают под свое покровительство задавленных тяжестью всевозрастающих налогов горожан, обычно отдававших им за это свое имущество, сохранив за собой только право пользования чужим
имуществом (usufructus).

Вот почему патронат таил в себе серьезную опасность для финансов империи и вот почему его так часто вновь и вновь запрещали, впрочем безрезультатно. В результате по экономической значимости город и деревня поменялись местами: земля вновь стала основным источником богатства.

Посчитали необходимым оградить регулярное землепользование от личных прихотей и организовать его как государственную службу. Таким образом крестьяне еще в большей степени, чем куриалы и городские ремесленники, оказались прикованы к своему положению и к земле. Безусловно, крестьянин — арендатор или собственник — оставался свободным человеком.

Но в то же время он был наследственно прикреплен к земельному наделу, который он не имел права покинуть и с которого его не могли изгнать. Это именно то, что подразумевается под словами «крепостная зависимость».

Солдаты, чиновники, горожане и городские ремесленники, крестьяне, все самым тесным образом и часто наследственно привязанные к своему положению, — таким нам представляется население империи с IV века. Только могущество сильных мира сего и милость императора могут что-либо изменить.

Самая поразительная черта подобного государственного устройства — это, безусловно, тираническое вмешательство государства во все области жизни. Оно стало неизбежным, что объясняется двумя причинами.

С одной стороны, экономический кризис заставлял всех и каждого уклоняться от своих обязанностей и вынуждал тем самым государство насильственно привязывать любого человека к его положению, чтобы заставлять его выполнять свои обязанности. Но это была лишь попытка решения проблемы, ни в коей мере не служившая кардинальным средством.

Однако в этой огромной и разноликой империи, где Риму не удалось развить сознания общего интереса, не было иного пути к спасению, чем авторитарная власть. С другой стороны очевидно, что режим, созданный Августом, потерпел поражение в том смысле, что не сумел дать империи достойного ее устройства.

Он не придумал ничего другого, кроме римской муниципальной системы, бесконечно воспроизводимой во всех городах Римского мира. Senatus populusque romanus: но сенат опустился до уровня муниципального совета, а народ уже давно превратился в карикатуру на суверенный народ, так же как позднее мятежные группировки в цирке станут жалким подобием форума. И здесь не было иного пути к спасению, кроме как в сильной верховной власти.

Рекомендуем ознакомится: http://histerl.ru

Источник: http://worldunique.ru/punkt-1/istoriya-stran/30773-monarkhiya-konstantina-i-vizantijskaya-imperiya-iv-veka

Византийская империя (395—1453). История — Путеводитель по Израилю

Менее чем через 80 лет после раздела, Западная Римская империя прекратила свое существование, оставив Византию исторической, культурной и цивилизационной преемницей Древнего Рима на протяжении почти десяти столетий истории поздней Античности и Средневековья.

Название «Византийская» Восточная Римская империя получила в трудах западноевропейских историков уже после своего падения, оно происходит от первоначального названия Константинополя — Виза́нтий, куда римский император Константин I перенес в 330 году столицу Римской империи, официально переименовав город в «Новый Рим». Сами византийцы называли себя римлянами — по-гречески «ромеями», а свою державу — «Римской („Ромейской“) империей» (на среднегреческом (византийском) языке — Βασιλεία Ῥωμαίων, Basileía Romaíon) или кратко «Романией» (Ῥωμανία, Romania). Западные источники на протяжении большей части византийской истории именовали её «империей греков» из-за преобладания в ней греческого языка, эллинизированного населения и культуры. В Древней Руси Византию обычно называли «Греческим царством», а её столицу — Царьградом.

Описание

Бессменной столицей и цивилизационным центром Византийской империи был Константинополь, один из крупнейших городов средневекового мира.

Наибольшие владения империя контролировала при императоре Юстиниане I (527—565), вернув себе на несколько десятилетий значительную часть прибрежных территорий бывших западных провинций Рима и положение самой могущественной средиземноморской державы. В дальнейшем, под натиском многочисленных врагов государство постепенно утрачивало земли.

После славянских, лангобардских, вестготских и арабских завоеваний, империя занимала лишь территорию Греции и Малой Азии.

Некоторое усиление в IX—XI веках сменилось серьёзными потерями в конце XI века, во время нашествия Сельджуков, и поражения при Манцикерте, усилением при первых Комнинах, после распада страны под ударами крестоносцев, взявших Константинополь в 1204 году, очередным усилением при Иоанне Ватаце, восстановлением империи Михаилом Палеологом, и, наконец, окончательной гибелью в середине XV века под натиском турок-осман.

Население

Этнический состав населения Византийской империи, особенно на первом этапе её истории, был крайне пёстрым: греки, италийцы, сирийцы, копты, армяне, евреи, эллинизированные малоазийские племена, фракийцы, иллирийцы, даки, южные славяне.

С сокращением территории Византии (начиная с конца VI века) часть народов осталась вне её пределов — в то же время сюда вторгались и расселялись новые народы (готы в IV—V веках, славяне в VI—VII веках, арабы в VII—IX веках, печенеги, половцы в XI—XIII веках и др.).

В VI—XI веках в состав населения Византии входили этнические группы, из которых в дальнейшем сформировалась итальянская народность. Преобладающую роль в экономике, политической жизни и культуре Византии на западе страны играло греческое население, а на востоке армянское население.

Государственный язык Византии в IV—VI веках — латинский, с VII века до конца существования империи — греческий.

Государственное устройство

От Римской империи Византия унаследовала монархическую форму правления с императором во главе. С VII в. глава государства чаще именовался автократор (греч. Αὐτοκράτωρ — самодержец) или василевс (греч. Βασιλεὺς).

Византийская Империя состояла из двух префектур — Восток и Иллирик, во главе каждой из которых стояли префекты: префект претории Востока и префект претории Иллирика. В отдельную единицу был выделен Константинополь во главе с префектом города Константинополя.

Длительное время сохранялась прежняя система государственного и финансового управления. Но с конца VI века начинаются существенные изменения.

Реформы связаны в основном с обороной (административное деление на фемы вместо экзархатов) и преимущественно греческой культурой страны (введение должностей логофета, стратега, друнгария и т. д.).

С X века широко распространяются феодальные принципы управления, этот процесс привёл к утверждению на троне представителей феодальной аристократии. До самого конца империи не прекращаются многочисленные мятежи и борьба за императорский трон.

Двумя высшими военными должностными лицами были главнокомандующий пехоты и начальник конницы, позже эти должности были объединены; в столице были два магистра пехоты и конницы (Стратиг Опсикия). Кроме того существовали магистр пехоты и конницы Востока (Стратиг Анатолика), магистр пехоты и конницы Иллирика, магистр пехоты и конницы Фракии (Стратиг Фракисии).

Византийские императоры

После падения Западной Римской империи (476), Восточная Римская империя продолжала существовать ещё почти тысячу лет; в историографии она с этого времени обычно называется Византией.

Для правящего класса Византии характерна мобильность. Во все времена человек из низов мог пробиться к власти. В некоторых случаях ему было даже легче: например, была возможность сделать карьеру в армии и заслужить воинскую славу.

Так, например, император Михаил II Травл был необразованным наемником, был приговорен к смерти императором Львом V за мятеж, и его казнь была отложена лишь из-за празднования Рождествa (820); Василий I был крестьянином, а затем объездчиком лошадей на службе у знатного вельможи.

Роман I Лакапин был также выходцем из крестьян, Михаил IV, до того как стать императором, был менялой, как и один из его братьев.

Армия

Хотя Византия унаследовала свою армию от Римской империи, её структура приближалась к фаланговой системе эллинских государств. К концу существования Византии она стала в основном наёмной и отличалась довольно низкой боеспособностью.

Зато в деталях была разработана система воинского управления и снабжения, публикуются труды по стратегии и тактике, широко применяются разнообразные технические средства, в частности для оповещения о нападении врагов выстраивается система маяков.

В отличие от старой римской армии сильно возрастает значение флота, которому изобретение «греческого огня» помогает завоевать господство в море. У Сасанидов перенимается полностью бронированная конница — катафрактарии.

В то же время исчезают технически сложные метательные орудия, баллисты и катапульты, вытесненные более простыми камнемётами.

Переход к фемной системе набора войска обеспечил стране 150 лет успешных войн, но финансовое истощение крестьянства и его переход в зависимость от феодалов привели к постепенному снижению боеспособности. Система комплектования была изменена на типично феодальную, когда знать была обязана поставлять воинские контингенты за право владения землёй.

В дальнейшем армия и флот приходят во всё больший упадок, а в самом конце существования империи представляют собой чисто наёмные формирования. В 1453 Константинополь с населением в 60 тыс. жителей смог выставить лишь 5-тысячную армию и 2,5 тыс.

наёмников. С X века константинопольские императоры нанимали русов и воинов из соседних варварских племён. С XI века этнически смешанные варяги играли значительную роль в тяжёлой пехоте, а лёгкая конница комплектовалась из тюркских кочевников.

После того, как эпоха походов викингов подошла к концу в начале XI века, наёмники из Скандинавии (а также из завоёванных викингами Нормандии и Англии) устремились в Византию через Средиземное море.

Будущий норвежский король Харальд Суровый несколько лет воевал в варяжской гвардии по всему Средиземноморью.

Варяжская гвардия храбро обороняла Константинополь от крестоносцев в 1204 году и была разгромлена при взятии города.

Источник: https://guide-israel.ru/history/43281-vizantijskaya-imperiya-395-1453/

Ссылка на основную публикацию