Н. м. карамзин о правлении ивана грозного — история России

1. ОЦЕНКА Н. М. КАРАМЗИНЫМ ЛИЧНОСТИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИВАНА ГРОЗНОГО

Н. М. Карамзин о правлении Ивана Грозного - история России

Николай Михайлович Карамзин в своей работе — «История Государства Российского» при описании Ивана IV Грозного разделил его долгое царствование на два этапа, гранью между которыми стала смерть царицы Анастасии. Со смертью царицы исчезло начало, сдерживавшее необузданный нрав царя, и наступила мрачная пора зверств, жестокостей, тиранического режима. В годы смуты, когда было поколеблено самодержавие, погибала и Россия.

Царствованию Ивана Грозного посвящены описания в 8-9 томах «Истории Государства Российского». Восьмой том «Истории» кончается 1560 годом, разорвав царствование Иоанна IV на две части.

В девятом томе, который продолжает издание, Карамзин изложил самые драматические события его царствования. Успех 9-го тома был потрясающим.

Современник отметил: «В Петербурге оттого такая пустота, что все углублены в царствование Иоанна Грозного». Некоторые признавали его лучшим творением историка.

Отношение историка к правлению Иоанна IV после введения опричнины однозначно. Его царствование он назвал «феатром ужасов», а самого царя тираном, человека «ненасытным в убийствах и любострастии». «Москва цепенела в страхе.

Кровь лилась; в темницах, в монастырях стенали жертвы, но…тиранство еще созревало: настоящее ужасало будущим», «Ничего не могло обезоружить свирепого: ни смирение, ни великодушие жертв…». Карамзин Н.М. Предания веков.

— М: Правда, 1988- с.611

Тиранию Грозного автор уподобляет тяжелейшим испытаниям, выпавшим россиянам в удельный период и время татаро-монгольского ига: «Между иными тяжкими опытами судьбы, сверх бедствий удельной системы, сверх ига монголов, Россия должна была испытать и грозу самодержца-мучителя: устояла с любовью к самодержавию, ибо верила, что Бог посылает и язву, и землетрясения, и тиранов». Карамзин Н.М. Предания веков. — М: Правда, 1988- с.613

Казалось бы, описывая тиранию Грозного (а с такой обстоятельностью это делалось впервые), Карамзин наносил удар по самодержавию, которое он последовательно защищал.

Это кажущееся противоречие историк снимает рассуждениями о необходимости изучения прошлого, чтобы не повторять его пороков в будущем: «Жизнь тирана есть бедствие для человечества, но его история всегда полезна для государей и народов: вселять омерзение ко злу есть вселять любовь к добродетели — и слава времени, когда вооруженный истиною дееписатель, может в правлении самодержавном выставить на позор такого властелина, да не будет уже впредь ему подобных». История России с древнейших времен до конца XVII века. М., 2004-с.219

Н.М. Карамзин описывал жизнь Ивана Грозного последовательно и очень подробно, анализируя предпосылки дальнейшей жизнедеятельности царя. Такими предпосылками стало тяжелое детство Ивана Васильевича.

Царь Иван родился в 1530 году. От природы он получил ум бойкий и гибкий, вдумчивый и немного насмешливый, настоящий великорусский ум. Но обстоятельства, среди которых протекало детство Ивана, рано испортили этот ум, дали ему неестественное, болезненное развитие. Иван рано осиротел, на четвертом году лишился отца, а на восьмом потерял и мать.

Никогда Россия не имела столь малолетнего властителя. После смерти отца, власть находилась в руках его матери Елены и нескольких бояр, которые имели сильное влияние на ум правительницы. Вскоре Елена умирает, и Иван остается один среди чужих, без отцовского призора и материнского привета. Шмидт С.О. «История государства Российского»в культуре дореволюционной России // Карамзин Н.М.

История государства Российского.Т.4.- с.28

Таким образом, Н.М. Карамзин говорит о том, что Иван Грозный с детства видел себя среди чужих людей. В душе его рано и глубоко врезалось и на всю жизнь сохранялось чувство сиротства, брошенности, одиночества, о чем он твердил при всяком случае: «родственники мои не заботились обо мне». Отсюда его робость, ставшая основной чертой его характера.

Анализируя личностные качества Ивана Грозного Н.М. Карамзин отмечал, что «Иван рано усвоил себе привычку ходить, оглядываясь и прислушиваясь. Это развило в нем подозрительность, которая с летами превратилась в глубокое недоверие к людям. В детстве ему часто приходилось испытывать равнодушие и пренебрежение со стороны окружающих.

Безобразные сцены боярского своеволия и насилий, среди которых рос Иван, были первыми политическими его впечатлениями. Они превратили его робость в нервную пугливость, из которой с летами развилась наклонность преувеличивать опасность, образовалось то, что называется страхом с великими глазами.

Вечно тревожный и подозрительный, Иван рано привык думать, что он окружен только врагами. Это заставало его постоянно держаться настороже; мысль, что вот-вот из-за угла на него бросится недруг, стала привычным, ежеминутным его ожиданием. Всего сильнее в нем работал инстинкт самосохранения.

Все усилия его ума были обращены на разработку этого чувства». История России с древнейших времен до конца XVII века. М., 2004-с.222

По мнению Карамзина, вполне ясно вырисовывается картина, о том, что детство Иоанна протекало в неестественной, ненормальной обстановке, которая не способствовала уравновешенному, здоровому развитию ребенка. В детстве в душе Иоанна были заложены тяжелые болезни, получившие развитие и обострение, в силу сложившихся обстоятельств, в дальнейшем.

Следуя историческим фактам, Н.М. Карамзин, описывает и венчание на царство юного царя — «в 1546 г. шестнадцатилетний Иван вдруг заговорил с ними о том, что он задумал жениться, но прежде женитьбы он хочет исполнить древний обряд предков, венчаться на царство.

Иоанн велел митрополиту и боярам готовиться к сему великому торжеству, как бы утверждающему печатию веры святый союз между государем и народом. Между тем знатные сановники, окольничие, дьяки объезжали Россию, чтобы видеть всех девиц благородных и представить лучших невест государю: он избрал из них юную Анастасию.

Личные достоинства невесты оправдывали сей выбор».

Карамзин в своем труде отмечает, что примечательным в этих событиях является то, что Иван Грозный был первый из московских государей, который узрел и живо почувствовал в себе царя в настоящем библейском смысле, помазанника Божия.

Это было для него политическим откровением, и с той поры его царственное «Я» сделалось для него предметом набожного поклонения. Но ни набожность Иоанна, ни искренняя любовь к супруге не могли укротить его пылкой, беспокойной души, стремительной в движениях гнева, приученной к шумной праздности, к забавам неблагочинным.

Он любил показывать себя царем, но не в делах мудрого правления, а в наказаниях, в необузданности прихотей; играл, так сказать, милостями и опалами; умножая число любимцев, еще более умножал число отверженных; своевольствовал, что бы доказывать свою независимость, и еще зависел от вельмож, ибо не трудился в устроении царства и не знал, что государь, истинно независимый, есть только государь добродетельный. Карамзин Н.М. Предания веков. — М: Правда, 1988- с.613

Никогда Россия не управлялась хуже: Глинские делали, что хотели именем юноши государя; наслаждались почестями; богатством и равнодушно видели неверность частных властителей; требовали от них раболепства, а не справедливости. Характеры сильные требуют сильного потрясения, чтобы свергнуть с себя иго злых страстей и с живою ревностию устремиться на путь добродетели. Для исправления Иоанна надлежало сгореть Москве!

Нельзя, по описаниям современников, ни описать, ни вообразить сего бедствия, люди с опаленными волосами, с черными лицами бродили, как тени, среди ужасов обширного пепелища: искали детей, родителей, остатков имения; не находили и выли, как дикие звери. А царь с вельможами удалился в село Воробьево, как бы для того, чтобы и не слыхать и не видать этого народного отчаяния.

В сие ужасное время, когда юный царь трепетал в Воробъевском дворце своем, а добродетельная Анастасия молилась, явился там какой-то удивительный муж, именем Сильвестр, саном иерей, родом из Новгорода, приблизился к Иоанну с подъятым, угрожающим перстом, с видом пророка, и гласом убедительным повестил ему, что суд божий гремит над главою царя легкомысленного и злострастного, что огнь небесный испепелил Москву.

https://www.youtube.com/watch?v=ybHUZJQKWzI

Раскрыв святое писание, сей муж указал Иоанну правила, данные вседержителем сонму царей земных; заклинал его быть ревностным исполнителем сих уставов; предоставил ему даже какие-то страшные видения, потряс душу и сердце, овладел воображением, умом юноши и произвел чудо: Иоанн сделался иным человеком; обливаясь слезами раскаяния; простер десницу к наставнику вдохновенному, требовал от него силы быть добродетельным и приял оную. Смиренный иерей, не требуя ни высокого имени, ни чести, ни богатства, стал у трона, чтобы утверждать, ободрять юного венценосца на пути исправления, заключив тесный союз с одним из любимцев Иоанна, Алексеем Федоровичем Адашевым, прекрасным молодым человеком, коего описывают земным ангелом: имея нежную, чистую душу, нравы благие, разум приятный, любовь к добру, он искал Иоанновой милости не для своих личных выгод, а для пользы отечества, и царь нашел в нем редкое сокровище, друга, необходимо нужного самодержцу, чтобы лучше знать людей, состояние государства, истинные потребности оного. Сильвестр возбудил в царе желание блага, Адашев облегчил царю способы благотворения. Здесь начинается эпоха славы Иоанна, новая, ревностная деятельность в правлении, ознаменованная счастливыми для государства успехами и великими намерениями. И россияне современные и чужеземцы, бывшие тогда в Москве, изображают сего юного, тридцатилетнего венценосца, как пример монархов благочестивых, мудрых, ревностных ко славе и счастию государства. Шмидт С.О. «История государства Российского»//Карамзин Н.М. История государства Российского.Т.4.-с.28

Одним словом, в это время Россия имела хорошего царя, которого любил народ и который трудился на благо государства. Описывая события жизни царя далее, Карамзин задается вопросом — «Вероятно ли, чтобы государь любимый, обожаемый мог с такой высоты блага, счастия, славы низвергнуться в бездну ужасов тиранства?» и пытается сам найти ответ на него.

Иоанн родился с пылкими страстями, с сильным воображением. Худое воспитание, испортив в нем естественные склонности, оставило ему способ к исправлению в одной вере; ибо самые дерзкие развратители не дерзали тогда касаться сего святого чувства.

Друзья отечества и блага в обстоятельствах чрезвычайных умели ее спасительными ужасами тронуть, поразить его сердце; исхитили юношу из сетей неги и с помощию набожной, кроткой Анастасии увлекли на путь добродетели.

Несчастные следствия болезни царя расстроили прекрасный союз, ослабили власть дружества, изготовили перемену.

Государь возмужал, страсти зреют вместе с умом, и самолюбие действует еще сильнее в летах совершенных. Пусть доверенность Иоаннова к разуму бывших наставников не умалилась; но доверенность его к самому себе увеличилась.

Благодарный им за мудрые советы, государь престал чувствовать необходимость в дальнейшем руководстве и тем более чувствовал тягость принуждения, когда они говорили смело, решительно во всех случаях и не думали угождать его человеческой слабости.

Такое прямодушие казалось ему непристойною грубостию, оскорбительною для монарха.

Многие завидовали избранному положению Сильвестра и Адашева.

И эти завистники, не терпящие никого выше себя, не дремали, угадывали расположение Иоаннова сердца и внушали ему, что Сильвестр и Адашев хитрые лицемеры: проповедуя небесную добродетель, хотят мирских выгод; стоят высоко пред троном и не дают народу видеть царя, желая присвоить себе успехи, славу его царствования, и в то же время препятствуют сим успехам, советуя государю быть умеренным в счастии, ибо внутренно страшатся оных, думая, что избыток славы может дать ему справедливое чувство величия, опасное для их властолюбия. Вскоре Адашев и Сильвестр были удалены от двора. Роковой точкой надлома Иоанна стала смерть Анастасии. Ее смерть была приписана Адашеву и Сильвестру, при помощи их завистников. Нервный и одинокий, Иван потерял нравственное равновесие. Шмидт С.О. «История государства Российского»//Карамзин Н.М. История государства Российского.Т.4.-с.29

Н.М. Карамзин, описывая события, при которых царь Иван IV отказался от управления государством, выказав гнев на всех людей, и когда народ умолял его вернуться и управлять Россией, акцентирует внимание на том, что следствия этих событий привели в ужас Россию:

Читайте также:  Культурная жизнь на заре истории древней руси - история России

1) царь объявлял своею собственностию города: Можайск, Визьму, Козельск, Перемышль, Велев, Лихвин, Ярославец, Суздаль, Шую, Галич, Юрьевец и др., а также волости московские и другие с их доходами;

2) выбирал 1000 телохранителей из князей, дворян, детей боярских и давал им поместья в сих городах, а тамошних вотчинников и владельцев переводил в иные места;

3) в самой Москве взял себе улицы Чертольскую, Арбатскую с Сивцовым Врагом, половину Никитской с разными слободами, откуда надлежало выслать всех дворян и приказных людей, не записанных в царскую тысячу;

4) назначал особенных сановников для услуг своих: дворецкого, казначеев, ключников, даже поваров, хлебников, ремесленников;

5) наконец, как бы возненавидев славные воспоминания кремлевские и священные гробы предков, не хотел жить в великолепном дворце Иоанна III- указал строить новый. Карамзин Н.М. Предания веков. — М: Правда, 1988- с.615

Сия часть России и Москвы, сия тысячная дружина Иоаннова, сей новый двор, как отдельная собственность царя, находясь под его непосредственным ведомством, были названы опричниною; а все остальное то есть все государство земщиною, которую Иоанн поручал боярам земским.

4 февраля Москва увидела исполнение условий, объявленных царем духовенству и боярам. Начались казни мнимых изменников, которые будто бы умышляли покушаться на жизнь Иоанна, покойной царицы Анастасии и детей его.

Опричник, или кромешник, так стали называть их, как бы извергов тьмы кромешной, мог безопасно теснить, грабить соседа и в случае жалобы брал с него пеню за бесчестье.

Одним словом, люди земские, от дворянина до мещанина, были безгласны, безответны против опричных; первые были ловом, последние ловцами, и единственно для того, чтобы Иоанн мог надеяться на усердие своих телохранителей в новых замышляемых им убийствах.

Чем более государство ненавидело опричных, тем более государь имел к ним доверенности: сия общая ненависть служила ему залогом их верности.

Затейливый ум Иоаннов изобрел достойный символ для своих ревностных слуг; они ездили всегда с собачьими головами и с метлами, привязанными к седлам, в ознаменование того, что грызут лиходеев царских и метут Россию. Шмидт С.О.

«История государства Российского»в культуре дореволюционной России // Карамзин Н.М. История государства Российского.Т.4.- с.29-30

Одним словом, Иоанн достиг наконец высшей степени безумного своего тиранства «мог еще губить» но уже не мог изумлять россиян никакими новыми изобретениями лютости.

Вот некоторые из бесчисленных злодеяний того времени, описанные Карамзиным в своей «Истории» — «Не было ни для кого безопасности, но всего менее для людей известных заслугами и богатством: ибо тиран, ненавидя добродетель, любил корысть.

Гнев тирана, падая на целые семейства, губил не только детей с отцами, супруг с супругами, но часто и всех родственников мнимого преступника. Но смерть казалась тогда уже легкою: жертвы часто требовали ее как милости. Невозможно без трепета читать о всех адских вымыслах тиранства, о всех способах терзать человечество.

Для мук были сделаны особенные печи, железные клещи, острые ногти, длинные иглы; разрезывали людей по составам, перетирали тонкими веревками надвое, сдирали кожу, выкраивали ремни из спины…» История России с древнейших времен до конца XVII века. М., 2004-с.228

И когда, в ужасах душегубства, Россия цепенела, во дворце раздавался шум ликующих: Иоанн тешился с своими палачами и людьми веселыми, или скоморохами, коих: присылали к нему из Новгорода и других областей.

И как вывод, Карамзин говорит: — «Таков был царь! Ему ли, должны мы наиболее удивляться? Если он не всех превзошел в мучительстве, то его поданные превзошли всех в терпении, ибо считали власть государеву властию божественною и всякое сопротивление беззаконием; приписывали тиранство Иоанна гневу небесному и каялись в грехах своих; с верою, с надеждою ждали умилостивления, но не боялись и смерти, утешаясь мыслию, что есть другое бытие для счастия добродетели и что земное служит ей только искушением; гибли, но спасли для нас могущество России: ибо сила народного повиновения есть сила государственная».

Источник: http://hist.bobrodobro.ru/9332

Эпоха Ивана Грозного глазами современных историков

16 января 1547 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялось торжественное венчание на царство Великого Князя Иоанна Васильевича прозванного впоследствии Иваном Грозным. Хрестоматийную историю правления этого царя знает практически каждый.

 Но далеко не все обращают внимание на ряд очень странных обстоятельств, который содержится в биографии Ивана Грозного. До сих пор никто из историков не дал им разумного объяснения.

Как правило, все странные и необычайно жестокие поступки русского самодержца объясняются психологической жестокостью и психическим нездоровьем русского царя. В этой статье мы постараемся разобраться, так ли это было на самом деле.

Каждый исследователь, для которого эпоха Ивана Грозного является предметом серьезной работы, сталкивается с тем, что от этого времени практически не осталось подлинных документов. Полностью погибли опричные архивы, содержавшие судные дела того периода. И вообще не секрет, что сохранность русских архивов и книгохранилищ шестнадцатого века наихудшее во всей Европе.

Во многих документах середины конца шестнадцатого века можно увидеть явные следы поздней тенденциозной правки. Например, в «Царственной книге», которая является частью лицевого летописного свода, содержится много помарок и вставок публицистического характера. Большинство произведений самого Ивана Грозного сохранилось в редакции семнадцатого-восемнадцатого веков, то есть уже эпохи Романовых.

Эпоха Ивана Грозного – цифры, факты и документы

Существует всего семь документов Ивана Грозного, которые можно считать подлинными.

Это письмо Василию Грязному; послания: Симеону Бекбулатовичу,  Стефану Баторию, Сигизмунду второму Августу, Григорию Хоткевичу, английской королеве Елизавете Первой, список спора о вере Грозного с Яном Ракитой… и всё.

Нет ни знаменитого «Указа об опричнине», ни «Синодика», якобы написанного Грозным после раскаяния. Не сохранилась даже подлинная «Духовная» Грозного, то есть завещание.

Интересно, что якобы подлинные завещания других Московских князей сохранились. Например, целых три завещания Василия I Дмитриевича, написанные за сто пятьдесят лет до Грозного.

 Сохранилось даже  якобы подлинное завещание Ивана Калиты, которое на двести пятьдесят лет старше документов Ивана Грозного. А подлинника «Духовной» Ивана Васильевича — нет.

Завещание Ивана Грозного сохранилось в единственной испорченной копии и без указания даты. Такая же картина и с грамотами.

Уцелело сорок грамот деда Грозного Ивана III, но не сохранилось ни одной подлинной грамоты с печатью Ивана IV, хотя историки утверждают обратное. Но чтобы это доказать часто вместо подлинных документов ссылаются на откровенные подделки.

Этот документ историки называют «Грамотой Ивана IV». На подлинном документе должна быть и подлинная печать. В то время печать ставилась так. Сначала под подписью делалось несколько отверстий, в которые пропускался шнурок.

Концы шнурка скручивались и скреплялись, как правило, восковой или свинцовой печатью-оттиском.

Все это делалось для того, чтобы печать нельзя было перенести на другую грамоту, не повредив саму печать или бумагу, к которой она прикреплена.

Что же мы видим на так называемой грамоте Ивана Грозного? Совершенно очевидно, что печать вместе со шнурком была вырезана из какого-то другого документа и приклеена к этой грамоте.

Такой совершенно очевидный подлог историки называют — подлинником.

Но если действительно не сохранилось практически никаких подлинных документов Ивана Грозного, то на чем же тогда основана традиционная история его жизни и правления? Из каких источников историки брали о нем информацию?

Когда вдумчивый исследователь задается этим вопросом, то выясняется — все что нам известно о времени под названием «Эпоха Ивана Грозного» это в большей степени миф, а не реальные исторические факты.

Творцами этого мифа были, например некоторые современники Ивана Грозного у которых имелись веские причины ненавидеть царя и клеветать на него.

В первую очередь это были некоторые западные европейцы, и князь Курбский изменивший царю и отечеству и бежавший в Европу. В частности на их сочинениях основываются свидетельства жестокости Ивана Грозного.

Достоверность этих сочинений очень сомнительна, и полагаться на них как на серьезный источник нельзя.

Считается, что Курбский был прямым потомком Рюрика и князя Владимира по старшей линии, а Грозный по младшей. Понятно что, имея такое происхождение, Курбский претендовал на русский престол, а ему досталось только Великое княжество Ярославское. Не удивительно, что всю жизнь Курбский испытывал злость, зависть и обиду по отношению к Ивану Грозному.

Истории, сочиненные Курбским и другими западноевропейскими противниками Ивана Васильевича, долгое время оставались лишь историями. Историческими фактами якобы правдивыми и подлинными они стали на страницах исторических трудов официального историографа Российской империи Николая Карамзина.

Эпоха Ивана Грозного глазами Карамзина

Сочиняя по заказу правящего дома Романовых официальную версию русской истории эпохе Ивана Грозного, Карамзин уделил особое внимание. В июне 1814 года в одном из своих писем Александру Тургеневу он писал: «Без главы об Иване Грозном, моя история будет, как павлин без хвоста».

И этот самый «хвост» Карамзин раскрашивал самыми мрачными красками. Именно в его многотомном труде под названием «История государства Российского» эпоха Ивана Грозного предстала темным средневековьем, постыдным пятном на русской истории.

Благодаря усилиям Карамзина восторжествовало мнение об Иване Грозном как о кровавом чудовище. И это не  удивительно.

Как писал известный русский историк Николай Тарберг, Карамзин буквально ненавидел грозного царя. И в то же время он преклонялся перед западноевропейскими тиранами. С некоторыми из них он успел познакомиться, путешествуя по Европе. Например, он восхищался Бонапартом, а Робеспьер вызывал у него благоговение.

Многие серьезные исследователи «истории» Карамзина говорили, что она скорее является некой художественной интерпретацией событий, чем беспристрастным историческим анализом. И, тем не менее, именно эта художественная интерпретация  стала официальной версией Российской истории.

Надо сказать, что прозвище «Грозный», которое историки эксплуатируют уже не одно столетие, Иван Васильевич получил от своих современников. Не за жестокость по отношению к своим подданным, а за страх, который он внушал врагам России. Причем это был не первый случай в русской истории.

Например, дед Ивана IV (тоже Иоанн Васильевич) также был прозван «Грозным». Или тверской князь Дмитрий Михайлович, которого враги называли — Дмитрий Грозные очи.

Однако сегодня мы придерживаемся той исторической версии, которую когда-то придумали чужеземцы, то есть смотрим на свое прошлое глазами бывших и нынешних врагов России.

Когда историки пишут о так называемой беспримерной жестокости Ивана Грозного, непонятно как они это согласовывают с историческими фактами.

Из сохранившихся документов известно, что за пятьдесят лет правления Грозного к смертной казни было приговорено не больше пяти тысяч человек. Подавляющее большинство казненных названо в документах поименно.

Эти люди были виноваты ни в каких-то мифических, а вполне реальных заговорах, изменах и других преступлениях.

В это же самое время так называемые просвещенные европейские монархи и за более мелкие преступления истребляли своих подданных десятками тысяч. Например, в Англии в первой половине шестнадцатого века только за бродяжничество было повешено семьдесят тысяч человек. А в Германии в 1655 году при подавлении крестьянского бунта немецкие власти уничтожили сто тысяч человек.

Читайте также:  Духовная культура в эпоху научно-технического прогресса - история России

Мало кто знает, что в России эпоха Ивана Грозного считалась наименее кровавой.

Смертной казни приговаривали только за шесть особо тяжких преступлений: убийства, изнасилования, содомию, поджог жилого дома с людьми, ограбление храма и государственную измену.

 А во времена правления Романовых эта цифра увеличилась в десятки раз. Например, при царе Алексее Михайловиче смертной казнью карали уже за восемьдесят видов преступлений. А при Петре I аж за сто двадцать видов.

Но, не смотря на все эти факты, историки до сих пор продолжают укреплять мифы об Иване Грозном придуманные Курбским и его единомышленниками. Эпоха Ивана Грозного как наиболее интересная для многих ученых включала в себя немало научных работ. Но эти сочинения, как и труды Карамзина скорее надо считать литературным творчеством, чем серьезным научным исследованием.

Когда родился Иван Грозный?

До нашего времени практически не сохранилось не только документов Ивана Грозного, но и его личных вещей. Сегодня лишь несколько предметов можно с уверенностью считать личными вещами Ивана Грозного.

Один из них — это престол Ивана Грозного, полностью покрытый резными пластинами из слоновой кости. Точная копия престола хранится в музее-заповеднике Александровская Слобода. Считается, что престол был изготовлен в Европе специально для Ивана IV, а затем привезен в Москву.

В 2006 году изображения на резных пластинах покрывающих царское кресло изучили российские ученые Анатолий Фоменко и Глеб Носовский, и обнаружили среди них зодиак с гороскопом.

Сегодня многие ошибочно полагают, что гороскопы связаны исключительно с астрологией, гаданиям по звездам, предсказаниям судьбы и другими подобными занятиями далекими от науки. Но на самом деле это не так. В средние века гороскопы применялись для записи дат. На этих изображениях показано расположение планет по созвездиям небесного зодиака в тот или иной момент времени.

Например, известно, что за алтарями средневековых немецких церквей иногда даже устанавливались особые зодиакальные часы. На них каждый день выставлялись на обозрение горожан положение планет в созвездиях.

Фоменко и Носовский предположили, раз гороскоп помещен на престол русского царя, значит, дата, зашифрованная в гороскопе должна иметь к нему непосредственное отношение. Расшифровав гороскоп с помощью своих методов, созданных для датировки зодиаков, они обнаружили, что на троне Грозного записана дата – 9 февраля 1526 года. На первый взгляд это никак не вяжется с его стандартной биографией.

Мы знаем из официальной истории, что даты жизни Ивана Грозного это 1530-1584 годы.

В то же время мы знаем, что в западной Европе где, как считается, специально для Ивана Грозного, был изготовлен трон, обычно записывали с помощью гороскопов дни рождения самодержцев.

Поэтому естественно считать, что в данном случае на троне Ивана Грозного записана дата его рождения. Получается, что великий царь Иван Васильевич Грозный родился 9 февраля 1526 года.

Но ведь официальная дата рождения Ивана Васильевича  — 1530 год указана во многих летописях.

Разве могли древние летописцы допустить такую ошибку, причем все сразу? Ведь рождение царевича наследника престола долгожданного сына Василия III было большим событием и отмечалось по всей стране.

Скорее всего, все эти летописи, как и большинство документов которыми располагала эпоха Ивана Грозного, были отредактированы уже во времена Романовых.

Но если Иван Грозный действительно родился 9 февраля 1526 года, то это объясняет некоторые странности в его общепринятой биографии. Например, летописи сообщают, что в ноябре 1530 года Великий Князь Василий III и Великая Княгиня Елена вместе со своим сыном, царевичем Иоанном присутствовали при освящении церкви «Святой Великомученицы Праскевы Пятницы».

По официальной версии Ивану было всего три месяца отроду. Но освящение церкви — это довольно длительный обряд, который совершается при большом скоплении народа.

Неужели Великий Князь мог так рисковать своим единственным наследником? А вот если царевич родился в 1526 году, то на этот момент ему исполнилось уже четыре года, и нет ничего удивительного, что родители взяли его с собой.

Ведь четыре года – это начало сознательного возраста у детей. Именно в это время начинает формироваться их мировоззрение.

Предположение Фоменко и Носовского о правильной дате рождения Ивана Грозного можно проверить с помощью православных святцев.

Известно, что на Руси при крещении ребенка ему давали не произвольное имя, а имя святого, день памяти которого был близок ко дню рождения младенца. А у Московских правителей до конца шестнадцатого века были и крестные имена и царские.

Например, у Ивана III крестное имя было – Тимофей, а у Василия III – Гавриил. Какое же крестное имя было у Ивана IV?

Известно, что Иван Грозный был писателем, и некоторые свои произведения он подписывал именем – Парфений. Откуда взялось такое имя – это загадка. Сейчас мы можем эту загадку разгадать.

Дело в том, что имя Парфений прекрасно соответствует выбранной дате 9 февраля. День памяти преподобного Парфения всего один раз в году — это седьмое февраля старого стиля. Разница всего в два дня.

Отсюда следует, что имя Парфений было крестным именем Ивана Грозного.

Источник: http://nasch-mir.ru/epoha-ivana-groznogo/

Н.М. Карамзин об Иване Грозном

Н.М.Карамзин (1766 — 1826 гг.) — русский писатель, публицист и историк. В 1803 г. получил от царя поручение написать историю России и стал получать пенсион как государственный служащий. В 1816 — 1818 гг.

вышли в свет первые 8 томов «Истории государства российского». Успех труда был необыкновенен: меньше чем за месяц читатели раскупили весь тираж (3000 экз.).

В связи с этим издание было повторено и в дальнейшем неоднократно переиздавалось.

    Исторические взгляды Карамзина вытекали из рационалистического представления о ходе общественного развития: история человечества есть история всемирного прогресса, основу которого составляет борьба разума с заблуждением, просвещения — с невежеством.

Решающую роль в истории, по Карамзину, играют великие люди. Поэтому все усилия он употреблял на раскрытие идейных и моральных мотивировок действий исторических личностей. Карамзин — активный сторонник и защитник монархии. Поэтому он считал самодержавие определяющей силой истории.

«История государства российского», написанная современным для того времени литературным языком, с ярким и образным изображением исторических событий, оказалась доступной для самых широких кругов читателей.

Несколько десятилетий она была настольной книгой, по которой в России знакомились с историей.

Том IХ. Глава VII.

    Уже силы недужного исчезали; мысли омрачались: лежа на одре в беспамятстве, Иоанн громко звал к себе убитого сына, видел его в воображении, говорил с ним ласково…

17 марта ему стало лучше, от действия теплой ванны, так что он велел послу литовскому немедленно ехать из Можайска в столицу, и на другой день (если верить Горсею) сказал Бельскому: «Объяви казнь лжецам астрологам: ныне, по их басням, мне должно умереть, а я чувствую себя гораздо бодрее». Но день еще не миновал, ответствовали ему астрологи.

Для больного снова изготовили ванну: он пробыл в ней около трех часов, лег на кровать, встал, спросил шахматную доску и, сидя в халате на постели, сам расставил шашки: хотел играть с Бельским…

вдруг упал и закрыл глаза навеки, между тем как врачи терли его крепительными жидкостями, а митрополит — исполняя, вероятно, давно известную волю Иоаннову — читал молитвы пострижения над издыхающим, названным в монашестве Ионою… В сии минуты царствовала глубокая тишина во дворце и в столице: ждали, что будет, не дерзая спрашивать.

Иоанн лежал уже мертвый, но еще страшный для предстоящих царедворцев, которые долго не верили глазам своим и не объявляли его смерти. Когда же решительное слово: «не стало государя!» раздалося в Кремле, народ завопилгромогласно…

от того ли, как пишут, что знал слабость  Феодорову и боялся худых ее следствий для государства, или платя христианский долг жалости усопшему монарху, хотя и жестокому?.. На третий день совершилось погребение великолепное в храме Св. Михаила Архангела; текли слезы; на лицах изображалась горесть, и земля тихо приняла в свои недра труп Иоаннов! Безмолвствовал суд человеческий пред Божественным — и для современников  опустилась на феатр завеса: память и гробы остались для потомства!

    Между иными тяжкими опытами Судьбы, сверх бедствий удельной системы, сверх ига моголов, Россия должна была испытать и грозу самодержца-мучителя: устояла с любовию к самодержавию, ибо верила, что Бог посылает и язву и землетрясение и тиранов; не преломила железного скиптра в руках Иоанновых и двадцать четыре года сносила губителя, вооружаясь единственно молитвою и терпением, чтобы в лучшие времена иметь Петра Великого, Екатерину Вторую (история не любит именовать живых). В смирении великодушном страдальцы умирали на лобном месте, как греки в Термопилах за отечество, за Веру и Верность, не имея и мысли о бунте. Напрасно некоторые чужеземные историки, извиняя жестокость Иоаннову, писали о заговорах, будто бы уничтоженных ею: сии заговоры существовали единственно в смутном уме царя, по всем свидетельствам наших летописей и бумаг государственных. Духовенство, бояре, граждане знаменитые не вызвали бы зверя из вертепа Слободы Александровской, если бы замышляли измену, взводимую на них столь же нелепо, как и чародейство. Нет, тигр упивался кровию агнцев — и жертвы, издыхая в невинности, последним взором на бедственную землю требовали справедливости, умилительного воспоминания от современников и потомства!

    Несмотря на все умозрительные изъяснения, характер Иоанна, Героя добродетели в юности, неистового кровопийцы в летах мужества и старости, есть для ума загадка, и мы усомнились бы в истине самых достоверных о нем известий, если бы летописи других народов не являли нам столь же удивительных примеров; если бы Калигула, образец государей и чудовище, — если бы Нерон, питомец мудрого Сенеки, предмет любви, предмет омерзения, не царствовали в Риме.

    Они были язычники; но Людовик XI был христианин, не уступая Иоанну ни в свирепости, ни в наружном благочестии, коим они хотели загладить свои беззакония: оба набожные от страха, оба кровожадные и женолюбивые, подобно азиатским и римским мучителям.

Изверги вне законов, вне правил и вероятностей рассудка, сии ужасные метеоры, сии блудящие огни страстей необузданных озаряют для нас, в пространстве веков, бездну возможного человеческого разврата, да видя содрогаемся! Жизнь тирана есть бедствие для человечества, но его история всегда полезна, для государей и народов: вселять омерзение ко злу есть вселять любовь к добродетели — и слава времени, когда вооруженный истиною дееписатель может, в правлении самодержавном, выставить на позор такого властителя, да не будет уже впредь ему подобных! Могилы бесчувственны; но живые страшатся вечного проклятия в истории, которая, не исправляя злодеев, предупреждает иногда злодейства, всегда возможные, ибо страсти дикие свирепствуют и в веки гражданского образования, веля уму безмолвствовать или рабским гласом оправдывать свои исступления.

    Так Иоанн имел разум превосходный, не чуждый образования и сведений, соединенный с необыкновенным даром слова, чтобы бесстыдно раболепствовать гнуснейшим похотям.

Имея редкую память, знал наизусть Библию, историю греческую, Римскую, нашего отечества, чтобы нелепо толковать их в пользу тиранства; хвалился твердостию и властию над собою, умея громко смеяться в часы страха и беспокойства внутреннего, хвалился милостию и щедростию, обогащая любимцев достоянием опальных бояр и граждан; хвалился правосудием, карая вместе, с равным удовольствием, и заслуги и преступления; хвалился духом царским, соблюдением державной чести, велев изрубить присланного из Персии в Москву слона, не хотевшего стать перед ним на колена, и жестоко наказывая бедных царедворцев, которые смели играть лучше державного в шашки или в карты; хвалился наконец глубокою мудростию государственною по системе, по эпохам, с каким-то хладнокровным размером истребляя знаменитые роды, будто бы опасные для царской власти — возводя на их степень роды новые, подлые, и губительною рукою касаясь самых будущих времен: ибо туча доносителей, клеветников, кромешников, им образованных, как туча гладоносных насекомых, исчезнув, оставила злое семя в народе; и если иго Батыево унизило дух россиян, то без сомнения не возвысило его и царствование Иоанново.

Читайте также:  Русские земли и княжества в начале xii – первой половине xiii в. политическая раздробленность - история России

    Но отдадим справедливость и тирану: Иоанн в самых крайностях зла является как бы призраком великого монарха, ревностный, неутомимый, часто проницательный в государственной деятельности; хотя любив всегда равнять себя в доблести с Александром Македонским, не имел ни тени мужества в душе, но остался завоевателем; в политике внешней неуклонно следовал великим намерениям своего деда; любил правду в судах, сам нередко разбирал тяжбы, выслушивал жалобы, читал всякую бумагу, решал немедленно; казнил утеснителей народа, сановников бессовестных, лихоимцев, телесно и стыдом (рядил их в великолепную одежду, сажал на колесницу и приказывал живодерам возить из улицы в улицу); не терпел гнусного пьянства (только на Святой неделе и в Рождество Христово дозволялось народу веселиться в кабаках; пьяных во всякое иное время отсылали в темницу). Не любя смелой укоризны, Иоанн не любил иногда и грубой лести: представим доказательство. Воеводы, князья Иосиф Щербатый и Юрий Борятинский, выкупленные царем из литовского плена, удостоились его милости, даров и чести с ним обедать. Он расспрашивал их о Литве: Щербатый говорил истину; Борятинский лгал бессовестно, уверяя, что король не имеет ни войска, ни крепостей и трепещет Иоаннова имени. «Бедный король! — сказал тихо царь, кивая головою: — как ты мне жалок!» и вдруг, схватив посох, изломал его в мелкие щепы о Борятинского, приговаривая: «вот тебе, бесстыдному, за грубую ложь!» — Иоанн славился благоразумною терпимостию Вер (за исключением одной иудейской); хотя, дозволив лютеранам и кальвинистам иметь в Москве церковь, лет через пять велел сжечь ту и другую (опасаясь ли соблазна, слыша ли о неудовольствии народа?): однако ж не мешал им собираться для богослужения в домах у пасторов; любил спорить с учеными немцами о Законе и сносил противоречия: так (в 1570 году) имел он в Кремлевском дворце торжественное прение с лютеранским богословом Роцитою, уличая его в ереси: Роцита сидел пред ним на возвышенном месте, устланном богатыми коврами; говорил смело, оправдывал догматы Аугсбургского исповедания, удостоился знаков царского благоволения и написал книгу о сей любопытной беседе.

    Немецкий проповедник Каспар, желая угодить Иоанну, крестился в Москве по обрядам нашей церкви и вместе с ним, к досаде своих единоземцев, шутил над Лютером; но никто из них не жаловался на притеснение. Они жили спокойно в Москве, в новой Немецкой Слободе, на берегу Яузы, обогащаясь ремеслами и художествами.

Иоанн изъявлял уважение к искуствам и наукам, лаская иноземцев просвещенных: не основал академий, но способствовал народному образованию размножением школ церковных, где и миряне учились грамоте, закону, даже истории, особенно готовясь быть людьми приказными, к стыду бояр, которые еще не все умели тогда писать.

Наконец Иоанн знаменит в истории как законодавец и государственный образователь…

   Обогатив казну торговыми, городскими и земскими налогами, также  и присвоением церковного имения, чтобы умножить войско, завести  арсеналы (где находилось всегда в готовности не менее двух тысяч  осадных и полевых орудий), строить крепости, палаты, храмы, Иоанн  любил употреблять избыток доходов и на роскошь: мы говорили об удивлении иноземцев, видевших в казне московской груды жемчугу, горы золота и серебра во дворце, блестящие собрания, обеды, за коими в течение пяти, шести часов пресыщалось 600 или 700 гостей, не только изобильными, но и дорогими яствами, плодами и винами жарких, отдаленных климатов: однажды, сверх людей именитых, в Кремлевских палатах обедало у царя 2000 ногайских союзников, шедших на войну Ливонскую. В торжественных выходах и выездах государевых все также представляло образ азиатского великолепия: дружины телохранителей, облитых золотом — богатство их оружия, убранство коней. Так Иоанн 12 декабря обыкновенно выезжал верхом за город видеть действие снаряда огнестрельного: пред ним несколько сот князей, воевод, сановников, по три в ряд; пред сановниками 5000 отборных стрельцов по пяти в ряд. Среди обширной, снежной равнины, на высоком помосте, длиною саженей в 200 или более, стояли пушки и воины, стреляли в цель, разбивали укрепления, деревянные, осыпанные землею, и ледяные. В торжествах церковных, как мы видели, Иоанн также являлся народу с пышностию разительною, умея видом искусственного смирения придавать себе величия, и с блеском мирским соединяя наружность христианских добродетелей: угощая вельмож и послов в светлые праздники, сыпал богатую милостыню на бедных.

    В заключение скажем, что добрая слава Иоаннова пережила его худую славу в народной памяти: стенания умолкли, жертвы истлели, и старые предания затмились новейшими; но имя Иоанново блистало на Судебнике и напоминало приобретение трех царств могольских: доказательства дел ужасных лежали в книгохранилищах, а народ в течение веков видел Казань, Астрахань, Сибирь как живые монументы Царя-Завоевателя; чтил в нем знаменитого виновника нашей государственной силы, нашего гражданского образования; отвергнул или забыл название Мучителя, данное ему современниками, и по темным слухам о жестокости Иоанновой доныне именует его только Грозным, не различая внука с дедом, так названным древнею Россиею более в хвалу, нежели в укоризну. История злопамятнее народа!

И С Т О Ч Н И К:

Карамзин Н. М. История государства российского. Т. IХ — ХII.

Калуга, 1994. С. 176 — 179, 189 — 190.

Источник: http://uchltel-lstoria.ucoz.org/publ/n_m_karamzin_ob_ivane_groznom/1-1-0-475

Иван Грозный глазами историков. Цели Выяснить отношение историков 19 века к царствованию Ивана Грозного Выяснить отношение историков 19 века к царствованию. — презентация

1 Иван Грозный глазами историков<\p>

2 Цели Выяснить отношение историков 19 века к царствованию Ивана Грозного Выяснить отношение историков 19 века к царствованию Ивана Грозного Выяснить, каково отношение авторов современных учебников по истории к политике царя Грозного Выяснить, каково отношение авторов современных учебников по истории к политике царя Грозного<\p>

3 Гипотеза. Мы предположили,что существуют разные взгляды на личность Иоанна IV: Мы предположили,что существуют разные взгляды на личность Иоанна IV: Одни считают его великим, другие — жёстким тираном. Одни считают его великим, другие — жёстким тираном.<\p>

4 Историки 19 века Обвинитель Н.М.Карамзин 1. Обвиняя бояр в злых намерениях, царь решился быть строгим и сделаться мучителем, коему равного едва найдём в даже Тацитовых летописях ! 1. Обвиняя бояр в злых намерениях, царь решился быть строгим и сделаться мучителем, коему равного едва найдём в даже Тацитовых летописях ! 2. Москва цепенела в страхе. Кровь лилась; в темницах стенали жертвы; но и тиранство ещё созревало: настоящее ужасало будущим. 2. Москва цепенела в страхе. Кровь лилась; в темницах стенали жертвы; но и тиранство ещё созревало: настоящее ужасало будущим.<\p>

5 Историки 19 века Обвинитель Н.М.Карамзин 3. Казни изменников надлежало совершиться в Москве, и так, чтобы столица, уже приученная к ужасам, ещё могла изумиться ! 4. Иоанн достиг наконец высшей степени безумного своего тиранства: мог ещё губить, но уже не мог изумить россиян никакими новыми изобретениями казней.<\p>

6 Вывод Карамзин обвиняет царя в тирании и объясняет его деспотизм личными качествами, извращённой направленностью характера. Карамзин обвиняет царя в тирании и объясняет его деспотизм личными качествами, извращённой направленностью характера.<\p>

7 Д.И.Иловайский о правлении Грозного Первая половина царствования возвеличила Россию. Вторая половина — довела её до великого истощения и унижения Оценка личности царя: Оценка личности царя: — жёсткий тиран — жестокий деспот — губитель народа — убийца — душегуб — кровожадный мучитель<\p>

8 Вывод Иловайский резко обвиняет Грозного, который довёл страну до крайнего истощения и раболепия. Иловайский резко обвиняет Грозного, который довёл страну до крайнего истощения и раболепия.<\p>

9 Обвинители Ивана Грозного (историки 19 века) Карамзин Иловайский Костомаров Карамзин Иловайский Костомаров Иван Грозный – тиран своего Отечества.<\p>

10 Защитники Грозного (историки «государственной» школы) Иван Грозный – прогрессивный деятель,реформатор. Иван Грозный – прогрессивный деятель,реформатор. Соловьёв Бестужев – Рюмин Кавелин<\p>

11 Современный учебник истории Положительные итоги I половины царствования Реформа Ивана IV и избранной рады были направлены на централизацию страны. Реформа Ивана IV и избранной рады были направлены на централизацию страны. В ходе военной деятельности Россия присоединила Казанское, Астраханское ханства(а позже Сибирское),усилила позиции в Прибалтике. В ходе военной деятельности Россия присоединила Казанское, Астраханское ханства(а позже Сибирское),усилила позиции в Прибалтике.<\p>

12 Современный учебник истории Печальные итоги правления — Невиданный хозяйственный упадок. — Отмена Юрьева дня,что привело к усилению крепостного гнета. — Ослабление боярско – княжеской власти. — Поражение в Ливонской войне.<\p>

13 Вывод Эпоха Ивана Грозного поражает своими противоречиями, а потому личность Ивана Грозного всегда будет вызывать разноречивые оценки в зависимости от взглядов общества и личных пристрастий историков. Эпоха Ивана Грозного поражает своими противоречиями, а потому личность Ивана Грозного всегда будет вызывать разноречивые оценки в зависимости от взглядов общества и личных пристрастий историков.<\p>

14 Литература Карамзин Н.М. Об истории государства Российского. М. :Просвещение,1989. Иловайский Д.И. История России. Царская Русь.( Московско-царский период. Первая половина или 16 век).-М. :Чарли, Данилов А.А. История государства и народов России16-18 в.: Учебник для 7 классов: Дрофа,2003 Данилов А.А. История государства и народов России16-18 в.: Учебник для 7 классов: Дрофа,2003<\p>

15 Авторы. Жуков Денис, Дмитрий Пелёвин, Большаков Иван, Пожалов Дмитрий, Медведев Денис.<\p>

Источник: http://www.myshared.ru/slide/595245/

Ссылка на основную публикацию