Общество соединенных славян. славянский вопрос в русском революционном движении — история России

Россия и славянский вопрос

Общество соединенных славян. Славянский вопрос в русском революционном движении - история России

В 2015 году Москва сумела навязать коллективному Западу инициативу на Ближнем Востоке, начав операцию ВКС РФ в Сирии.

Вместе с тем, этот год оставил России массу старых и новых проблем, которые неизбежно придется решать как в краткосрочной, так и долгосрочной перспективах.

Сейчас вокруг нашей Родины быстро сжимается враждебное кольцо багрового хаоса.

Под постоянными обстрелами, в тревожном ожидании находится Донбасс; осуществляются провокации против Крыма; дестабилизируется ситуация в ряде других российских регионов; полыхает Ближний Восток; растет напряжение в Средней Азии; на грани открытой вооруженной агрессии против РФ балансирует эрдогановская Турция, а в пределах ряда восточноевропейских государств концентрируются воинские контингенты НАТО.

Усилиями мировых финансовых кланов и Саудовской Аравии обрушены цены на нефть.

 Наращивается санкционное давление на Россию, а внутри страны явно актуализировалась деятельность тех сил, которые работают на внешнего врага.

В этих условиях успех процесса сбережения и восстановления нашей державы критически зависит от успеха процесса сближения России со славянскими государствами Европы и с теми европейскими странами, где доминирует Православная вера. Естественно, такому сближению атлантисты препятствуют всеми силами.

Прежде всего, это относится к Украине.

В своей книге «Еще один шанс» известный русофоб и антисоветчик Збигнев Бжезинский писал: «Для Кремля, страдающего от потери статуса, самой горькой пилюлей стала независимость государств, бывших частью им­перской России задолго до революции 1917 года.

Особенно чувствительной для Москвы была американская поддержка независимости Украины, поскольку без Украины Россия не могла бы надеяться на восстановление славянской империи» (http://lektsii.com/10-35791.html).

 Вторым по значимости для славянского единства регионов выступают Балканы.

Еще в 90х годах, задолго до нынешней Смуты на Украине, американцы развернули там бешеную сетевую активность и сумели развалить великую славянскую страну — Республику Югославию, ввергнув ее народ в состояние отчужденности от своих корней, а также возбудив недоверие к России у многих и многих бывших югославов, в том числе сербов.

Ельцинская Россия предала сербов в 1999 году, когда посланник «президента Бори» Черномырдин предложил Милошевичу сдать Югославию, а российские олигархические «элиты» с удовольствием «слили» братский народ, позволив в буквальном смысле изнасиловать Сербию — нашего младшего брата.

Тяжесть предательства сербов до сих пор камнем висит на душе русской нации, несмотря на то, что мы сами оккупированы врагом.

США же, морально раздавив сербский народ, сформировали практически в центре Европы кровавый гнойник, состоящий из бандитского анклава Косово, специализирующегося на нарко и работорговле, а также «Республики Босния и Герцеговина», доминирующую роль в которой играют …

сербы, в свое время отказавшиеся от православной веры и национальной идентичности предков, и поэтому люто ненавидящие бывших соотечественников.

Югославия и Украина — это зоны применения современного этнического оружия, с помощью которого забывают имя свое, а брат идет на брата. Да современные политтехнологи значительно усовершенствовали методы воспитания «янычар».

Как мы знаем, на Украине русских людей вообще приучили либо считать себя не русскими, либо отказывать в принадлежности к русской цивилизации большей части русского народа (подробнее об этом здесь http://kprf.ru/party-live/opinion/139004.html).

Территория славянского мира сужается и, таким образом, остается чрезвычайно актуальным следующий тезис Данилевского: «Положение славян лицом к лицу с враждебным им Западом есть та причина, которая заставляет желать для них весьма тесной федеративной связи под политическим водительством и гегемонией России, на что Россия имеет законнейшие права, как по сравнительным силам своим с прочими членами славянской семьи, так и по ее многовековым опытом доказанной политической самостоятельности. Несмотря на частые уклонения России от здравого политического пути, особенно в последнее послеекатерининское время, все-таки она, и только одна она, между всеми славянскими государствами, сумела, при самых неблагоприятных обстоятельствах, не только сохранить свою самостоятельность, но объединить почти весь русский народ и образовать могущественнейшее в мире государство» (http://www.kulichki.com/~gumilev/DNY/dny14.htm).

То же самое относится и к православным странам Европы, особенно к Греции: они остро нуждаются в поддержке Москвы, в союзе с Россией, которой, в свою очередь жизненно необходимо собрать вокруг себя Афины, Белград, Софию…

Народы этих стран готовы забыть недавнюю слабость русских и вспомнить славные времена Наваринского сражения и освобождения славян, если Кремль проявит волю сегодня.

Именно поэтому влекут в НАТО Черногорию и бьют по рукам Греции, когда она пытается проявить независимость и выстроить связи с Россией…

Именно поэтому так ожесточенно критикуют «патриотизм в его не лучшем славянофильском варианте» либералы и правого, и левого толка внутри нашей страны: славянское и православное единство в корне противоречит целям и задачам «перестройки-2».

Конечно, сейчас мы находимся в очень сложных условиях. После распада СССР Россия практически не работала на славянско-православном направлении, не использовала свою «мягкую силу».

 Даже при сравнительно пророссийских президентах Украины Москва не смогла распространить свое политическое, культурное, духовное, экономическое влияние хотя бы на восточные области данного региона.

Российский олигархат в ущерб национальным интересам нашей страны просто «делал деньги» на транзите сырья через территорию Украины, а послы Черномырдин и Зурабовым этот процесс обслуживали.

В то время как американцы через тысячи НКО обрабатывали сознание и подсознание все новых поколений украинцев, раскалывали Украинскую Православную Церковь, готовили бандеровских боевиков и т.д.

, дипломаты РФ проявляли, на наш взгляд, преступную пассивность и игнорировали инициативы русской общественности Украины.

Можно сказать, что Крым воссоединился с Россией вопреки действиям такого рода российских чиновников.

Более того, половинчатая, мягко говоря, политика по отношению к Украине, в целом, и Новороссии, в частности, продолжается и сейчас.

Какая-то могущественная сила заблокировала реализацию проекта «Новороссия» от Харькова до Одессы и во многом подорвала доверие русских Украины к России.

 Еще ничего не потеряно, но необходимо осознавать, что Минские соглашения — это передышка для проамериканской хунты и на данный момент серьезный барьер на пути укрепления славянского единства.

Так, без промышленного потенциала восточных областей Новороссии резко ослабляется производственная кооперация в рамках Евразийского Союза.

Отсюда следует, что в ближайшие 2-3 года на украинском направлении перед Россией стоит задача прорубить стратегический коридор влияния по линии «Новороссийск-Николаев-Одесса» с выходом на Приднестровье.

Решение данной задачи позволит двигаться к достижению стратегической цели: выстраиванию евразийского пространства на основе Союза славянских и православных государств с ядром «Россия-Белоруссия-Новороссия» и с включением в орбиту влияния этого Союза славянских и православных стран Европы, включая Грецию, «большую» Сербию, Черногорию, Болгарию, Чехию и Словакию.

Как пишет современный философ А. Дугин: «Неоевразийство — это политическая теория построения империи, «большого пространства» в настоящем и будущем. Либо неоевразийство станет основным мировоззрением российских элит, либо нас ожидает оккупация.

Заметим, что другие потенциальные «большие пространства» и другие народы все без исключения заинтересованы в том, чтобы в России началось евразийское возрождение.

От этого выиграют все, так как неоевразийство жестко выступает не за универсализм, а за «большие пространства», не за империализм, а за «империи», не за «интересы какого-то одного народа», а за «права народов» (http://www.e-reading.by/bookreader.php/129538/Dugin_-_Chetvertaya_politicheskaya_teoriya.html).

Говоря о неоевразийстве, надо понимать, что противостоять монолитному сегодня в своей русофобии англосакскому Западу Россия может, только предъявив миру и, прежде всего, славянскому миру, привлекательный проект и становясь сильной на основании реализации этого проекта (бытие диалектично: мы становимся сильными, возрождая славянское единство, но такое возрождение возможно лишь тогда, когда мы становимся сильными)

 Таким проектом может и должен стать православный, русский социализм без тени национализма.

Только опора на фундаментальные, христианские ценности русского и других народов России (включая ценность дружбы народов) сохраняет волю нации к созидательной жизни, и только опора на целостную (а не либерально-паразитарную) социалистическую экономику позволит нам возводить мощь государства и систему социальной справедливости.

Этот проект — спасение и для России, и для всего мира, стоящего перед лицом гуманитарной и экологической катастрофы, вызванной господством капиталистической власти мамоны.

Мы считаем, что ключевую роль в продвижении данного проекта должна выполнять и выполняет КПРФ под руководством Г.А. Зюганова.

 На это, помимо реальных действий, указывают и программные установки Компартии.

Так состоявшийся в 2013 году XV Съезд КПРФ в своем Постановлении «обращает внимание всех патриотов на настойчивые попытки либеральных экстремистов лишить Россию перспектив национального возрождения и социального прогресса.

Выход из ситуации — надёжное соединение социально-классовой и национально-освободительной борьбы, социалистических идеалов и русской идеи ради преображения нашего Отечества» (http://kprf.ru/official/2013/02/25/xv-otchiotnovybornyi-sezd-kprf/107.html).

Отметим также, что проект русского социализма и выстраивание на его основе прочного славянского единства представляет собой и единственный шанс на победу в противостоянии с Западом для той части коллективного высшего политического руководства России, которой в планах Вашингтона, Лондона и Брюсселя уготована судьба Милошевича, Хусейна и Каддафи и их окружения.

Мы полагаем также, что, создавая Союз славянских и православных государств, имеет смысл обратиться к опыту И.В. Сталина, который во многом преуспел в данном направлении, хотя и совершил некоторые ошибки.

Но об этом — в продолжении настоящей статьи.

Инструкция об оплате (откроется в новом окне)Форма для пожертвования Яндекс.Деньги:

Другие способы помощи

Источник: http://pravoslavnye.ru/analitika/2016/01/29/rossiya_i_slavyanskij_vopros/

Славянский вопрос как аспект в историософской проблематике И.С. Аксакова : Портал Богослов.Ru

Славянский вопрос был неотъемлемой частью учения славянофилов.

Если старшие славянофилы Иван Васильевич Киреевский (1806-1856), Алексей Степанович Хомяков (1804-1860), Юрий Фёдорович Самарин (1819-1876) и его старший брат Константин Сергеевич Аксаков (1817-1860) были чисто теоретиками, разработавшими основные положения об особой роли России и славянства в мировой истории, то И.С.

Аксаков — талантливый русским публицист, поэт и общественный деятель XIX столетия, который являлся их младшим соратником и неразрывно связан с ними, был не только теоретиком, и практическим общественным деятелем, способствовавшим в меру своих сил политической реализации своего историософского идеала.

Цель статьи проанализировать проблему славянского вопроса в историософских взглядах И.С. Аксакова. Для этого автором были выдвинуты следующие задачи: выделить основные тенденции проблематики славянского вопроса в России до И.С.

Аксакова, показать его теоретический и практический вклад в решение проблемы славянского вопроса и выявить роль и значение данного аспекта наследия мыслителя в русской историософии. Источником послужил сборник работ мыслителя под названием «Славянский вопрос».

В качестве методологической основы предлагается использовать труд известного философа и богослова, историка русской общественной мысли протоиерея Василия Васильевича Зеньковского «Русские мыслители и Европа» и труд современного светского историка Н.И. Цимбаева И.С. Аксаков в общественной жизни пореформенной России».

При рассмотрении вопроса об основных тенденциях проблематики славянского вопроса в России до И.С. Аксакова, следует учесть тот факт, что первая половина XIX — время ранних славянофилов было временем появления новых наций в Европе: итальянской и германской.

В это время в Германии формируется историософская мысль, которая пытается проанализировать и определить роль и место немецкой нации в мировой истории, центром этого движения были фигуры великих немецких мыслителей Гегеля и Шеллинга. Во многом это было реакцией немецкой философской мысли на попытку Франции дать универсальный идеал государственности и истории.

В отличие от европоцентриста Гегеля Шеллинг считал, что каждая нация имеет свою особую миссию в истории, в свою очередь ранние славянофилы находились под влиянием его философии и этот тезис был воспринят ими и перенесен на почву уже русской мысли. Историческая обстановка первой половины XIX также способствовала появлению славянофильских идей об особом пути развития России.

Читайте также:  Карта: сибирская экспедиция ермака - история России

Так, по Бухарестскому мирному договору (1812) Россия реально приобретала право покровительства христианам — поданным Османской империи. В этом плане Россия являлась единственной свободной и могущественной православной страной реально стоящей во главе православного христианского мира.

По другому Адрианопольскому мирному договору (1829) Османская империя вынужденно признавала автономию Греции, Сербии, Молдавии и Валахии. Огромный патриотический подъем испытало русское общество вследствие Отечественной войны 1812 года. Все это способствовало вызреванию славянского вопроса как проблемы для русской мысли.

Здесь следует уточнить, что для ранних славянофилов славянский вопрос — это русский вопрос. Это вопрос о месте и роли России в истории. В решении этого вопроса ранними славянофилами есть одна общая тенденция, которая заключается в том, что все они говорят об особой роли России в мире и историческом процессе, но есть и различия. Так, А.С. Хомяков считал, что особое призвание России — сохранение полноты христианства, российской социально-исторической реальности он не касался. А К.С. Аксаков уже непосредственно занимался рассмотрением российских социально-исторических реалий. Именно К.С. Аксакова следует назвать главным специалистом по формированию историософии славянофильства. Он обосновал свое понимание исторического процесса в России в таких работах как: 1. «Об основных началах русской истории», 2. «О русской истории», а также в разборах исторических сочинений С.М. Соловьева. К.С. Аксаков считал, что в русской истории действуют две силы. Это государство и «земля» т.е. народность. «Две силы в ее основании, два двигателя и условия во всей русской истории: земля и государство»[i], — писал он.

И.С. Аксаков взял эту историософскую схему за образец, но обогатил ее своей концепцией «общества». Концепция «общества», разработанная И.С. Аксаковым была косвенным признанием петровских реформ, так как в Московской Руси был только государство и земля, то есть царь и народ. Что же такое «общество»? По мысли И. С. Аксакова это мыслящая часть народности или земли.

Сложно сделать точное определение этого понятия, поскольку И.С. Аксаков часто вкладывал в те или иные понятия несходный с общепринятым смысл, на это указывает исследователь И.С. Аксакова Н.И. Цимбаев. Концепция общества, по мнению таких исследователей, как С.А. Венгеров, Н.И. Цимбаев, С. Лукашевич (Lukashevich, S.) являлась важным теоретическим вкладом мыслителя в русскую историософию.

Кроме того, следует сказать, что И.С. Аксаков с шестидесятых годов XIX века действует уже в других исторических условиях. Важным рубежом для славянофильского движения явилась несчастливая для России Крымская война, которая показала враждебность Запада России и славянству в целом.

Как считал протоиерей Василий Зеньковский, Аксаков одним из первых увидел западную политику двойных стандартов (или по его выражению двойной правды), когда понятия цивилизация, гуманность и христианство упраздняются им по отношению к славянскому миру.

Другим не мене важным аспектом его историософской мысли являлось то, что для него славянский вопрос был уже не просто русским вопросом, но Россия впервые мыслилась как особый культурно-исторический мир вместе со всем славянским миром. Так, в газете «День» И.С.

Аксаков публикует свою теоретическую программу, касающуюся отношений России и отношений славянского мира как единого цельного духовно-культурного мира, причем единство духовно-культурное, по его мысли должно обуславливать единство политического бытия. Он пишет следующее: «мир славянский вообще, и мир православный в особенности, выступает теперь на поприще истории.

Славян, свободных отъ чуждого ига, нет нигде, кроме России. Кроме России, везде славянскую народность гнетутъ или немцы или турки. Но по мере возрастания политического могущества России, возрождались въ порабощенных племенах: надежда на избавление отъ позорного ярма и чувство славянской народности.

Освободить из-под материальнаго и духовнаго гнета народы славянские и даровать им дар самостоятельного духовного, и, пожалуй, политического бытия, подъ сениию могущественных крыл русского орла-вотъ историческое призвание, нравственное право и обязанность России»[ii]. Современный иссследователь трудов Аксакова Н. И. Цимбаев отмечает в своей работе «И.С.

Аксаков в общественной жизни пореформенной России»: «В 1860-е годы позиция Аксакова сводилась к попыткам способство­вать завоеванию и упрочению независимости славянских народов, русское общество должно было, по его мнению, поддерживать идеалы славянской взаимности и воздействовать на правительство в его восточной политике.

Оппозиционное отношение Аксакова к деятельности «петербургского» правительства не позволяло ему видеть в этом правительстве собирателя славянских земель. Созда­ние независимых славянских государств он считал неизбежным следствием внутреннего развития славянских народов.

Для Аксако­ва в 1860-е годы была характерна поддержка всех форм национально-освободительного движения, что объяснялось его искренним жела­нием видеть славян свободными»[iii]. Также И. С. Аксаков подчеркивал, что Россия никогда не стремилась подчинить славянские народы себе в политическом отношении, лишить их независимости.

Он считал, что долг России, наоборот, заключается в развитии в остальном славянском мире начала самобытности. Это были мысли, конечно, опережавшие свое время XIX века — века колониальных империй.

Этой мысли Аксаков оказался верен на протяжении всей своей деятельности, даже когда славянофильское движение в период польского восстания 1863 года утратило свое единство, и если некоторые славянофилы, например, В.А. Черкасский выступали за русификацию Польши, то Аксаков отстаивал необходимость ее независимости. Далее в теории славянского вопроса у И.С.

Аксакова можно увидеть, что он по-разному мыслил жизнь различных славянских народов (православных славян и чехов, хорватов и поляков, то есть славян католического мира).

По его мнению, вероисповедание играет огромную роль в формировании того или иного культурного типа определенной народности: «Нет ничего пагубнее, для истинного возрождения славянской, народности, той ложной мысли, что народность стоит выше веры, что вероисповедание есть дело только совести личной, и что славянские патриоты должны относиться къ нему безразлично.

Таким образомъ, по ихъ понятиям, «народность» выходит какимъ-то понятием внешним, безъ внутреннего, духовного содержания,— между тем какъ именно в содержании вся суть и сила»[iv]. Аксаков считал, что Россия и православные славянские народы Балканского полуострова — особый православно-славянский мир перед которым стоит задача развития и проявления в своей исторической жизни православного духовного начала, именно эта задача и обуславливает антогонизм между ним и католическо-протестантской по своим духовным началам Западной Европой. Славян католического мира Аксаков называет пасынками Европы. Он считал, что прошлое этих народов (чехов и хорватов), которые, когда-то были православными и рост национального самосознания приведут эти народы к России. Он полагал, что у славян, живущих в «лоскутной» Австро-Венгерской империи должны быть общий славянский язык и объединяющее политическое начало, по его мнению, они могут быть только русскими, так как ни с австрийцами ни с венграми у славян не может быть долговременного союза, напротив, с Россией их союз может быть прочен так как он обусловлен еестественной принадлежностью к славянскому миру. Особое отношение было у Аксакова к Польше, с одной стороны, он считал поляков «вполне усыновленными» католическим Западом, утратившими духовное родство с остальным славянским миром (миром православным), а с другой — он был стороник независимости Польши.

Он сделал очень многое и для практической рализации своей теоретической программы по славянскому вопросу. Это работа в Московском славянском комитете (60-е годы), сбор пожертвований и вербовка добровольцев для сражающихся с турками балканских славян. По словам Н.И.

Цимбаева «особое внимание Аксаков уделял славянским студентам, учившимся в России, преимущественно в Московском университете. Он привлекал студентов к литературной работе, печатал их статьи, переводы.

Близость Аксакова к славянским студентам объяснялась его желанием воспитать молодую славянскую интеллигенцию в духе славянофильства»[v].

Идейным преемником И.С. Аксакова стал Н.Я. Данилевский. Он его развил теорию о славянстве как особом культурно-историческом типе в целую теорию культурно-исторических типов в мировой истории, которую изложил в своем труде «Россия и Европа» (1869, начал печатать журнал «Заря»). И.С. Аксаков и Н.Я.

Данилевский были знакомы, встречались, переписывались. Аксаков воспиринял появление труда Данилевского с большой радостью. Следует отметить, что в европейской историософии того времени безраздельно господствовал европоцентризм, только в XX появляются труды О.Шпенглера, А. Тойнби и С.

Хангтингтона рассматривающие исторический процесс как историю цивилизационно-культурных типов. Таким образом, И.С. Аксакова и вслед за ним Н.Я. Данилевского следует рассматривать как мыслителей опередивших свое время. А И.С.

Аксаков предстает к тому же как смелый и оригинальный мыслитель, создавший теретическую программу решения славянского вопроса и потративший немало сил и средств для его практической реализации.[i] Аксаков К.С. Об основных началах русской истории // Аксаков К.С. Сочинения исторические. Т. 1. М., 1861. С. 9.

[ii] Аксаков И.С. Славянский вопрос 1860-1886. Статьи из «Дня», «Москвы», «Москвича» и «Руси»// Аксаков И.С.Собрание сочинений. Т. 1-7. — М., тип. Волчанинова, 1886. С. 10.

[iii] Цимбаев Н.И. И.С. Аксаков в общественной жизни пореформенной России. М., 1978. С. 230.

[iv] Аксаков И.С. Славянский вопрос 1860-1886. С.175.

[v] И.С. Аксаков в общественной жизни пореформенной России. С. 229.

Источник: http://www.bogoslov.ru/text/527580.html

Панславизм — стремление к славянскому единению или фикция?

Панслави́зм — культурное и политическое течение, идеология, распространённая в государствах, населённых славянскими народами, в основе которой лежат идеи о необходимости их политического объединения на основе этнической, культурной и языковой общности. Сформировалось в конце XVIII — первой половине XIX веков. 

Ещё в XVII веке хорватский мыслитель Юрий Крижанич выступал за единство славянских народов во главе с Русским Царством и пытался создать для славянских народов единый славянский язык. Термин «панславизм» впервые был предложен в Чехии Яном Геркелем в 1826 году.

Политические взгляды большинства славянских народов, идеи Великой французской революции и немецкого романтизма, славянское национальное возрождение — факторы, которые привели к появлению среди западных и южных славян (Йозеф Добровский (чех), Павел Шафарик, Ян Коллар (словаки), Людевит Гай (хорват), Вук Караджич (серб) и другие) идей славянского единства и культурной общности.

Успехи Российской империи в войнах против Турции и наполеоновских войнах послужили причиной к тому, что некоторые из славянских деятелей сформировали идеи о политическом и языковом объединении славян под властью России, считая, что это поможет славянским народам в борьбе против иноземной власти (Йозеф Добровский, Йозеф Юнгман, Людевит Гай и другие).

Некоторые из них позже поменяли свои взгляды (Людевит Гай, Людевит Штур, Карел Гавличек-Боровский). Другие сторонники панславизма, главным представителем которых был чех Франтишек Палацкий, выступали за сохранение Австрийской империи и за превращение её в федерацию славян, австрийцев и венгров. В 1848 году в Праге состоялся первый международный славянский съезд.

На съезде столкнулись две упомянутые выше концепции. В результате был найден компромисс. Съезд принял манифест к народам Европы. После превращения Австрийской империи в Австро-Венгрию (1867) Ф. Палацкий пересмотрел свою концепцию и принял участие в организованном российскими панславистами Славянском съезде 1867 года в Москве.

Среди поляков, которые находились под сильным влиянием романтического патриотизма и идей о восстановлении великой Польши, идеи панславизма породили два течения: пророссийское (Станистав Сташиц, Август Цешковский) и антироссийское (Адам Мицкевич, Анджей Товянский, Казимир Бродзинский), которые считали, что главную роль в объединении славян должна играть Польша.

В самой России в конце 1830-х годов в работах Михаила Погодина были выдвинуты тезисы об утверждении особости славянского мира и присущих славянским народам высших духовных ценностей и истинной веры — православия.  В славянофильской идеологии важное место занимал тезис о главенствующей роли России среди славян, об ее объединительной миссии.

Проекты политического объединения славян под эгидой Российской империи разрабатывались ещё в XVIII—XIX веках Андреем Самборским, Василием Малиновским и другими. Славянофилы были сторонниками освобождения славян от османского и австрийского владычества и создания славянской федерации.

Читайте также:  Народная воля - история России

Российские славянофилы в 1840—1850-х годах — Константин Аксаков, Алексей Хомяков, Иван Киреевский и другие — выступили с идеей противопоставления славянского православного мира с Россией во главе «больной», безверной Европе. Противники славянофилов — западники (Пётр Чаадаев, Александр Герцен) — не признавали особой роли России среди славянских народов.

Поражение в Крымской войне 1853—1856 годов, Польское освободительное восстание 1863—1864 годов вызвали активизацию российских панславистов, которое вылилось в проведении Славянского съезда 1867 года в Москве и деятельности славянских комитетов.

Панславянские идеи занимали важное место в теоретических изысканиях Ивана Аксакова, Николая Данилевского, научных разработках учёного-слависта Владимира Ламанского. Наибольший политический вес панславизм имел в 70-х годах, особенно в период русско-турецкой войны 1877—1878 годов, когда дело дошло до реальных внешнеполитических действий.

Ряд представителей государственных вооружённых сил России — князь Владимир Черкасский, генералы Михаил Черняев, Михаил Скобелев, Ростислав Фадеев — были сторонниками панславизма. В конце XIX века идеи панславизма значительно потеряли свою популярность. Они возродились перед Первой мировой войной 1914—1918 годов в форме неославизма (или неопанславизма).

Российские неослависты (главный деятель — граф В. Бобринский вместе с деятелями других славянских стран (чех К. Крамарж, словенец И. Грабар и др.) провели славянский конгресс в Праге (1906 г.) и Софии (1910), чтобы достичь межславянского сближения перед возможной немецкой угрозой.

С началом Великой Отечественной войны 1941—1945 годов была восстановлена старая российская политика по славянам. 10 августе 1941 г. начался Всеславянский радиомитинг, а 5 октября 1941 в Москве был создан Всеславянский комитет. Славянские комитеты возникли в США, Англии, Канаде. После первого Всеславянского съезда в Москве в 1946 г.

прошёл славянский конгресс в Белграде, куда съехались делегаты со всех славянских стран. После обострения отношений между Югославией и СССР все славянские комитеты прекратили свою деятельность. Идею всеславянского единства развивал польский неоязычник Ян Стахнюк.

Существует мнение, что нынешняя политическая ситуация в славянском мире характеризуется не только полным упадком некогда популярного панславизма, но зачастую враждебной политикой славянских стран по отношению друг к другу.

Такая точка зрения базируется на официальной политике ряда славянских государств, и на том, что в настоящее время большинство славянских стран входит в НАТО, ЕС, ВТО и другие военно-политические и экономические блоки. Однако, такой политический курс устраивает далеко не всех. Некоторые считают, что НАТО, ЕС все активнее противостоят славянскому миру.

Это способствует возрождению панславизма практически во всех славянских странах. Возрождение панславизма идет по следующим трем направлениям. 1. Научно-образовательному. В 1955 г. в Белграде учреждён Международный комитет славистов (МКС) — научная организация, объединяющая национальные комитеты славистов около 30 стран мира четырёх континентов (Европы, Азии, Америки, Австралии).

В 1994 г. создана Международная ассоциация славянских Вузов в составе Международной ассоциации исследования и распространения славянской культуры при ЮНЕСКО. В ассоциацию вошли Россия, Украина, Беларусь, Югославия, Чехия. Ассоциация расширяется и включает новых членов и новые страны.

Ассоциация организует проведение научных конференций по панславизму, привлекает к этому студенческую молодежь, содействует созданию единого образовательного пространства славянских государств в XXI веке. 2. Общественному.

В 1998 г в Праге в год и день 150-летия первого славянского съезда состоялся VII международный славянский съезд, восстановивший деятельность международного славянского комитета. Съезд также принял манифест. Были также созданы славянские комитеты в 12 славянских странах. Затем в 2001 г. VIII съезд состоялся в Москве. А в 2005 г. IX съезд в Минске. 1-2 июня 2001 г.

в Москве состоялся Собор славянских народов Белоруссии, России и Украины. Инициатором проведения Собора выступил спикер Госдумы РФ Геннадий Селезнев. Противники панславизма критикуют это и другие подобные мероприятия за декларативность и слабое влияние на официально проводимую политику, но признают их значимость.

Так, например, «Независимая газета» писала: «С узкополитической точки зрения ценность подобных мероприятий, как правило, невысока — все их решения и постановления имеют декларативный характер. Однако смысл этого съезда, как и большинства аналогичных действ, лежит в несколько иной плоскости — прежде всего в выстраивании общего „психологического пространства“».

Затем Славянский собор состоялся в Смоленске 24 июня 2002 года. Третий Славянской собор 24-25 апреля 2009 г. в Киеве. 3 октября 2009 года в Праге прошёл первый Чешско-моравский славянский съезд. Организатором съезда выступил Чешско-моравский славянский союз (ЧМСС). 12-13 ноября 2010 года в Киеве состоялся Х -й Всеславянский съезд. Он собрал более 350 делегатов из 11 славянских стран.

(140 иностранных делегатов, остальные с Украины) В съезде приял участие и Всеславянский Собор Николая Кикишева. Съезд официально приветствовали Председатель Верховного совета Украины Владимир Литвин и Президент Белоруссии Александр Лукашенко. Таким образом, Славянское движение уже начинает получать поддержку на Государственном уровне.

Съезд избрал председателем Международного славянского комитета (МСК) — Николая Лавриненко. Прежний председатель Ян Минарж избран его первым заместителем. Почетным председателем был вновь избран Президент Белоруссии Александр Лукашенко. Съезд принял обращение к белорусскому народу, в котором осудил выделение западом значительных средств на так называемую «поддержку демократии». 3.

Политическому. Данное направление является самым слабым из трех и, по сути, только рождается. В ряде стран возникли славянские партии. Но реального влияния на политику своих стран они не оказывают. Более влиятельным является Славянский парламентский союз. Славянский Парламентский союз создан в соответствии с решением VII Всеславянского съезда, состоявшегося в Праге в июне 1998 года.

Тогда же в зале заседаний Палаты депутатов Парламента Чешской Республики состоялось его первое заседание. Второе заседание СПС прошло в марте 1999 года в Белграде в зале Союзной Скупщины Югославии, третье — в апреле 2001 года в Москве в Государственной Думе Российской Федерации. В настоящее время постоянная штаб-квартира Славянского парламентского союза находится в столице Беларуси. Сессии проводятся достаточно регулярно. Задачей союза является координация действий парламентариев славянских государств. В работе сессий принимали участие представители депутатского корпуса Чехии, Словакии, Болгарии, Сербии, Боснии и Герцеговины, Украины, Белоруссии, России, Приднестровья.. На Украине, существует и действует Славянская партия, явившаяся одним из учредителей международного объединения Всеславянский Собор В Мурманске создано Панславянское Национальное Добровольческое Объединение (ПНДО) . На данный момент существует в Мурманске и планируется открытие официального филиала в Киеве.  В Словакии ведет активное действие и реализацию панславянских идей Словацкое движение возрождения, является членом Всеславянского Собора. В Чехии существует, Чешско-Моравский славянский союз, входящий в международное объединение Всеславянский Собор. (По материалам — http://slavyane.hut2.ru/panslavizm/ ) P.S. От себя замечу, панславизм как идея отбросил главний фактор повлиявший на славянообразование в Европе, и создавший духовное единство многих народов — Правь. Об этом в статье «Славянообразование в Европе: история просветительства» на этом сайте — http://slavyanskaya-kultura.ru/slavic/history/slavjanobrazovanie-v-evrope-istorija-prosvetitelstva.html

Карта расселения славян на 7-9 век н.э. (территория выделена красными точками)

Формирование славянства и враждебное к нему окружение в 4-8 в. н. э.

Источник: http://slavyanskaya-kultura.ru/russkoe-delo/panslavizm-stremlenie-k-slavjanskomu-edineniyu-ili-fikcija.html

Общество соединенных славян и его участие в выступлении черниговского полка в 1825 г

История декабризма, как правило, связывается с деятельностью Союза спасения, Союза благоденствия, Северного и Южного обществ. Но была еще одна — своеобразная декабристская организация — Общество соединенных славян, впоследствии присоединившаяся к Южному обществу.

Вскоре после организации Союза благоденствия, но совершенно независимого от него, в армии возникла самостоятельная небольшая тайная организация — Общество первого согласия. Оно было основано 13 мая 1818 года в местечке Решетиловка Полтавской губернии тремя юнкерами — братьями Борисовыми и Волковым.

Усиление реакции в начале 20-х годов XIX века и слежка за вольнодумцами в армии не приостановили деятельности тайного общества, но стимулировали его дальнейшее развитие.

В 1823 году было решено вместо прежнего, изжившего себя кружка организовать Общество соединенных славян с целью революционного объединения всех славянских племен в одну федеративную республику.

Членами всеславянской федерации по их замыслу должны были стать Россия, Польша, Богемия, Моравия, Венгрия, Трансильвания, Сербия, Молдавия, Далмация, Кроация. Каждая из вошедших в федерацию стран должна будет выработать свою, приспособленную к особенностям собственного народа конституцию.

Ежегодно будет собираться съезд представителей этих республик в центральном городе федеративного союза. Предполагалось бурное развитие промышленности, торговли, строительство торговых портов на берегах Черного, Балтийского, Белого и Адриатического морей.

Мечтая о создании такой Славянской республики, инициаторы нового общества считали, что «тем самым они доставят щастие не только нашим соотечественникам, но даже и другим народам» [1].

Вместе с идейным ростом Славянского общества стали увеличиваться и ряды его членов. В числе первых были приняты В.А. Бечаснов, П.Ф. Выгодский, И.И. Горбачевский, И.И. Иванов; в 1824 году — В.Н. Соловьев, Ф.А.

Жебровский, П.Ф. Громнитский, А.В. Усовский, Н.И. Красницкий; весной 1824 года принято еще несколько человек.

В списках декабристов, осужденных Верховным уголовным судом, значатся 23 члена Общества соединенных славян.

Члены Общества соединенных славян по своему имущественному положению значительно отличались от участников Северного и Южного обществ декабристов.

Подавляющее большинство из них — это малоимущие дворяне, часто не имевшие ни земли, ни крестьян и больше по форме, чем по существу, принадлежавшие к дворянскому сословию. Чаще всего это были военные в небольших чинах, жившие «с одного жалования».

Материальное и имущественное положение членов Общества соединенных славян поэтому резко отличалось от имущественного положения других декабристов [2].

Члены Общества славян были последовательными противниками «рабства» крестьян — крепостного права. «Не желай иметь раба, когда сам быть рабом не хочешь», — гласил их программный документ «Катехизис» [3].

Знатному и богатому дворянину Никите Муравьеву и Павлу Пестелю — членам дворянских семей, прочно укрепившихся на царской службе, не пришло бы в голову поставить себя на место крепостного и пригрозить себе его судьбой. Крепостное право славянами решительно отвергалось и осуждалось.

Желание освободить крестьян вылилось у них в предложение практической меры: определить некоторую часть общественной суммы на выкуп крепостных людей.

Отношение к народу — замечательная черта идеологии Общества соединенных славян. Члены общества были проникнуты обширностью своего плана и для проведения его в исполнение считали необходимым содействие всех сословий.

В народе они искали помощи, без которой всякое изменение непрочно; на собственном же своем положении они убеждались, что частная воля, частное желание ничтожны без этого всемощного двигателя в политическом мире.

Это важнейшее исходное положение и приводило славян к выводу, что военные революции бывают не колыбелью, а громом свободы, именем которой совершаются.

Читайте также:  Борьба немцев против немцев - история России

Славяне указывали, что самое горячее желание и самая напряженная воля группы преобразователей ничтожны без народа, без этого мощного двигателя в политическом мире.

Отсюда — поставленный ими вопрос о привлечении народа на сторону революционного переворота. Всему этому хорошо соответствовала республиканская идеология славян.

Сознание необходимости открытой схватки с самодержавием во главе и в рядах пробудившегося народа было важной стороной их идеологии.

Славяне готовились к вооруженной борьбе с самодержавием, решая обнажить меч против своего государя.

В проводимой агитационной работе они не только разъясняли солдатам тяжесть их положения, но и приоткрывали им революционные цели переворота.

Славяне стремились воздействовать на солдат по линии субординации: офицеры агитировали фейерверкеров и унтер-офицеров, то есть солдатскую верхушку, и побуждали ее воздействовать в свою очередь на стоявшую ниже рядовую массу.

Агитация проводилась планомерно, образовался даже небольшой «кадр поверенных» из нижних чинов при офицерах-декабристах. Поверенные агитировали в солдатской массе и докладывали декабристам о результатах. Офицеры-артиллеристы особенно активно влияли на фейерверков — отборную часть солдат артиллерии, пользовавшуюся наибольшим уважением среди рядовой массы.

Влияние славян-офицеров среди солдат распространялось прежде всего на подчиненную им часть. Пропагандой были затронуты Саратовский и Пензенский полки, 9-я и 8-я артиллерийские бригады.

Члены Славянского общества особое внимание обращали на солдат бывшего Семеновского полка, уже имевшего революционное прошлое. Так, М.М. Спиридов приглашал к себе для разговора и давал поручения многим бывшим семеновцам.

Когда Спиридов переводился из Саратовского полка в Пензенский и приехал для окончательной сдачи роты в город Острог, то он и здесь вел агитационную работу среди солдат, хотя пробыл в Остроге всего четыре дня [4]. М.М.

Спиридов пригласил к себе унтер-офицеров, капральных, ефрейторов, артельщиков и некоторых других гренадер и стрелков, убеждал собравшихся, что служба у них скоро переменится и будет значительно легче.

Подобные разговоры с солдатской массой вели Кузьмин, Сухинов, Щепилло, Соловьев, Киреев. Активно работали в области агитации среди солдат Горбачевский и Бечаснов. По 8-й артиллерийской бригаде было привлечено к делу 27 солдат, «развращенных» этими офицерами. Я.М.

Андреевич убеждал рядовых, что им сократят срок службы, прибавят жалованье, уменьшится строгость. Но тут же добавлял, что Общество без действия солдат не может исполнить своей цели, а если солдаты будут с ними согласны, то перемена в их положении тотчас совершится.

Отсюда видно, что солдатам было сообщено о существовании тайного общества, готовящего переворот.

Многие славяне-офицеры по роду своей деятельности имели особо благоприятные условия для агитации. Например, Бечаснов заведовал школой солдат во 2-й легкой роте 8-й артиллерийской бригады.

Он составил специальные прописи «для учащихся», в которых были слова о том, что человек должен пользоваться правами, которыми его одарила природа.

Тот же Бечаснов, выполняя поручения по производству мелких военных следственных дел и вращаясь среди рядового состава различных воинских частей, продолжал дело агитации.

В документах о декабристах есть данные о прямой связи пропаганды славян с крестьянским вопросом. Член Общества соединенных славян, поручик Полтавского полка Усовский, говорил о необходимости, привлекая солдат на свою сторону, представлять им тягость и долговременность их службы, мизерность жалованья, рабство и угнетение их отцов, матерей и братьев.

Восстание 14 декабря 1825 года на Сенатской площади было разгромлено. Но восстание декабристов еще не закончилось. Как только весть о северном восстании дошла до юга, там вспыхнуло ответное восстание, тесно связанное с первым — восстание Черниговского полка. В отличие от первого, оно длилось около шести дней: началось 29 декабря 1825 года и было разгромлено 3 января 1826 года.

Южное восстание, как планировалось, должно было охватить многие полки (по предположению Васильковской управы, около 70 тысяч человек) и в соответствии с ситуацией, создавшейся в первой половине декабря, развернуться для поддержки и помощи восстанию в северной столице.

Но весть о разгроме восстания в Петербурге дошла до членов южного общества только на одиннадцатый день, когда захват власти уже был не возможен.

«Главнокомандующим» южан после ареста П.И. Пестеля стал председатель Васильевской управы Сергей Муравьев-Апостол.

Выступление предполагалось начать с Черниговского полка, потом должны были выступить Ахтырский и Александровский гусарские полки, Алексопольский пехотный и 17-й егерский полки, затем 8-я дивизия и артиллерийская бригада [5].

Таким образом, С. Муравьев-Апостол надеялся на значительные силы в помощь северу — пехоту, конницу, артиллерию.

Каковы же были действия членов Общества соединенных славян? Сначала они попытались собрать солдат и арестовать полкового командира Черниговского полка Гебеля. Это решение доказывало, что славяне самостоятельно определили момент начала восстания. Прежнее решение С.

Муравьева-Апостола начать южное выступление с восстания Черниговского полка было им известно, и они хотели самостоятельно приступить к его реализации. Славяне стали действовать активно, принимая все зависящие от них меры к подготовке восстания.

На что же рассчитывали декабристы? Конечно, на помощь южных полков, но эта помощь не являлась самоцелью. Расчет был на дух всеобщего недовольства в армии и народе.

Хотел этого Муравьев или нет, но восстание, на которое он шел, помимо его воли начинало перерастать именно в ту форму, которой декабристы боялись: оно апеллировало к сочувствию со стороны народа.

В ночь на 29 декабря 1825 года член Славянской управы Кузьмин получил записку от Муравьева-Апостола, вызывавшего его в Трилесы. Стало ясно, что наступил решающий момент. Славяне, давно решившие действовать, были вполне последовательны. Первой о начале восстания объявили солдатам славянской роты Кузьмина.

Успех был огромный: солдаты изъявили готовность во всем повиноваться своим офицерам. Инициатива восстания исходила от С. Муравьева-Апостола, членов Общества соединенных славян Кузьмина, Щепиллы, Соловьева и Сухинова и солдат, державших караул у арестованного Муравьева.

Без поддержи солдат, без их безоговорочной решимости действовать усилия офицеров-славян и Сергея Муравьева пропали бы даром. Одному Муравьеву не удалось бы освободиться из-под ареста.

На солдатском согласии выступать против ненавистных крепостников, против крепостнических порядков в армии объективно основано все восстание Черниговского полка. Восстание сразу развернулось под республиканскими лозунгами, которые не только не скрывали от восставших солдат, но им были прямо объявлены.

С. Муравьев-Апостол отдал распоряжение поручику Кузьмину собрать пятую роту и идти на Ковалевку, Соловьеву и Щепилле было приказано из Каховки ехать в свои роты и привести их в город Васильков. Первой из славян пришла в Ковалевку пятая рота. Сам С.

Муравьев с солдатами пришел в Васильков 30 декабря.

Перед восставшими встали две задачи: во-первых, сомкнуть ряды восставших, привлечь участников, держать в повиновении примкнувших, регулировать внутреннюю жизнь восстания, заботиться о ресурсах, в том числе финансах и провианте; во-вторых, выработать план действий.

Руководил восстанием военный совет, в который, кроме С. Муравьева-Апостола и М.П. Бестужева-Рюмина, входили четыре офицера из Общества соединенных славян — Сухинов, Кузьмин, Щепилло и Соловьев [6], пользовавшиеся особым доверием Муравьева.

Обе основные задачи, вставшие перед руководителями восстания, решались Муравьевым и Бестужевым, с одной стороны, и славянами — с другой, не совсем одинаково. Тактика Сергея Муравьева была выжидательной, он все время ждал присоединения новых частей. Такая позиция не соответствовала настроению солдат. Славяне же поддерживали идею не выжидания, а быстрого наступления.

Они планировали идти на Киев. По их мнению, сделать это было необходимо с предельной быстротой, чтобы «упасть на Киев как снег на голову». В Киеве, говорится в «Записке» о Славянском обществе, к ним мог присоединиться Курский пехотный полк и даже другие полки, стоявшие в окрестностях города, в том числе офицеры, находившиеся при арсенале.

План наступления на Киев славяне усиленно поддерживали и во время пребывания восставшего полка в Василькове. Муравьев сначала противился плану славян, но потом пошел на уступку: он послал из Василькова в Киев А.Е. Мозалевского с четырьмя рядовыми для разведки и для разбрасывания по городу листовок, призывавших к восстанию.

Если бы в Киев прибыл не Мозалевский, а весь восставший полк, как предполагали славяне, дело получило бы несколько иной оборот.

Вторая задача — забота о внутренней спайке восстания, об его внутреннем управлении — также вызывала известные разногласия. Как поступить с нежелающими примкнуть к восстанию или колеблющимися? С. Муравьев тем, кто не желал примкнуть к восстанию, разрешил уйти.

Славянская же часть штаба Муравьева действовала иначе: держать всех восставших вместе, запрещать уход, препятствовать измене и бегству, поддерживать высокую степень революционного духа и напряжения, каких бы жертв это ни стоило.

Весь ход событий на юге показал, с каким удивительным бесстрашием и самопожертвованием выполняли свою роль славяне, какую роль сыграли офицеры в поддержании внутренней дисциплины среди восставших.

Ночь с 30 на 31 декабря восставшие провели в Василькове. Офицеры-славяне всю ночь не спали, готовились к походу, вели активную агитацию среди солдат, проявляя заботливость, предусмотрительность и ясное, практическое отношение к делу. «Каждый занимался своим делом, забывая опасность.

Деятельность и усердие членов общества были беспримерны: они старались воодушевить солдат новым мужеством и поддержать их бодрость духа. Чтобы успешнее действовать на них, они всеми силами старались обеспечить их продовольствием.

Сами солдаты в приготовлении к походу показывали не менее ревности: ружья, патроны и вся амуниция были осмотрены с величайшим тщанием и все недостатки были исправлены» [7].

31 декабря на площади Василькова восставшим был прочитан написанный Сергеем Муравьевым «Катехизис» — один из замечательных идеологических памятников движения декабристов.

Документ был нацелен на свержение самодержавия и свидетельствовал о республиканской идеологии южан. «Катехизис» написан простым, понятным народу языком.

В нем говорилось, что быть счастливым и свободным русскому народу мешает царизм, что цари — тираны и мучители народа, похитившие у него свободу.

Документ особенно интересен тем, что отвергает не только самодержавие, абсолютизм, но также и избрание царей. Революционный «Катехизис» смело и убежденно защищает тезис о том, что «избрание царей противно воле Божьей».

Таким образом, он не оставляет сомнений в том, что идейная платформа южного восстания была республиканской. Документ пронизан идеологией равенства людей — одной из важнейших идейных основ революционной борьбы в эпоху смены феодализма капитализмом.

Именно эта идеология и обосновывает в «Катехизисе» свержение самодержавия и установление справедливого строя без царей [8].

[1] Восстание декабристов. Т. 5. С. 22.

[2] Имущественное положение декабристов // Красный архив. Т. 5. С. 164.

[3] Нечкина М.В. Общество соединенных славян. М., 1927. С. 96.

[4] См.: Нечкина М.В. Движение декабристов. Т. 2. М., 1955. С. 186.

[5] См.: Восстание декабристов. Т. 4. С. 172.

[6] См.: Записки и письма декабриста И.И. Горбачевского. М., 1925. С. 14.

[7] Порох И.В. Восстание Черниговского полка // Очерки из истории движения декабристов: Сб. ст. / Под ред. Н.М. Дружинина. М., 1954. С. 128. См.: Избранные социально-политические и философские произведения декабристов. М., 1951. Т. 3. С. 41.

[8] Нечкина М.В. Движение декабристов. С. 374.

Источник: http://www.jourclub.ru/12/551/

Ссылка на основную публикацию